— Может передумаешь?

Руки Андрея обхватили меня за талию и прижали к себе.

Я вздрогнула.

Когда-то любимые, горячие руки сейчас были похожи на две змеи, обвивающие холодным кольцом. Я на секунду закрыла глаза.

Как же у мужчин всё просто. Проблемы на работе –«это начальник идиот», приполз пьяный –«это Серёга меня споил», изменил — «да она сама на меня залезла». А что делать мне?

— У меня на работе приказы не обсуждают, — выдохнув я убрала руки мужа и продолжила собирать чемодан.

Хмыкнув, Андрей отошёл и сел в кресло.

— Слушай, Надя, если ты будешь так на меня реагировать, то вряд ли у нас что-то получится? — в голосе мужа послышались обиженные нотки — Мы же вроде всё обсудили, сходили к психологу. Что не так?

«Всё обсудили».

Фраза неприятно резанула слух. На душе снова заскребли кошки...

Что ты наделала, Надя?

***

Синяя ручка, со сломанным колпачком, нервно крутилась в пальцах Литвинова.

— Как дома? — наконец прервал затянувшееся молчание полковник.

— Хорошо, — я сунула руки между коленок. Теперь каждый вопрос о семейной жизни заставлял меня вздрагивать. Широкий стол закрывал меня от взгляда начальника. Я с силой сжала бёдра, старясь сохранить спокойное выражение лица.

— Это хорошо, когда хорошо, — Николай Велимирович провёл рукой по седому ёжику волос на голове. В движениях нашего грозного начальника промелькнула... Растерянность? Или мне показалось? — В нашей работе семья — это тыл, защита. Без этого никуда. Понимаешь?

Я молча кивнула головой, хотя ничего не понимала. За пять лет работы в отделе это был первый такой разговор. Это разговор по душам, что ли? Неужели Литвинов всё знает?

Кровь прилила к лицу. Я сразу вспомнила тот унизительный разговор, подслушанный в женском туалете...

— Слышала, говорят Ладыжинской муж изменил?

— Да ты что?

— Ага.

— А с кем?

— Со своей студенткой. Он экономику в институте преподаёт вот там с ней и замутил (шум воды).

— Честно не ожидала. Я думала она его в ежовых рукавицах держит. Говорят, она жёсткая.

— На работе жёсткая, а в постели мягкая, как мороженное (смех).

— Ну в принципе я не удивлена. Она всё время на работе, дела расследует, а он то мужик, ему хочется.

— И ей тоже (смех). Говорят, она не просто так задерживается на работе. Пару раз видели, как она из кабинета Литвинова выходила, вся растрепанная.

— Да ну, слухи.

— Так говорят...

Стук двери. Тишина. Я осталась одна. В тесной кабинке туалета, с зажатым ладонью ртом. Я, которая участвовала в задержании опасных преступников, сидела, как мышка, боясь пошевельнуться от стыда. Две наших сотрудницы, только что размазали меня по стене, а я ничего им не сказала. Но разве они были неправы? Нет я не спала с Литвиновым, но всё что касается Андрея...

Я видела её пару раз. Молодая, симпатичная блондинка. Кукольное личико, стройная фигурка, словно кто-то оживил Барби. Пухлые губы и вечно распахнутые голубые глаза, с таким восхищением смотрящие на моего мужа. А я? Тридцатипятилетняя тётка, с вечно усталым взглядом и постоянными размышлениями, почему «М» убил «Н».

Может Андрей прав, когда говорил, что я стала другой, отдалилась от него, не уделяю ему внимания?

«...он то мужик, ему хочется...»

Эта фраза врезалась в мозг и крутилась словно надоедливая мелодия, от которой невозможно избавиться. Да, с сексом у нас тоже было не очень. Уходила я рано утром, приходила поздно, иногда просто доползала до постели, но я никогда не пыталась ограничивать Андрей в его желаниях. И что же я делал не так? И что делал «так» эта смазливая студентка?

— В общем, если будут проблемы, вопросы звони. Дело непростое, но ты справишься, — Литвинов положил ручку на стол и сверху припечатал огромной ладонью. По его лицу было видно, что он с облегчением заканчивает этот разговор.

Психотерапевт, конечно, из него так себе. Хотя в управлении его уважали. Простой, честный мужик. От участкового дошёл до начальника управления. Никогда, никого не боялся: ни начальников, ни бандитов. Ножевых и огнестрельных ранений у него было не меньше, чем наград на кителе.

— Я могу идти?

— Иди. Командировка тебе на пользу пойдёт. По себе знаю.

Кивнув головой, я вышла из кабинета. Голова кружилась, я до сих пор не могла прийти в себя. Двигаясь по коридору мне казалось, что в спину летят усмешки.

«Командировка тебе пойдёт на пользу...»

Очень на это надеюсь. Может и Андрей соскучится по мне, поймёт, что я дорога ему? Ведь я каждый день гнала от себя мысли об его измене. Каждый день я закрывала глаза и снова видела, как он целует, ласкает не меня. И каждый раз это заканчивалось слезами. Ведь я любила его, любила несмотря ни на что. И он меня любил...

Любил же?

Первая книга СНЛ написана, кому надо  могу скинуть)