ГЛАВА 7

«Брат и сестра»

Когда с другого конца коридора донеслись первые стоны, Кирилл как раз лежал на кровати и тупил в телефон. Листал ленту ВК, натыкался на фотки одноклассниц, но мысли были совсем не о них. Мысли были о том, что случилось сегодня днём. О матери. О её губах. О том, как она стояла перед ним на коленях в душе, а вода стекала по её сиськам...

Член снова начал твердеть. Кирилл отложил телефон, прислушался. Из родительской спальни доносилось вполне отчётливо — мать стонала так, что стены дрожали. Он представил, что там сейчас происходит. Отец трахает её, а она кончает... От этих мыслей член встал окончательно, натянув трусы так, что стало больно.

В дверь постучали.

— Кир, не спишь? — голос Кати.

— Не, заходи.

Дверь открылась. Катя стояла на пороге в короткой майке и пижамных шортах, которые едва прикрывали попу. Волосы растрёпаны, глаза блестят.

— Слышишь? — спросила она, кивая в сторону коридора.

— Ага. Не глухой.

Она зашла, прикрыла дверь и села на край его кровати. Кровать скрипнула под её весом. Кирилл поспешно натянул одеяло на свой пах, но Катя заметила.

— Чего прячешь? — усмехнулась она. — Думаешь, не видела твоего члена?

— Отстань.

— Не отстану. — Она повернулась к нему, поджав под себя ногу. — Рассказывай.

— Чего рассказывать?

— То, что ты сегодня с матерью делал. Я видела, как вы из ванной выходили. Оба красные как раки варенные еще и мокрые. И запах... там явно спермой пахло.

Кирилл промолчал, но щёки загорелись.

— Ну? — Катя толкнула его в плечо. — Колись, братик. Не душни.

— А тебе зачем? И откуда вообще за запах спермы знаешь?

— Ну мне все интересно. Я тоже сегодня с мамой... ну... целовалась. На кухне.

Кирилл повернулся к ней.

— Да я видел. У вас там не только поцелуи было, по-моему.

— Было, — Катя улыбнулась, и в улыбке этой было что-то новое, взрослое. — Она меня трогала. Грудь. И мне... понравилось.

Они помолчали. Из коридора донёсся особенно громкий стон матери, и оба вздрогнули.

— Охреневают там родители, — сказал Кирилл, пытаясь пошутить, но голос сел.

— Ага. — Катя посмотрела на него в упор. — А мы чего сидим?

— В смысле?

— В прямом. Чего мы, хуже их?

Она протянула руку и дёрнула одеяло вниз. Член Кирилла выскочил тут же наружу уже возбужденный моментом и твёрдый, красный и влажной головкой. Катя уставилась на него, и глаза у неё стали круглые.

— Ни хрена себе, — выдохнула она. — Он у тебя всегда такой большой?

— Ну...как..ну да. — Кирилл чувствовал себя неловко, но и возбуждённо одновременно. Сестра смотрела на его член так, как не смотрела ни одна девчонка.

— Дай потрогаю, — сказала она и, не дожидаясь ответа, сжала его пальцами.

Кирилл ахнул. Её рука была тёплая, мягкая, и когда она провела по стволу вверх-вниз, у него чуть глаза на лоб не вылезли.

— Нравится? — спросила Катя, глядя на него с хитринкой.

— Ага...

— А мама его так же трогала?

— Не... она ртом...

— Охренеть, — Катя прикусила губу. — Прямо брала в рот?

— Ага.

— И что, вкусно ей было?

— Не знаю...Она же сосала.. я ж не пробовал.

Катя засмеялась. Потом вдруг перестала и посмотрела серьёзно.

— Хочешь, я тебе подрочу?

Кирилл сглотнул.

— Хочу.

Она устроилась поудобнее, взяла его член обеими руками и начала двигать. Медленно, неумело, но от этого было ещё приятнее. Кирилл откинулся на подушку, застонал.

— Ты как? — спросила Катя.

— Хорошо... очень...

— А хочешь, я тебе сиськами подрочу? — вдруг предложила она. — Я видела в порно, как мужикам такое нравится.

— Давай.

Катя стянула майку через голову. Грудь у неё была — закачаешься. Такая же, как у матери: большая, упругая, с розовыми сосками, которые уже были в этом момент возбужденные и сладко торчали. Она легла рядом, прижала его член между грудей и сжала их.

Кирилл застонал в голос. Это было невероятно — мягкая, тёплая кожа его сестры обхватывала его член, двигалась вверх-вниз, и он чувствовал, как её соски трутся о него.

— Нравится? — прошептала Катя, глядя ему в глаза.

— Очень...

— Мои сиськи всегда к твоим услугам, братик. Запомни это.

Она ускорила движения. Кирилл чувствовал, что близко, очень близко.

— Кать, я сейчас кончу...

— Давай. Кончи мне на сиськи. Хочу посмотреть.

Он закричал, когда сперма брызнула толчками — на её грудь, на живот, на шею. Катя не остановилась, продолжала двигать грудью, выжимая последние капли.

— Охренеть, — выдохнула она, глядя на себя. — Как много.

Она провела пальцем по груди, собрала сперму и... лизнула.

— Солёная какая-то, — сказала она. — Но нормально.

Потом вдруг наклонилась и взяла его член в рот.

Кирилл дёрнулся, но она придержала его рукой.

— Лежи. Я хочу попробовать.

Она сосала неумело, но старательно. Водила языком по головке, пыталась взять глубже. Кирилл чувствовал, как её слюна течёт по члену, как её губы обхватывают его — и это было настолько офигенно, что он снова начал твердеть.

— Кать... ты чего... я же только что...

— Ничего, — она оторвалась, улыбнулась. — Мне нравится. И вообще, теперь мы квиты. Ты мне должен.

— За что?

— За то, что я тебе дала.И сиськами... Теперь ты мне должен, то, что захочу.

— Чего хочешь?

— Потом скажу, — она подмигнула и снова взяла его член в рот.

Из коридора донеслись голоса родителей. Сначала отец что-то сказал, потом мать ответила. Катя замерла, прислушиваясь, но член изо рта не выпустила.

— Слышишь? — прошептала неразборчиво. с членом во рту она. — Кажется, они про нас говорят.

— Похоже, — Кирилл прислушался. — И чё теперь?

— А ничего. Пусть знают, что мы тоже не лыком шиты.

Она продолжила сосать его член, и Кирилл почувствовал, что снова близко. На этот раз он не сдерживался. Кончил прямо ей в рот, и Катя глотала, давилась, но глотала.

Когда всё закончилось, она отстранилась, вытерла губы.

— Вкусно, — сказала она. — Неожиданно, но вкусно.

Кирилл лежал, глядя в потолок, и не верил, что это произошло на самом деле.

— Кать, — позвал он. — А мы теперь... ну...

— Что — ну?

— Типа..ну будем. вместе?

— Вместе, — она улыбнулась и легла рядом, прижавшись к нему. — Мы теперь вместе, братик. И это только наше начало.

За стеной родители затихли. А потом в комнате раздался голос матери:

— Ты слышал? Она сказала «кончи на мои сиськи»?

И голос отца:

— Блин, я думал я один это слышал. Похоже, наши дети тоже  там не скучают.

Катя и Кирилл переглянулись и прыснули.

— Ну и семейка, — сказала Катя.

— Зато не такие скучные, как другие — ответил Кирилл её же словами.

Они лежали, прижавшись друг к другу, и слушали, как за окном в Озерцо лают собаки. А внутри обоих росло предвкушение. Потому что это действительно было только начало.

Где-то в темноте за окном мелькнули фары какой-то машины, она проехала по трассе. В доме напротив погас свет. А в доме Сосновских жизнь только начиналась.

ГЛАВА 7.5

«После всего»

Они лежали в темноте, прижавшись друг к другу, и молчали. Катя уткнулась носом в плечо брата, её дыхание постепенно выравнивалось после того, что было. Кирилл смотрел в потолок и пытался осознать — это реально произошло? Он только что трахал сестру? Ну, не совсем трахал, но всё остальное  было прям по полной.

— Кир, — прошептала Катя в тишине.

— М?

— А у тебя... ну, после мамы... не больно?

Он хмыкнул.

— С чего бы?

— Ну, три раза за день — это перебор даже для пацана.

— А ты откуда знаешь про пацанов?

— У меня подруги есть, — она приподнялась на локте, посмотрела на него. — Рассказывают.

В темноте её глаза блестели, как у кошки. Кирилл провёл рукой по её спине — кожа была тёплая, чуть влажная после всего.

— Не больно, — сказал он. — Приятно. Только устал немного.

— Я тоже устала, — Катя зевнула и снова улеглась ему на плечо. — Но хорошо устала. Понимаешь?

— Понимаю.

Они снова замолчали. За окном стрекотали сверчки — в Озерцо их всегда было полно, особенно ближе к осени. Где-то далеко на трассе гудела фура, и этот звук был таким привычным, таким обычным, что контраст с тем, что только что произошло в этой комнате, казался диким.

— Слушай, — вдруг сказала Катя. — А давай ещё?

— Чего?

— Ну... ещё. Я хочу попробовать.Ну по-настоящему.

Кирилл повернул голову, посмотрел на неё.

— Ты серьёзно?

— А чего? Мы уже всё перепробовали, кроме одного. Я хочу знать, каково это, когда член внутри. Настоящий член, а не мои  пальцы.

У Кирилла снова дёрнулось в паху. Он думал, что после трёх раз сегодня уже ничего не сможет, но тело, оказывается, имело своё мнение.

— А не боишься?

— Чего?

— Ну... первый раз всегда больно, говорят.

— Говорят, — Катя усмехнулась.

— Но я же не какая-то нежная фиалка. Я хочу попробовать. С тобой.

Она села на кровати, скинула с себя остатки одежды — майка и так валялась на полу, шорты она сняла ещё в процессе. Сейчас она была полностью голая, и даже в темноте Кирилл видел очертания её тела — грудь, талию, бёдра.

— Давай, Кир, — сказала она. — Не душни.

Он сел рядом, потянулся к ней. Поцеловал в губы сначала осторожно, потом смелее. Катя ответила, прижалась к нему всем телом. Её грудь расплющилась о его грудь, и он чувствовал, как её соски трутся о его кожу.

— Ложись, — прошептал он.

Она легла на спину, раздвинула ноги. Кирилл навис над ней, глядя вниз, туда, где в темноте угадывался тёмный треугольник волос и розовая щель между ног.

— Только медленно, — попросила Катя. — И если я скажу стоп — сразу стоп.

— Договорились.

Он приставил член к её входу в киску. Катя была уже влажная ну после всего, что они делали, после возбуждения, после разговоров. Головка скользнула по складочкам, нашла вход.

— Давай, — выдохнула Катя.

Он вошёл. Медленно, осторожно, сантиметр за сантиметром. Катя закусила губу, зажмурилась.

— Больно?

— Немного. Терпимо. Давай дальше.

Он вошёл глубже.И что-то почувствовал и резко дернул своим членом внутри ее и еще и еще. И ещё глубже. Пока не упёрся лобком в её лобок.

— Бляяяя....Всё? — спросила она, открывая глаза.

— Всё.

— Охренеть, были такие странные ощущение в моей киски — выдохнула Катя. — Ты внутри меня... реально внутри... своим членом...

— Чувствуешь?

— Ага. Тесно так... но приятно. Двигайся.

Он начал двигаться. Медленно, плавно, стараясь не делать резко. Катя дышала часто, вцепившись ему в плечи.

— Быстрее, — попросила она через минуту.

Он ускорился. И ещё. И ещё. Катя застонала, запрокинув голову.

— Ох... Кир... хорошо-то, как...

Он трахал её, глядя в её лицо, на её грудь, которая прыгала в такт движениям, и чувствовал, что снова близко. Немыслимо — четвёртый раз за день, но организм не слушался.

— Кать, я сейчас...

— Пофиг кончай внутрь, — выдохнула она. — Хочу почувствовать.

Он кончил, но спермы было капельки... уткнувшись лицом ей в шею, и долго не мог отдышаться. Катя гладила его по спине, сжимала ногами.

— Вот это да, — прошептала она. — Вот это я понимаю — первый раз.

— Не пожалела об этом?

— Ни капли.

Они лежали, сплетясь телами, и постепенно проваливались в сон. Где-то за стеной скрипнула кровать родителей, но им уже было всё равно.

«Ночные откровения»

Проснулся Кирилл от того, что кто-то водил пальцем по его груди. Открыл глаза, а рядом сидела Катя, уже одетая в его футболку, которая болталась на ней как платье.

— Сколько времени? — спросил он хрипло.

— Третий час ночи. Я не сплю.

— А чего ты не спишь-то?

— Да...все думаю, — она посмотрела на него. — Кир, а что теперь будет?

— В смысле?

— Ну, мы с тобой... это... родители... И Машка эта завтра придёт. Как нам теперь со всем этим жить?

Кирилл сел, потёр лицо.

— Не знаю. Наверное, так же, как и раньше. Только теперь... по-другому.

— По-другому — это как?

— Ну... вместе, что ли. Если ты хочешь.

Катя улыбнулась.

— Хочу. Только это же ненормально, да? Брат с сестрой...

— А то, что мама с папой вытворяют — нормально? — Кирилл усмехнулся. — По-моему, в этой семье вообще ничего нормального нет.

— Это точно, — Катя засмеялась, но быстро затихла. — Слушай, а мама... она с тобой... ну, в смысле, она тебя и правда тогда только ртом...?

— Ага.

— Ну как в целом-то...ну тогда!?

— Да офигенно. А что?

— Да так, — Катя замялась. — Просто... я думаю, может, нам её... ну, вместе?

Кирилл уставился на сестру.

— Ты чего несёшь?

— А чего? Она красивая. Мы оба это знаем. И она явно не против... ну, всего этого. Я же видела, как она на тебя смотрит.

— И как?

— Как на мужика, а не на сына.

Кирилл молчал, переваривая. Мысль была дикой. Но где-то внизу живота снова заворочалось тепло.

— А ты сама? — спросил он. — Ты бы хотела с ней?

Катя покраснела даже в темноте.

— Мы сегодня целовались. Я уже рассказывала. И она меня трогала... там... ну, везде. Мне понравилось. Очень.

— И что предлагаешь?

— Не знаю. Может, завтра, когда Маша придёт... как-то всё само сложится?

— Само не сложится, — Кирилл вздохнул. — Но попробовать можно.

Они снова замолчали. Где-то вдалеке залаяла собака, потом затихла.

— Кир, — позвала Катя.

— М?

— А давай ещё раз? Перед сном.

Он посмотрел на неё. В темноте её глаза блестели, как у голодной кошки.

— Давай.

Она скинула футболку и легла на спину, раздвинув ноги. И всё повторилось. Медленно, нежно, но с какой-то новой страстью, которой не было в первый раз.

Когда они закончили, Катя прижалась к нему и заснула почти сразу. А Кирилл долго лежал с открытыми глазами, глядя в потолок и думая о том, что завтра придёт Маша. И что-то подсказывало ему — это будет очень интересный день.

За стеной, в родительской спальне, Алена тоже не спала. Она лежала, прижавшись к Сергею, и слушала звуки из комнаты детей. Сначала ей показалось, что ей чудится. Но когда до неё донеслись ритмичные скрипы кровати и приглушённые стоны дочери, она поняла — не чудится.

— Серёж, — прошептала она, толкая мужа в бок. — Ты слышишь?

— А? — он приподнялся на локте. — Чего?

— Там... дети.

Сергей прислушался. Скрипы стали громче. А потом отчётливо донёсся голос Кати: «Да... да... ещё...»

— Ни хрена себе, — выдохнул Сергей. — Они реально...

— Реально, — Алена прикусила губу. И вдруг почувствовала, что у неё самой всё внизу уже течёт.

— Я в шоке.И чего делать будем?

— А чего делать? — она повернулась к мужу. — Пусть. Лишь бы не навредили друг другу.

— А ты... не ревнуешь?

— К кому?

— К Кате. К Кириллу.

Алена задумалась на секунду.

— Странно, но нет. Наоборот... это заводит меня.И как тут ревновать можно...

Сергей хмыкнул.

— Ну и семейка у нас.

— Зато не скучно, — ответила Алена его же словами.

Они лежали, прислушиваясь к звукам из комнаты детей, и оба чувствовали, как растёт возбуждение. Когда всё затихло, Сергей повернулся к жене.

— Ну что, продолжим?

— А ты можешь? — усмехнулась она.

— Проверим.

И они продолжили. Тихо, чтобы не мешать детям, но от этого ещё слаще.

ФИНАЛ 1 Части

«Семейный совет»

Утро выдалось туманным. Над Озерцом стелилась дымка, от леса тянуло сыростью и прелыми листьями — осень подбиралась незаметно. В доме Сосновских было тихо, только где-то на кухне капал кран, напоминая, что пора бы уже его починить.

Сергей вышел в коридор первым. В трусах, с растрёпанными после ночи волосами, он выглядел как человек, который хорошо, но очень странно провёл время. За ним выскользнула Алена она была в том самом халатике, накинутом на голое тело.

Они замерли у двери в комнату Кирилла. Оттуда доносилось тихое дыхание и мурчание: их дети мирно спали.

— Слышал ночью? — шёпотом спросила Алена.

— А ты? — Сергей усмехнулся. — Я думал, мне показалось.

— Не показалось. Я тоже слышала.

Они переглянулись. В глазах Алены плясали чёртики.

— И чего думаешь? — спросил Сергей.

— А ты не против, что они... ну... это?

— А ты не против, что я хочу попробовать с Кириллом? — выпалила Алена и тут же прикусила губу, будто сказала лишнее.

Сергей замер. Посмотрел на неё долгим взглядом.

— Ты серьёзно?

— А ты против?

Он молчал секунд пять. Потом покачал головой.

— Нет... не против. Странно, конечно, но... не против. Только нам нужна помощь.

— В смысле?

— Ну, чтоб всё по нормальному, без глупостей. Чтоб никто не пострадал. А то знаешь, у нас в Беларуси за такое знаешь, чего бывает? Лукашенко лично приедет и расстреляет картошкой, — он усмехнулся своей шутке.

Алена фыркнула.

— Дурак. Но мысль правильная. Нужен кто-то, кто будет... ну, типо связующее звено.

— Маша? — спросил Сергей.

— Маша, — кивнула Алена.

Он полез в карман, достал телефон. Покопался в галерее и протянул жене.

— Смотри, она вчера прислала.

Алена взяла телефон. На экране было фото Маши и ее нежная и видно девственная киска, крупным планом, влажная, раздвинутая пальцами. А следои вторая фотка, где она сжимает свои молодые упругие сиськи, глядя в камеру с хитрой улыбкой.

У Алены перехватило дыхание. Она облизнула губы, разглядывая каждую деталь.

— Какая же она сладкая... — выдохнула она. — Смотри, какие соски... и киска аккуратная, гладкая...

— Я знал, что тебе понравится, — Сергей забрал телефон. — Сегодня она придёт.

— Сегодня?

— Ну обещала, да.

Алена посмотрела на мужа. В её глазах горел такой огонь, что Сергей невольно почувствовал, как член снова начинает твердеть.

— Тогда нам надо поговорить с детьми, — сказала она. — Чтоб все были в курсе.

— Успеем, — Сергей обнял её за талию, притянул к себе. — Сначала кофе. А потом...

— А потом — Маша, — закончила за него Алена.

Они вышли на веранду. Стеклянные двери были распахнуты, и утренний воздух врывался внутрь, пахнущий лесом и туманом. Алена оперлась о перила, глядя на небо, которое светлело на востоке.

— Красиво, — сказала она.

— Ага, — Сергей встал сзади, обнял её, прижался к её спине. Член упёрся ей в ягодицы, и она подалась назад, принимая его.

— Серёж, — прошептала она. — А мы не пожалеем?

— О чём?

— Обо всём этом.

Он помолчал, глядя, как тает туман над лесом.

— Не знаю, — ответил он честно. — Но мне кажется, это наша судьба. Такая, какая есть.

Она повернулась к нему, поцеловала в губы. Долго, нежно, со вкусом.

— Тогда пошли будить детей, — сказала она. — И готовиться к вечеру.

Они вошли в дом. А за окном поднималось солнце, разгоняя туман над Озерцо. Где-то запел петух, залаяла собака, по трассе понеслись первые машины. Начинался новый день.

Самый обычный день в самом обычном посёлке. Где в самом обычном доме жила самая необычная семья.

Продолжение надо?

Больше моих рассказов вы найдёте в моём профиле здесь, на BestWeapon.

А также подписывайся на мой Telegram-канал ОТКРЫТЫЙ ДОСТУП ДЛЯ ВСЕХ, там иногда интересно и полезно:

https://t.me/tvoyamesti_club (скопировать и вставить в поиск или нажать перейти)

Я на бусти снова: boosty.to/etoneporno69

Или пишите мне на почту: tvoyamesti@gmail.com

Личный Телеграмм для связи и вопросов: @tvoyamesti (скопировать и вставить в поиск)