Гимнасточки

(по просьбе читателей, разбил рассказ по главам, немного отредактировав)

Глава 11. Отцы разбушевались

Трое мужчин, проводив взглядом удаляющиеся аппетитные попки девушек, которые при каждом шаге соблазнительно подрагивали, обессиленно развалились в глубоких кожаных креслах. Тишину нарушал лишь треск поленьев в камине да тяжёлое, прерывистое дыхание.

— Да, мужики, и что мы натворили? — первым нарушил молчание Сергей, проводя ладонью по вспотевшему лицу. Голос его дрогнул: — Мы же... мы трахнули своих дочерей! Я Катю... свою кровиночку... Я даже подумать о таком боялся, а тут...

— Ну трахнули! — Игорь резко оборвал его, подавшись вперёд. В глазах его горел лихорадочный блеск: — И что с того? Не мы же подставляли свои дырочки под камеру в том лагере! Не мы раздвигали ноги перед какими-то пацанами! Они сами виноваты, довели ситуацию до края. И знаешь что? Я считаю, надо их ещё раз так вздрючить, чтобы запомнили на всю жизнь. Чтоб ни одна мысль о повторении подобного в голову не пришла!

— Конечно, то, что мы сделали, это аморально, спору нет, — Саша, как самый рассудительный, поднял бокал с коньяком, рассматривая янтарную жидкость на свет: — Но сейчас поздно сокрушаться и посыпать голову пеплом. Есть русская поговорка: поздно пить боржоми, если почки отказали. Мы уже переступили черту. И если честно... — он сделал глоток и плотоядно усмехнулся, —. ..признаюсь вам, мужики, такого острого, бешеного кайфа я не испытывал очень давно. Может, никогда. Это что-то запредельное.

— Согласен! — Сергей оживился, в его глазах тоже зажёгся огонь: — Я когда в Катю входил... это ощущение запретности, греховности... оно просто взрывает голову! Я так давно не заводился, аж яйца ломит до сих пор.

— Вот именно! — подхватил Игорь: — Трахнули — и трахнули. Дело сделано. Главное теперь — чтобы никто, ни одна живая душа об этом не узнал. Ни жёны, ни знакомые, никто.

— Это самый важный вопрос, — Саша поставил бокал на столик: — И девчонки сами заинтересованы в сохранении тайны больше нас. Если хоть слово просочится — им же хуже будет. Их же осудят в первую очередь. Но нам надо им это спокойно, но доходчиво объяснить. Чтоб понимали: их жизнь, их будущее — в их же молчании.

— Ладно, с этим потом, — отмахнулся Сергей, потирая ладони: — Вы мне лучше скажите, что дальше делать будем? У нас ещё полно времени, жёны только завтра вечером.

Саша хитро прищурился, разливая остатки коньяка по бокалам:

— Что-что... Предлагаю выпить, потом сходить помыться, освежиться — и продолжить наказывать наших маленьких шлюшек. Думаю, они уже заждались.

Друзья одобрительно загудели, чокнулись бокалами и одним глотком осушили их.

Когда девушки, тщательно смыв с себя липкие, тягучие следы мужских излияний, вышли из душа, вновь замотанные в белоснежные полотенца, навстречу им попались отцы. Мужчины, не стесняясь своей наготы, несли халаты в руках. Их расслабленные, но всё ещё внушительных размеров члены устало покачивались в такт шагам, влажно поблёскивая после мытья. Девушки потупили взгляды, но краем глаза каждая отметила, что даже в спокойном состоянии хозяйство отцов выглядит более чем достойно.

В душевой они уже всё обсудили: и странное удовольствие, которое начали испытывать от происходящего, и неизбежность продолжения, и то, что обратного пути действительно нет. Поэтому, вернувшись в зал, они безмолвно присели на краешки освободившихся кресел, подобрав под себя босые ноги, и стали терпеливо ждать возвращения мучителей.

Вскоре вернулись отцы — распаренные, влажные после душа, в распахнутых банных халатах, от которых исходил аромат свежего геля и мужского тела. Они вальяжно расселись по креслам. Девушки вежливо, почти подобострастно, уступили им место, пристроившись на мягких широких подлокотниках. Сергей оказался рядом с Ксенией, Саша — с Катей, а Игорь — с Наташей. Несколько минут в комнате висела напряжённая тишина. Все чувствовали неловкость, но влечение мужчин к юным, едва прикрытым тонкой тканью телам оказалось сильнее. Их руки, словно живущие своей жизнью, потянулись к гладкой, ещё прохладной после душа коже девичьих ног, оглаживая стройные икры и колени, игриво заныривая под влажную ткань полотенец, касаясь тёплых, бархатистых бёдер.

Сергей действовал решительнее всех. Сначала он просто ощупывал тело Ксении через полотенце, сжимая упругие ягодицы, потом его пальцы нащупали край ткани и потянули. Полотенце соскользнуло, открыв его взору совершенную фигуру дочери друга. Сергей жадно, почти с болью, сжал её крепкие, красивые груди обеими руками, наслаждаясь их упругостью и тяжестью. Ладони горели, чувствуя, как под кожей перекатывается плотная ткань. Левую руку он оставил играть с сосками — сжимать их, крутить, чувствуя, как они каменеют под его пальцами, а правая скользнула вниз по гладкому животу и уверенно проникла в горячую, уже влажную щёлочку. Ксения вздрогнула всем телом, инстинктивно подаваясь бёдрами навстречу его руке, насаживаясь на подвижные, умелые пальцы.

Сергей, чувствуя, как ему становится тесно в халате, оторвал руку от её восхитительной груди, властно, но мягко взял девушку за затылок и потянул вниз, к своим коленям. Ксения поняла без слов. Она плавно сползла с подлокотника, освобождаясь от пальцев мужчины, и опустилась на колени перед отцом Кати. Её глаза блестели в свете камина. Она развела полы его халата, и перед ней предстал его член — стремительно твердеющий, наливающийся кровью прямо на глазах. Она взяла его в ладонь, чувствуя жар и пульсацию, и легонько коснулась губами нежной головки. Сергей дёрнулся, как от удара током, от острого, сладкого ощущения. Он приподнял её лицо за подбородок и впился в её губы долгим, глубоким, властным поцелуем. Ксения ответила, её язычок скользнул ему в рот, игриво касаясь его языка, проводя по эмали зубов.

Когда Сергей отпустил её губы, она, не мешкая, наклонилась и, глядя ему прямо в глаза, чмокнула набухшую головку. Её ловкий язычок проворно, но нежно обласкал уздечку, прошёлся по самому чувствительному местечку, заставив мужчину застонать. Затем её губки плотным колечком охватили головку, и член начал медленно погружаться в горячую влажность рта. Ксения заскользила по нему губами, то заглатывая настолько глубоко, насколько могла, чувствуя, как твёрдый, гладкий ствол скользит по языку, то выпуская почти полностью, оставляя во рту только головку, которую она продолжала дразнить языком. Сергей слегка покачивал бёдрами в такт её движениям, ощущая, как его плоть полностью заполняет нежный девичий ротик, касаясь нёба, а потом вновь выскальзывает, чтобы через мгновение снова погрузиться в это райское наслаждение.

Сергей довольно сопел, но ему хотелось продлить удовольствие. Он нежно, но настойчиво отстранил голову Ксении, потянул её вверх и, поменявшись местами, усадил девушку в кресло. Не обращая внимания на то, что его дочь в этот момент находилась в объятиях друга, он раздвинул длинные, стройные ноги Ксении и опустился перед ней на колени. Его рот приник к её промежности. Язык скользнул по влажным, набухшим губкам, нашёл чувствительный бугорок клитора и начал свою дразнящую, сводящую с ума работу. Он то слегка касался его, то водил вокруг, то проникал языком в сладкую глубину. Ксения, обожающая куннилингус, выгнулась дугой, вцепившись пальцами в подлокотники. Дыхание её стало частым, сбивчивым, из груди вырывались тонкие, дрожащие стоны. Когда он оторвался от неё, она была уже на пределе. Сергей снова заставил её встать и поменяться местами.

Он уселся в ещё тёплое от её тела кресло и властно притянул дочь Игоря к себе. Просторное кресло позволило Ксении без труда встать коленями по бокам от его бёдер. Глянцевитая, тщательно вылизанная ею же головка упёрлась во влажный вход. Ксения, обвивая руками шею мужчины, медленно, со сдавленным стоном, опустилась вниз, насаживаясь на рвущийся в неё ствол. Член Сергея, даря ни с чем несравнимое чувство наполненности, вошёл в неё до самого основания. Она замерла на мгновение, привыкая к ощущению глубины, потом привстала и снова опустилась, принимая его в себя до самых яиц. Горячий, твёрдый стержень скользил внутри, упираясь в самые чувствительные точки.

Нежные стеночки её влагалища пульсировали, сжимая член при каждом движении. Ритмичные, глубокие удары дарили невероятное, почти болезненное удовольствие. Ксения, продолжая покачиваться, уткнулась лицом в плечо Сергея. Его ладони нашли её подпрыгивающие груди, жадно смяли их, играя с затвердевшими, как горошины, сосками. Дыхание девушки сбилось окончательно, она уже не сдерживала стонов. Возбуждённая предыдущей сценой с отцом, а теперь и этим проникновением, она быстро достигла пика. Её тело выгнулось, она с криком забилась в оргазме, конвульсивно сжимая бёдрами мужчину. Сергей замер, крепко прижимая к себе вздрагивающее тело дочери друга, чувствуя, как её внутренние мышцы пульсируют вокруг его члена.

На соседнем кресле Саша тоже не терял времени даром. Он грубоватым, но возбуждающим движением сорвал с Кати полотенце, обнажая её великолепное тело. Его ладони и губы тут же впились в её тяжёлые, объёмные груди. Он втягивал в рот соски, покусывал их, мял груди, упиваясь их тяжестью. Потом, не отрываясь от этого занятия, он усадил девушку себе на колено, пристроив её промежность прямо на свою ногу, чуть выше колена. Он начал ритмично двигать ногой, заставляя её тереться влажной щёлкой о волосатую кожу. Катя тихо задвигала бёдрами в ответ, чувствуя, как приятное тепло разливается внизу живота. А когда рука Саши, оставив, наконец, её груди, скользнула вниз и нашла чувствительный бугорок клитора, Катя томно застонала и ещё активнее стала тереться о его ногу, насаживаясь на пальцы.

Саша вытянул ногу, и Катя, словно с горки, съехала на пол, оказавшись на коленях прямо перед ним. Саша широко распахнул полы халата, и его напряжённый, готовый к бою член оказался прямо перед лицом девушки. Катя решительно раздвинула его колени, наклонила свою прелестную головку и страстно поцеловала Сашу в живот, чуть выше лобка. Головка его члена упёрлась ей в подбородок. Она чуть отклонилась, и теперь пурпурная головка оказалась на уровне её губ. Она медленно, с наслаждением, лизнула её, чувствуя солоноватый вкус смазки, и приступила к работе.

Её ловкий язычок пробежался по напряжённому стволу сверху вниз, задержался на чувствительной уздечке, тщательно вылизывая её. Прохладные пальчики левой руки легли на каменный ствол, обхватив его у основания, а правая рука нежно, но настойчиво принялась перебирать мошонку, поглаживая тугие яички. Её сладкий, влажный ротик аккуратно натянулся на головку, она причмокнула, и член оказался у неё во рту. Несколько возвратно-поступательных движений, и он проникал уже больше, чем наполовину.

Саша машинально схватил Катю за волосы, помогая ей насаживаться глубже. Её пальчики скользили по подрагивающему стволу, нежно выдаивая его. Саша подался бёдрами вперёд, и девичья головка, подчиняясь его напору, уткнулась лбом в его лобок. Её ротик принял член так глубоко, что головка упёрлась прямо в горло. Катя поперхнулась, из глаз брызнули слёзы, в горле возник спазм. Когда Саша ослабил нажим, она откачнулась, кашляя и хватая ртом воздух. Но, не дав ей отдышаться, Саша снова насадил её горло на свой ствол. Несколько раз повторив эту сладостную для него, но мучительную для неё пытку, он, наконец, отпустил её голову. Затем сам сполз с кресла на мягкий ворс ковра и потянул за собой девушку. Катя, всё ещё откашливаясь, послушно легла, и он, нависнув сверху, вошёл в её скользкую, горячую щель одним мощным, глубоким толчком.

Ей была непривычна такая жёсткая, пугающая прелюдия, но в этом было что-то новое, дикое, что невероятно заводило. Когда она ощутила в себе огромный член мужчины, заполнивший её до краёв, огонь страсти вспыхнул с новой, невиданной силой. Вцепившись ногтями в его грудь, Катя начала бешено скакать на нём, подчиняясь ритму, который задавали его руки на её бёдрах. Оргазм накрыл её мгновенно, мощной волной. Она рухнула грудью на грудь Саши, содрогаясь всем телом, сжимая его член внутренними мышцами. Саша, более сдержанный, продолжал ритмично двигаться, не выходя из неё, продлевая её наслаждение.

Игорь не отставал от друзей. Рядом с ним на подлокотнике сидела Наташа - желанная дочь Саши. Он обнял её за тонкую талию, притянул к себе и впился долгим, сочным поцелуем в её мягкие губы. Его язык проник в её рот, играя с её языком. Полотенце Наташи сползло, открывая её пленительные груди. Игорь тут же переключил внимание на них, его губы сомкнулись на твёрдых бусинках сосков, он посасывал их, покусывал, втягивал в рот. Одновременно его рука проскользнула под полотенце, пальцы нашли горячую, влажную плоть и начали массировать клитор, проникая внутрь.

Наташа тихо застонала, постанывая и повиливая бёдрами в такт его пальцам. Игорь скосил взгляд и увидел, что его дочь Ксения уже вовсю трудится, оседлав член Сергея. Он понял, что пришло время для более активных действий. Взглядом указав Наташе на подруг, он дал ей понять, чего хочет. Наташа, поняв намёк, сползла с кресла на колени. Она помогла Игорю распахнуть халат. Отец подруги, дядя Игорь, откинулся в кресле, широко расставив ноги. Его крупный, влажно поблёскивающий член оказался прямо перед лицом Наташи. Она бережно взяла его в руку, чувствуя, как он вздрагивает в ответ на прикосновение. На кончике головки выступила прозрачная, липкая капелька предэякулята. Наташа наклонилась и размазала эту капельку по своим губам, ощутив лёгкую сладость, а затем взяла член в рот.

Он казался великоватым для её маленького ротика, поэтому сначала она, придерживая ствол рукой, старательно облизывала головку, водила языком по стволу. Судя по громким, протяжным стонам Игоря, ему это очень нравилось. Он начал подаваться бёдрами ей навстречу, а потом, взяв девушку за плечи, аккуратно уложил её на спину на мягкий ковёр, рядом с Сашей и Катей. Он поднял её ноги себе на плечи и придвинулся так, что её колени почти коснулись его груди. Направляемый рукой, член коснулся влажных створок, чуть приоткрыл их и мощным, плавным толчком вошёл на всю глубину. Тесные, нежные стеночки содрогнулись, принимая его.

Наташа застонала. Игорь замер на мгновение, давая ей привыкнуть, потом качнул бёдрами. Член вышел почти полностью и снова с силой вошёл внутрь. Возбуждённые стенки влагалища сладостно сжимались при каждой новой атаке. Быстро доведённая до пика, Наташа не выдержала и десятка движений - её тело выгнулось, она забилась в сильном оргазме, но член Игоря продолжал ритмично двигаться внутри, даря новые волны наслаждения.

Сергей, обнимая томящуюся после оргазма Ксению, залюбовался картиной, разворачивающейся на ковре у его ног. Особенно его взгляд притягивал круглый, аппетитный задик его дочери Кати, который был развёрнут прямо в его сторону. Одна дырочка была занята членом Саши, а вторая - тугая, розовая дырочка ануса - призывно темнела сверху. Сергея охватило неудержимое желание овладеть этой дырочкой. Он осторожно приподнял обессиленную Ксению и пересадил её в кресло. На столике среди рюмок с недопитым коньяком он заметил тюбик с лубрикантом. Схватив его, Сергей выдавил щедрую порцию геля себе на ладонь и обильно смазал свой всё ещё твёрдый, пульсирующий от неудовлетворённости член. Затем опустился на колени сзади своей дочери, которая ритмично двигалась на члене Саши. Он смазал указательный палец и аккуратно ввёл его в анальное отверстие Кати, массируя, подготавливая. Затем, приставив головку члена к сжатому колечку мышц, он уверенным, плавным, но настойчивым движением вошёл.

Катя сначала не поняла, что происходит, просто повела попкой, но потом, ощутив боль и распирание сзади, обернулась.

— Ой, нет... нет, папа, не надо! — испуганно вскрикнула она, осознав, что происходит.

Но было уже поздно. Член её отца, раздвинув тугие, но натренированные физруком стенки ануса, вошёл на всю свою длину.

— Ах... ой... ай... — закричала Катя, и в этом крике смешались боль и неожиданное, острое наслаждение.

Сергей и Саша не стали разбираться в оттенках её стонов. Они начали двигаться вдвоём, вбивая свои члены в зажатое между ними тело Кати. Сначала движения были хаотичными, но потом они приноровились, поймали общий ритм и начали двигаться в унисон, заполняя Катю с двух сторон одновременно. Их члены встречались внутри, разделённые лишь тонкой перегородкой, скользили, тёрлись друг о друга через неё, даря немыслимые ощущения всем троим.

Катя чувствовала себя заполненной до отказа. Это было её первое двойное проникновение, и ощущения были настолько мощными, захватывающими, что затмили всё, что она испытывала раньше. Волна наслаждения накрыла её с такой силой, что сознание помутилось. Она находилась словно в тумане, в полуобморочном состоянии, чувствуя только два члена, двигающихся внутри неё. Её твёрдые соски прижимались к груди Саши, губы слились с ним в поцелуе, а снизу и сзади её долбил отец. Катя снова провалилась в глубокий, сотрясающий всё тело оргазм.

И вдруг внутри неё ударила мощная, горячая струя. Саша кончил в её влагалище, изливаясь глубоко внутрь. Катя обессиленно распласталась на нём, всё ещё содрогаясь. Сергей вышел из зада дочери. Густая, белая сперма потекла по её ягодицам, затекла в промежность, смешиваясь с выделениями Саши, и потекла по бёдрам на ковёр. Сергей оглянулся. Ксения, Наташа и Игорь смотрели на них широко раскрытыми глазами, заворожённые этим зрелищем. Сергей подошёл к сидящей в кресле Ксении.

— Оближи! — прохрипел он, поднося к её лицу свой член, всё ещё влажный, капающий остатками спермы и смазки, но уже начавший опадать.

Ксения послушно наклонила голову и облизала член Катиного папы, тщательно слизывая все остатки, чувствуя солоновато-горьковатый вкус. Несмотря на её старания, член Сергея обмяк окончательно. Он приподнял её лицо за подбородок, заглянул в глаза и хрипло спросил:

— Тоже хочешь так? Чтобы тебя вдвоём?

Ксения молчала, но в её глазах читалось желание. Приняв молчание за согласие, Сергей кивнул Игорю и Саше. Игорь понял сразу. Он слез с Наташи и улёгся на спину на ковёр. Саша, вынув свой член из удовлетворённой Кати, перекатил её на бок и тоже лёг на спину рядом с Игорем. Сергей взял Ксению за руку, поднял с кресла и подвёл к лежащим на полу друзьям.

Под ногами Ксении распластались два обнажённых мужчины: её отец Игорь с возбуждённым, подрагивающим членом, и дядя Саша с таким же каменным стояком. Сергей подтолкнул Ксению, и та, повинуясь, опустилась на колени, а затем, прицелившись, медленно насадилась на твёрдый ствол Саши. Она задвигалась, сначала медленно, раскачиваясь, потом всё быстрее, извиваясь своим грациозным, гибким телом. Сергей взял тюбик с лубрикантом и протянул лежащему Игорю. Игорь мгновенно вскочил, щедро выдавил крем себе на ладонь, смазал свой пульсирующий член и зашёл сзади двигающейся дочери. Присев, он уверенной рукой приставил скользкую головку к её анусу и, встретив лишь слабое сопротивление, вошёл на всю глубину.

Ксения молча, закусив губу, приняла в себя второй член. Новые, невероятные ощущения от двух мужских поршней, двигающихся внутри неё с двух сторон, быстро раздули пламя нового, ещё более сильного оргазма. Она забилась всем телом, вскрикнула, прижалась к Саше, до боли вцепившись ногтями в его плечи. Игорь, чувствуя, как её тесный анус сжимается и пульсирует в оргазме, вышел из неё и вскочил на ноги.

Крепко сжимая рукой свой дрожащий, готовый взорваться член, он огляделся и сделал шаг к Наташе, которая сидела на полу, прислонившись спиной к креслу. Он поднёс член прямо к её лицу. Наташа успела только зажмуриться. Могучая, горячая струя спермы ударила ей прямо в губы, попала в нос, забрызгала глаза. Наташа, не открывая глаз, раскрыла рот и рукой ввела в него извергающийся член Игоря, придерживая, чтобы он не зашёл слишком глубоко, и начала жадно глотать всё, что из него выплёскивалось.

В этот момент Саша, лежащий под Ксенией, скинул с себя обмякшую девушку и со стоном: Я больше не могу! — вскочил на ноги. Сжимая рукой трясущийся член, он лихорадочно искал, куда бы разрядиться. Взгляд упал на обессиленных, расслабленных Катю и Ксению, но они были в прострации. Тогда он оттеснил от Наташи Игоря и приблизил член к лицу дочери. Разжал пальцы, и его орудие выстрелило прямо в неё. Наташе показалось, что струя летит в глаза, она отчаянно зажмурилась, но струя, задев подбородок, прочертив щёку, наконец, попала прямо в приоткрытый рот. Саша придвинулся ещё ближе, и следующая вязкая струя ударила ей прямо в нёбо. Густая сперма потекла по подбородку, капая на грудь. Двойной поток от двух мужчин был таким обильным, что на лице Наташи повисла целая спермяная борода. Саша стоял, упоённо сжимая голову дочери и выдавливая последние капли ей в глотающий ротик.

Когда Саша наконец отпустил дочь и отошёл, Наташа не могла открыть глаз — всё лицо было залито липкой, горячей жидкостью. Сергей подошёл к ней, помог встать и, словно поводырь слепому, довёл её до двери душевой.

— Иди, помойся, — сказал он ей вслед: — А мы пока передохнём. И ты тоже скоро испытаешь двойной кайф, обещаю.

Вскоре за Наташей в душ отправились и её подруги, утомлённо ступая босыми ногами по прохладному полу, оставляя на нём влажные следы.

Отцы, тяжело дыша, развалились в креслах. Тишину нарушало лишь их сиплое дыхание.

— Интересный денёк выдался, — наконец выдохнул Сергей, с трудом ворочая языком.

— Почему выдался? — тут же возразил Игорь, довольно жмурясь: — Сейчас чуток передохнём, сходим помоемся и продолжим. У нас ещё полно времени до завтрашнего вечера.

— Давно я такого офигенного кайфа не ловил, — признался Саша, закидывая руки за голову: — А наши шлюшки-то молодцы! Так разошлись, я даже не ожидал от них такой прыти. Особенно от твоей Кати, Сергей. Двойное проникновение — это сильно.

— Да я сам от себя не ожидал такого, — покачал головой Сергей: — Собственную дочь в зад трахнуть, да ещё дуплетом с тобой... Если бы мне кто-то сказал об этом пару дней назад, я бы ему морду разбил за такие мысли. А сейчас... сам это сделал. И не жалею.

— А я свою ещё в попку не пробовал, — задумчиво произнёс Саша, потирая подбородок:  — В отличие от вас, мне есть куда стремиться. Надо будет сегодня это исправить.

— Слушайте, мужики, — Игорь подался вперёд, глаза его азартно блестели: — А давайте-ка сыграем в хоровод! Ну, помните, как в прошлый раз, когда нам Артур шестерых шлюх подогнал на корпоратив? Мы тогда оторвались по полной. Девочки переходили по кругу от одного к другому, и каждый мог попробовать все дырочки. Было же здорово, все остались довольны!

— Ты предлагаешь... — Саша понимающе усмехнулся: — Пустить наших дочек по кругу? Чтобы каждый из нас перетрахал каждую из них?

— А почему нет? — пожал плечами Игорь: — Мы же их уже трахаем. Какая разница, свою или чужую? Всё равно все свои. Тем более интереснее. И для них это будет новый опыт.

— Логично, — кивнул Сергей: — Мне, например, Ксения очень понравилась. И ротик у неё славный, и киска что надо. Я бы с удовольствием повторил. И Наташа тоже ничего.

— А мне Катя твоя в кайф, — отозвался Саша: — Груди у неё — закачаешься, и в попку я бы к ней тоже хотел. Так что я за.

— Значит, решено, — подвёл черту Игорь:  — Сейчас отдыхаем, моемся, и, когда девчонки вернутся, объявляем им новые правила игры. Хоровод. Пусть каждая по очереди обслуживает всех троих. А мы уж постараемся, чтобы этот урок они запомнили надолго.

Продолжение следует...

Александр Пронин