Гимнасточка

(по просьбе читателей, разбил рассказ по главам, немного отредактировав)

Глава 12. Хоровод

Сергей и Игорь довольно заулыбались, то ли от воспоминания, то ли от предвкушения. Глаза их маслянисто блестели, на губах играли хищные, плотоядные улыбки. Вскоре вернулись помытые дочки. Они уже переступили порог стеснения и, оставив свои совсем мокрые полотенца в душевой, сверкали слегка влажными нагими телами. Кожа их ещё хранила тепло воды, волосы мокрыми прядями спадали на плечи, с кончиков грудей и между ног ещё стекали редкие капельки. Друзья отправились в освободившуюся душевую, забыв свои халаты на полу зала. Девушки, уже поболтав во время банных процедур и пока папы отсутствовали, быстренько налили себе по полрюмочки коньяка и залпом тяпнули для согрева. Терпкая жидкость обожгла горло и разлилась приятным теплом в животе, добавляя смелости.

Мужчины вернулись из душевой скоро. Их обнажённые тела ещё парили после горячего душа, мышцы играли под влажной кожей, члены покачивались в расслабленной неге, но при взгляде на девушек начинали подавать признаки жизни.

— Так, подружки, будем играть в хоровод! — обратился к девушкам Сергей, его голос звучал властно и возбуждённо.

Они с опаской устремили на него свои взгляды, но в глазах уже читалось не столько сопротивление, сколько любопытство.

— Не бойтесь, это не страшно! — улыбаясь, добавил он, и в его улыбке сквозила хитринка.

Он подошёл к сидящей в кресле Наташе, и его ещё приунывший член очутился у её личика. Девушка, скосив глаза, увидала, что Игорь подступил к креслу, где была Катя, а её отец придвинулся к её подруге Ксении. Наташа снова направила взгляд на поникшее достоинство отца Кати, уверенно взяла его в руку и стала неторопливо поглаживать, чувствуя, как под пальцами набухают вены, как член начинает тяжелеть и расти. Член стал понемногу просыпаться, Наташа пригнулась и взяла в рот. Плотное кольцо её жарких губ обхватило его член, девушка начала играть с ним своим язычком, то опускаясь к его основанию, то возвращаясь к головке и слегка покусывая её. Она водила языком по уздечке, щекотала чувствительное местечко под головкой, отчего член Сергея дёргался у неё во рту. Потом она начала глубоко засасывать его, и через минуту член дяди Серёжи уже стоял в полную длину, твёрдый, как камень, пульсирующий от каждого движения её языка.

Параллельно с ней её подруга Катя, приподняв рукой расслабленный член дяди Игоря, вставила головку в свой широко раскрытый ротик. Она принялась медленно губами пожевывать и посасывать мягкую плоть мужчины, двигая по обслюнявленной головке кончиком язычка. Глаза её были прикрыты от удовольствия, она словно смаковала этот процесс. И вскоре её ротик ощутил, как сначала эта головка, а потом и весь член мужчины становится твёрже и больше. Плоть наливалась кровью, распирая её губы изнутри. И вскоре она осязала очень любимую ею мужскую твёрдость.

Ксения тоже подключилась к действиям своих подруг. Она обхватила левой рукой за твёрдые ягодицы Саши и правой сжала ещё повисший член, направив его в свой ротик. Притягивая одной рукой ягодицы мужчины к себе, девушка заиграла на члене, как на флейте, правой ладонью гуляя по стволу, то сжимая его у основания, то поглаживая головку. Её язычок порхал по головке, дразня, заставляя член вздрагивать. Вскоре инструмент мужчины ожил, превратившись в твёрдую, горячую штангу.

— Хоровод! — произнёс Сергей и, отстранив личико Наташи от своего уже вздыбленного члена, сделал шаг к креслу, где была его дочь Катя. Игорь, уступив ему место, передвинулся к Ксении, а Сергей оказался у кресла Наташи. Теперь их уже рабочие члены были у ротиков их дочерей, которые, уже не задумываясь, что это их родные отцы, продолжили ласки своих подруг. Катя, закрыв глаза, облизывала твёрдый член папы Саши, вбирая его глубоко в рот и чувствуя знакомый запах и вкус. Ксения нежно ласкала член Игоря, проводя языком по стволу и посасывая яички. А Наташа заиграла на флейте своего отца, ритмично двигая головой, то убыстряя, то замедляя темп. От такой запретной безнравственности все ещё больше возбуждались. Воздух в комнате накалился, пропитался запахом секса и возбуждения.

— Хоровод! — снова изрёк Сергей, и мужчины снова поменялись сосущими ротиками своих дочерей. Теперь член Сергея был во власти Ксении, Игоря — у Наташи, а член Саши — в плену ротика Кати. Каждый отец чувствовал губы чужой дочери, и это было до безумия сладко — осознавать, что только что этот ротик ласкал другого, а сейчас принимает тебя.

— Хоровод! — продолжал руководить Сергей, и мужчины оказались у кресел, с которых всё начиналось. Сергей мягко потянул Наташу и заставил её встать в кресло на коленки и локти, оттопырив ему навстречу круглый, ладный задик. Присев рядом на пол на колени, он начал нежно облизывать и щекотать язычком её раскрытые нежные дырочки — сначала влагалище, потом, обводя языком по промежности, переходил к анусу, заставляя Наташу вздрагивать и постанывать. Его друзья делали со своими партнёршами то же самое. Игорь уткнулся лицом в промежность Кати, раздвинув её ягодицы, и вылизывал обе дырочки с какой-то звериной жадностью. Саша ласкал Ксению, и та уже громко стонала, виляя попкой перед его лицом.

Через минуту мужчины передвинулись, поменявшись местами. И уже вылизывали чувствительные отверстия каждой чужой дочери, потом снова сдвинулись по кругу. Все три девушки уже страстно постанывали от таких переменяющихся ласк, их тела горели, соски затвердели до боли, из щелок текло так обильно, что смазка стекала по бёдрам.

Когда Сергей снова оказался у круглой попки Наташи, он ловким движением ввёл свой член в её влажное от возбуждения влагалище. Наташа ахнула, принимая его сразу на всю глубину. Слева от него Игорь вошёл в его дочь Катю, которая уже подавалась задом навстречу, готовая принять любой член. Справа Саша уже гулял своим членом в щёлке дочери друга Игоря, и Ксения вскрикивала от каждого толчка.

— Хоровод! — И уже Сергей вклинивал свой член в свою дочь Катю, чувствуя, как её тугая, горячая плоть сжимает его. Его друзья также двигались в щёлках своих дочерей, ритм убыстрялся, стоны становились громче. Через минуту сдвинулись, поменявшись местами, а ещё через минуту Сергей снова оказался у попки, изнывающей от страстного возбуждения Наташи.

Выдавив из тюбика лубрикатора себе на ладонь горку геля, он щедро обмазал свой возбуждённый член, затем тюбик передал Игорю. Обмазав остатком скользкого геля узкую дырочку анала Наташи, Сергей неторопливо ввернул в дырочку свой пальчик, массируя, растягивая, подготавливая.

Девушка смело подалась своим задком пальчику навстречу, прогибаясь в пояснице и выставляя попку ещё выше. Сергей, видя готовность партнёрши, медленно, но твёрдо надавил своим членом, вскользнув на всю его длину. Тугое колечко мышц сжалось вокруг его ствола, пропуская его внутрь. Наташа томно застонала, чувствуя распирание, боль, смешанную с острым наслаждением. Сергей начал скользить, притягивая девушку к себе за бедра, входя всё глубже и глубже, чувствуя, как её анус пульсирует вокруг него.

Игорь, получив от друга тюбик с гелем, сначала мазанул по дырочке Кати, а потом обильно обмазал свой стержень. Он ранее уже видел, на что эта дырочка способна, поэтому без подготовки, но плавно, вогнал свой кол в центр круглой попки Кати. Катя, охнув, приняла в себя всю длину его достоинства, выгнув спину и застонав в голос. Она очень любила анальный секс, даже наверно больше, чем обычный. Ещё выше задрав свой красивый задик, Катя упивалась ощущением движущего в ней члена мужчины, чувствуя, как он скользит внутри, касаясь самых чувствительных мест.

Заполучив лубрикатор от Игоря, Саша, также, как и его друзья, обмазал дырочку Ксении и свой инструмент. Ксения тоже была любительница анальных игр, физрук умело её приучил к этой ласке. И когда она ощутила на своей дырочке прикосновения головки члена Саши, выгнулась и расставила свои ножки как можно шире, раскрывая свою пещерку. А когда стержень загулял в ней, наоборот, стиснула ноги, чтобы касания внутри были более осязаемы, чтобы чувствовать каждый миллиметр этого большого, твёрдого члена.

Вскоре по воле ведущего мужчины снова поменялись партнёршами. Сергей легко вставил свой член в разработанную Игорем дырочку дочери. Он уже за этот вечер был в её пещерке и знал её потенциалы. Притягивая свою дочь за бёдра, он жёсткими, размашистыми движениями стал вгонять своего бойца в неё. Катя застонала до вскрика, вцепившись в спинку кресла, её тело сотрясалось от каждого удара. Рядом с ними Игорь, тоже в этот вечер ранее познавший эту дырочку своей дочери Ксении, самоотверженно вошёл и размашисто стал бродить внутри её попки, находя всё новые и новые точки, заставляя Ксению выгибаться и кричать.

Саша единственный из друзей ещё не изведавший анал своей дочки, слегка переживая, тщательно смазал гелем уже раскрытую Сергеем дырочку Наташи. Он, зная о своём весьма большом размере члена, обильно, не жалея геля, ещё раз обмазал свой возбуждённый стержень. Потом тонким пальчиком стал нежно обрабатывать вход, стоявшей рачком в ожидании Наташи.

Наташа была не большая поклонница анального проникновения. Но физрук научил её получать удовольствия и таким образом, хотя обычный секс ей был намного приятней. Но в этот момент она была так возбуждена происходящими играми, что уже была готова на всё, лишь бы игра не прекращалась. Когда отец стал втискивать свой гигантский член, Наташа, сжав зубы, терпеливо приняла его в себя. Член был огромен, она чувствовала, как раздвигаются её внутренности, как он проникает всё глубже, заполняя её целиком. Саша, чувствуя, как его член распирает тонкое тело его дочери, старался быть более сдержанным и вводил медленно, скользя по смазке, но каждое движение отдавалось в ней острой вспышкой.

— Хоровод! — снова Сергей перевёл стрелки. Теперь он оказался у попки Наташи. Его член был значительно меньше, чем у Саши, и Наташе он доставил больше приятных ощущений — он легко скользил внутри, не вызывая боли, только сладкое, томное распирание.

— Ааааа! — застонала Катя, виляя своей попочкой уже под членом Игоря. Она первая в этот раз дошла до финиша. Вцепившись в кожаную обивку кресла, девушка подалась вниз и замерла, при этом соскользнув с мужского стержня. Её тело сотрясали конвульсии оргазма, из груди вырывались хриплые стоны.

— Ммммм... ой... — догнала подругу Ксения, скользя по внушительному члену Саши, размер которого ей очень пришёлся по вкусу. Она забилась в экстазе, сжимая его член своими внутренними мышцами, чувствуя, как волна наслаждения накрывает её с головой.

Наташа тоже была на дистанции одного шага до оргазма, но Сергей остановился и, склонившись, поцеловал её ушко со словами:

— Я тебе кое-что обещал!

Он вышел из неё и помог ей подняться. Наташа, не соображая, для чего всё это, была покорна его рукам. Сергей взглянул на Сашу и кивнул ему головой. Саша сразу сообразил, что от него требуется. Он, забыв обессиленную Ксюшу, проворно лёг спиной на ковёр. Сергей подвёл к другу его дочь, и она, подчиняясь его рукам, послушно оседлала гигантский член своего папы, направив его головку в свою влажную, истекающую щёлку и медленно опустившись на всю длину.

Ещё не успев, как следует ощутить новую позицию, она почувствовала, как в её дырочку сначала упёрся, а потом вскользнул мужской член. Она обернулась — это был дядя Игорь, папа её подружки Ксении. Два перемещающихся огромных члена в её тонком теле заполняли её всю, казалось, что они проникают во все её клеточки. Касаясь друг друга через тонкую перегородку, мужские стержни доставляли ей бурю новых, невероятных эмоций. Она чувствовала каждый толчок спереди и сзади, они двигались то в унисон, то противофазе, создавая немыслимую симфонию наслаждения.

Но вдруг в её попке стало свободно. Это Игорь резко выдернул свой трясущийся от напряги член и со словами:

— Всё! Больше не могу!

Вскочил на ноги и, крепко сжимая свой ствол, быстро огляделся. Член его был багровым, набухшим, с головки капала смазка, смешанная с остатками геля.

Его взгляд упал на расслабленно сидящую в кресле Ксению. Она полулежала, откинув голову, тяжело дыша после оргазма. Игорь торопливо подскочил к ней, насадил сладкий ротик своей дочери на член, как только смог глубоко и, зафиксировав её голову в таком положении, замер в почти полной неподвижности. По его содрогающейся в конвульсиях спине было понятно, что он изливается в её ротик. Густая, горячая сперма ударила Ксении в горло, она закашлялась, но Игорь держал крепко, продолжая изливаться. Ксения послушно глотала, уже не такой бурный поток, как в предыдущие два раза, солоноватую сперму мужчины.

Наташа не успела пару раз скакнуть на папином члене, как она ощутила, что её попка снова заполнена. Она, уже не оборачиваясь, поняла, что дядя Сергей занял освободившееся место вместо Игоря. И снова новая волна необычного наслаждения накатилась на девушку. Два члена двигались в ней слаженно, ритмично, заполняя всё её естество. Ещё мгновение — и она, забив руками об ковёр, прижалась к груди отца и заурчала от взрыва наслаждения. Оргазм был настолько сильным, что перед глазами поплыли круги, тело выгнулось дугой и забилось в сладких судорогах.

В этот момент оба мужчины стали тоже выражать явные признаки оргазма. Сергей вышел из её попки, встал и, последовав примеру Игоря, поднёс свой трепыхающийся от перенапряжения член к ротику своей дочери. Катя, раскрыв губки, приняла в свой гостеприимный ротик горячие, уже не потоки, а капли спермы отца. Она слизывала их языком, чувствуя знакомый вкус.

Саша от удовольствия завыл, как горный олень. В этот момент Саша сильным движением бёдер скинул с себя Наташу. Властно потянув её за затылок к своему вздрагивающему от давления члену, надел её ротик на свою головку. Он ощущал, как его мошонка сделалась маленькой, а яички такими большими, напряг все свои мышцы, и благостные спазмы, охватившие тело, понудили выплёскивать удивительно значительный для третьего раза за вечер поток спермы в рот дочери. Раз за разом. Густая, липкая жидкость заполняла рот Наташи, она, продолжая всё так же насаживаться ртом на головку члена, стала, захлёбываясь от старания, её глотать. Часть, вытесняемая гулявшим во рту членом, набежала в уголки губ, струилась по подбородку, капала на грудь, на лобок Сергея, на ковёр. Саша застыл, прижимая её голову, не давая ей оставить его. Приятные спазмы оргазма всё ещё разрывали его тело, принося яркое, ни с чем несравнимое наслаждение.

После, приняв душ, все, пошатываясь от усталости, разбрелись по спальням. Девушки оказались в постелях своих отцов. Но это было почти машинально, не сговариваясь, просто всем хотелось очень спать, и они уснули в семейных кроватках, прижавшись к тёплым телам мужчин. Через минуту дом отдыха погрузился в сонную тишину, нарушаемую лишь ровным дыханием спящих.

                                                                                              ***

Утром, когда Сергей открыл глаза, на улице уже рассветало. Он вскочил и прошмыгнул в туалет. Вернувшись в комнату, через начавший проклёвываться сквозь шторку окна утренний свет он разглядел спящую в его постели дочь Катю. Она лежала на животе, обняв подушку, одеяло сбилось, оголив изящную ножку и половинку рельефной попки. Розовая, чуть приоткрытая дырочка ануса манила и дразнила в утреннем полумраке. Сергей залюбовался этими красивыми линиями слегка загорелого тела на белой простыне. Вспомнив, что было вчера, Сергей почувствовал, как его накануне натруженный член стал быстро наливаться новыми силами. Он притиснулся к телу спящей дочки, и его руки заскользили по её выпуклой попке, сжимая упругие ягодицы, раздвигая их.

Катя во сне тихо замурлыкала, а когда его пальцы заскользили в её щёлке, девушка, ещё не просыпаясь, тихо застонала, задвигав попкой, нанизываясь на мужские пальцы. Она была уже влажной, готовой принять его. Сергей не смог устоять искушению. Он налег сверху и, без всякой подготовки, внедрил свой напряжённый член в Катину влажную, горячую щель. Катя очнулась от сна, ей было приятно, а когда член папы стал передвигаться в ней, приятное ощущение быстро стало переходить в наслаждение. Она стала постанывать, приподнимая навстречу свою попку, подаваясь назад, насаживаясь на член глубже и глубже.

Через тонкие перегородки комнат стоны Кати, сопение Сергея, шлёпанье тел и скрип кровати были услышаны в соседних комнатах. Вскоре все три кровати скрипели в унисон — звуки разврата наполнили утренний дом. Стоны девушек смешивались с мужским рычанием, создавая какофонию страсти.

Через полчаса все шестеро, три отца и три дочки, обсуждали сложившуюся ситуацию за наскоро приготовленным завтраком. На столе дымился кофе, лежали бутерброды, но мысли всех были далеко от еды.

— Через час выезжаем! — сказал Саша, прихлёбывая кофе и закусывая бутербродом: — К пяти вечера надо быть в аэропорту, мам встречать с шопинга.

— Да, насчёт мам, — вставил Сергей, глядя на девушек. — Скажите им, что вам в лагере не понравилось и мы вас вчера забрали оттуда и привезли домой. Никаких подробностей. Просто не сошлись характерами с вожатыми, или ещё что придумаете.

— И дома чтоб намёка не было на наши делишки! — добавил Игорь, строго посмотрев на дочь: — Никаких взглядов, никаких намёков, никаких случайных слов. Всё, что было здесь, остаётся здесь. Поняли?

Девушки, жуя бутерброды, дружно закивали. В глазах их читалась смесь смущения, удовлетворения и лёгкого испуга от произошедшего.

— Думаю, эти наши делишки надо продолжить, но не дома, — не спрашивая согласия девушек, сказал Саша: — И не в гостиницах — можно запалиться, нарваться на неприятности.

— В моём офисе в подвале есть уютная сауна, — предложил Игорь, довольно улыбаясь: — По выходным, кроме меня, туда никто не вхож. Там есть комната отдыха, большой кожаный диван, музыка, бар. Всё условия для... наших хороводов…

— В выходные трудно без подозрения вшестером исчезнуть из дома, — развил тему Сергей, почёсывая подбородок: — А вот в пятницу, после уроков, можно там... Тем более что офис Игоря недалеко от школы. Скажем, что задержались на тренировке, потом зашли к подруге — мало ли причин можно придумать.

— Когда у вас занятия по гимнастике? — спросил Саша у подружек, переводя взгляд с одной на другую.

— В понедельник и в четверг, — опередила подруг Ксюша, и вдруг прыснула, прикрыв рот ладошкой. Подруги тоже захихикали, переглядываясь.

— Вот и славненько! — продолжил тему Саша, не понимая причины их веселья: — Скажете мамам, что теперь ещё и в пятницу будут дополнительные занятия гимнастикой! Для усиленной подготовки к выпускным соревнованиям. Звучит убедительно.

Подружки, не выдержав, прыснули от смеха уже втроём, прикрывая рты и косясь друг на друга. Саша удивлённо посмотрел на них, но не стал углубляться в их эмоции, списав всё на девичью глупость.

Девушки были совсем не против таких дополнительных занятий. Предстоял выпускной год в школе. Год насыщенный: два дня в неделю их будет тренировать Владимир Михайлович, их любимый физрук, который уже успел стать для них не просто учителем, а настоящим гуру в искусстве любви. А в пятницу — групповые гимнастические упражнения... в сауне... с отцами... Мысль об этом вызывала сладкую дрожь в животе и предательский жар между ног.

Когда завтрак закончился и все стали собираться, девушки улучили момент и заперлись в ванной.

— Девчонки, вы представляете, что будет в пятницу? — прошептала Наташа, блестя глазами: — Это же просто... ум оторваться!

— Ага, — хихикнула Катя: — А мамы будут думать, что мы гимнастикой занимаемся. Интересно, что бы они сказали, если б узнали, какая у нас гимнастика на самом деле?

Девушки снова захихикали, но быстро привели себя в порядок и вышли к отцам, уже серьёзные и собранные.

Через час машины выехали из ворот дома отдыха. В салоне царила атмосфера лёгкой неловкости и вместе с тем какой-то новой, тайной близости. Отцы и дочери обменивались взглядами, в которых читалось общее знание, общая тайна, общий грех, связавший их теперь навсегда.

В аэропорту они встретили жён - уставших, но довольных шопингом, нагруженных пакетами и сумками.

— Ну как вы тут без нас? - спросила жена Саши, целуя мужа и оглядывая девушек: - Как отдохнули?

— Всё отлично, — ответил за всех Саша, обнимая жену: - Девчонок вот из лагеря забрали, им там не понравилось.

— Да, мам, - подхватила Наташа, стараясь, чтобы голос звучал естественно: - Вожатые какие-то странные, режим дурацкий. Решили, что лучше дома.

— Ну и правильно, — кивнула мать Кати:  — Дома всегда лучше.

                                                                                ***

В понедельник, как обычно, после уроков они пришли в спортивный зал. Владимир Михайлович уже ждал их, разминаясь у шведской стенки. При виде входящих девушек его глаза заблестели.

— Ну что, мои хорошие, — улыбнулся он, окидывая их фигуры оценивающим взглядом:  — Каникулы закончились, пора продолжить наши занятия…

Продолжение возможно...

Александр Пронин