(по мотивам рассказа «Семейные ценности»)

https://bestweapon.net/post_90962 (смените домен, если вы пользуетесь другим)

Люба

Музыка гремела в голове, вино пульсировало в крови. Я уже почти не понимала, где заканчивается танец и начинается что-то другое. Тело двигалось само — свободно, горячо, без стыда.

Чепкен давно распахнулся. Я чувствовала, как тяжёлая грудь колышется под тонкой шёлковой рубахой, но остановиться уже не могла. Взгляды мужчин жгли кожу, и вместо стыда это странным образом возбуждало.

Высокий черноусый снова притянул меня к себе. Его губы нашли мои — жадно, властно. Поцелуй был глубоким, влажным. Я закрыла глаза и отдалась ему, ответив на поцелуй.

Спустя непродолжительное время я почувствовала, как сзади ко мне прижался другой мужчина. Твёрдое тело, запах пота и старой кожи. Руки легли мне на рёбра и медленно поднялись выше, обхватив грудь через тонкую ткань. Пальцы уверенно сжали, начали мять.

Я тихо застонала в губы черноусому. Он ответил, углубляя поцелуй.

А потом кто-то — не тот, что сзади, а кто-то третий — задрал мою юбку вверх. Сразу несколько рук стали гладить бёдра. А кто-то вообще сдвинул трусы, и я почувствовала, как шершавые пальцы раздвигают нежные губки.

Всё ускорялось. Руки, лапающие тело, были повсюду. Я не успела испугаться, когда широкие ладони легли мне на бёдра и раздвинули их. И в следующую секунду толстая головка члена ткнулась между ног.

— Ох... — вырвалось у меня.

Он двигался медленно, но настойчиво. Я почувствовала, как член растягивает меня изнутри, как наполняет. Это было так остро, что у меня подогнулись колени. Если бы мужчина сзади не держал меня за талию, я бы упала.

Черноусый отстранился от моего лица, что-то сказал, но я не разобрала — музыка, толпа, гул в ушах.

И тот, кто вошёл в меня, начал двигаться. Резко, глубоко, не жалея.

А потом музыка стала громче, тамада что-то крикнул в микрофон, раздались хлопки, звон стаканов. Где-то там продолжалась свадьба. А я стояла посреди этого всего, чувствуя, как чужой член ходит во мне, и не могла ни остановить это, ни остановиться сама.

Я кончила быстро. Неожиданно для себя. Просто взорвалась изнутри, закусив губу, чтобы не закричать.

Мужчина сзади кончил следом. Вышел, выдохнул мне в затылок что-то по-азербайджански и исчез.

Я осталась стоять, тяжело дыша, с растрёпанными чувствами и распахнутой грудью. Кто-то сразу подхватил меня под руку, развернул к себе.

— А теперь я, — услышала я и тут же почувствовала его возбуждённый член, которым он искал вход.

— Уммм! — вырвалось само.

По проторенной дорожке второй член просто влетел. Сразу на всю длину. Это было что-то невероятное. Может, запах потных возбуждённых мужчин, а может, шарящие по телу руки так действовали, но, несмотря на недавний оргазм, я была снова возбуждена.

Мужчины сменяли друг друга, как в калейдоскопе. Кто-то слюняво целовался со мной, не обращая внимания на слюни других мужчин, кто-то нырял в мою вагину, не глядя на вытекающую из неё сперму предшественников. И руки, руки, руки. Везде... Я перестала считать. Перестала различать лица. Только руки, губы, члены. Кто-то целовал меня в шею, кто-то мял грудь, кто-то входил в меня снова и снова. Я уже не танцевала — меня просто передавали из рук в руки, как куклу. Куда-то тянули, двигали, насаживали.

Музыка играла где-то далеко, на грани сознания. Там же я слышала, что свадьба продолжалась. Слышала смех, звон стаканов, голос тамады, который снова произносил тост.

"Они живут своей жизнью, — думала я. — А я своей".

Когда очередной мужчина кончил и отошёл в сторону, я пошатнулась. Ноги не слушались. Кто-то подхватил меня под локти.

— Ведите её в дом, — услышала я чей-то голос. Негромко, но властно. — Там прохладнее. Сейчас уложим тебя — отдохнёшь!

Меня повели.

Трое или четверо. Лиц не запомнила, только их руки, снующие по телу и куда-то направляющие.

Я оглянулась через плечо. Двор, столы, мужчины, которые смотрели мне вслед. Кто-то улыбался, кто-то отсалютовал стаканом, кто-то просто кивнул, поймав мой взгляд.

И Саша.

Он тоже был там. Сидел за столом, повернувшись ко мне боком. Рядом с ним краснолицый грузин что-то горячо говорил, размахивая руками. Саша слушал, держа в руках бокал с вином. Пьяно кивал. Не обернулся.

"Не смотрит, — мелькнула мысль. — Даже не смотрит на меня".

Стало обидно. А потом почувствовала странное облегчение. "Если ему всё равно, то и мне..."

Черноусый притянул к себе и поцеловал взасос. Целоваться он умел. Мои губы сами начинали обсасывать его нежный язык, ловить губы:

— Не смотри на мужа, красавица. Идём. Сегодня я буду твой муж, — оторвался черноусый.

— Мы все будем! — с гоготом поддержали его остальные.

Мы пересекли двор, свернули за угол дома. Я плохо помню дорогу — только тени, запах прелого сена, чьи-то пальцы, расстегнувшие мою юбку окончательно, и чей-то голос, сказавший: "Сюда, заходите. Здесь удобно будет".

Дверь скрипнула. Мы вошли в полумрак.

Комната оказалась небольшой, но чистой. Пол был устлан стёгаными ватными одеялами, накиданными кошмами — грубыми азербайджанскими покрывалами. На стенах висели пёстрые ковры. В углу горела лампа, пахло сушёными травами и тянуло шашлыком со двора. В этот момент я вспомнила, что не успела поесть. Видимо, потому меня так развезло. Порция вина, которую мне поднесли в роге, конечно, была большой, но не настолько, чтобы полностью потерять голову.

Меня усадили на одеяла. Двое мужчин остались в комнате, третий вышел. Я услышала, как он сказал кому-то снаружи: "Твоя очередь потом. Успеешь".

Отдохнуть мне, конечно же, не дали. Черноусый, любитель поцелуев, тут же завалил меня на подушки и снова принялся целовать, пристроившись сбоку. Рука его мяла грудь, а в бедро упирался голый, торчащий член. Несмотря на то, что меня сегодня не раз трахали, к этому, прекрасно целующемуся кавалеру было какое-то особенное расположение. Признаюсь, что самой хотелось, чтобы он уже навалился на меня сверху и вонзил член.

Я даже почувствовала, как сильная рука приподняла мою ногу, согнув в колене, и отодвинула в сторону. Потом почувствовала, как между ног кто-то примостился. Влажные, растревоженные губки легко пустили новый член внутрь. Вот только... член черноусого так и продолжал упираться в бедро.

— Эй! Ты чего! Я же тут был, — с обидой оторвался от поцелуев черноусый; он заметил конкурента, только когда моё тело стало сотрясаться от толчков.

— Да всё нормально, брат! Продолжай. Я же тебе целоваться с этой шлюхой не мешаю, — раздался насмешливый голос с сильным акцентом.

Черноусый что-то пробормотал на своём и исчез. Наверное, отодвинулся в сторону, чтобы не прикасаться ко всё сильнее прижимающемуся мужику с острым носом и длинными волосами. Этот двигался совсем недолго, но зато хорошо смазал меня, обрызгав лобок и половые губы.

Не успела я перевести дух, как на его место опустился другой. Новый, с холодными пальцами. Он долго мял мою грудь, покусывал соски, заставляя меня извиваться. Я хотела сказать "хватит", но вместо этого только стонала всё громче. Голова была как будто чужой. Всё было в тумане — залитым огромной порцией похоти.

Он вошёл медленно, осторожно. Каждый сантиметр — как достижение. Я чувствовала, как стенки растягиваются, пропуская его. Дальше. Ещё дальше.

— Ох... — выдохнула я.

— Хорошо? — спросил он, понимая, как тесно ему во мне.

Я не ответила. Но было приятно знать, что для него это важно. Вместо этого я обняла его ногами и притянула к себе, давая понять, что готова принять всё.

Он двигался неторопливо, давая мне время привыкнуть. Я не думала о том, кто он, видела ли я его раньше, красивый или урод. Только ощущения: как туго его член ходит внутри, как пальцы сжимают соски, как горячо и влажно между ног.

Он кончил горячими струями, бьющими глубоко внутрь. Вышел. Почувствовала, как его сперма потекла из меня, тёплая, липкая.

Следующий не стал ждать. Он перевернул меня на живот, приподнял бёдра и вошёл в анус. Я вскрикнула, но скорее от неожиданности и сухости, а не от боли. Этот член был не таким большим, как у его предшественника.

— Не торопись, — сказал кто-то со стороны, мне показалось, это был черноусый.

— Сейчас привыкнет, — ответил тот, кто был во мне. — Видно же, что шалава.

И я привыкла. Через несколько толчков сухость исчезла, осталась только наполненность. Я стонала в ватное одеяло, кусая его край, чтобы не кричать слишком громко.

Следующий снова перевернул меня на спину и навалился сверху. Видимо, он и правда обладал хорошим опытом, поскольку ему даже не понадобились руки, чтобы направить член. Стоило мне только откинуться назад, как я почувствовала его жёсткий штырь. Он вторгся одним толчком — резко, глубоко. Я вскрикнула, но он зажал мне рот поцелуем, не давая кричать.

— Всё хорошо, красавица, — шепнул он. — Всё хорошо!

Его толчки были жёсткими, быстрыми. Я чувствовала, как член ходит во мне, как внутренности сжимаются вокруг него. Кончил он быстро, выдохнул мне в шею и отошёл, освобождая место.

Хоть я и не открывала глаз, черноусого узнала сразу. Знакомый запах, приятные нежные поцелуи. В этот раз он был уже сверху. Я чувствовала его член. Он нежными движениями двигал головкой по щели, лаская клитор, готовя мою дырочку к вторжению. Вот только...

Дверь открылась. Кто-то вошёл. Я не видела кто, только почувствовала, что появилась какая-то суета, мужчины расступались и жались к стенам, давая дорогу.

— А, батоно, проходите, — услышала я почтительный голос от кого-то.

Пахнуло дорогим одеколоном, кожей, табаком. Кто-то толкнул черноусого:

— Отойди пока. Не мешай.

И черноусый, уже лежащий на мне, суетливо задёргался, освобождая место.

— Пиджак подержи, — голос вошедшего был повелительным и точно не молодым.

Я даже открыла глаза, но ничего не увидела. Только силуэт довольно полного человека, возящегося с пряжкой ремня.

Кто-то важный опустился рядом, неторопливо спустил штаны.

Я посмотрела в сторону. Видела черноусого краем глаза — он сжимал в руке свой член, всё ещё твёрдый, и смотрел, как важный старик входит в меня. Он тяжело дышал, кряхтел. Кончил быстро, почти сразу. Встал, поправил штаны и вышел, даже не взглянув на черноусого и не сказав ни слова.

Наверное, вы скажете глупо, но я практически ждала черноусого. Он ведь был первым, кто начал целовать меня. Именно он ещё там, на танцполе, настолько подстегнул моё либидо, что дальнейшее стало восприниматься почти нормой.

Черноусый снова приблизился. То ли то, что его унизили, согнав с меня, то ли просто переволновался, но член его не стоял. Он какое-то время елозил им по моей вагине, даже пытался вдавить прямо так, не поднимая, но у него не вышло. Он поднялся, немного подёргал его и переместился к моей голове, надеясь, что у меня лучше получится привести его в боевой настрой.

Его место тут же занял кто-то другой. Пару раз макнул мне член в вагину, потом поднял ноги высоко вверх, почти складывая меня пополам, и упёр его в зад.

Этот член был больше первого. Наверное, даже больше, чем у Саши. Но благодаря сперме прошлого "посетителя" втиснулся в анус он почти без проблем:

— Ммм, — я замычала, показывая ему, что не стоит так быстро набирать обороты, всё же попка требует более бережного отношения.

К этому времени член черноусого был уже в моей руке. Неплохой, надо сказать, член. Длиной примерно, как Сашин, но потолще и с ярко выраженными крыльями головки. Думаю, мы бы отлично притёрлись друг к другу. Я представила, как двигается этот рельефный толстячок во мне, одновременно с нежными поцелуями его хозяина.

И втянула член черноусого в рот. Он ещё не стоял, но быстро набирал силу. Я тоже старалась, почему-то хотелось сделать приятное именно ему.

И снова его отвлекли:

— Э, брат! Давай ты потом ей в рот дашь? Неприятно видеть твой хуй перед своим лицом. Отвлекает. Не в обиду, брат!

Лицо того, что трахал меня в зад, и правда находилось в полуметре от моего нежного минета. Не знаю, так ли уж ему было неприятно видеть это, поскольку его член был твердокаменным и исправно елозил во мне. Но черноусый послушался:

— Ладно. Я всё равно хочу по-настоящему трахнуть её.

И исчез, потому что кто-то попросил его сходить и принести мне попить, раз он не занят.

Мужчины тем временем сменяли друг друга. Я не различала, где чьи руки, где чей член. Только ощущения: тяжесть, горячо, глубоко, ещё, ещё, ещё.

Кто-то целовал меня в губы, кто-то в шею, кто-то кусал плечи. Грудь горела от прикосновений. Соски стали такими чувствительными, что каждый щипок отдавался спазмом внизу живота.

Я ещё раз кончила. Не помню, от которого по счёту. Просто накатило тёплой волной, заставив выгнуться и закричать.

— Тише, — сказал кто-то. — Соседи услышат.

Но я не могла молчать.

Потом — странный сухой звук. Щёлк. Я не поняла, что это. Щёлк. Ещё.

— Что это? — спросила я, открывая глаза и еле ворочая языком.

— Фотограф, — ответил кто-то. — Не бойся. Он просто снимает.

Щёлк. Вспышка резанула по глазам.

— Не надо... — попыталась я прикрыться.

Мне убрали руку.

— Не мешай, — сказал тот же голос. — Он своё дело знает. Красивые кадры сделает.

— Не нужно фотографировать! Пожалуйста!

Возможно, опьянение проходило, поскольку появилась уверенность, что нельзя позволять фотографировать себя в таком виде. Я жена, я мама маленького Вити. А если кто-то из родных увидит? Или на работе?

Впрочем, меня не слушали.

— В рот дай ей!

Тут же в губы упёрлась головка члена.

— Щёлк! — вспышка резанула по глазам.

— Не надо!

— Соси! Классный кадр получится!

Хотела снова возмутиться, но вместо этого член оказался глубоко во рту, и следующий кадр я встречала именно так: с обиженными, широко распахнутыми глазами и смуглым хуем в глотке.

— О! Класс! — похвалил меня фотограф — молодой, хорошо одетый азербайджанец в джинсовом костюме. — Нужно её ещё с членом в жопе сфоткать.

Я попыталась возразить, но, похоже, остальные мужчины были солидарны с мнением фотографа. Меня уже переворачивали на живот. Подложили под бёдра подушки и широко развели ноги. Кто-то из мужчин крепко схватил меня за лодыжки, удерживая в этой унизительной позе.

— Не надо... пожалуйста... — тихо попросила я.

— Тише, красавица, — спокойно ответил фотограф, присаживаясь сбоку. — Не порти кадр. Голову чуть вбок. Вот так.

Щёлк. Вспышка ослепила.

Мужчина за спиной вошёл в меня медленно, но глубоко. Я тихо застонала, вцепившись пальцами в одеяло. Фотограф продолжал командовать:

— Глубже. И руку ей на поясницу. Хорошо. Теперь шире ноги... Ещё шире.

Какой-то незнакомый мужчина, стоявший рядом, послушно схватил меня за колени и сильно развёл их в стороны. Я почувствовала, как горят щёки от стыда.

Щёлк. Щёлк.

— Теперь сама руками ягодицы раздвинь. Классный кадр получится, вот увидишь! И смени выражение лица. Перестань кривиться.

Меня перевернули на спину. Потом поставили раком. Затем снова на спину, подняв ноги высоко вверх. Фотограф был везде — руководил, поправлял позы, менял ракурсы. Остальные мужчины тоже приняли новые правила игры. Послушно исполняли его указания. Я уже почти не сопротивлялась. Только тихо всхлипывала и закрывала глаза, когда вспышка била в лицо.

В какой-то момент, когда очередной мужчина кончил в меня и отошёл, я услышала знакомый голос:

— Держите, вот... Попейте.

Рядом присел черноусый. В руке у него был стакан с разбавленным вином. Он осторожно приподнял мою голову и поднёс стакан к губам. Я сделала несколько глотков. Вино было тёплым и сладковатым.

— Молодец, — тихо сказал он, вытирая мне подбородок чистой тряпицей, которую принёс с собой. — Не переживай. Всё будет хорошо!

Что хорошо? Когда будет? Но в его голосе звучало странное сочетание желания и какой-то заботы. Он откинул мокрую прядь волос с моего лица, нежно провёл пальцами по щеке.

Однако он не смог остаться рядом надолго:

— Отойди, брат, — сказал кто-то из мужчин. — Мешаешь.

Черноусый тяжело вздохнул, но послушно отодвинулся в сторону. Он сел неподалёку, не сводя с меня глаз, и продолжал смотреть, как ко мне пристраивается очередной любовник.

Фотограф тем временем продолжал работать:

— Теперь грудь вперёд... Руки за голову... Отлично. Раздвинь ноги шире. Мамед, когда кончать будешь, постарайся на грудь ей. Красиво смотреться будет. Кто там следующий? Нет, не ты. Давай лучше ты. Быстрее, не задерживай.

Меня снова перевернули, поставили на четвереньки. Новый мужчина вошёл сзади. Фотограф щёлкал не переставая, давая указания:

— Лицо к камере... Глаза открой... Вот так, хорошо. Теперь выгни спину сильнее.

Я уже почти не понимала, что происходит. Тело горело, голова кружилась от вина и усталости. Черноусый время от времени подходил снова — то подносил воду, то вытирал мне лицо, то просто сидел рядом и гладил по волосам, пока его не отодвигали в сторону для очередного "кадра".

Он пока так и не смог меня поиметь, хоть желание так и читалось в его глазах.

Каждый раз, когда он пытался пристроиться, фотограф или кто-то из мужчин говорил:

— Подожди, сейчас не твоя очередь.

— Отойди, не влезай в кадр.

— Потом, брат. Потом. Успеешь.

А я лежала, принимала в себя одного за другим и чувствовала, как внутри меня что-то окончательно ломается.

Я уже не была женой и матерью. Я была просто женщиной, которую все здесь имеют. Фотограф понял, что у меня больше не осталось сил, чтобы протестовать или отворачиваться. Он требовал, чтобы я сама поддерживала свои груди снизу, когда очередной мужчина собирался разрядиться на них. Заставил своими руками растянуть половые губы, чтобы он смог крупным планом сфотографировать мою раздолбанную вагину с вытекающей из неё спермой. Но и это было ещё не всё.

Меня поставили на колени посреди комнаты. Вокруг собралось около семи-восьми мужчин. Фотограф ходил кругами, как режиссёр на съёмочной площадке.

— Трахайте её по очереди в рот. И не кончайте сразу, я скажу когда, — скомандовал он. — Хочу красивые кадры.

Первый мужчина схватил меня за волосы и грубо вошёл в рот. Я едва успевала дышать. Следом второй, третий... Они сменялись быстро, держа меня за голову, трахая в горло. Слёзы текли по щекам, размазываясь вместе с тушью.

— Глаза в камеру! — резко приказывал фотограф. — Не закрывай!

Щёлк. Щёлк. Щёлк.

— Всё! Погнали! — скомандовал фотограф, и мужчины сразу поняли его.

Они перестали сдерживаться. Даже те, кто не трахали в этот момент, активно надрачивали свои смуглые члены. Первый кончил мне прямо в рот, заставив проглотить. Второй — на лицо. Третий — на волосы и щёку. Горячая, густая сперма стекала по моему лицу, капала на грудь, на ресницы, на подбородок. Я задыхалась, кашляла, но меня не отпускали.

— Ещё! — возбуждённо говорил фотограф. — Полейте её хорошенько! Кто ещё хочет кончить, подходите поближе. Долго не стоим. Подошёл, кончил, освободил место! — обратился он к остальным, ждущим своей очереди.

— Язык покажи! Сильнее! Да, вот так! Красотка! — это уже ко мне.

Мужчины обступили меня плотнее. Один за другим они кончали на моё лицо, на грудь, на вытянутый язык. Сперма была везде — густыми, тяжёлыми каплями стекала по коже, висела на подбородке длинными нитями, попадала в глаза. Я уже почти ничего не видела.

— Отлично... — бормотал фотограф, приседая и снимая крупным планом. — Очень грязная и красивая.

Когда последний отошёл, я сидела на коленях, вся залитая спермой, тяжело дыша.

— Теперь самый красивый кадр, — сказал фотограф. — "Счастливая невеста".

Меня поставили раком прямо на середине комнаты. Один из мужчин сразу вошёл в меня сзади — глубоко и сильно. Я вскрикнула.

— Лицо к камере! — рявкнул фотограф. — Улыбайся! Ты же на свадьбе, русская! Улыбайся, как будто тебе очень хорошо!

Я попыталась улыбнуться. Получилось жалко, криво. Мужчина за спиной начал трахать меня сильнее, шлёпая бёдрами о мою попу.

— Шире улыбку! Зубы покажи! Вот так! Глаза открыты, смотри в объектив!

Я улыбалась. Слёзы смешались со спермой на лице, но я продолжала растягивать губы в подобие счастливой улыбки, пока меня жёстко долбили сзади. Вспышки камеры били без остановки.

— Хорошо! Теперь воздушный поцелуйчик! Давай, как настоящая невеста!

Я послушно сложила губы трубочкой и послала поцелуй в камеру, продолжая стонать от толчков.

— Отлично! — фотограф был доволен. — А теперь подарок жениху.

Он присел ближе.

— Возьми сперму с груди руками и нарисуй сердечко. Прямо между сисек. И улыбайся при этом. Счастливо улыбайся, поняла?

Я дрожащими пальцами собрала густую сперму, стекающую по груди, и неуклюже нарисовала кривое, блестящее сердечко на своей коже.

— Теперь смотри в камеру и улыбайся. Шире! Как будто ты рада подарку!

Я улыбнулась — размазанная, залитая спермой, с сердечком на груди. Фотограф сделал несколько кадров.

— Поцелуй пальчики... Молодец. Ещё один поцелуй в камеру.

В этот момент рядом появился черноусый. В руках у него был стакан с вином и мокрая тряпка. Он осторожно вытер мне лицо, потом подбородок, стараясь не размазать "сердечко".

— Попей, милая... — тихо сказал он, поднося стакан. В его голосе было почти нежное участие. — Тебе тяжело...

Я сделала несколько глотков. Он снова вытер мне щёку.

Но даже сейчас ему не дали шанса.

— Отойди, — бросил фотограф. — Сейчас не твоё время. Давайте ещё фото с хером на лбу ей сделаем.

Он ткнул пальцем в грузина с не до конца опустившимся здоровым членом и сказал ему опустить свою елду мне на голову. Головка действительно легла на лоб, свешиваясь до переносицы.

Потом опять новая идея фотографа. И ещё одна.

Наконец, когда все уже насытились, фотограф махнул рукой в сторону черноусого:

— Ладно. Пусть этот наконец получит своё. Давай, брат!

Черноусый дрожал от возбуждения. Он лёг на меня, покрывая лицо поцелуями, шепча что-то страстное на ухо. Его член, твёрдый и горячий, упёрся мне между ног. Он уже почти вошёл...

И вдруг резко дёрнулся всем телом.

— Ааа... — выдохнул он жалобно.

Горячая струя спермы выплеснулась мне на живот и лобок. Он даже не успел войти.

Мужчины вокруг громко заржали. Кто-то хлопнул черноусого по плечу:

— Эх, брат... Не судьба тебе сегодня.

Черноусый лежал на мне, пряча лицо в моей шее, красный от стыда и разочарования.

А я в этот момент, сквозь пелену усталости и опьянения, подняла взгляд и увидела его.

Сашу.

Мой муж стоял в дверном проёме, держась рукой за косяк, и смотрел на меня. Прямо мне в глаза.

На несколько долгих секунд наши взгляды встретились.

Я не смогла ни отвести глаза, ни улыбнуться, ни что-то сказать. Только смотрела на него — залитая спермой, с размазанным сердечком на груди, с разбитым достоинством.

И он. Просто стоял и смотрел.

Внутри меня что-то окончательно надломилось.

...

Хочешь читать раньше других? Обсудить сюжет в процессе создания? Рассказать свою историю или просто поделиться мнением? - подписывайся на телеграмм-канал t.me/xxxstoryhub

t.me/xstoryhub2 (зеркало для тех стран, у кого не отображается основной канал)

Хочешь отблагодарить автора за работу? Пообщаться с ним? Подключайся к Mig Story на Boosty.

boosty.to/mig_stories