Суббота, 27 января 2261 г. Этим утром я проснулся раньше Дженн и будильника на пип-бое. Часы на пип-бое показывали 6 без 20. Так, ладно, нужно вставать и будить Дженн. Тут я вспомнил, как Дженн просила её разбудить, и мой х... резко принял боевую стойку. Оки-доки. Дженн спала, обняв подушку руками. Я поцеловал её нежную шейку, затем стал целовать её лопатки, а руки запустил под её тело, чтобы нащупать грудь. Дженн застонала во сне. Тогда я раздвинула её ноги и просунул руку в её промежность. Так, а девочка-то уже возбудилась. Что ж, выполню её желание. Мой х.. резко вошёл в её киску, тут Дженн застонала и открыла глаза.

—Доброе утро, дорогая! Нравится пробуждение? — спросил я.

—Да, Майкл! Только можешь мне вставить игрушку в задницу и одеть кляп. Не хочу никого пугать, — ответила Дженн и вытащила из-под подушки фаллос и кляп.

—Хорошо, дорогая, — ответил я и выполнил её просьбу. А дальше мы занялись нежной и страстной любовью под стоны Дженн в кляп. Закончив, мы взяли нашу одежду и отправились в ванну приводить себя в порядок. Впрочем, там Дженн тоже захотелось любви, а я не стал ей в этом отказывать. В конце Дженн облачилась в свой рейдерский прикид, а я в довоенную весеннюю одежду: брюки и красную рубашку, а также очки Мияки Киото. Когда мы покинули ванну, я услышал шипение масла на кухне. Так, что это там? Ага, Кира жарила солсбери-стейки на завтрак.

—Доброе утро, Кира! — поприветствовала её Дженн. — Извини, если мы сильно шумели.

—Доброе утро, — ответила Кира. — Нет всё нормально.

—Доброе утро. Ну, скажешь, если тебя что-то будет напрягать, — сказал я.

—Непременно, — ответила она. Кира дожарила солсбери-стейки, и мы расположились завтракать, запивая их ядер-колой. За завтраком Дженн и Кира мило общались, обсуждая Демельзу, Луизу и всё, что сейчас происходит. Где-то к половине девятого подтянулись остальные члены нашего отряда, и мы покинули Ранчо Чёрной Лошади. Дженн повела нас обратном в сторону трейлерного парка Мишн Хиллз. По дороге я срывал плоды опунции. В трейлерном парке она сразу нашла главного.

—Доброе утро. Мы от Слешера. Вот письмо от него, — сказала Дженн и передала ему запечатанный конверт.

—Так, хорошо, — ответил тот и принялся читать письмо. — Бедная Элиза. Ещё он пишет, что вы нуждаетесь в припасах. Можете взять всё, что вам нужно в тех строениях и трейлерах.

—Спасибо, — поблагодарил я его. — Вы тут не видели демонов?

—Видели 3 дня назад. Мы пытались их остановить, но они рванули наверх, —ответил он и показал рукой в сторону Южного Ранчо. — Хорошо, что Слэшер приказал эвакуировать всех, кто не может сражаться, отсюда и с улицы наверху в другой трейлерный парк на север. Будем надеяться, что демоны туда не доберутся.

—А где этот трейлерный парк находится? — спросил я.

—Вон там, — ответил мужик и показал на север. Я снова поблагодарил его, и мы пошли в первое строение. Это был одноэтажный жилой дом, где холл был совмещён с кухней, справа была спальня. В спальне в шкафу я нашёл стимуляторы, пистолет калибра 9 мм и такого же калибра пистолет-пулемёт. Всё это я забрал. В духовке был уже остывшие шашлыки из игуаны. Девочки собрали маис, упаковки с вермишелью, консервы со свининой с бобами. Также мы там нашли шприцы с психо и ингаляторы с винтом. А в комнате слева от входа было что-то типа химического набора. Похоже, что это была лаборатория, где готовили химикаты. Дженн предложила мне воспользоваться тем, что осталось в этом химическом наборе и приготовить вещества, пока они с Джейми собирали остальную химию. Хм, раньше она выступала резко против этого. Впрочем, если у нас никто ничего не будет употреблять без нужды, то не вижу проблемы, а иногда химия может оказаться необходимой. Жаль только, что тут нет детоксина или аддиктола для лечения зависимости. Я занялся приготовлением ментатов, баффаута, психо, рикошета и спока. Потом мы обошли другие трейлеры, где нам разрешили взять припасы. Но найти удалось только патроны разных калибров. Тоже неплохо. А ещё мы нашли коричневый плащ, немного похожий на тот, в котором я видел капитана Джексона в ту ночь в Пайнхейвене 2 месяца назад и ремонтный набор оружейника. Последнее понравилось Джейми.

—Нужно отремонтировать какое-нибудь оружие? -— спросила она.

—Пока нет, но этот ремонтный набор я возьму, — ответил я и отправил его себе в рюкзак.

—Майкл, возьми вот этот плащ, — предложила Дженн. —Это плащ регуляторов. В нём тебе будет легче управляться с тем оружием, про которое мы вчера читали.

—А почему он так называется? — спросила Кира.

—Потому что его разработали регуляторы из Адитума. Боевой брони на всех не хватало, поэтому часть носила такую одежду. Пока их не уничтожили «Лезвия», —ответила Дженн.

— «Лезвия»? — удивился Эрик.

—Да, группировка, которая жила к северу от Адитума. Регуляторы убили Джоша Циммермана, сына мэра Адитума и попытались в этом обвинить «Лезвия», — пояснила Дженн. — А Бритва отомстила за своего мужа.

—Интересная история, — заметил Эрик, а я забрал плащ в свой рюкзак. Может, действительно пригодится. Закончив тут, Дженн повела нас на север. По дороге Эрик подстрелил гигантского тарантула, то взять с него было особо нечего. А дальше Дженн нас привела к забору, за которым находились какие-то здания.

—Это супермаркет, где работала Зоряна, — сказала она.

—Кто это? — спросила Кира.

—Моя я даже не знаю сколько раз «пра-» бабушка, — ответила Дженн. — Просто не считала. Она жила в 21-м веке. Бежала с родителями из Восточной Европы от войны. Мой дар от неё.

—Мы пойдём внутрь? — спросил Джонни Мэттисон.

—Как ты догадался? — поддела его Джейми.

—Кстати, это одно из тех мест, которые указал Гафф, где есть сокровища, —вспомнил я. Мы действительно открыли ворота и вошли на бывшую парковку возле супермаркета. Там мы видели несколько корпусов от машин, которые находились тут, похоже, ещё с дня падения бомб. Мы направились ко входу. Внутри находились люди, принадлежавшие к племени Гадюк, судя по раскраскам их лиц. Джен подошла к одной женщине в таком же прикиде, как и у неё, но она, скорее всего, нас старше лет минимум на 10, а то и на 15, как мне показалось.

—Добрый день. Я Дженн Хейл, — представилась Дженн. — Я ищу Лёрлин. У меня для неё письмо от Слешера с ранчо Чёрной Лошади.

—Добрый день. Это я, — ответила женщина, забрала конверт у Дженн и, распечатав его, принялась читать. — Мне жаль, что Элиза погибла в битве за ранчо. Она была хорошей девочкой, хоть и с определёнными проблемами. Но я не уверена, что смогу вам помочь.

—Почему? — спросил я, а Лёрлин показала мне на лист бумаги, который лежал на прилавке возле одной из довоенных касс. На нём было написано: «Итак, ребята, это напрямую от босса. Мы должны очистить это место и привезти все припасы обратно на Ранчо Черной Лошади. Если мы собираемся разбить там лагерь, нам понадобится как можно больше припасов, так что берите всё.».

—Почти всё вывезли на ранчо очень давно. Слешер забыл, что супермаркет давно не пополняется. Тут есть только то, что нужно нам для охраны этого места. Хотя пожалуй... Можете взять, что осталось вон на тех витринах, — предложила Лёрлин и показала рукой на витрины. — А также мы можем поделиться мясом мохавских гремучих змей. И ещё может что-то есть в соседних строениях. К северу есть мебельный магазин. Мы туда не ходили.

—Спасибо, Лёрлин! — поблагодарил я её.

—Не за что, — ответила она и мы затем пошли к витринам. Так, бутылки с ядер-колой обычной и кварцевой, сансет саспариллой. Макароны с сыром, но часть из них фонит. Немного пива. Ладно, сойдёт, дарёному коню в зубы не смотрят. Также нам разрешили забрать пустой рюкзак и посовещавшись мы решили отдать его Кире и сложить туда всё то, что можем здесь забрать. Также они не возражали против осмотра касс и в них я нашёл довоенные деньги и крышки, которые лежали ещё с тех времён. А потом я обнаружил люк в подвал. Мы спустились туда. Там я обнаружил сейфы, сундук с кодовым замком и белую кукурузу, которая лежала на полу. Также в углу лежал скелет с довоенных времён, а рядом с ним какая-то книга. Я открыл её, но она была написана на каком-то языке, который никто из нас не знал. Возле сундука с кодовым замком лежал лист бумаги, на котором тоже была написана какая-то абракадабра. Вполне возможно, что это какой-то язык коренных американцев на латинской письменности, но мы его не знаем. Все эти сундуки с кодовыми замками связаны с орденом Ицтак-Синтеотля. Я по совету Дженн попытался поискать подсказки, открывая и закрывая сейфы, но так и не нашёл, поэтому я плюнул и велел собрать кукурузу в новый рюкзак Киры. После этого мы поднялись наверх, покинули супермаркет и направились на север. Там мы без проблем обнаружили дверь, над которой была вывеска: «Прекрасная мебель от Фрэнка». Мы зашли внутрь. Слева на полках стояли упаковки со стиральным порошком, чистящим средством «Абраксо» и камерой. Прямо перед нами стоял стол с чашками, а справа была раковина, на полу возле которой лежали голодиски, а возле неё бутылки с водой. Я поднял голодиски и принялся вставлять по очереди в пип-бой. На каждом из них был только один файл, который содержал следующий текст:

«Современная раковина «Радиация Вон» удаляет все следы радиации из вашей водопроводной воды!

Давайте посмотрим правде в глаза. Америка находится в кризисе. Мы не любим это признавать, но вода — это проблема нашего современного мира.

Хотите, чтобы ваша семья отравилась токсичной водой?

Раковина «Радиация Вон»!

Установите сейчас, всего за 499 897 долларов!

Вы на полпути к своему собственному убежищу!».

Я зачитал содержимое файла своим спутникам.

—Да, дорогая штука, — заметил Эрик.

—Кстати, она не подключена к трубе, — ответила Джейми. — Проверить мы не сможем, работает ли она.

—Это сейчас неважно. Давайте заберём стиральный порошок и чистящее средство «Абраксо», — предложила Дженн. — Ну и воду заодно.

—Она, кстати, не фонит, — заметил я и принялся собирать бутылки в рюкзак. Ну а девочки стали собирать пакеты со стиральным порошком и чистящим средством “Абраксо” в рюкзак Киры. Я проверил кассы и обнаружил в них только довоенные деньги и заколку. Этот магазин точно после падения бомб не работал. Пройдя дальше, я обнаружил комнату, где стояла хорошая двуспальная кровать и шкафы для одежды. В шкафах я нашёл довоенную одежду и шляпы и всё это отправил в свой рюкзак. Жаль, что комната только одна. В принципе, здесь можно было бы переночевать, т.к. дело идёт к вечеру, но вот только остальным спать негде. В общем, забрав из этого магазина всё ценное, мы покинули его.

—Куда мы идём сейчас? — спросила Джейми.

—В Мишн Палмз, — ответила Дженн. — Майкл, ты сейчас сможешь вскрыть те сейфы, которые не смог в прошлый раз. И помните, будьте начеку. Там наверняка опять полно касадоров.

—Что за касадоры? — спросила Кира.

—Такие огромные насекомые типа ос. Последний раз мы там были месяц и 10 дней назад и их там было полно. Так что все будьте осторожны, — приказал я и мы двинулись в ту сторону. Что ж, касадоры нас встретили, как только мы зашли на территорию посёлка и нам пришлось с ними сразиться. Впрочем, Кира неплохо себя проявила, стреляя в них из своей винтовки. Мы получили трофеи в виде ядовитых желез и яиц касадоров, я научил Киру извлекать железы и яйца из них, но они почти каждого из нас ухитрились ужалить во время сражения. Один из сейфов, который в прошлый раз я не смог вскрыть, находился в подвале одного из домов, куда мы пробились сквозь касадоров. В этот раз вскрыть его получилось, и я достал оттуда довоенные деньги, крышки, лазерный пистолет, энергетические батареи и истощённые энергетические батареи. Самое суровое сражение с касадорами приключилось в том доме, где мы с Дженн ночевали, т.к. за это время они ухитрились его облюбовать снова. Касадоры жалят очень больно, а их яд — это не самая приятная вещь. И хоть нашей выносливости и хватило, чтобы справляться с этим без использования стимуляторов и прочей химии, когда закончился бой с ними, я заметил, что жутко голоден. Не знаю, реакция ли это на яд касадоров или причина в том, что мы ничего не ели с утра. С моими спутниками всё было тоже самое. Поэтому Дженн достала из своего рюкзака пирог с мясом брамина, который она захватила с ранчо Чёрной Лошади, а также нож и принялась его нарезать на обеденном столе. Мы же на тот же стол отправили бутылки с сансет саспариллой и стопки. Потому парни вышли наружу, нарубили дров и развели огонь в камине. Кэмпбеллы как обычно начали с молитвы, и мы к ним присоединились, а потом приступили к трапезе. Джонии Мэттисон решил сказать первый тост, подняв стопку с сансет саспариллой:

—Ну, что за добрую охоту.

—Да, за добрую охоту, бро! — поддержал его Бен Курц и поднял стопку.

—За добрую охоту, — поддержала это Кира.

—За добрую охоту, — поддержал это я и мы выпили.

—Хороший пирог, —заметил Эрик, закусив им.—Никак не привыкну, что мы теперь с рейдерами союзники. Особенно, после того, что мы сделали почти 2 месяца назад.

—У нас общий враг — супермутанты, — ответил я.

—Я это понимаю. Но при том, что мы сделали с людьми Слешера...— начал Эрик. — Интересно, почему его в тот день не было ранчо?

—Потому что он сопровождал Элизу, свою сестру и остальную родню в шахту, —ответила Дженн. — Ты же помнишь, что они готовились отбивать нападение? Во-первых, были радиопереговоры НКР, которые их дезинформировали. А во-вторых Вильсон Вилко приказал эвакуировать всех, кого он считал ценными. Ну а тех, кого он там оставил...

—Кстати, это его кликуха или фамилия? — спросил я.— И откуда взялись письма?

—Это его фамилия, — ответила Дженн. — Его дед, как только у них получилось покинуть шахту, освоил изготовление препарата, который получил своё название по этой фамилии на основе психо. Ну и он тут тоже занимался варкой этого химиката. А что касается писем. Мы с девочками подошли к нему вчера и объяснили, что нам могло бы пригодиться для победы над супермутантами. Вот он эти письма и написал

—Интересно, — заметил я, а Джейми встала, чтобы включить радио. На радио играла музыка и мужской голос пел:

Когда Джон Браун отправился на войну сражаться на чужом берегу,

Его мама очень гордилась им.

Он стоял прямо и высоко в своей форме.

Лицо его мамы расплылось в широкой улыбке.

«О, сынок, ты так хорошо выглядишь, я рада, что ты мой сын.

Я горжусь тем, что ты держишь в руках оружие.

Делай, что говорит капитан, и получишь много медалей.

И мы повесим их на стену, когда ты вернешься домой».

И старый поезд отъехал, мама Джона начала кричать,

Рассказывая всем в округе:

«Это мой сын, который вот-вот уйдет, он теперь солдат, знаете ли».

Она позаботилась о том, чтобы соседи все поняли.

Она получала письма время от времени, и ее лицо расплывалось в улыбке.

Когда она показывала их соседям,

и хвасталась своим сыном в форме и с оружием.

И эти вещи, которые вы называете старой доброй войной.

О, старая добрая война.

Затем письма перестали приходить. Долгое время они не приходили.

Они перестали приходить примерно на десять месяцев или больше.

Потом наконец пришло письмо: «Спускайтесь вниз и встречайте поезд.

Ваш сын возвращается домой с войны».

Она улыбнулась и спустилась вниз, оглядевшись вокруг.

Но она нигде не увидела своего сына-солдата.

Но когда мимо проходили люди, она наконец увидела своего сына.

Когда она увидела его, она едва могла поверить своим глазам.

О, его лицо было изрешечено пулями, а рука оторвана.

И на поясе у него был металлический протез.

Он что-то тихо прошептал незнакомым ей голосом.

О, она даже не узнала его лица.

О, Господи, узнай его лицо.

«О, скажи мне, мой дорогой сын, скажи мне, что они сделали.

Как ты дошёл до такого состояния?»

Он изо всех сил пытался говорить, но его рот едва мог двигаться.

И матери пришлось отвернуться:

«Мама, ты помнишь, как я ушел на войну?

Ты думала, что это лучшее, что я мог сделать?

Я был на поле боя, а ты была дома и гордилась мной.

Ты не стояла рядом со мной.

Господи, я думал, когда был там, Боже, что я здесь делаю?

Я пытаюсь кого-то убить или умереть, пытаясь это сделать.

Но больше всего меня напугало, когда мой враг приблизился.

И я увидел, что его лицо было точно таким же, как моё.

О, Господи, точно таким же, как моё.

И я не мог не думать сквозь грохот грома и зловоние,

что я всего лишь марионетка в пьесе.

И сквозь рев и дым эта нить наконец оборвалась.

И пушечное ядро ​​выбило мне глаза».

Когда он повернулся, чтобы уйти, его мать все еще была в шоке.

Увидев металлический протез, который помогал ему стоять.

Но когда он повернулся, чтобы уйти, он позвал мать к себе.

И он бросил свои медали ей в руку.

Песня закончилась и раздался голос Макса Террора: «Я Террор Макс, ваш судья после апокалипсиса. Вы слушаете Смерть-981. Предыдущую песню мы посвящаем солдатам армии НКР и их мамам. Тем, кто возвращается домой именно в таком состоянии. И таких примерно столько же, сколько тех, о ком приходят только похоронки, т.к. далеко не всегда тела доставляют для похорон домой. Знаете, именно такие мамы и ответственны за то, что происходит с их сыновьями. Мне не жаль не их, не их сыновей, т.к. если бы эти самые матери не поддерживали бы войну, она давно бы закончилась. А ещё передаю привет мальчику Звезде на перевал Каджон и песня «Звездолёт» специально для него. Мерцай, мерцай, маленькая Звезда!». Макс Террор усмехнулся, заиграла музыка и женский голос принялся читать рэп, напевая припев:

Э-э, пойдём на пляж — все

Пойдём поймаем волну

Они говорят то, что хотят сказать

Выпьем, чокнемся, нашли Bud Light.

Таких плохих сучек, как я, найти сложно

Patron-n?

Пойдём зажжём

Зона один? Да, я в зоне

Это два, три? Хорошие чаевые оставь

Я потрачу все свои деньги и мне насрать.

Я на танцполе, на танцполе

Я люблю танцевать

Так дайте мне ещё, ещё,

Пока я не смогу стоять

Вставайте на танцпол, на танцпол

Как будто это ваш последний шанс

Если вы хотите больше, больше

Тогда я здесь.

Звездолёты созданы для полёта

Руки вверх и коснитесь неба

Не могу остановиться, потому что мы так высоко

Давайте сделаем это еще раз, о

Звездолеты созданы для полета

Руки вверх и коснитесь неба

Давайте сделаем это в последний раз

Не можем остановиться (мы обкуренные до беспамятства).

Прыгайте в мою развалюху, развалюху, развалюху, она моя

И я не плачу за аренду в этом месяце, я должна это

Но трахайте кого хотите и трахайте кого вам нравится

Жизнь в стиле дэнсхолл, ей нет конца.

Мерцай, мерцай, маленький звезда!

Итак, все, давайте скажем: «Рэй, Рэй, Рэй»

Идите и потратьте все свои деньги, потому что сегодня день зарплаты

И если вы крутой, то вы крутой, крутой, крутой

Меня зовут Оника, можете называть меня Ники.

Вставайте на танцпол, на танцпол

Как будто это ваш последний шанс

Если вы хотите больше, больше

Тогда я здесь.

Звездолёты созданы для полёта

Руки вверх и коснитесь неба

Не можем остановиться, потому что мы так высоко

Давайте сделаем это ещё раз.

Джейми плюнула и выключила радио.

—Ничего не меняется. И к чему он Майкла вспомнил? — спросила она.

—Война никогда не меняется, —ответил я.— А меня пусть вспоминает. Похоже, он боится, что, закончив здесь, мы можем отправиться на юг и заняться им. Но я этого делать не собираюсь.

—Они там дерутся, а тут супермутанты уничтожат всех, — заметила Кира.

—Не уничтожат, — ответил я.— Мы отбили атаку на шахту, на Южное Ранчо, на Ранчо Чёрной Лошади. Завтра с помощью Дженн раздобудем ещё кое-что, что нам нужно, чтобы решить эту проблему.

—Да, именно так. Поэтому нам всем нужно отдохнуть, —постановила Дженн. —Мы зачистили все дома, так что выбирайте себе по вкусу. А тебе, Кира, я могу предложить комнату на первом этаже.

—Спасибо, Дженн, — поблагодарила её Кира. Тут все остальные начали расходится, а мы с Дженн пошли наверх. B-6-RK я велел охранять Киру, против чего ни Кира, ни робопсина не возражали. Наверху Дженн мне предложила вскрыть тот сейф, который я не смог в прошлый раз. Я взялся за дело с заколками и отвёртками и пару заколок сломал. Впрочем, когда я открыл сейф, то увидел там «Магнум» 44-го калибра, патроны к нему и довоенные деньги.

—Интересно, это пролежало тут все 184 года? — спросил я.

—Вообще-то, да, — ответила Дженн. — Это пистолет Джека Хардинга.

—Странно, что сейф не вскрыли после его смерти, — заметил я.

—Ничего странного, — ответила Дженн. — После смерти Джека и Зоряны дом опечатали помощники шерифа. Дон со своей семьёй была на Восточном побережье, Джонатан Хардинг не просыхал, Саманта обратилась в суд для открытия наследственного дела, но по процедуре дом нужно было оценить, а с оценщиками на перевале Каджон тогда было плохо. Оценщик из Сан-Бернардино запланировал провести оценку дома в октябре 2077 г. Но ты ж помнишь, что тогда было?

—Ну да, была ещё одна волна эпидемии, — вспомнил я данные из книги, которую мы нашли в старой школе.

—Вот, оценку отложили, а после падения бомб она была уже неактуальна, —ответила Дженн. — Ладно, Майкл, я думаю, что пора заняться пробуждением моего дара.

—Да, дорогая! —согласился я. Дженн закрыла на щеколду дверь на второй этаж, и мы стали готовиться к вечерним водным процедурам. Да, такая планировка мне нравится. Тут точно нам никто не помешает. Игра с моей задницей с помощью искусственного фаллоса очень нравится Дженн да и мне, похоже, тоже. Даже не знаю, как к этому относиться. После водных процедур Дженн облачилась в свой прикид из Ксиабулы и вымыла игрушку, чтобы я уже применил её на ней. Что ж, скоро её руки были зафиксированы за быльце кровати, ноги разведены распоркой, в задницу вставлен фаллос, во рту у неё был кляп, на голове шлем, а на шее ошейник, а её ягодицы получали пару кругов ударов ремнём под вой Дженн в кляп, а после каждого круга мой член дарил удовольствие её горячей и влажной киске. После второго круга, когда я освободил Дженн, она обняла и поцеловала меня, сказав:

—Боже, Майкл, как хорошо. Ты просто волшебник.

—Я или новые игрушки? — спросил я.

—Ну, игрушки, само собой. Ладно, доброй ночи, —пожелала мне Дженн. — Завтра мы достанем последнего робмибо.

—Доброй ночи. Люблю тебя, — ответил я и поцеловал Дженн. Она как обычно растянулась на своей половине кровати, а я принялся писать дневник. Если реально завтра мы достанем последнего робмибо и сможем активировать того робота, то это нам точно поможет. Вопрос только в том, что будет дальше, когда мы остановим супермутантов и вернёмся в Юнион-сити. Да, Сильверман заварил всю эту кашу, но убивать его мне почему-то не особо хочется. Ладно, разберусь с этим по ходу дела.