Продолжение. Данное обещание, нарушенная клятва. Глава 15.

Краткий пересказ Глав 1 - 14.

Бобби Спрэйг и его жена Трейси прожили в браке 17 лет, воспитывая двоих детей - Мелли и Терри. Бобби работает программистом, а Трейси два года назад устроилась в престижную художественную галерею. Там она вращается в кругах богатых и влиятельных людей. Как-то Трейси заговорила о новом покровителе галереи – молодом миллионере Джексоне Фэйрчайлде, восхищаясь его внешностью и статусом.

На рождественском гала-вечере Бобби знакомят с Джексоном и он замечает его симпатию к жене. Позже Бобби обнаруживает Джексона с женой, сидящими в его машине. Он уводит жену домой, а Трейси оправдывается, что ничего не было.

Через полгода Трейси настаивает на поездке к Джексону на праздник. Бобби был против. Праздники проходят организовано. Поздно ночью Трейси сообщает Бобби, что проведёт ночь с Джексоном. Муж хочет остановить её. Но она идёт в спальню к Джексону заниматься сексом. Утром завтракая Бобби слышит стоны жены, чувствует себя униженным перед другими. Ему объяснили, что Джексон соблазняя жён, берёт кого хочет.

Бобби срочно, почти силой, увозит жену из этого дома. По дороге он выясняет, что Трейси о случившемся не сожалеет, это единичный случай, но она в будущем будет ему верна. И предупреждает, что заберёт детей, если он решит разводиться.

Ночью Бобби осуждая её за предательство отказывает ей в близости,  расстроенная Трейси плачет.

Ситуация в семье Бобби стала подвешенной, и он переговорил с мужьями женщин, которых соблазнил Джексон, выяснить, как они пережили похожую ситуацию. Кенни говорил, что смог простить жену, они счастливы, и она считает тот случай испытанием для семьи. Ральф признался, что после свадьбы его с Джоанной Джексон стал активно добиваться её. Он тоже простил жену, но доверие подорвано. Он считает Джексона манипулятором, разрушающим семьи.

Бобби на встрече с Лу, боссом Трейси, Лу объясняет, что Джексон не просто соблазняет женщин, а меняет их мировоззрение, называя это "испытанием" для самопознания себя и супруга. Бобби понимает, что Миранда любовница с Джексона и Лу тесно с ними связан.

Бобби понял, что Джексон преследует замужних дам, а его жена Трейси стала его очередной жертвой.

Три года спустя, когда их дети Терри и Мелли выросли, Бобби сообщает им о предстоящем разводе с их матерью по причине её измены три года назад с Джексоном Фэйрчайлдом.

Дети были шокированы. Отец объясняет, чем ему угрожала их мать, если он будет разводиться. Он сообщает им, что документы на развод будут переданы Трейси в её офисе, чтобы отомстить жене за унижение, какое он испытал, когда она изменяла ему утром на глазах у друзей.

Трейси в ярости мчится домой задать трёпку мужу, но не понимая, почему он так поступил через три года, расплакалась. Он объясняет ей, что её измена и унижение три года назад разрушила их брак, а он жил с ней только ради детей. Развод откладывается судьёй из-за семейных консультаций для примирения.

Отношения Бобби с Трейси продолжают охлаждаться. Бобби обнаруживает сообщение от Джексона, что им нужно поговорить. Джексон на встрече признаётся, что он упорно добивался сближения с Трейси больше года, пока она сама не сообщила, что готова на близость с ним в День Независимости, но он приглашает её для этого с условием, что она приедет с мужем. Трейси, колеблясь соглашается. Дальше Бобби и сам всё знает. Джексон заверяет, что больше не станет подкатывать к его жене, взамен потребовал от Бобби откровенного разговора с ней.

После разговора с Джексоном Бобби выясняет подробности его отношений с семьёй из Северной Каролины Ленни и Марго, любовницей Джексона. Марго купила квартиру в центре Шарлотт пять лет назад, а Ленни занял должность управляющего офисом Первого национального банка там. Живут они обеспеченно с их дочерью Джекки. На фотографиях с поздравлениями по случаю рождения дочери Марго всегда c Джексоном, а Ленни отсутствует, был в командировке, но в свидетельстве о рождении он указан как отец. Джексон оставался на ночь в квартире Марго и Ленни, когда прилетал в Шарлотт. Собранные факты говорили о романе Марго и Джексона, а Ленни делал вид, что не замечал, и подаренный Марго белый Jaguar FX подтверждали догадки, что Джексон биологический отец Джекки.

Бобби делает вывод, что взлёт карьеры и Марго и Ленни связан с близостью Марго с Джексоном, а беременность Марго от Джексона стала рычагом по контролю над Ленни. Все эти факты он готов сообщить Трейси, чтобы разрушить миф о "безобидном" Джексоне, который "никогда не приходит повторно".

Суд приостановил развод и обязал Бобби посетить семейные консультации, но первый сеанс срывается. Вечером он вынужден идти на второй сеанс, где его ждут Синтия и Трейси. Бобби сразу заявляет, что хочет получить честные ответы от Трейси. Синтия признаёт свою резкость, а Бобби — поспешные выводы о ее компетентности из-за отсутствия кольца. Но на следующей встрече они мирятся.

Синтия объясняет правила: честность, искренность и открытость. Она подчеркивает, что их проблема — в коммуникации и разных взглядах на прошлое событие, которое стало катализатором, а не причиной. Ее цель — сблизить их позиции, чтобы они могли объективно принять решение о возможности продолжения брака.

Затем Синтия переходит к вопросам. Она сообщает, что у Трейси есть ответ на его вчерашний вопрос о получении выгоды от общения с Джексоном. Трейси признаётся, что не брала подарков, но получала щедрые комиссионные от галереи за рекомендации Джексону по покупке произведений искусства. Эти деньги она откладывала на поездку на Фиджи, о которой мечтал Бобби, в подарок на его юбилей.

Бобби шокирован. Его представления о Трейси как о "продажной шкуре" рухнули. Бобби чувствует, что слишком поглощен обидой. Синтия объясняет, что их задача — понять друг друга.

Бобби признаёт, что зол на Трейси за то, что она не сказала раньше, и на себя за свою слепоту. Но и чувствует облегчение, хотя его позиция в целом не изменилась.

Бобби задал Трейси еще один вопрос: почему она так поступила со ним в тот вечер? Трейси отвечает, что сожалеет о своем поступке, который она глупо не считала изменой. Она признаётся, что ещё любит Бобби, но не может объяснить, почему она так поступила.

Джексон вновь пристает к Трейси, зовёт провести с ним ночь. В бар едет Бобби, требует отвалить от жены.

Трейси идет на индивидуальный сеанс с психологом, и выясняет для себя важные вещи.

У неё появляются вопросы к мужу, ответы на которые помогают ей понять, где и на сколько она ошибалась, и Бобби ей их дал на следующей встрече. Также Трейси пояснила ряд своих действий. Бобби понимает, что Джексон извратно трактовал жене поведение её мужа, а она наивно верила ему. В конце встречи они окончательно распутывают весь клубок хитрых манипуляций Джексона. Бобби лучше стал понимать мотивы поведений жены. Они готовы отомстить Джексону.

Трейси на встрече с дочерью осознаёт, что она до сих пор не принесла извинений, она обещает Мелли сделать это на первой же встрече с мужем. Она встречается с Бобби, приносит всю сумму накопленных процентов от продаж Джексону и умоляет простить её. Муж делает большой шаг к её прощению, но его эго не удовлетворено и они решаясь отомстить Джексону готовят план.

С новой пассией Джуди и женой Джексона Лизи они терпят неудачи. И только с отцом Джексона получается. Джексон разозлён и уезжает из города.

Пока его нет дома Бобби проникает к нему и достаёт порцию компромата, которую с большим трудом начинают публиковать.

Неожиданно Трейси выясняет, что у их дочери Мелли появился новый бойфренд и на присланном фото она узнаёт Джексона. Бобби отправляет Трейси разрушить заговор Джексона в отношении Мелли. В результате отношения матери и дочери оказываются на грани разрыва, а Джексон принуждает Трейси снова оказаться в его постели.

Глава 15. Развязка близко.

Эта ночь может стать решающей в её судьбе. Она встала, подошла к окну, всё ещё выбирая вариант как ей поступить.

Вскоре дверь в ванную открылась, и вышел обнажённый Джексон, лишь ниже пояса обёрнутый в полотенце. Его самодовольная улыбка не покидала его лица. В предвкушении быстрой победы он неспешно направился к Трейси, намереваясь завершить комбинацию, которую начал месяц назад.

Его голос стал — низким и угрожающим, — Ну что, девочка, — начал он, приближаясь, — сегодня ты от меня не уйдёшь!

Трейси почувствовала, как внутри всё сжалось от страха и отвращения, но она попыталась сохранить спокойствие, – Отстань от меня, Джексон, —сказала она твёрдо, отступая на шаг назад. Он положил руки ей на плечи, пытаясь притянуть её к себе, – Ну что, дорогая, теперь мы можем спокойно поговорить, — сказал он, делая вместе с ней ещё шаг вперёд к кровати.

Но Трейси резко отстранилась, толкнув его в грудь, в её взгляде появилась отчаянная решимость.

— Не сегодня, Джей, и больше никогда! — холодно заявила она.

Он ухмыльнулся и схватил её за руку, сжимая слишком крепко, – Ты знаешь, что у тебя нет выбора. Ты мне обещала. ..

– Я тебе ничего не обещала! — резко перебила она его, пытаясь вырваться.

Но Джексон не отпускал и попытался схватить её за талию. Его объятия становились всё более навязчивыми, и Трейси поняла, что ситуация начинает складываться не в её пользу. Когда она резким движением вывернулась и сбросила халат на кровать, то Джексон увидел, что под ним совсем не то, что он ожидал. К его удивлению под халатом скрывалось элегантное платье, подобранное так, чтобы создать иллюзию её уязвимости, и одновременно было символом её решимости и готовности дать ему отпор.

Его улыбка исчезла, сменившись раздражением и недоверием.

— Это что за маскарад? Ты меня обманула, — прохрипел он, со злобой сжимая кулаки. Он не мог смириться, с тем, что его хитроумному плану перечит какая-то шлюшка.

Трейси продолжала перебирать в голове возможности позвать на помощь или всё же попытаться вырваться из номера и в коридоре устроить скандал.

Джексону удалась попытка обхватить Трейси и повалить её на кровать. Но Трейси не собиралась сдаваться, похоже дело дошло до крайней точки. Уже лёжа на кровати, борясь с ним она извернулась и извлекла из кармана халата спрятанные маникюрные ножницы, её последнее оружие. Держа их в руке, она приготовилась к защите.

— Только попробуй, — прошипела она, — и ты пожалеешь.

Джексон ринулся на неё и получил скользящий удар ножницами в шею, хватая её за руки, он попытался её скрутить. Завязалась борьба. Царапина на шее слегка саднила, но отобрал у неё ножницы. И в пылу борьбы полотенце свалилось с его бёдер. И Трейси в какой-то момент даже удалось рукой схватить его за член, но от хлёсткой пощёчины по лицу она потеряла ориентацию и добытый трофей.

Джексон, будучи физически сильнее, не сразу, но всё же смог её одолеть, несмотря на её упорное сопротивление. Трейси отчаянно царапалась и кусалась, но силы были неравны. Он быстро перетянул её запястья поясом от халата, туго зафиксировав их за её спиной. Он должен был до прихода Мелиссы успеть овладеть ею, и Джей, перевернув её на постели лицом в низ, полез к ней под платье обеими руками, задирая её платье вверх к её голове, обнажая её попку в белых трусиках. Трейси отчаянно извивалась и брыкалась. У неё в пылу борьбы сбилось дыхание. Она всё ещё пыталась выбраться из-под навалившегося на неё Джексона, безуспешно. От нахлынувшей обиды, что не смогла защититься с ужасом ожидала неизбежного.

— Помогите! — закричала она слабым голосом, о потом зарыдала в бессилии, – Помогите, кто-нибудь! – получилось немного громче.

Джексон теперь намеревался взять силой, и ему почти удалось стянуть с неё трусики.

В этот напряжённый момент, когда ей казалось, что силы совсем покидают её, а Джей вот-вот достигнет цели, в дверь настойчиво постучали,

– Немедленно откройте, это охрана гостиницы.

Джексон замер, соображая, что происходит, и как ему следует поступить. "Нет, открывать сейчас нельзя. Трейси связанная лежит на кровати с задранным платьем, он не одет. Ситуация для него складывается не очень хорошая. Может обернуться полотенцем и слегка приоткрыв дверь сказать этим дуболомам, что у него здесь свидание с девушкой, сунуть им пару сотенных купюр и пусть убираются к чертям, и закрыть нагло дверь? А что, они пока сообразят, точно возьмут деньги и свалят, а я потом успею и эту суку трахнуть и следы затем замести."

Его рука потянулась за полотенцем, и он громко сказал, – Одну минуту! Мы приведём себя в порядок, и я открою.

Он, быстро опоясавшись полотенцем, достал из барсетки купюры и стал осторожно приоткрывать дверь.

В дверь перед охранниками, оттолкнув Джексона, вбежала Мелисса, с телефоном в руке и глазами, полными ужаса.

— Стой, подонок! — кричала она, и увидев, лежащую вниз лицом на постели полуобнажённую маму, закричала ещё громче, — Что ты с ней сделал? Я вызвала полицию!

Она одёрнула мамино платье, начала громко обвинять Джексона в попытке насилия, привлекая внимание и работников гостиницы и остальных постояльцев.

Джексон оцепенел, его лицо исказилось от ярости и растерянности. План его летел ко всем чертям.

Трейси сжала кулаки, пытаясь не показать страх, – Ты не имеешь права так с нами обращаться, — твёрдо сказала она, – Мы не игрушки в твоих руках. Она попыталась развязать крепко затянутый узел.

Джексон усмехнулся и шагнул вперёд, – Право? Кто из вас здесь имеет право? Я давал вам шанс сохранить то, что осталось от ваших жизней. Вы можете сопротивляться, но в итоге всё равно придёте ко мне.

Мелисса сделала резкий шаг навстречу, словно собираясь ударить его, глаза её сверкнули решимостью, – Ты ошибаешься. Мы не сломлены. Ты можешь пытаться нас запугивать или шантажировать, но мы сильнее, чем ты думаешь.

Джексон посмотрел на неё с неожиданным интересом, – Ого! Хорошо, маленькая девочка, посмотрим, на сколько у тебя хватит духу,  — произносил он, торопясь застегнуть брюки.

Оба охранника и консьерж тоже вошли в номер и были ошеломлены видом женщины связанной на постели. Мелисса одёрнула подол её платья, а Джексон предпринял попытку быстро натянуть на себя рубашку. Дальше он, схватив обувь, попытался вырваться из номера, но охранники и Мелли и не дала ему шанса. Вскоре на её крики в номер стали заходить любопытные постояльцы, которые уже слышали шум и подозревали что-то неладное.

— Что здесь происходит? — спросил вызванный прислугой администратор, оглядывая комнату.

— Он пытался напасть на маму! — сообщила Мелисса, не скрывая слёз и дрожи в голосе.

— Я думаю, её стоит развязать, и так все всё видели и смогут рассказать полицейским.

— Я уже вызвала полицию, они в пути, скоро приедут!

Трейси, всё ещё дрожа, но уже освобождённая от пут, обняла дочь, пытаясь успокоить себя и её, — Доченька, успокойся, всё страшное уже позади. Его обязательно посадят. Он больше не причинит нам зла.

Джексон, понимая, что ситуация вышла из-под его контроля, с напыщенным видом попытался оправдаться:

— Это недоразумение! Я ничего не делал противозаконного! Я был приглашён в гости этой дамой, а она устроила мне провокацию!

Но похоже никто не верил его словам. Его самоуверенность и наглость теперь оборачивались против него. Один из охранников заявил администратору, – Нас вызвали постояльцы из соседнего номера, услышавшие женские призывы о помощи, и этот тип не открывал дверь, когда мы попросили, и мы вызвали консьержа с ключом. Тут девушка эта подбежала, – он указал на Мелли. – говорит, «Я к маме пришла. Это её номер.»

— А тут дверь приоткрылась немного, и типчик этот в одном полотенце выглядывает, а в руке деньги. Девушка его оттолкнула и внутрь юркнула, и как закричит на подлеца. Мы поняли, что случилось там что-то, видимо плохое. И правда – женщина, связанная на кровати,  потрёпанная, но хорошо, что живая.

Через несколько минут в номер прибыли полицейские. Они быстро взяли показания у всех присутствующих, особенно у Трейси, Мелиссы и охранников. Джексон был задержан по подозрению в попытке домогательства и покушения на насилие и в наручниках увезён в участок.

В этот вечер наша семья переживала настоящий эмоциональный шторм. Мелисса, потрясённая и разочарованная предательством Джея, окончательно поняла, что её отношения с ним были опасной ловушкой и для неё самой и для мамы, и что она сделала правильный шаг, став на защиту матери.

Когда они остались вдвоём Трейси подошла ближе, осторожно положив руку на плечо дочери, – Ну ты понимаешь, теперь, какой это страшный человек?

– Да, мама. Я обещаю тебе, что я больше не буду с ним иметь дел, даже если он попытается меня чем-то шантажировать.

– Я знаю, что это всё несправедливо, и я ненавижу себя за то, что ты оказалась в такой идиотской ситуации. Господи, кто бы мог подумать, какой ужас я допустила, мы с дочерью – молочные сестрёнки. И я не вижу иного выбора сейчас, как до конца разобраться с Джеем. Если я не сделаю этого, он не оставит ни тебя, ни меня в покое. Мы не можем позволить, чтобы он разрушал твою жизнь, как он пытался разрушить мою.

– Молочные сестрёнки? Мама, объясни, я не понимаю.

– Это на сленге, так называют женщин, которые связаны тем, что получали сперму одного и того же мужчины. Полагаю, ты предохранялась?

– Мама. Тебе нужно привыкнуть не лезть в мою жизнь, но учитывая, что в данной ситуации ты имеешь право знать, отвечу – да, я была защищена.

Трейси удовлетворённо кивнула, но интерес у неё не закончился, – Мелли, можно я задам последний личный вопрос?

– Мелисса ответила, – Давай, если это последний, мам.

– Я про твоё знакомство с Джексоном. Ты же была тогда с Тимом? Джей пытался как-то на него давить?

– Да, я была с Тимом в момент знакомства с ним,  и тогда не знала, кто он такой. Джексон ворвался как ураган – он был остроумен, обаятелен, щедр, светился оптимизмом. А Тим со мной тогда крепко рассорился. И я хотела его немного и позлить, и заставить поревновать. Я пошла на ничего не значащее на тот момент для меня свидание с Джексоном на выставку старинных фотоаппаратов. Там было интересно, Джексон произвёл на меня впечатление своей эрудицией, он так увлечённо и интересно рассказывал мне об экспонатах, что его хотелось слушать и иногда он прямо по теме использовал даже стихотворные описания или истории. В конце, когда мы были у выхода, то я даже испытала лёгкое разочарование, что мы уже всё обошли и ему не о чём рассказывать. Он тут же предложил мне продолжить вечер вместе, посетив одно атмосферное греческое кафе с хорошей средиземноморской кухней. Это было необычно, и я согласилась. Он заказал морепродукты и белое вино сам, и мне понравилось всё, что он выбрал. Я наслаждалась его компанией, он много шутил, читал стихи, один даже посвятил в мою честь. Мне было очень приятно. И ко всему никаких намёков на сексуальный подтекст в разговоре не было. Он был мил, обаятелен и галантен. Примерно в семь вечера, пока мы ещё были там, мне позвонил Тим и поинтересовался, где я нахожусь, он пришёл со мной объясниться, а меня нет дома. Я не собиралась скрывать, наоборот, я хотела, чтоб он приревновал, и я ответила в каком я кафе и что пригласил меня туда новый знакомый, обаятельны такой молодой человек. Тим, конечно, взорвался, как я могу так с ним поступать. А я, продолжая игру сказала: "Мы с тобой сильно поссорились, и я решила, что ты меня теперь бросишь. А Джексон не такой, он здорово ко мне относится, не то, что ты!" Тим рассержено заявил мне: "Я сейчас приеду, и мы во всём разберёмся", – и он прекратил звонок.

Мелли продолжила,  – Когда мы после восьми вышли из кафе и направились к машине Джексона, он обещал подвезти меня к кампусу, из-за густого куста выскочил Тим и мгновенно нанёс Джею два удара в корпус и голову, точнее по зубам, я слышала, как они клацнули. Джексон рухнул на землю. Тим наклонился над ним и занёс кулак ещё для удара. Я как заорала: "Прекрати. Хватит! Он не двигается, ты его мог убить". И Тим опустил руку. В это время Джей заворочался и застонал, его губы были окровавлены. Он попытался сесть, но его качнуло и он снова опустился на землю. Я закричала на Тима: "Зачем ты это сделал, разве можно быть таким жестоким?" В это время я уже доставала из сумочки влажные салфетки, стала обтирать лицо Джею, пытаясь посмотреть на сколько он пострадал. Тим ответил, смущённым извиняющимся тоном: "Извини, что повредил твоего ухажёра, я и вправду из-за тебя хотел его убить". Тим повернулся и пошёл вдоль дороги прочь. Вот так Тим пересёкся с Джеем.

На следующий день я увидела, как Тим пьяный сидит на газоне неподалёку от входа в мой кампус, мне стало стыдно подходить к нему и я постаралась пройти, чтобы он меня не заметил. В другой раз он вдрызг бухой сидел на скамейке у здания учебного корпуса, и ему оказывала помощь какая-то девушка - латинос, а я была с Джексоном и снова не подошла, посчитала неудобным.  Больше я его не встречала, а когда пробовала несколько раз позвонить и позвать для разговора, абонент был не доступен. Я же была занята учёбой и короткими встречами с новым другом, всё не могла выкроить времени зайти к нему на работу. А после мои отношения с Джеем очень быстро перешли в разряд близких, мне этому трудно было сопротивляться. Мне жаль, мама, что я так поступила с близкими мне людьми, и с тобой, и с Тимом. Я очень хочу всё исправить.

Одновременно в одном из престижных арт-пространств города открылась фотовыставка известного американского фотографа Энни Лейбовиц, прославившейся своими проникновенными портретами и уличными снимками эмоциональных людей. Это событие привлекло множество ценителей искусства и простых обывателей, среди которых оказались и Лиззи Вандербильт с её спутником кузеном Джоном вместо мужа. Лиззи, облачённая в элегантное платье ультрамаринового цвета и туфельках на высоких каблуках шагала по залам выставки, внимательно рассматривая работы, иногда останавливаясь, чтобы прочесть сопроводительные подписи и задумчиво присмотреться к деталям. Джон, её верный спутник, поддерживал с ней разговор, но в основном следил за реакцией кузины, понимая, что для неё такие мероприятия — редкая возможность отвлечься от суеты и светской жизни, а его лично вся эта скукотища не интересовала, сейчас бы с ребятами посмотреть матч "Янки против Доджерс".

В этот же летний тёплый вечер в галерее появился Рино в компании Саманты — эффектной модели из крутого агентства, которую Рино привлёк для прикрытия в роли его спутницы и подруги.

Саманта – девушка яркая и харизматичная, на вид примерно 23–25 лет, со стройной талией, широкими бёдрами, подтянутыми плечами и руками, с тонкой линией шеи и прямой и уверенной осанкой. На её стройном теле безупречно смотрелось безбретельное перламутровое платье с открытым декольте, открывающим гладкую светлую кожу её роскошной пышной груди без признаков загара, на её руках были надеты длинные блестящие перламутровые перчатки. Она действительно была очень похожа на звёздную предшественницу своим красивым овальным лицом, её светлоблондинистыми волосами, собранными вверх в объёмную причёску и подчёркивающими линию лба и открывающуюся шею, украшенную ожерельем из розового жемчуга. Пожалуй, только ростом повыше. Глаза голубоватозелёные, большие и выразительные, с заметным подчёркивающим макияжем и длинными ресницами. Черты её лица выглядели аккуратно – высокие скулы, небольшой прямой нос и полные губы с мягкой улыбкой, кожа лица гладкая ровная с лёгким румянцем на щеках. Челюсть плавная с изящным переходом к шее, пропорциональные уши украшены серьгами из чёрного жемчуга, что добавляло образу завершённости.

В целом её внешность производила впечатление молодой, ухоженной, аккуратно и стильно одетой красивой женщины. В сочетании с этим, её непринуждённая манера поведения сразу же привлекали многочисленные взгляды окружающих, а её лёгкая снисходительная улыбка задевала проходящих мимо мужчин.

Пары несколько раз пересекались в просторных залах, но каждый раз лишь мельком обменивались взглядаи, не вступая в разговор. Внимание Лиззи было привлечено к этой красивой паре. Она с интересом наблюдала за Рино и Самантой — с такой уверенностью и лёгкостью притягивала к себе взгляды, что ей казалась ситуация какой-то неестественной, но одновременно магической. Лизи явно понравился этот парень. У неё в глубине сознания даже мелькнула задиристая мысль: «К такому красавчику мимо этой красивой стервы ни за что не пробраться. Здорово же повезло этой сучке».

Когда же подошло время фуршета в благотворительной части вечера, гости начали собираться в уютном зале с мягким освещением и изысканными закусками. Неожиданный зигзаг удачи, не без участия Рино, свёл обе пары за одним столиком — Лиззи с Джоном и Саманта с Рино оказались рядом. Атмосфера за их столиком благодаря хохотушке Саманте сразу стала более раскованной и непринуждённой. Саманта знала очень много приколов и забавных историй, связанных с фотографиями и фотографами в их агентстве, и умела рассказать их в компании.

В какой-то момент, когда Лиззи наклонилась над столом, чтобы взять свой бокал шампанского, а Саманта, словно случайно, слегка толкнула её под локоть, беря тост с тунцом. В результате бокал из рук Лиззи выскользнул и игристый напиток пролился на безупречный костюм Рино. На мгновение воцарилась неловкая тишина.

– Ой, боже, простите! Я такая неуклюжая, — извиняющейся воскликнула Лиззи, – Ваш костюм... он весь в шампанском … промок, – она, краснея от стыда доставала салфетки из своей маленькой сумочки. — Я совсем не хотела вас облить. .., – произнесла Лиззи и пытая быстро затереть пятно на рукаве Рино, но только усугубила ситуацию, растерев салфетку шампанским по ткани.

Рино, мягко отстранил её руку, сохраняя спокойствие, — Не беспокойтесь, ничего страшного, — сказал он с тёплой улыбкой отряхивая рукав, — Бывает. Шампанское от дамы – не самый ужасный напиток для пиджака мужчины. Костюм, к тому же, не новый, не стоит из-за него так переживать. 

Лиззи, всё ещё смущённая, подняла на него глаза. — Но он выглядит очень дорого… Я не хотела…

— Позволь я тебе помогу промокнуть, дорогой, – вмешалась слегка смущённая Саманта, делая вид, что хочет взять на себя вину. — Это я, наверное, неудачно подтолкнула. Мы можем отнести его в химчистку.

Лиззи смущённо, всё ещё извиняясь, предложила, — Может, я как-то компенсирую вам это? Я могу купить вам новый, если вы захотите. Всё же это моя вина.

— Нет-нет, – перебил Рино, не давая ей возможности продолжить. — Это мелочи. Если хотите, могу предложить компромисс - давайте просто выпьем ещё по бокалу за знакомство, чтобы забыть этот неловкий момент.

Лиззи, немного успокоившись, кивнула. — Хорошо, но только если вы позволите мне хотя бы оплатить химчистку.

— Не стоит, — ответил Рино.

Но Лиззи уже достала из сумочки визитку. — Вот, возьмите. Если всё-таки решите, что можете принять компенсацию, дайте мне знать.

Рино покачал головой, — Костюм – вещь легкозаменяемая. Главное, что сейчас всё обошлось, пятно небольшое. Зато теперь у нас есть естественный повод познакомиться, – он улыбнулся.

Лиззи удивлённо посмотрела на него, а затем улыбнулась в ответ.

— Да, действительно. Меня зовут Элизабет Вандербилт, но друзья зовут меня Лиззи.

— Рино! На самом деле я – Арнольд Тандер, иногда меня зовут Арни, но близким и друзьям лучше меня звать Рино, — представился он, протягивая руку.

Саманта тоже представились, – Саманта Фокс, начинающая модель! – и наблюдая за обменом взглядами Рино и Лизи, тихо отодвинулась к Джону, стараясь оставить их внимание друг на друге, протянула руку Джону.

Джон, заметив разрешение неловкой ситуации и начало знакомства, улыбнулся, пожал Саманте ручку и произнёс, – Джон Смит! Рад знакомству, Рино и Саманта. Надеюсь, вы не против, если я составлю вам компанию.

— Совсем нет, — ответил Рино, и попытался плавно перевести разговор снова на обсуждение выставленных фотографий.

Саманта, заметив, что Лиззи заинтересовалась Рино, незаметно отступила в сторону Джона, давая им возможность продолжить разговор наедине.

— А вы часто бываете на таких выставках? — спросила Лиззи, пытаясь поддержать разговор с Рино.

— Иногда, — ответил Рино. — Но больше люблю фотографировать сам. У меня есть небольшая коллекция снимков, которые я делал в путешествиях.

— Правда? — Лиззи заинтересовалась. — А где вы бывали?

— В основном в Европе – Италия, Австрия, Франция, бывал на Ближнем востоке и в Индии, но мечтаю побывать в Корее и Японии. Говорят, там потрясающая атмосфера.

— О, я была в Токио два года назад, — сказала Лиззи. — Это действительно притягательное место.

— Тогда у нас есть о чём поговорить, — улыбнулся Рино. — Может, как-нибудь обсудим ваши впечатления о стране Восходящего солнца?

Лиззи кивнула, чувствуя, как растёт её интерес к этому незнакомцу. — Конечно.

Лиззи было приятно разговаривать с Рино, который, несмотря на свою яркую внешность легко умел вести беседу, задавая вопросы и делясь своими впечатлениями. Они оба согласились тем, что искусство отражается во внутреннем мире человека, и о том, как важно видеть за кадром не только внешнюю красоту, но и историю момента.

В этот момент Джон, заметив, что Лиззи увлеклась разговором, подошёл к ним. — Ну что, кузина, готова продолжить со следующего зала?

— Да, конечно, идём, — ответила Лиззи, но её взгляд всё ещё был прикован к Рино.

Фуршет подошёл к концу,  и Рино обменялся с неё контактами, договорившись продолжить общение.

— Было приятно познакомиться, Лиззи, — сказал ей в след Рино, слегка поклонившись ей. — Надеюсь, увидимся снова.

— Да, Рино, — ответила Лиззи, чувствуя, как её сердце бьётся слегка учащённо. — Я бы очень хотела. Надеюсь, это не последний наш разговор, — улыбаясь сказала Лиззи, и её голос сейчас прозвучал тише, чем обычно.

— Уверен, что нет, — ответил Рино, и они попрощались, каждый возвращался к своему спутнику.

Когда они достаточно отошли, Саманта незаметно подмигнула Рино, давая понять, что их план начинает работать. Теперь оставалось только ждать следующего шага от Лиззи.

Перед тем как уйти с выставки Лиззи, слегка смущённая после неловкого инцидента с бокалом шампанского, всё же решила компенсировать Рино за испорченный костюм не откладывая в долгий ящик, создавая себе повод снова его увидеть. Она нашла Рино и взяв его за руку немного увлекла в сторону от Саманты,  — Простите за мой неловкий момент, — сказала она, слегка закусив губу. — И позвольте мне всё же предложить как-то это исправить. Как насчёт небольшого ужина или… может, боулинга? Я знаю хорошее место неподалёку.

Рино, играя роль заинтересованного, но не слишком навязчивого кавалера, улыбнулся,  — Боулинг? Отличная идея! Но только если вы позволите мне пригласить и наших спутников. Вдвоём будет скучновато.

— Да, естественно, вместе веселее. Я тебе позвоню, и мы согласуем дату. До встречи!

Выйдя из галереи, Лиззи ещё раз задумалась о неожиданной встрече. Джон, наблюдавший за ней весь вечер,  взял её под руку и произнёс с легкой усмешкой,  когда они вышли на улицу, — Сестрёнка! Ты в порядке?

— О да, конечно, — ответила Лиззи, но её мысли были далеко от брата. С одной стороны Рино свободно и с охотой общался с ней и видно по нему - заинтересован, с другой, как на это отреагирует его подружка Саманта, только это обстоятельство имело значимость.

— Вижу в каком ты в порядке! Да ты на него запала! Саманта тебе не отдаст его без боя. Хочешь я  тебе помогу?

— Зачем ты спрашиваешь, если ответ тебе очевиден? Помоги, ты же сам имеешь интерес к Саманте.

Я получил от Рино голосовое сообщение, что «команда Рино быстро начала вырываться вперёд». У нас тоже появились успехи в отношении Лиззи, её переписки теперь перестали быть для меня тайной за семью печатями.

Рино сообщил:

Через день Лиззи прислала мне сообщение с приглашением нас в боулинг-клуб с указанием адреса. Вечером мы вчетвером встретились у входа, поприветствовали друг друга и вошли. Хостес провела нас по замысловатым коридорам в приватное помещение с одной единственной дорожкой и двумя столиками с закусками и напитками.

Я поблагодарил Лиззи, — Спасибо большое тебе за приглашение. Мы отлично проведём вечер вместе. И подмигнул ей.

Лиззи была в лёгком голубом платье и белых кроссовках Найк, что было необычно для неё. По ней было видно, что сегодня она чувствовала себя свободно и счастливо. Саманта тоже была в белых кроссовках, но Нью Бэланс, и в отличие от Лизи на ней была футболка и спортивные леггинсы Джакоб Лии.

— Ты играла раньше? — спросил я Лиззи.

— Немного, — ответила она, улыбнувшись. — Но я могу быстро научиться, если учитель попадётся толковый.

Сначала мы разбились на пары девочки против мальчиков – я и Джон против Лиззи с Самантой.

Саманта, чтобы игра была веселей, игриво предложила, как она сказала, «взрослое» условие. Что она с Лиззи по очереди будут снимать с себя по одному предмету одежды каждый раз, когда мы будем выбивать страйк, но и мы должны делать то же самое, если промахнёмся. И условия, наоборот, для их пары в отношении нас.

Я посмотрел на Лизи, не будет ли она возражать. Она улыбалась, было понятно, что ей условие тоже нравится.

Джон шутливо, глядя на Саманту, произнёс, — Ну что, Саманта, готова меня обыграть иди мечтаешь проиграть?

Саманта с улыбкой, — Попробуй только! Я тут не для того, чтобы проигрывать!

Я, тоже подмигивая Лиззи, — А ты, Лиззи, уверена, что не боишься проиграть? Я слышал, у тебя есть скрытый талант к боулингу.

Лиззи улыбалась мне, поглаживая шар, — О, ты ещё не видел, на что я способна. Но предупреждаю, если я проиграю, ты должен будешь купить мне крепкую выпивку.

Я искренне удивлённый переспросил, — Крепкую выпивку, я? Это же несправедливо в одну сторону. Вот если я проиграю, ты должна будешь… — я сделал паузу, — …рассказать мне историю о самом сексуальном случае в твоей жизни.

Лиззи с любопытством кокетливо улыбалась, — Интересное условие. Ладно, договорились. Но если выиграю, ты расскажешь мне всё о себе.

Я, улыбаясь, кивнул, — Замётано. 

Подошёл к Саманте и поцеловал её в губы,   — Спасибо милая, ты сумеешь расшевелить и каменные горы! - От моего внимания не ускользнул ревнующий взгляд Лиззи на нашу пару.

Первый фрейм с неожиданными условиями начался моим страйком, а Джон развил наш успех.   

……….

Позднее мы уже разгорячённые азартом, алкоголем и частично раздетые, что прибавляло ситуации пикантности, разбились на пары для игры два на два смешанными составами – я играл в команде с Лиззи, а Джон с Самантой. Саманта,  своей лёгкостью и обаянием, быстро понравилась Джону,   что заметно отвлекало его от кузины.

По ходу игры Саманта сменила взмокшую футболку на сексуальный наряд с просвечивающим топом. У Джона просто отпала челюсть, когда она подошла к нему после броска. Она начала флиртовать и прижиматься к нему. Он не знал, что делать,  он и подумать не мог, что она — такая зажигалка. Джон посмотрел на меня, не понимая, как себя вести с моей подружкой. Я, сложив ладони рупором, шепнул ему, чтобы он расслабился и просто плыл по течению её фантазии. Я не знал, как далеко может зайти Саманта, но мне было интересно посмотреть и на неё, и на то, как на её провокационное поведение отреагирует Лиззи.

Мы продолжили игру. Лиззи уже становилась неплохой игроком, но каждый раз удивлял она с неподдельным восторгом удивлялась моей точностью. После нескольких фреймов счёт игры был почти равным, но мы всё же были впереди.

Саманта наблюдая за нами смеялась, — Ого, вы оба не шутите! Джон, ты разве не в шоке? Она снова взяла обеими руками мою голову и притянув поцеловала,  — Горжусь тобой, любимый.

Джон пожимая плечами, пробормотал, — Я с удивлением наблюдаю, честно, Лиззи, ты меня тоже поразила.

Лиззи, глядя на наш поцелуй, немного деланно засмеялась и сделала предпоследний бросок, — Ну что, Джон, готовься к поражению.

Джон спокойно ответил, — Давай посмотрим, кто в итоге станет победителем.

После второго броска Лиззи выбила оставшиеся кегли, и закричала торжествующе, — Ха! Я же говорила! Я принесла нам победу! Теперь точно твоя, Рино, очередь рассказывать о себе.

Я с улыбкой, — Ладно, ладно. Но сначала давай перейдём к столикам, там удобнее.

Мы сели в кресла у столиков, и я начал рассказывать.  — Ну, я не знаю, что именно тебя интересует, но… — я сделал паузу, — …когда-то давно, в молодости, я работал в цирке.

Лиззи удивлённо, — Ты в цирке?! Серьёзно?

Я кивнул, — Да. Я был акробатом. Но однажды во время выступления я упал и сломал лодыжку. Так сломал, что после этого пришлось сменить профессию. С моими физическими данными меня вскоре взяли в модельное агентство.

Лиззи сочувственно спросила, — Ой, бедняга. Но ты же в порядке теперь?

Я, — Да, сейчас всё хорошо. Но иногда я скучаю по цирку.

Лиззи задумчиво произнесла,  — Интересно… А я всегда мечтала увидеть цирк изнутри. Наверное, это было бы круто.

Я улыбаясь, — Если захочешь, могу как-нибудь показать тебе несколько несложных трюков. Но только, если ты обещаешь не смеяться.

Лиззи засмеялась, — Я обещаю! Но только если ты не сломаешь мне лодыжку.

Я подмигивая, — Обещаю быть осторожным.

В этот момент Саманта и Джон присоединились к нам в разговоре.

Джон шутливо спросил, — Ну что, Лиззи, ты уже выведала все тайны у Рино?

Лиззи смеясь, — Почти. Но я думаю, что у него ещё много интересного припасено на потом.

Саманта тоже с улыбкой, — Ну, если он расскажет тебе всё, то я, пожалуй, тоже хотела бы знать. Дорогой, ты расскажешь о себе что-нибудь интересное?

Я, заговорщицки понизив громкость голоса, ответил, — Ладно, ладно. Но только если вы обе обещаете не рассказывать больше никому.

Лиззи улыбаясь кивнула. А Саманта проворковала, — Любимый, я тебе обещаю.

Между нами завязалось непринуждённое общение, но было заметно, что Джон стремился завладеть вниманием Саманты и проводить с ней больше времени, чем с Лиззи. Саманта, играя роль «невинной» собеседницы, поддерживала его, смеясь и подбадривая.

— Ну что, Лиззи, видимо, нам придётся угощать их следующим раундом! — сказал я, после того как их команда признала поражение.

— Только если мы все будем согласны на караоке! — ответила Лиззи, смеясь. — Я точно знаю, что здесь наверху есть отличный караоке-бар, двумя этажами выше.

И вскоре наша компания на лифте переместилась в уютный баре с караоке. В одной из секций бара, которую мы заняли,  царила непринуждённая атмосфера: свет приглушён, музыка играет негромко пока  на сцену не выходили гости, для исполнения любимых песен, на больших экранах светилось меню для выбора композиций. 

Мы с Самантой сидели за столиком с напитками, наблюдая за происходящим. Джон уже несколько раз выходил петь с Лиззи, которая между песнями весело смеялась и подбадривала нас всех. Ей удалось сначала Саманту, а потом и меня, вытащить на сцену и исполнить пару шлягеров дуэтом. Саманта заметно завелась, и когда я сел на место, стала петь в дуэте с Джоном. Они стали выбирать композиции для дуэтов. Когда же они стали очень чувственно исполнять Could I Have This Kiss Forever для Энрике Иглесиаса и Уитни Хьюстон — «Могу ли я хранить этот поцелуй вечно» и они с такой страстью смотрели в глаза  друг друга, что мы с Лиззи переглянулись.

Лиззи решила воспользоваться моментом,  она отставляя коктейль в сторону и улыбаясь, спросила, — Эй, красавчик, не хочешь потанцевать со мной пока твоя подружка занята?

Я поднялся с места,  и улыбаясь тому, что наживка проглочена, ответил, — С удовольствием. Надо же проверить, насколько ты хороша не только в боулинге, но и в танце.

Мы вышли на небольшой танцпол. Музыка была чувственной и прекрасной, и парочка на сцене пела самозабвенно. Лиззи смутившись прижималась ко мне, произнесла, — Знаешь, с тобой так легко и приятно танцевать. Как будто я давно тебя знаю.

Я тоже шутливо, глядя в её красивые глаза, — Ну, если я — птичка в клетке, то ты — ключ, который может открыть дверь.

Лиззи продолжила игриво, — Тогда, может, стоит открыть эту клетку? Или хотя бы шепнуть, что делать дальше.

Я наклонился ближе, почти шепча,  — Секреты делают всё интереснее, правда?

Лиззи с улыбкой и лёгким блеском в глазах,  — Нам нужно встретиться, но чтобы Саманта об этом не знала. У меня дома, а в это время мой братец мог бы на вечер пригласить Саманту и немного попудрить ей мозги, смотри как они спелись.

Мы оба рассмеялись, продолжая танцевать, а Лиззи положила свою голову мне на грудь.

В это время Саманта и Джон закончив композицию, поцеловались, как герои их песни,  и в обнимку пошли к нам.

Саманта подмигнула Лиззи и сказала,  — Ну что, ты тут уже устроила романтический вечер с моим парнем? Не забывайте, что я — официальная девушка Рино.

Я с улыбкой ответил, — Конечно, Саманта, ты у меня самая главная. Но иногда можно чуточку поиграть. Ты же с Джоном тоже немного играла?

И я поцеловал её в губы. Саманта, словно ожидая от меня такого действия, обвила мою шею руками и продолжила целоваться со мной.

Лиззи нервно смеясь, произнесла в адрес брата, — Вот видишь, игра только начинается. Ты только в начале пути завоевания девушки. - Её пощипывала ревность к парню, который был никем, и она подумала: «Пока никем. Но стоит быть настойчивей».

После нашего танца электрическое напряжение между Лиззи и мной стало ещё более ощутимым и сгустившимся. Мы вернулись к столу, где уже собралась вся компания, но наши взгляды всё время невольно искали друг друга.

Я же, играя роль обаятельного друга Саманты, вместе с тем умело поддерживал лёгкий флирт с Лиззи, не переходя границ, но оставляя пространство для дальнейших шагов. Чувствовалось, как внутри неё уже разгорелся огонёк — смеси любопытства и чувственного волнения.

Вечер продолжался, и когда на сцену снова петь пошла Саманта с Джоном, Лиззи заметила, как я внимательно смотрю на неё, наклонилась и прошептала,  — Ты завтра вечером должен постараться приехать ко мне домой. Я бы этого очень хотела.

Я спросил,  — Это будет пристойно, чтобы посторонний мужчина приехал на ночь к одинокой женщине?

— Для меня, да. Я сойду с ума если завтра проведу ночь одна. Ты мне позже напиши, и мы обо всём договоримся. Ни о чём не беспокойся.

На следующее утро я отправил ей короткое сообщение: «Вечер был просто прекрасным. Давай встретимся сегодня без Саманты, без Джона, только ты и я, уже полыхающий от предвкушения  обладать тобой. Ты будешь молить о пощаде дать тебе немного времени передохнуть.»

Лиззи в личку подруге:

Он написал мне в понедельник утром в 8:40, что не может дождаться, когда мы займёмся сексом.

Я ответила, что тоже этого жду,  и написала ему с юмором, что если только он не женат, то его ждёт незабываемая ночь. 

Я улыбалась когда писала это, чувствуя, что игра начинает приобретать признаки непредсказуемых последствий. Возможно я начинала влюбляться, было и тревожно, но и одновременно трепетно сладко. 

Он спросил, во сколько подъехать, и я сказала, что, наверное, после 21, и что я пришлю ему свой адрес и напишу, когда все будет готово. Возвращаясь с работы, я сообщила ему, что, скорее всего, будет где-то ближе к 21:30, и отправила ему свой адрес.

К 21:30 у меня к его приезду всё было почти готово, поэтому я написала ему, и он ответил, что будет на месте около десяти. Я попросила его написать, когда подъедет, и я выйду и встречу его. Он сказал, что у него иногда не работает связь, но он постарается. Я попросила его зайти через задние ворота, а сама буду ждать у бассейна, не хочу чтобы соседи судачили. Я подправила макияж и надела черное платье с глубоким вырезом, которое едва прикрывало мою грудь, и не стала надевать нижнее бельё, думая что сюрприз ему понравиться. Я вышла к бассейну и присела в шезлонг, чтобы дождаться его, и как раз собиралась подстелить полотенце, чтобы он мог сесть, потому, что стулья после дождя были мокрыми.

Я немного волновалась, придёт ли Рино, но вскоре на моей подъездной дорожке появился редкий Hongqi S9. Он подошёл к моей калитке с небольшой сумкой. А я удивлённо подняла брови из-за его необычного авто, он спросил: «Это твой собственный дом?»

«Да, он мой, заходи. А я смотрю ты любишь крутые тачки?»

Он оглядывался по сторонам и улыбаясь мне сказал: «Есть такое. Значит, это пригород. И тебе здесь нравится?»

Я притворно изобразила нахмуренность: «Мне всегда здесь нравилось, здесь тихо и комфортно, никто не потревожит. Тебе не нравится?».

Он ответил без раздумий: «Вовсе нет. Пригород это здорово. Только далеко от движухи к которой я привык.»

На нем были футболка и спортивные шорты, и он оказался выше, чем я его помнила. Мне надо было надеть каблуки, чтобы было удобнее его целовать.

Он ещё сказал, что у меня потрясающий дом, потом помолчал пару мгновений и внезапно спросил: «Погоди, твоего мужа ведь здесь не будет?» — и, кажется, я немного испугалась. Я рассмеялась затем и сказала, что его нет в городе. И я сказала, что мой муж работает сейчас в другом городе. И что мне бывает одиноко, поэтому мне разрешается немного пошалить, пока его нет. Очевидно, его этот ответ устроил, потому что он притянул меня к себе и снова начал целовать, как только мы дошли до спальни. Я закрыла дверь на замок, на всякий случай.

Мы подошли друг к другу на дорожке и начали целоваться и обниматься, руками поглаживая друг друга не исключая интимных мест. Я чувствовала его мышцы под футболкой, а мои руки слегка сжимали его твёрдый член, который упирался в меня через его штаны. Его поцелуи были страстными и настойчивыми. Из-за них я едва сдерживала стоны. Мне удалось чуть отстраниться, прежде чем я набросилась на него прямо там, и постаралась увести его в мою спальню.

......................

Извини, милая Стейси! Я прерву свой рассказ, кажется мой телефон сейчас взорвётся, это должно быть Джей. Я отвечу.

Но это был не совсем Джей. В трубке раздался незнакомый голос, – Это звонок из полицейского участка – говорит помощник шерифа штата Массачусетс Фил Донахью. Я разговариваю с Лиззи Вандербильт?

Я растерянно ответила, – Да, это я! А что случилось?

Голос продолжил, – Мэм, скажите кем вам приходиться Джексон Алоизиус Фэйрчайлд?

Меня начал охватывать ужас в предчувствии самого плохого, – Он мой муж, а что с ним?

– Он арестован, мэм. Разговаривайте, он вам всё сообщит.

Я услышала далёкий голос Джексона, – Лиззи, детка, привет! Мне предъявили обвинение в домогательстве. Но это всё ложь, меня подставили. Мой адвокат, Полански, почему-то не ответил на звонок, видимо не может подойти. Необходимо внести за меня залог в 25000 долларов, чтобы меня освободили из участка. Детка, дозвонись до него, я тебя умоляю, я не хочу сидеть в этом клоповнике.

Меня понемногу стало отпускать от ужасных предчувствий и даже начало злить, – Здравствуй, дорогой! Я сегодня же дозвонюсь до твоего адвоката. Но сама я палец о палец не ударю, потому что ты меня уже достал впутываться в грязные истории с разными шлюхами. Думаю тебе стоит уже угомониться. Когда тебя выпустят не забудь позвонить мне.

Продолжение следует.