Поезд мчался в ночи, мерно постукивали колеса. В купе было темно, но иногда сквозь щели неплотно прилегавшей к окну шторы мелькали короткие вспышки убегающих фонарей... Олег скользнул вниз, где на нижней полке раскинулась, давно ожидая его, женщина. Напротив, руку протянуть, похрапывал ее муж!

- Вы с ума сошли... - прошептала Людмила Павловна.

****

Когда поезд "Москва-Симферополь" отошел от перрона Курского вокзала, он встретился глазами с соседкой по купе. Дородная длинноволосая, крашенная блондинка, ехала в сопровождении высокого, хорошо сложенного мужчины в спортивном костюме. Его полковничий китель покачивался на вешалке между дверью и полкой.

Уже через полчаса они распивали ароматный коньячок из матовой пузатой бутылки с золотой наклейкой, весьма кстати прихваченной в путь предусмотрительным Василием Степановичем. Путешественники знакомятся быстро, а под рюмочку - душа распах...

Василий старше Милы на восемнадцать лет, но со стороны эта разница почти не ощущалась. У него это второй брак, а у нее - первый. Росла дочь Галя, четырех лет - поздний, но очень умный ребенок. Едут во Фрунзенское, в санаторий Минобороны. Полковник не двусмысленно намекал, что был в "стране А." На кителе возглавляла ряд юбилейных планок - муаровая цвета бордо с продольной серой полоской - орден Красной Звезды. Его основательно развезло... Олег слушал его вполуха... Его внимание больше привлекала супруга Васи.

Из своих запасов Олег добавил немецкий "доппель-кюммель" в квадратной бутылке черного стекла. Людмила Павловна, Мила, заботливо сервировала столик в купе : лимончик и шоколадка, бутерброды с семгой, сервелатом, сыром. В длинном халате до пят она выглядела уютно, по- домашнему. Женщина двигалась мягко и грациозно, когда наклонялась демонстрировала замечательный, в своей округлости зад, поясок затянут на располневшей талии. Из вежливости, она сначала пригубила рюмку, а потом и выпила, закусила шоколадкой...Лицо порозовело и от того казалось совсем молодым. Она с укоризной поглядела на Олега, когда он выставил бутылку " Столичной" и золотисто-коричневый кусок осетрины холодного копчения.Мясо розовое, блестящее зеленоватым перламутром, привело Васю в восторг:

- Под такую красоту и выпить не грех ! - сказал он отвинчивая пробку.

... В Туле он отрубился. Когда поезд легко тронулся и пошел бойчее... Олег встал, отодвинул зеркальную дверь. Вышел в узкий коридор, пошатываясь пошел к туалету...

Нажал на педаль. Стальная крышечка на унитазе поднялась, показалась летящая земля... Два пальца в рот - все выпитое и съеденное отправилось туда. Промыл желудок, вода противно - теплая, но полегчало. Посмотрел на себя в зеркало : вьющиеся волосы, высокий лоб, голубые глаза... Красив! Член распирал вельветовые джинсы. Он был из той породы людей, которые получают удовольствие от преодоления трудностей, от борьбы и опасности.

Снова отъехала и задвинулась дверь. Клацнула защелка... Мила стояла посреди купе лицом к окну. Штора была опущена. Вася храпел. Купе мягко покачивает под перестук колес.

Мила почувствовала на своем затылке горячее дыхание. Руки Олега обняли ее. Обернулась, хотела ударить по лицу, но удержалась.

— Оставьте меня! Как вам не стыдно!

В голове шумело от выпитого, а присутствие молодого мужчины еще больше кружит голову... Порывисто ответила ему. Языки ласкают друг друга, а его ладони сжимают и тискают тяжелую грудь. Халат упал на пол. Роскошное тело в черном, вышитом серебром белье светилось белизной, присущей только рыжеволосым женщинам. Такие волосы были у нее на лобке. Тяжело колыхнулась освобожденная от бюстгальтера чуть отвислая грудь. Олег целовал и покусывал шею, плечи и соски груди...Присел на корточки и стал целовать животик. Кончик языка проник в глубокую впадину пупка - по женскому телу пробежала сладкая судорога. С крутых бедер, зацепленные его пальцами поползли вниз трусики. Густой треугольник подстриженных рыжих волос покрывал лобок. Они редели у соединения губ... Он принялся гладить ее полные ляжки, помял пухлый холмик и запустил во влагалище сразу три пальца. Скользнул в горячую, мокрую глубину... Тянуть дальше не имело смысла и он принялся раздеваться. Глаза Милы округлились - фигура обнаженного юноши производила впечатление своей мужественной красотой. Широкие плечи, красивые мускулистые руки, узкие бедра и пропорциональные ноги. Все гормонично... Возбужденный член поднялся к животу, напряженная плоть в голубых прожилках и крупная головка, покрасневшая от прилива крови.

   - Наклонись!

Она повиновалась и оперлась руками о столик. Олег вошел в нее одним толчком и стал двигаться неспеша. Раздавались шлепки тел и чмоканье члена во влагалище. Мила кусала губы, душа в себе стоны наслаждения. Она совсем потеряла голову - рядом на полке ничком храпел муж, левая рука свесилась на пол, а она двигала задом навстречу чужому члену!

   Вагон плавно покачивался. Стук колес едва доносился в купе.По коридору ходили люди, раздавались голоса.

  Они кончили почти одновременно... Олег бурно излился в нее, дождавшись ее финиша. Он целовал ее лицо и шептал на ухо льстивое:

- Ты самая прекрасная женщина из всех, кого я знаю...

Мила несмело улыбнулась и подумала: "Скольким ты это говорил, милый мальчик!"

Она мягко высвободилась из его объятий, встала и набросила халат. Взяла полотенце и мыльницу. Вышла было из купе, но опрометью вскочила назад.

  - Проводи меня...

Олег натянул джинсы и вышел с ней. Он понял причину ее опасений. Недалеко от их купе гомонили смуглые, золотозубые брюнеты . Глаза-маслины смотрели нагло и плотоядно.

****

С полковником обнялись на прощание на перроне симферопольского вокзала.