Куколка - 2. Сестра

(по просьбе читателей, разбил рассказ по главам, немного отредактировав)

Глава 6. Кино

После той безумной новогодней ночи начались каникулы, которые мы проводили втроём. Андрей был доволен — это читалось в каждом его взгляде, в каждой ленивой улыбке за завтраком. Но и нам с Алиной было хорошо. Настолько хорошо, что я перестала думать о том, правильно это или нет. Андрей не только день заканчивал сексом с сестричками, но и начинал. Просыпалась я часто от того, что чувствовала его руки на своём теле — он приходил к нам на диван, когда Алина ещё спала в спальне, или затаскивал меня к ним в кровать. Я вошла во вкус, и меня уже ничего не смущало.

Мы жили в каком-то сладком тумане, где реальность смешалась с фантазиями. Днём мы гуляли по заснеженному Питеру, пили кофе в маленьких кафешках, ходили по музеям. Андрей водил нас в дорогие рестораны, покупал нам подарки, шутил и смешил. А ночью начиналось другое — то, о чём я раньше читала только в книжках и смотрела в порнофильмах соседа Саши.

На третий день после Нового года, когда мы валялись в постели — я, Алина и Андрей — разговорились. Алина, расслабленная и довольная, вдруг начала рассказывать о своей подработке. Я сначала не поверила, думала — шутит. Но она говорила серьёзно, спокойно, без тени смущения.

— Ты что, снимаешься в порно? — выдохнула я, приподнимаясь на локте.

— Не в порно, — поправила Алина. — Для частных заказчиков. Есть такие люди, которые платят деньги за эксклюзивный контент. Не для продажи, для личного пользования. Андрей с одним своим знакомым этим занимаются, я иногда участвую. Хорошие деньги, между прочим.

— С каким знакомым? — спросила я.

— С Артуром. Он хозяин сауна, в который мы снимаем видео. За это он тоже участвует в съёмках, бесплатно. 

Я смотрела на неё и не узнавала свою старшую сестру. Скромница Алина, отличница, гордость родителей — и такое?

— Не смотри так, — она усмехнулась. — Деньги не пахнут.

— И вам платят? — переспросила я: — Много?

— Нормально, — Алина назвала сумму, от которой у меня глаза полезли на лоб.

Я засыпала её вопросами. Алина рассказывала подробно, без утайки — про съёмки, про заказчиков, про то, как они с Андреем работают. Я слушала, раскрыв рот. Меня не шокировало — скорее, завораживало. Внутри загорелось любопытство, смешанное с азартом.

Я замолчала, переваривая информацию

                                                                                           ***

Через несколько дней после Нового года, вечером, мы сидели на кухне. Андрей разливал по бокалам вино, Алина резала сыр. Я смотрела на них и чувствовала себя частью чего-то особенного, тайного, взрослого.

Андрей отхлебнул вино и посмотрел на Алину:

— Звонил заказчик. Хочет ещё материала. Срочно. Из наших в Питере сейчас ты, я и... Артур, но ему нужны девушки. Позвони Полине, предложи ей. Она вроде свободна.

— Зачем Полине? — выпалила я, не успев подумать.

Они оба посмотрели на меня.

— Возьмите меня! — выпалила я, чувствуя, как щёки заливает румянец: — Мне это интересно. И деньги мне не помешают.

— Ну, уж нет! — отрезала Алина, и голос её стал жёстким: — Тебе рановато. Тебе нет ещё восемнадцати!

— Да мне через месяц будет восемнадцать! — не унималась я: — Какая разница?

— Большая разница, — Алина покачала головой: — Это не игрушки. Там взрослые вещи. И потом... ты моя сестра. Я не хочу тебя в это втягивать.

— Уже втянула, — буркнула я, имея в виду нашу общую постель.

Алина покраснела, но промолчала.

Я перевела взгляд на Андрея:

— Андрей, скажи ей! Ну, пожалуйста! Я справлюсь. Я уже не маленькая, ты сам говорил.

Андрей посмотрел на меня долгим, внимательным взглядом. Потом перевёл глаза на Алину.

— А почему бы и нет? — сказал он спокойно: — Паспорт у нас никто не спрашивает. А денежка не на сторону, а в семью. И потом, — он усмехнулся: — Вика уже показала себя... очень способной ученицей.

Алина смотрела на него, и я видела, как в её глазах борются сомнение и желание согласиться. Она перевела взгляд на меня — я смотрела умоляюще, сложив руки на груди.

— Ладно, — выдохнула она, наконец: — Чёрт с тобой.

Я взвизгнула от радости и бросилась её обнимать.

Андрей уже набирал номер.

— Артур? Привет. Работа есть. Завтра. Да, девочки будут. Жди.

Он положил трубку и подмигнул мне:

— Готовься, Вика. Завтра будет интересно.

                                                                                           ***

— Главное — расслабиться, — говорила она, пока мы пили кофе: — Если будешь зажата, на видео будет видно. Доверься Андрею, он знает, что делает.

Мы оделись красиво, но удобно. Алина выбрала тёмно-синюю блузку, которая красиво оттеняла её глаза, и обтягивающие джинсы. Я надела свой новый белый джемпер — он подчёркивал грудь и делал меня визуально старше. Туфли на высоких каблуках — Андрей сказал, что это важно для картинки.

                                                                                          ***

Когда мы вышли из такси, я огляделась. Обычный питерский двор, неприметная дверь с домофоном. Никаких вывесок, ничего, что указывало бы на то, что здесь происходит что-то необычное.

Мы спустились в подвал. Там оказалась настоящая сауна — с деревянными панелями, мягким светом, большим помещением с бильярдным столом в центре и несколькими дверями, ведущими, видимо, в раздевалки и парную.

Артур ждал нас у входа. И, честно говоря, я была немного разочарована. Почему-то я думала, что он такой же красавец, как Андрей. Но Артур оказался совсем другим. Ему было около тридцати, слегка полноватый, с мягкими чертами лица и очень приветливой улыбкой. Карие яркие глаза смотрели доброжелательно, аккуратно подстриженные каштановые волосы, ровные белые зубы — ничего особенного, но и ничего неприятного. Обычный мужчина. Симпатичный, но не более того.

Зато он смотрел на меня с таким откровенным восторгом, что мне стало приятно.

— А это, значит, та самая младшая сестричка, — сказал он, протягивая мне руку. — Очень приятно. Артур.

На столе, который Артур накрыл, были бутерброды, фрукты, несколько бутылок с напитками. Андрей разлил виски — обжигающий, крепкий. Мы выпили за знакомство, закусили.

Артур смотрел на меня поверх бокала, и я поймала себя на мысли, что его взгляд мне приятен. В нём не было хищности или наглости — только интерес и лёгкое восхищение.

                                                                                          ***

Андрей достал листок с заметками и разложил его на столе.

— Итак, — начал он деловито: — Сегодня придётся поработать. Заказ большой, серьёзный клиент. Будем снимать несколько сюжетов. Снимаем двумя камерами. Одну устанавливаем на треногу — она будет брать общий план. Второй будем снимать мы с Артуром — себя и крупные планы девочек. Иногда будем передавать камеры вам.

Он посмотрел на нас с Алиной.

— Если Артур не возражает, главной съёмочной площадкой предлагаю сделать бильярдный стол. Там хороший свет, фактура интересная.

— Только девочки, на стол без обуви, — вставил Артур, глядя на наши туфли на шпильках. — Сукно дорогое, порвёте..

— Разуемся, когда до стола дойдёт, — кивнул Андрей: — Теперь сценарий. Первый сюжет: девочки делают мне минет. Потом Артур с вами двумя. Затем я и Артур сначала с Викой, потом то же самое с Алиной. И последний сюжет — все вчетвером.

Я слушала, и сердце колотилось где-то в горле.

— Заказчик желает побольше анальных сцен, — продолжил Андрей. — Так что готовьтесь. Каждый сюжет оплачивается отдельно, так что трудимся в полную силу. И ещё, — он хитро улыбнулся, — немного схитрим. Нам, мужчинам, не так просто имитировать оргазм по команде. Иногда наши фонтаны заменим струйками кефира из детского водяного пистолета. Главное, чтобы заказчик не заметил подмены.

Алина засмеялась, я тоже улыбнулась, представляя эту картину.

— А теперь — в душ, — скомандовал Андрей.

В душевой, под тёплыми струями, Алина провела для меня краткий курс молодого бойца. Она показала, как пользоваться гигиенической клизмой — процедура была не самой приятной, но я терпела, понимая, что это необходимо. Потом лубрикатор, потом анальный конус.

— Это чтобы растянуть, — объясняла Алина спокойно, будто учила меня варить суп: — Первый раз может быть больно, если не подготовиться. Андрей умеет аккуратно, но лучше перестраховаться. Подержишь в себе минут двадцать, привыкнешь.

Я вставила конус, ощутив странное, непривычное давление. Было не больно, но чувствовалось. Алина смотрела на меня оценивающе.

— Молодец, — сказала она: — Расслабься, не зажимайся. Со временем даже понравится.

— А Артуру можно будет... туда? — спросила я, чувствуя, как щёки заливает краска.

— Можно, — Алина улыбнулась: — Если захочешь. Но если не захочешь — скажи. Никто не заставляет. Главное — чтобы тебе было хорошо. Тогда и видео будет красивым.

Когда мы вышли из душа, завёрнутые в полотенца, ребята уже подготовили площадку. Вокруг бильярдного стола стояли треноги с мощными осветителями, две камеры — одна на треноге, другая поменьше, ручная. Всё выглядело серьёзно, почти как на настоящей киностудии.

Пока ребята мылись, мы с Алиной наделись в свои наряды, встав на каблуки. Затем сидели за столом, грелись глотками виски и привыкали к ощущению конусов внутри. Я поймала себя на мысли, что чувствую возбуждение от этой подготовки, от предвкушения.

— Готова? — спросила Алина, глядя на меня.

— Готова, — ответила я, и удивилась, потому что голос мой звучал твёрдо.

— Начинаем! — Андрей вышел из душа, уже одетый, и хлопнул в ладоши: — Первый сюжет. Я играю с девушками в бильярд. Типа выигрываю, проигравшие девочки делают мне минет. Пока мы одетые, так что постарайтесь не испачкать одежду.

— Этим ты боишься нас испачкать? — Алина игриво взяла со стола красный детский водяной пистолетик, который лежал рядом с бутылками, и направила на Андрея.

— Пока обойдусь своими запасами, — усмехнулся Андрей. — Ты же знаешь мой потенциал. — Он снова стал серьёзным. — Эту сцену снимает Артур. Сначала общий план, как мы играем. Потом со стороны. А потом ты, Артур, залезаешь на стол и снимаешь через моё плечо — от моего взгляда.

Артур кивнул, взял ручную камеру и приник к окуляру, настраивая фокус. Было видно, что он волнуется — пальцы слегка дрожали, но он старался держаться профессионально.

Алина и я подошли к бильярдному столу. Туфли на высоких каблуках делали наши ноги в обтягивающих джинсах особенно стройными, длинными. Я поймала своё отражение в тёмном стекле шкафа — белый джемпер красиво облегал грудь, джинсы сидели идеально. Я себе нравилась.

Андрей взял кий, встал в позу, прицелился. Шар с глухим стуком покатился по зелёному сукну, стукнулся о другой — тот закатился в лузу.

— Есть! — довольно сказал Андрей.

Мы с Алиной тоже пытались играть, но получалось плохо — кии слушались плохо, шары разбегались кто куда. Артур крутился вокруг стола с камерой, снимал нас со всех ракурсов: как мы нагибаемся, прицеливаясь, как джинсы обтягивают наши попки, как груди колышутся под тонкой тканью.

Наконец, после очередного удачного удара, Андрей положил кий на стол и поманил нас к себе пальцем.

Мы отложили свои кии, подошли к нему. От предвкушения у меня был лёгкий, приятный озноб. Андрей обнял нас обеих, притянул к себе. Мы слились втроём в долгом, глубоком поцелуе. Я чувствовала губами и языком одновременно упругость его губ и мягкость губ Алины. Это было странно, волнующе и невероятно возбуждающе — целоваться с сестрой, пока её парень целует нас обеих.

Вдруг я ощутила, как рука Андрея мягко, но настойчиво надавила мне на плечо, пригибая вниз. Я опустилась на колени. Рядом так же опустилась Алина.

Мы в четыре руки принялись расстёгивать его ремень, пуговицу на джинсах, ширинку. Пальцы слегка дрожали — то ли от волнения, то ли от близости камеры. Когда мы справились с джинсами и стянули их до колен, перед нами предстали чёрные модные трусы, вспученные уже готовым к бою членом.

Алина ловко стянула трусы вниз. Член выскочил наружу, упругий, твёрдый, стоящий почти вертикально. Я залюбовалась — вены вились вокруг ствола, набухшие, рельефные, а головка, тёмно-розовая, блестящая, напоминала спелую сливу. За эту неделю я уже успела изучить его тело, но каждый раз смотрела заново — как на произведение искусства.

Долго любоваться Андрей не дал. Он взял нас обеих за затылки и придвинул наши лица к своему орудию. Алина коснулась члена губами, чуть приоткрыла рот, лизнула головку. Член вздрогнул, напрягся ещё сильнее. Я тоже чмокнула его в тёплый, упругий ствол, чувствуя, как под губами пульсирует кровь.

Алина обхватила головку ртом, смочила горячей слюной, и я увидела, как Андрей запрокинул голову, застонал сквозь зубы. Она сосала умело, глубоко заглатывая — почти до самых гланд. Её подбородок касался моих щёк, и я целовала основание члена, облизывала его там, куда она не доставала, чувствуя солоноватый вкус его кожи.

Ладонь Андрея подала Алине знак, и она отстранилась, уступая место мне. Я приникла к члену, закрыла глаза, сосредоточилась. За эту неделю я многому научилась, но до сестры мне было далеко — она заглатывала глубже, работала языком искуснее. Но я старалась изо всех сил, водила губами по стволу, обводила языком головку, сжимала губы, создавая вакуум.

Я подняла глаза и увидела за плечами Андрея камеру. Артур стоял на коленях прямо на зелёном сукне бильярдного стола и снимал нас сверху. От этого осознания меня бросило в жар — ещё сильнее захотелось показать себя с лучшей стороны.

Алина тем временем приникла к его яичкам. Я видела краем глаза, как она обхватила ртом одно из них, как перекатывает языком внутри, как пальцы её гладят другое. Я продолжала сосать головку, чувствуя, как она наливается, твердеет, начинает пульсировать.

— Сейчас... — выдохнул Андрей, и я поняла, что это значит.

Я хотела отстраниться — помня о своей проблеме с глотанием, но его рука с силой сжала мой затылок, удерживая на месте. Член дёрнулся, и в рот ударила горячая, густая струя. Первая, вторая, третья — сперма заполнила рот, обволокла язык, потекла по подбородку. Я пыталась глотать, но горло сжалось спазмом, отказываясь принимать. Я чувствовала, как ещё струи бьют в горло, как наполняется рот, и паника начала подниматься внутри.

Но Андрей держал крепко. Я зажмурилась, перетерпела, чувствуя, как последние капли стекают по языку. Когда он, наконец, отпустил мою голову, я вскочила, прикрывая рот ладонью, и бросилась в ванную. В глазах стояли слёзы — от унижения, от того, что не справилась.

Я склонилась над раковиной, выплюнула сперму, долго полоскала рот водой, умывалась. В зеркале отражалась раскрасневшаяся, растрёпанная девушка с размазанной тушью.

Когда я вернулась в зал, Артур всё ещё снимал — камера была направлена на дверь, из которой я вышла. Андрей стоял, заправляя рубашку, и улыбался.

— Всё, снято! — объявил он. — Концовка не по плану, но так даже лучше. Есть фактор натурального секса. Реалистично.

— Извините, — пробормотала я, чувствуя, как щёки горят. — Я не смогла проглотить. У меня всегда так.

— Всё хорошо, не переживай! — Андрей подошёл, обнял меня, поцеловал в макушку. — К этому ты ещё привыкнешь. Не ты первая, не ты последняя. Многие не могут.

Артур опустил камеру и смотрел на меня с восхищением.

Алина протянула мне бокал с водой, погладила по спине. Я выдохнула, расслабилась.

— Десять минут перекур — и начнём вторую съёмку: — сказал Андрей.

                                                                                    ***

— Второй сюжет, — Андрей снова был собран и деловит: — Девочки играют в бильярд. Сексуально нагибаются при ударе. Заходит Артур, видит ваши попочки, начинает к вам прижиматься. Дальше раздеваемся и слушаем моих указаний.

Мы с Алиной заняли позиции у стола. Артур ушёл за дверь, чтобы войти по сценарию. Андрей взял камеру в руки, приготовился.

— Мотор!

Мы начали играть. Я нагнулась над столом, целясь кием в шар, чувствуя, как джинсы натягиваются на попке. Алина делала то же самое с другой стороны. В этот момент вошёл Артур.

Он подошёл ко мне сзади, прижался всем телом, и я почувствовала его руки на своих грудях — он мял их через джемпер, тяжело дышал мне в ухо. От неожиданности и неопытности он был немного неуклюжим, но старался изо всех сил.

— Хорошо, — комментировал Андрей из-за камеры. — Вика, разворачивайся к нему. Целуй.

Я повернулась, обвила руками шею Артура и впилась в его губы. Целовался он мягко, даже робко, будто боялся сделать мне больно. Это было приятно — чувствовать его неуверенность, понимать, что он волнуется не меньше моего.

Алина опустилась на колени рядом с нами. Я видела краем глаза, как она ловко расстегнула его джинсы, стянула их вместе с трусами. Член выскочил наружу — твёрдый, напряжённый, но не такой огромный, как у Андрея. Обычный, нормальный член. Алина облизала губы, обвела языком вокруг головки и поглотила её ртом.

Я, не прерывая поцелуя, чувствовала, как руки Артура расстёгивают мои джинсы, стягивают их вниз. Я помогла ему, переступая ногами. Потом он стянул с меня джемпер, и я осталась в одном белье. Алина поднялась, быстро разделась сама — и вот мы уже стоим перед ним вдвоём, голые, на каблуках.

Я незаметно вытащила из попки анальный конус — он уже сделал своё дело, расслабив мышцы. Алина проделала то же самое.

— Артур, на стол, — скомандовал Андрей. — Спиной на сукно. Девочки, по бокам.

Артур скинул рубашку, забрался на бильярдный стол, лёг на спину вдоль, раздвинув ногами шары. Его член торчал вертикально, увенчанный головкой, и слегка подрагивал — то ли от возбуждения, то ли от волнения.

Я забралась на стол с одной стороны, Алина — с другой. Мы нагнулись над ним, и наши рты встретились на его члене. Мы целовали его, облизывали с двух сторон, передавая друг другу головку. Артур зажмурился, закусил губу, сдерживая стоны. Я видела, как Андрей ходит вокруг стола с камерой, снимает то наши лица, то выгнутые попки, то балдеющее лицо Артура.

Вдруг я почувствовала знакомую пульсацию — член Артура начал вздрагивать. Я вовремя отстранилась, передавая его Алине. Она успела принять первый удар — сперма брызнула ей в рот, на щёки, на подбородок. Артур кончил бурно, обильно, тяжело дыша и закатывая глаза.

 Молодец, — Андрей опустил камеру: — Так, перерыв двадцать минут. Артур, не переживай. Это нормально, новое место, новая девочка, быстро перегорел. Передохнёшь — и продолжим.

Артур кивнул, вытираясь полотенцем, которое подала Алина. Вид у него был смущённый, но довольный.

— Извините, девочки, — пробормотал он: — Я... ну вы поняли.

— Всё нормально, — улыбнулась Алина: — Для того и нужны дубли.

Я смотрела на них и чувствовала, как внутри растёт какая-то странная гордость. Я делаю это. Я снимаюсь в настоящем порно. И мне нравится.

                                                                                      ***

Через двадцать минут мы снова собрались у бильярдного стола. Воздух в сауне был тёплым и влажным, пахло деревом, потом и сексом — тем особенным, сладковатым запахом, который я уже научилась узнавать. Артур сидел на диване, прикрыв полотенцем расслабленный член, и вид у него был смущённый — видно, переживал из-за быстрого финала. Он крутил в руках бокал с виски, но не пил, только смотрел в одну точку.

— Куколка, помоги Артуру! — обратился к Алине Андрей, настраивая камеру на треноге: — Ты у нас мастерица в поднятии боевой готовности!

Алина усмехнулась, поправила волосы, сбросила с себя полотенце и, оставшись в одних туфлях на высоких каблуках, грациозно подошла к дивану. Я смотрела, как она двигается — в её походке было что-то кошачье, текучее, невероятно сексуальное. За эту неделю я много раз видела её голой, но сейчас, в полумраке сауны, при мягком свете ламп, она казалась мне богиней. Длинные ноги, идеальная кожа, грудь с тёмными сосками — всё в ней было совершенно.

Она присела перед Артуром на колени, раздвинула полотенце в стороны. Артур замер, боясь пошевелиться, даже дышать, кажется, перестал.

— Ну-ка, посмотрим, что у нас тут, — промурлыкала она, беря в руку его мягкий член.

Я видела, как её пальцы сжимаются на нём, как она оценивающе рассматривает — словно скульптор, изучающий материал для работы. Член был обычного размера, чуть толще среднего, с аккуратной головкой и редкими тёмными волосками у основания. В спокойном состоянии он выглядел безобидно, даже трогательно.

Алина наклонилась, взяла головку в рот, и я увидела, как её щёки втянулись — она создала вакуум, ту самую знаменитую "глубокую глотку", о которой я читала в интернете. Перебирая пальчиками его яички, она нежно посасывала, водила языком по стволу, постепенно наращивая темп. Было видно, как член начинает оживать — сначала легкое подрагивание, потом набухание вен, потом медленный, неумолимый подъём.

Артур зажмурился, откинул голову на спинку дивана. Его руки бессильно лежали по бокам, пальцы сжимались в кулаки и разжимались — он явно боролся с желанием схватить Алину за волосы и вогнать член глубже. Но сдерживался, позволяя ей работать в своём темпе.

Минута — и член стоял твёрдый, готовый к работе, блестящий от её слюны.

— Ого, — выдохнул Артур, открывая глаза: — Ты волшебница. Честное слово, волшебница.

Алина подняла глаза, улыбнулась, не выпуская члена изо рта, и задвигалась быстрее — несколько глубоких, сочных движений, от которых Артур застонал в голос. Потом она отпустила его с влажным чмокающим звуком и довольно облизнулась.

— Готов, — констатировал Андрей, заглядывая с камерой. Он снимал весь процесс — я только сейчас заметила, что камера в его руках работала всё это время: — Отлично, Артур. На стол. Сцена та же, что не досняли. Девочки, работаем.

Артур поднялся — немного неуверенно, как после долгой болезни — и подошёл к бильярдному столу. Зелёное сукно контрастировало с его бледной кожей. Он лёг на спину, раскинув руки, и его член, твёрдый и напряжённый, торчал вертикально, слегка подрагивая в такт сердцебиению.

Алина взобралась на стол первой. Она двигалась медленно, с наслаждением, давая камере время запечатлеть каждое движение. Я видела, как её тело изгибается, как груди колышутся, как она закусывает губу от удовольствия. Она оседлала Артура, взяла его член рукой, направила в себя и медленно, дюйм за дюймом, опустилась.

Артур застонал — громко, откровенно. Его руки нашли её бёдра, сжали, помогая двигаться. Алина закрыла глаза, отдаваясь ритму. Она двигалась всё быстрее, я видела, как её груди подпрыгивают, как напрягаются мышцы живота, как она прикусывает губу, сдерживая крик.

Я наклонилась над ними, целуя Артура в губы. Он целовался неуверенно, но старательно, и мне это даже нравилось — чувствовать его робость, его желание понравиться. Его язык робко касался моего, дыхание сбивалось от движений Алины. Я чувствовала, как содрогается стол от её ритмичных движений, как поскрипывают ножки по деревянному полу.

Но кончить она не успела.

— Стоп, — скомандовал Андрей: — Смена.

Алина послушно слезла с Артура, тяжело дыша, с блестящими от возбуждения глазами. Я заняла её место.

Член Артура был влажным от Алины, скользким, тёплым. Я взяла его рукой, направила в себя и опустилась. Он вошёл легко — я была уже достаточно возбуждена, влажная, готовая. Я задвигалась, чувствуя, как наполняется низ живота приятной тяжестью. Это было не так глубоко, как с Андреем, но тоже приятно — по-своему, по-другому. Меньше, но плотнее, что ли. Я закрыла глаза, отдаваясь ритму, чувствуя, как нарастает внутри знакомая волна.

Я слышала, как Андрей комментирует что-то про ракурсы, как гудит камера Артура, снимающая с другой стороны. Но все эти звуки были где-то далеко. Ближе были стоны Артура подо мной, его руки на моей талии, его член внутри.

И снова Андрей не дал мне закончить.

— Стоп, — сказал он: — Артур, теперь девочкам внимание. Анальные сцены. Заказчик этого хочет больше всего.

Артур слез со стола, помог мне спуститься. Его член был всё ещё твёрд, но я видела в его глазах лёгкую панику — справится ли? Не кончит ли снова слишком быстро?

Алина уже стояла наготове, опершись животом на зелёное сукно — одна нога на полу, другая задрана на стол, открытая, доступная. Идеальная поза для съёмки. Андрей подошёл к ней с тюбиком геля, выдавил на пальцы много, очень много, и начал смазывать её анальную дырочку. Я видела, как палец входит внутрь, как Алина вздрагивает, как расслабляется, привыкая.

— Готова? — спросил Андрей.

— Давай, — выдохнула она.

— Артур, заходи, — скомандовал Андрей, отходя к камере.

Артур пристроился сзади, приставил головку к смазанному отверстию. Я видела, как Алина замерла, готовясь принять его. Головка вошла — медленно, осторожно, раздвигая тугие колечки. Алина выдохнула, расслабляясь, и член скользнул глубже. Ещё глубже. И ещё.

— Ох... — выдохнула Алина, помогая себе пальцами, массируя клитор в такт движениям: — Да... вот так...

Я стояла рядом, наблюдая, и чувствовала, как внутри всё сжимается от возбуждения. Видеть сестру в такой позе, видеть, как член мужчины входит в неё сзади, слышать её стоны — это заводило невероятно. Моя рука сама потянулась вниз, пальцы нашли клитор, начали массировать.

— Вика, не увлекайся, — услышала я голос Андрея: — Ты следующая.

Я отдёрнула руку, чувствуя, как щёки заливает краска. Но Алина уже не обращала ни на что внимания. Она двигалась навстречу Артуру, насаживаясь всё глубже, её стоны становились громче, ритмичнее, и вдруг она закричала — громко, от души, содрогаясь в оргазме. Её тело выгнулось, пальцы вцепились в сукно, и несколько секунд она просто лежала, тяжело дыша, содрогаясь в остаточных спазмах.

— Отлично, — сказал Андрей, не отрываясь от камеры: — Артур, не выходи. Замри. Дай я возьму крупный план.

Артур замер, оставшись внутри неё. Андрей подошёл с камерой почти вплотную, снимая место соединения их тел, как член выходит и входит, блестящий от геля и смазки.

— Хорошо. Теперь Вика.

Артур осторожно вышел из Алины, подошёл ко мне. Я забралась на стол, встала на четвереньки, выгнув попку, как учила Алина — чтобы было красиво, чтобы камера видела всё. Андрей смазал меня гелем — палец вошёл легко, конус и неделя тренировок с Андреем сделали своё дело. Дырочка была расслаблена, готова принять.

Потом я почувствовала у основания головку члена Артура. Он приставил, надавил, и я ощутила знакомое распирающее давление.

— Готова? — спросил он тихо, наклонившись к моему уху.

— Давай, — ответила я, зажмурившись.

Он вошёл медленно, осторожно, и я почувствовала, как колечки раздвигаются, пропуская его внутрь. Мне нравился анальный секс всё больше и больше. В нём было что-то особенное — более острое, более глубокое, более интимное, чем в обычном. Может быть, потому что это до сих пор было запретным, новым, не до конца исследованным.

Я застонала, уткнувшись лицом в прохладное сукно, чувствуя, как он двигается во мне. Медленно, глубоко, осторожно. Артур работал старательно, аккуратно, боясь сделать мне больно. Я чувствовала его дыхание на своей спине, его руки на моих бёдрах, его член внутри.

— Сильнее, — попросила я: — Можно сильнее.

Он послушался. Движения стали резче, глубже. Я вскрикивала в такт, пальцы вцепились в сукно. Волна нарастала, приближалась, и я уже чувствовала, что ещё немного — и я полечу вниз, в этот сладкий обрыв.

Но через несколько минут Артур начал сбиваться с ритма. Я почувствовала, как его член пульсирует внутри меня, как он пытается сдержаться, но не может. Он подал знак Андрею — был готов.

Он вышел из меня быстро, почти выдернул, и я застонала от неожиданной пустоты. Потом он помог мне спуститься со стола, и мы с Алиной опустились перед ним на колени.

Мы раскрыли рты, глядя снизу вверх на его член — мокрый, блестящий, с капельками геля и моих соков. Артур быстро задрочил рукой, и тёплые капли спермы брызнули нам на лица.

Первая струя попала мне на щёку, потекла к подбородку. Вторая — Алине на губы. Третья — мне в волосы. Четвёртая — на нос. Мы сидели с раскрытыми ртами, ловя капли, но большая часть попадала мимо, размазываясь по нашим лицам, капая на грудь, на шею.

— Работаем, девочки, — скомандовал Андрей, не опуская камеры: — Вылизываем.

Алина тут же принялась за дело. Она наклонилась к члену Артура и начала вылизывать его — чисто, насухо, собирая последние капли, проводя языком по стволу, обсасывая головку. Артур стоял, тяжело дыша, и смотрел на неё с обожанием.

Потом Алина повернулась ко мне. Её лицо было испачкано спермой, глаза блестели. Она обхватила мою голову руками и начала облизывать моё лицо. Я чувствовала её язык на своих щеках, на лбу, на губах — она собирала сперму тщательно, смакуя, проглатывая. Я помогала, как могла, облизывая чистые места на её лице, целуя её в губы, чувствуя вкус — его и её смешанный, солоновато-горьковатый, возбуждающий.

— Не стесняйся, — шепнула Алина между поцелуями: — Соси с моих губ. Лови кайф.

Я послушалась. Я впилась в её губы, чувствуя, как наши языки сплетаются, делясь вкусом. Это было интимнее, чем всё, что мы делали до этого. Интимнее, чем секс с Андреем. Интимнее, чем всё на свете.

— Замечательно, — сказал Андрей. — Артур, дай им ещё, если осталось.

Артур, уже почти мягкий, попытался выдавить ещё немного, но из головки показалась только крошечная капелька. Алина поймала её губами, проглотила и довольно облизнулась.

— Всё! Снято! — Андрей опустил камеру и широко улыбнулся: — Всё отлично, ребята! Просто шикарно! Полчасика отдыхаем, потом последний сюжет — общий, все вчетвером. Заказчик будет в восторге.

Артур выдохнул, рухнул на диван, прикрыв глаза рукой. Алина подсела к нему, погладила по плечу:

— Молодец, второй заход удался на славу.

— Спасибо, — улыбнулся он устало: — Вы обе... просто космос. Я такого в жизни не пробовал.

— Привыкай, — усмехнулась Алина: — С нами расслабишься.

Я сидела на полу, всё ещё голая, всё ещё чувствуя на коже остатки спермы, которую я выпустила изо рта на свои груди, и улыбалась. Внутри разливалось тепло — не только от выпитого виски, но от странной, непривычной гордости. Я сделала это. Я снялась в настоящем порно. И мне понравилось. Очень.

Андрей подошёл ко мне, протянул руку, помог подняться.

— Ты молодец, Вика, — сказал он тихо, чтобы не слышали другие: — Настоящая звезда рождается на моих глазах.

Я прижалась к нему, чувствуя его тепло, его поддержку. И в этот момент я поняла — я хочу этого. Хочу сниматься дальше. Хочу чувствовать это возбуждение, эту свободу, эту власть над мужчинами, которые смотрят на меня с экрана.

— Спасибо, — прошептала я.

— Не за что, — он поцеловал меня в макушку: — Отдыхай. Дальше будет самое интересное.

Я посмотрела на Алину, на Артура, на Андрея с камерой в руках, и улыбнулась. Впереди был последний сюжет. И я была готова.

Продолжение следует

Александр Пронин