Есть три возраста мужчины. Первый — это когда ты всю ночь бражничаешь, вино льётся рекой, девушки визжат и сладко стонут, не поспишь совсем, а утром приходишь на работу как огурчик и по тебе не видно, чем ты всю ночь занимался. Второй — всю ночь пили и трахались, меняясь девушками, утром как огурчик с помидорчиком, но вот сейчас по тебе чётко видно — чем вы всю ночь занимались. И третий возраст — всю ночь ты спишь, причём часов десять минимум, но утром выглядишь так, словно всю ночь с упоением предавался страстям бурного секса и наслаждался изысканными напитками.

Мы с моим другом детства и бурно проведённой юности Георгием после выхода в отставку в наши 45 лет, я — отдав нашей «непобедимой и легендарной, в боях познавшей радость побед» четверть века. Ну а Георгий около 27 лет, отслужив в МВД. Сейчас мы были, так сказать, на перепутье — между окончанием второго и началом третьего возраста. 48 лет это и не старость вовсе, но и далеко не молодость и в этом мы вскоре убедились, прогуливаясь по нашему лесу.

А вокруг Свердловска растут такие просто необъятные леса, в основном сосновые и там там каждую субботу обязательно делали трехчасовую прогулку. Одеты мы были по-походному, денег минимум, но вот по старой привычке — в карманах у нас были наши испытанные «друзья-товарищи». У меня дедушкин ещё «Вальтер» и травматик, а Георгий уважал и обожал своего «красавца» — польский «Вис-Радом», отличная, красивая и безотказная машина калибра 9 мм.

Вот так они очень интересно сопротивлялись фашизму в годы оккупации эти герои польского Сопротивления — польские авиамеханики весьма ловко обслуживали весьма грозные в годы войны пикировщики «Штуки», на заводах Варшавы ремонтировали подбитые нашими танками «Панцеры», а половина офицеров вермахта носила на поясе польские «Висы» под патрон 9 на 19 Пара. Вот наши разведчики ценой жизни спасли Краков от полного разрушения, а поляки до сих пор нас ненавидят. Как чётко сказал маршал Рокоссовский, будучи министром обороны Польши — «Мы их освободили от гнёта оккупации и они нам этого никогда не простят».

Но тут наш грустный разговор о реалиях был прерван негромким женским смехом — на небольшой полянке возле костра сидели две явные студенточки лет двадцати, с такими отличными фигурками, очень сексуальные в своих очень "скромных" купальниках, и смеялись. Как оказалось, открывая бутылку вина, они ухитрились её разбить. Но у нас с собой всегда были наши небольшие плоские фляги с отличным коньяком — отголосок оставшихся связей Георгия в ОБХСС.

А девушки нажарили на камнях вкусных грибов и подогрели котлет из "Кулинарии", явно надеясь опохмелиться, поэтому сейчас наши напитки были как раз вовремя. Так что вскоре мы после прекрасного совместного употребления данных благородных напитков — у меня был мой классный и любимый «Двин», а вот у Георгия, как обычно — «Арарат», мы были полураздеты ловкими ручками чудесно пьяных девушек. Почему чудесно? Они точно были готовы в меру употребления, как пошутил Георгий — и пьяные сильно, но и не в отключке. В плепорцию, как раньше, в старое доброе время, говорили...

Ночь прошла прекрасно, мы с ним воплотили себя в три просто сладких захода — я лично кончал и в умелый ротик ротик и в нежную шелковистую попку одной, а потом, уже к утру, собравшись с силами и по утреннему стояку - оказался между ножек второй. Так что вскоре мы с Жорой отключились почти полностью — возраст, ну и проспали до обеда. Да, когда мы умылись и похмелились последними каплями «Двина», то глянув друг на друга, громко рассмеялись — домой нам идти категорически нельзя. Кстати, палатки девушки нам оставили, раннее сказав, что они тут стоят всё лето. Но вот денег у нас в карманах не было ни копейки.

Да там было немного, так что мы не очень волновались, а где наши «друзья»? Вот деньги девушкам оказались нужнее — бедные студенточки! Наши стволы были на месте. Но вот что удовольствия они нас доставили по-полной — это точно и было просто чудесно, мы весь день вспоминали подробности нашего свального греха. Но годы уже не те — теперь недельку мы будем любоваться девушками только с целью эстетики! Но мы ошибались!

Так что мы остались тут до вечера, чтобы придти в себя полностью. Я подстрелил крупного жирного зайца, опрометчиво выскочившего прямо на нас и у нас был лукулов пир. И тут я увидел «это», отойдя в сторону, чтобы отлить. Позвав Георгия, я сразу и твёрдо уверил его — вот это, чуть колыхавшееся, мерцающее светлое пятно овальной формы, так это и есть так называемый портал! Помнишь, я тебе рассказывал про рапорт нашего старлея Иванченко. который побывал в параллельном мире, но которого потом из-за этого чуть не отправили в психушку? Вот это тот самый случай!

Георгий сильно загорелся пойти в мир нового и неизведанного, но я чуть его охладил его бурный порыв — туда мы войдём совсем голыми, ткань нашей одежды при переходе истлеет мгновенно. Но вот наше оружие вполне может пройти, как ни странно. Да тут ещё и неожиданная новость — вернулись наши распутные феи! Им по 20 лет, закончили они третий курс пединститута (хорошие будут училки!), деньги они наши взяли в долг (три раза ха-ха), чтобы купить еды и бутылочку ликёра. Ночью их ловкие язычки и чудесные ротики вернули к жизни наших слегка уставших «старых друзей» и мы вновь постарались получить ещё радостей секса — когда нам попадутся такие молодые и такие славные, ну и такие просто «добрые» девушки. Это был полный восторг!

Вот утром они ушли окончательно, раз денег у нас нет, а мы с Георгием, ещё раз бурно посовещавшись, решили рискнуть — да сколько той жизни! Идём в портал, идём в мир параллельной реальности, правда став там моложе на 20-30 лет! Как я читал в аннотации одного профессора его научную работу по «Теории струн» - что наш мир пронизывают порталы в параллельные миры. Посмотрим! Да и эти наши бурные ночи с этими такими классными девушками влили в нас радость жизни и новые интимные желания. Дело в том, что только при самом первом переходе портала, раз мы может стать моложе, как утверждал этот профессор, то мы можем прожить и новую жизнь и познать новых красоток! Жора был в восторге и торопил меня! Вот уж храбрец и любитель приключений!

Перед нашим переходом, стоя у портала, я прочёл Жоре свой неожиданный экспромт, видимо от сильного волнения так сложилось:

Хорошо, что умеют ещё плакать стихи,

Под струну и мерцание восковых свеч.

Хорошо, что среди озлоблённых стихий,

Мы с тобой нашу дружбу сумели сберечь!

И, как пошутил Жора, взяв всю свою волю в кулак и спрятав совесть глубоко в карман, мы собрались с духом и шагнули в мерцающий овал этого портала.