Среда, 18 октября 1961 года, 12:10

— Прости, что опоздала, - сказала Кэндис, слегка запыхавшись. - Мне нужно было поговорить с ассистентом преподавателя насчёт промежуточного экзамена по бухгалтерскому учету.

— О... надеюсь, все в порядке, - с беспокойством спросил Джесси.

— Да, - вздохнула она, ставя поднос из столовой на стол. - С оценкой у меня все будет хорошо. Он хотел со мной встречаться, - сказала она с вздохом. - Мне пришлось быть с ним откровенной. Я сказала ему, что у меня уже есть постоянный парень и я не заинтересована в том, чтобы понизить свои стандарты.

Джесси чуть не подавился сэндвичем. - Ты же не сказала этого, правда?

Кэндис рассмеялась и указала на него пальцем. - Ты бы видел свое лицо. Ты повелся на эту удочку с крючком, леской и грузилом, - сказала она, все еще хихикая над его доверчивостью. Наконец она взяла себя в руки и сказала:

— Нет, конечно, я не сказала. Я была вежлива, но тверда. Он был довольно разочарован, но я не боюсь, что он доставит мне неприятности. Я слышала, что бывает и наоборот. Назначаешь встречу с ассистентом преподавателя, и оценка повышается. Я не собираюсь так поступать, - решительно закончила она.

Джесси улыбнулся. - Я не знал, что здесь такое происходит. Похоже, он из тех парней.

Она пожала плечами. - Для меня это не новость. Ко мне даже один из учителей в старшей школе приставал. Я, знаешь, склонна привлекать внимание парней, - она ухмыльнулась.

— Ты определенно привлекла мое внимание, - улыбнулся Джесси. Что бы он только не отдал, чтобы она знала, сколько внимания он уделял ей в их прошлой жизни.

— Джесси, я не дура. Я знаю, как я выгляжу, и понимаю, когда мне повезло. Я не собираюсь менять тебя на лучшую оценку или свидание. Ты застрял со мной на всю жизнь, если только сам не решишь, что не хочешь этого.

В ее голосе не было и тени сомнения. Она не шутила.

— Я очень счастливый парень, Кэндис. Я ни за что не стал бы рисковать этим. Ты тоже застряла со мной, - улыбнулся он.

— Хорошо... тогда все решено. А теперь, что мы будем делать в эти выходные?

Пятница, 27 октября 1961 года, 12:05

— Ты уже забрал свой костюм? - спросила Кэндис Джесси.

— Да, я забрал его вчера днем. Хорошо, что я его зарезервировал. К тому времени уже не из чего было выбирать. Наверное, запланировано много вечеринок на Хэллоуин.

— Я тоже готова, - улыбнулась она. - И нет, я не передумала. Я не пойду в костюме леди Годивы.

Когда объявили о проведении Хэллоуинского бала в Студенческом союзе, это уже две недели было предметом постоянных шуток между ними. Ни один из них не раскрывал, в каком костюме собирается появиться, но Джесси пообещал, что это не будет Супермен и не какой-нибудь римский костюм в стиле тоги. Кэндис тоже не давала никаких подсказок о том, что она наденет. Ему пришлось ждать, пока он не заберет её, чтобы узнать.

Джесси выбрал костюм офицера ВМФ, в комплекте с нагрудными знаками, напоминающими «фруктовый салат». Он постарался подобрать костюм, максимально похожий на форму своего деда времен Второй мировой войны. Это был не самый изысканный костюм, но Джесси он подходил как нельзя лучше. Его отец отметил, насколько он похож на своего деда в форме. Очевидно, он одобрил выбор Джесси.

Суббота, 28 октября 1961 года, 18:45

Джесси стоял с открытым ртом, когда Кэндис открыла дверь своей комнаты. Первая мысль, которая пришла ему в голову, была:

— Теперь у меня неприятности.

— Кэндис, ты выглядишь... потрясающе. Но тебе не кажется, что это немного... откровенно?

— Тебе не нравится, Джесси? - спросила она с ухмылкой.

Она прекрасно знала, что он ошеломлен ее внешним видом. Она выбрала костюм из парижского Folies Bergre, и с блондинистым париком она выглядела в точности как одна из легендарных танцовщиц.

На самом деле Джесси задался вопросом, не выглядит ли она в этом наряде слишком вызывающе. Ему сразу стало интересно, как её великолепная грудь удержится на месте в этой обтягивающей верхней части платья. Он подумал, не вызовет ли её внешний вид настоящий переполох на вечеринке.

— Ты думаешь, я слишком горячая, чтобы со мной справиться, - подразнила она, прижавшись к нему и прижав к нему свою едва прикрытую грудь.

— О да, - кивнул он. - Может, нам просто остаться здесь и никого не искушать?

Кэндис рассмеялась. - Если ты думаешь, что я прошла через все эти мучения, чтобы остаться дома, Джесси Петерсон, то ты глубоко ошибаешься. В конце концов, все остальные парни будут гадать, как тебе удалось договориться со мной о свидании, верно? Это должно принести тебе неплохую репутацию, не так ли?

Теперь она дразнила его, и он это понял.

— Ладно, Кэндис, ты победила. Мне, наверное, придется провести большую часть вечера, отбиваясь от парней, которые захотят перехватить мою девушку.

— Ой, милый, ты говоришь такие милые вещи, - улыбнулась она, нежно поцеловав его, стараясь не размазать помаду. - Мне тоже нравится твой костюм. Тебе не хватает только корабельной команды, чтобы отдать тебе честь. Ты выглядишь потрясающе красивым и естественным в этой форме.

— Я пытался скопировать военную форму своего деда, - сказал Джесси. - В твоём случае я не уверен, что кого-то будет интересовать происхождение твоего костюма... скорее то, как он на тебе смотрится.

— Что ты имеешь в виду? Я потратила кучу времени на выбор этого костюма. Он не слишком вызывающий и не слишком откровенный, - возразила она.

— Успокойся, Кэндис. Я тебя не критикую. Просто... ну... он не оставляет много места для воображения. Сегодня вечером ты действительно вызовешь ажиотаж.

— Ты имеешь в виду из-за моей большой груди? - спросила она, выглядя явно раздраженной, как заметил Джесси.

— Успокойся, Кэндис. Ты красивая женщина, и это платье даст всем понять, насколько ты красива. Я не сумасшедший. Я хочу быть тем парнем, который будет с тобой сегодня вечером. Ты же меня знаешь.

— Да... наверное. Обещаю, что не поставлю тебя в неловкое положение сегодня вечером, ладно? - тихо сказала она, успокоившись.

— Я ни на секунду не думал, что ты это сделаешь, - Джесси тепло улыбнулся, - но ты определенно заставляешь мое кровяное давление подниматься.

— Это единственное, что поднимается? - она улыбнулась, прижимая свою впечатляющую грудь к нему.

— Нет... и ты прекрасно знаешь, что это не так.

— Хорошо. А теперь пойдем, пока не опоздали, - сказала она, улыбаясь и быстро погладив его по промежности.

Джесси был немного удивлен ее поведением. Оно оказалось гораздо более напористым, чем он ожидал. Возможно, это и было тем, что отличало жизнь в колледже от школьной. В колледже девушки казались гораздо более уверенными в себе. Ранее на этой неделе он купил полдюжины презервативов в аптеке, и два из них были надежно спрятаны в его кошельке. Решать, когда и понадобятся ли они ему, предстояло Кэндис.

— Какая веселая вечеринка была, - сказала Кэндис, когда они шли к машине Джесси. - Не могу поверить, сколько там было людей. Наверное, больше трехсот.

— Ты была звездой, Кэндис. Сегодня вечером не было ни одного парня, который бы не жаждал тебя. Удивлен, что ты не выиграла «лучший костюм». У тебя точно были голоса парней. А вот голоса девушек, возможно, были под вопросом. Не думаю, что они были в восторге от сегодняшней конкуренции.

— Ничего страшного. Я хотела произвести впечатление только на одного парня, - сказала она, прижимая его руку к своей груди.

— Я заметил, что ты уделяла мне пристальное внимание. Я чувствовал себя ростом метров на десять. Думаю, несколько парней были готовы убить меня, чтобы убрать с дороги.

— Знаешь, моей соседки по комнате Дори сегодня не будет. Почему бы тебе не провести немного времени со мной? Нас никто не побеспокоит, - сказала она соблазнительным голосом.
— Мне бы это понравилось, - улыбнулся он. - Я не могу остаться на ночь, но мы можем провести вместе немного времени.

— Ты хотел бы остаться на ночь? - удивлённо спросила она.

— Конечно. Я не могу придумать ничего лучше, чем проснуться с тобой рядом.

— О, - пробормотала она. - Я никогда этого не делала. То есть... я никогда не спала с кем-то... всю ночь.

— Я хотел бы быть первым, - сказал Джесси, прижимая ее к себе и страстно целуя. - Просто сегодня это невозможно. Мои родители будут волноваться, где я и не случилось ли со мной что-нибудь.

— Да... конечно. Но... я бы тоже хотела, чтобы ты остался на ночь. Может, мы сможем что-нибудь придумать в будущем. Но сегодня я так долго ждала возможности побыть с тобой. Давай не будем об этом говорить. Давай сделаем то, чего мы оба так долго ждали. Хорошо?

— Конечно, - улыбнулся Джесси. - Я не могу придумать лучшего способа отпраздновать этот вечер, чем быть с тобой.

Воскресенье, 29 октября 1961 года, 1:40

После любовных утех Джесси лежал на спине, не засыпая, и прислушивался к тихому ритмичному дыханию спящей Кэндис. Он вздохнул, наклонился и нежно поцеловал её в щеку. Осторожно выскользнув из постели и одевшись, он вышел из квартиры и направился к машине матери. Было почти два часа ночи, и он знал, что утром его будут расспрашивать, где он был и чем занимался. Ему пришлось бы хорошенько подумать над ответом. Он был почти готов сказать правду... всю правду.

Пока он ехал домой, он размышлял, что именно его беспокоило в сексе с Кэндис. Она была милой и счастливой молодой женщиной, и он должен был быть в восторге от того, что она пригласила его в свою постель так скоро после их знакомства. Он не мог придумать никакой разницы между этой Кэндис и той, что из будущего. Но именно то чувство, которое у него осталось, и беспокоило его. Весь опыт его «другой жизни» научил его, что делать и как доставить удовольствие партнерше, но именно после этого у него оставалось неприятное ощущение.

В глубине души он считал, что Кэндис предназначена другому мужчине. Хотя два мира, в которых он жил, не были идентичны, он инстинктивно понял по её словам, что Пит Гисбрехт был её избранником. Он не мог винить её за это. Пит станет врачом и будет успешным и состоятельным жителем Крэнбрука. И дело было не в том, что Пит мог предложить ей больше, чем Джесси. Дело просто в том, что Кэндис не была влюблена в Джесси, а Джесси не был влюблен в Кэндис. В новом веке это называлось «друзья с привилегиями». Однако в его мыслях бродил еще один призрак.

Была ли соблазнительная юная Кэндис лишь промежуточной остановкой в жизненном путешествии Джесси? Если да, то какая жизнь окажется той самой, постоянной? Скорее всего, эта первоначальная, подумал он. Правда, он тосковал по всем увлекательным новым устройствам будущего, но в своей «настоящей» жизни в двадцатом веке он чувствовал себя в безопасности. Ему не нужно было ничего наверстывать или скрывать от других, кроме своего предвидения. Он был просто восемнадцатилетним Джесси Петерсоном, студентом первого курса университета с подработкой и любящей семьей. Появление Кэндис заставило его снова задуматься о том, какой будет его жизнь. Ответов на эти вопросы, конечно, не было. Не было никого, с кем он мог бы обсудить свою запутанную жизнь. Не было Евы Микески, которая успокоила бы его и поверила в него.

Он вздохнул, сворачивая на подъездную дорожку к своему дому. Пока что ответов не было вообще.

— Во сколько ты вчера вечером вернулся? - спросила его мать, когда он сел за завтрак.

— Думаю, чуть позже часа, - ответил он, не поднимая глаз.

— Тебе понравилось?

— Да... понравилось. Кэндис - очень привлекательная девушка, и на танцах мне завидовали все парни.

— Так... это та девушка, которая заменит Джульетту? - настаивала мать.

— Мам, любая девушка заменит Джульетту. Но Кэндис - не просто девушка, понятно? –'сказал он с чуть большей настойчивостью, чем было необходимо.

— Как она выглядит? - продолжала расспрашивать мать, не отступая перед его резким ответом.

Джесси начинал раздражаться от этого допроса и в раздражении ответил резко.

— Она выглядит как модель с разворота журнала „Плейбой“, - сказал он, продолжая есть свои хлопья, не поднимая глаз.

— Правда? - воскликнула мать. В ее голосе явно слышалось недоверие.

— Правда. Знаешь что, мам? Когда мы приехали, всех сфотографировали. Обещали, что фотографии будут готовы на следующей неделе, так что я смогу тебе показать.

— Это замечательно. Мне так хочется увидеть эту девушку, с которой ты встречаешься, - сказала она с ухмылкой. В её голосе по-прежнему слышалось недоверие.

— Ага!, - резко ответил Джесси с улыбкой. - Ты мне не веришь, да? Ну, доказательства скоро появятся, мама. И тогда ты увидишь, что я не преувеличиваю.

— Буду с нетерпением ждать, - улыбнулась она, успешно подразнив его.

Маргарет Петерсон очень гордилась своим сыном Джесси. Он был красивым, умным и очень добродушным парнем. Он избавился от приступов гнева, которые были у него в юности. Но мысль о том, что он встречается с девушкой... женщиной... такой же красивой, как модель с разворота журнала «Плейбой», была, без сомнения, преувеличением. Он не казался тем типом, который мог бы привлечь женщину такого уровня. Она была рада, когда он расстался с Джульеттой. Она все равно не подходила ему. Теперь ей придется подождать, чтобы увидеть доказательства, прежде чем она поверит в это.

Джесси почувствовал облегчение, что на время заставил мать замолчать. Он знал, что она не поверила его описанию Кэндис, но фотография станет доказательством. Ему было интересно, что она об этом подумает. Он был благодарен Сью, Кэндис, Кирстен и даже Джоанне за то, что они вытеснили из его памяти все воспоминания о Джульетте. Ее унижение осталось в прошлом и, скорее всего, уже забыто всеми. Его приключения в будущем принесли ему гораздо больше опыта в интимных отношениях, чем у большинства его сверстников. Это было ему на пользу, и прошлая ночь с Кэндис только подтвердила, что он точно знает, как возбудить ее и полностью удовлетворить. Он ожидал услышать от нее сегодня утром или в начале дня. Это могло бы стать дразнилкой и для его мамы.

Было около четырех, когда Джесси вернулся домой после визита к Джеку. Джон Дэвид Блэк был стажером-оператором на новой телестанции и мог рассказать массу интересных историй о том, что он видел и слышал. Заглянул и Боб Чалмерс, и они поговорили о своей новой жизни после окончания школы. Боб учился в художественной школе. Джесси считал его талантливым художником, но тот хотел сделать свою способность профессией. Эти двое были его лучшими друзьями уже несколько лет. В конце концов разговор зашел об их нынешней личной жизни. Ни один из них не поверил ему насчет Кэндис, так что Джесси в очередной раз пришлось пообещать предоставить фотодоказательства.

Джесси повесил куртку на вешалку и направился в ванную. Проходя мимо кухни, он услышал голос матери.

— Кэндис звонила сегодня днём, Джесси. Она попросила тебя ей перезвонить. Я записала номер, и мы поговорили пару минут.

— Э-э... ладно, мам, спасибо.

Ему было интересно, о чем они говорили. Он надеялся, что Кэндис не вдавалась в слишком много подробностей о прошлой ночи. Вряд ли, зная ее. Она не была настолько смелой. Быстро сбегав в ванную, он вернулся на кухню.

— Похоже, она очень милая девушка, - сказала мать, когда Джесси доставал из холодильника апельсиновый сок.

Если бы она только знала, подумал Джесси. - Она такая. Девушка из маленького городка, которая впервые живет в большом городе. У ее отца самый большой автосервис и заправка в Крэнбруке, и Кэндис планирует перенять дело от него, когда будет готова. Она учится на факультете бизнес-администрирования и, как ей кажется, неплохо справляется.

— Как ты думаешь, у вас серьезные отношения? - спросила мама, все еще пытаясь выведать информацию.

Джесси пожал плечами. - Пока рано говорить. Думаю, в Крэнбруке есть кто-то, кто, возможно, привлекает ее внимание. Ее брат и его лучший друг изучают медицину и планируют открыть клинику в своем родном городе. Однако пока что мы с ней встречаемся.

— Думаю, ты ей очень нравишься, Джесси, - сказала его мать. - Она очень лестно отзывалась о тебе, и дело не только в том, что ты симпатичный. Она сказала, что, должно быть, мы воспитали тебя вежливым и обходительным. Мне показалось, что это было очень мило с её стороны.

Джесси задумался, что бы подумала его мать, если бы узнала, чем мы занимались прошлой ночью.

— Я позвоню ей позже, - сказал он, надеясь закончить разговор. - Мне нужно закончить уроки.

Он поспешно ушел в свою спальню, и, взглянув на расписание на понедельник, открыл тетрадь и повторил последний урок. В тот вечер за ужином больше не было никаких расспросов. Отец Джесси размышлял о том, как «Остин Хили» будет вести себя зимой, особенно если выпадет снег. У него был очень небольшой дорожный просвет, и в такую погоду он был бы бесполезен. Его мать просто не стала бы ездить по снегу с всеми этими крутыми холмами в Западном Ванкувере. Это освободило бы ее убогий «Фалкон» для его отца. Джесси с нетерпением ждал того дня, когда он сможет позволить себе собственную машину.

Воскресенье, 29 октября, 17:30

— Ты вчера утром ускользнул от меня, - сказала Кэндис.

— Как бы мне ни хотелось остаться, мне нужно было возвращаться домой. К счастью, родители уже спали, когда я пришёл, так что они не знали, сколько было времени. Но все равно сегодня утром меня допрашивали насчет тебя. О чем ты разговаривала с мамой, когда звонила днём?

— Ой... просто девичьи разговоры, - хихикнула она. - Она сказала, что хочет со мной познакомиться, чтобы предупредить меня о всех твоих вредных привычках.

— У меня не так много вредных привычек, - возразил Джесси.

— Я знаю одну твою хорошую привычку, - проворковала Кэндис. - Вчера вечером ты позаботился о том, чтобы я осталась довольна. Девушка может очень быстро к этому привыкнуть. Она, наверное, станет этого ждать, - подразнила она.

— Если мы найдем время и место, чтобы побыть вместе, я бы сказал, что у меня есть хороший шанс помочь тебе с этой проблемой, - сказал Джесси.

— Кто сказал, что это проблема? - рассмеялась она. - Ты особенный, Джесси. Не знаю, где ты научился всем тем приятным вещам, которые делал вчера вечером, но мне понравилось абсолютно всё.

— Рад это слышать. Давай запланируем найти время друг для друга в эти выходные, ладно?

— Можешь на это рассчитывать, - с энтузиазмом ответила она.

— Мне пора, нужно закончить задание, - сказал Джесси.

— Хорошо. Увидимся в кафетерии. Спокойной ночи, Джесси.

— Спокойной ночи, Кэндис. Сладких снов.

Джесси повесил трубку и вернулся к учебе, но мысли о великолепной фигуре Кэндис не давали ему покоя. Она была девушкой мечты любого парня, и по какой-то причине она выбрала именно его. Какова бы ни была причина, он ни за что не стал бы жаловаться на свою удачу.

Среда, 1 ноября 1961 года, 12:05

Джесси потребовалось несколько минут, чтобы разглядеть Кэндис в большой общей столовой. Она сидела с парой своих подруг, и хотя он знал обеих, он надеялся, что она будет одна.

— Привет, девушки, - сказал он, подойдя к ним. - Что вы трое сегодня замышляете?

— Джесси! - воскликнула Кэндис, поднимая глаза. Две другие девушки тоже улыбались. - Сегодня утром пришли наши фотографии. Иди посмотри.

— О, хорошо, - улыбнулся он. - Теперь я смогу показать маме, как ты выглядишь. Она не поверила мне, когда я тебя описывал.

— Вот, - сказала она, подталкивая к нему конверт размером 8 на 10.

— Вау, они дали нам увеличенные снимки, да? - удивился он. Джесси осторожно вынул фотографию из незапечатанного конверта и с удивлением обнаружил, что это цветной отпечаток. Хотя это была снятая на скорую руку фотография, он подумал, что они выглядят великолепно, и сказал об этом.

— Ты выглядишь просто великолепно в этой форме, Джесси, - сказала Дарла Пауэлл. - Хотела бы я, чтобы мой парень так же хорошо выглядел.

— Завидуйте, девочки, - хихикнула Кэндис. - Он только мой.

В этот момент Джесси почувствовал прилив восторга. Было приятно знать, что его девушка им гордится... даже если это касалось только его внешнего вида в форме.

Он несколько мгновений рассматривал фотографию, прежде чем положить её обратно в конверт и взять свой сэндвич.

Две другие девушки, Дарла и Морин, сравнивали свои фотографии с фотографией Кэндис. В конце концов, они передали их Джесси, чтобы он их оценил. Его мнение, конечно, было предвзятым, но не было сомнений, что Кэндис была звездой вечера. Глядя на фотографии двух других девушек, он заметил нечто, что заставило его застыть с широко раскрытыми глазами.

Дело было не в том, кто был на переднем плане, но на заднем плане фотографии Дарлы мелькнула фигура, которая показалась ему очень знакомой. Он замер, уставившись на это на мгновение, глядя на человека, которого, как ему показалось, он узнал. Было ли это возможно? Если Кэндис могла существовать в двух разных временных линиях, то следовало, что этот человек тоже мог. Чем больше он смотрел, тем больше убеждался, что это была Кирстен Густафсон. Кэндис заметила его пристальный интерес.

«Что ты увидел?» — спросила она его.

— О... э-э... просто мне показалось, что я её узнал, - отвлечённо ответил он.

— Кого?

Теперь он попался. Пришлось доигрывать эту партию. Он указал на фотографию, где, как ему казалось, была Кирстен.

— Эту девушку. Она похожа на одну мою знакомую, - нерешительно сказал он.

Кэндис притянула фотографию к себе и присмотрелась к изображению.

— Ты имеешь в виду ту высокую блондинку?

Джесси кивнул.

— Откуда ты ее знаешь? - Кэндис не звучала расстроенной, но она была настойчива.

— Не уверен. - Джесси поспешно придумал историю. - Возможно, она была на одной из моих бейсбольных игр.

— И ты ее помнишь? –'Снова эта настойчивая любознательность.

Он вздохнул. - Таких блондинок ростом под два метра не забудешь.

— Хм, - сказала Кэндис с презрительным видом. - Она тебе не по карману, да?

— Вот это интересный комментарий. Я не считаю, что ты мне не по карману. Я бы сказал, что ты ничем не уступаешь ей... в каждом отношении.

Дарла и Морин затаили дыхание, следя за развитием разговора.

— Что это значит? - спросила Кэндис, и в её голосе прозвучала резкость.

Джесси начинал немного раздражаться из-за этих вопросов. - Это просто выражение. Оно означает, что ты ни в чём не уступаешь ни одной девушке, тем более какой-то безымянной блондинке, с которой я даже ни разу не разговаривал.

— Хм, - это был единственный комментарий Кэндис.

Вскоре разговор пошел в другом направлении благодаря Дарле, которой Джесси молча был благодарен за облегчение. Но это еще не было концом; далеко не концом. У него была одна цель - выяснить, была ли на слегка размытом фоне фотографии Дарлы действительно Кирстен Густафсон.