Солдаты у батареи не побежали.

Офицер выхватил меч, закричал, собирая людей. Несколько копейщиков успели закрыть проход между двумя повозками.

Первый ликан ударился в выставленные древки и отступил.

Другой зашёл сбоку.

Моретти увидел, как солдат развернулся к нему, потеряв соседа. Ряд распался ещё прежде, чем успел стать рядом.

— Ко второй площадке! — закричал барон. — Собраться у второй!

Он схватил за плечо пробегавшего канонира.

— Передай наверх! На нас напали!

Тот кивнул, но остался стоять, глядя мимо него.

Моретти ударил его ладонью по щеке.

— Беги!

Человек сорвался с места.

Возле кулеврины опрокинулся ящик. По земле покатились принадлежности. Артиллерист потянулся за ними и едва успел отползти, когда рядом рухнула лошадь, сбитая вырвавшейся повозкой.

Всё, что ещё недавно подчинялось окрикам офицеров, пришло в беспорядочное движение.

Люди пытались вывести упряжь, вытащить раненых, найти оружие. Одни бежали к охране, другие от охраны. Брошенный факел дымил возле колеса.

Моретти обнажил меч.

— От ящиков! Уберите огонь!

Его услышали двое.

Один бросился к факелу.

Второй упал, не добежав.

***

На противоположном берегу первая атака захлебнулась.

Вальдемар видел, как всадники расходятся перед пиками, как падает конь и сбивает соседнего. Но следом подходили новые, давили на остановившихся, искали место для удара.

Гвардейский строй выгнулся.

Один из полковников бросился к образовавшейся тесноте. Несколько человек отступили, выравнивая ряды. Над ними моталось знамя.

— Правый край! — крикнул Альдрик.

Вальдемар уже смотрел туда.

За всадниками мелькнули тёмные спины. Ликаны вышли из-за складки берега, и человеческий крик изменился.

Это услышали даже здесь, возле принцев.

Конь одного из неприятельских всадников встал на дыбы. Другой понёс вдоль строя. Но несколько рыцарей развернули животных навстречу новой угрозе и встретили её оружием.

Схватка распалась на отдельные тесные узлы.

— Ещё рано, — сказал Вальдемар.

Альдрик понял без пояснений.

За скатом ждал резерв.

Ему хотелось немедленно послать людей вперёд, закрыть то место, где качалось знамя, прекратить мучительное ожидание. Он посмотрел на брата и заставил себя остаться.

Вальдемар повернулся к посыльному:

— Узнать, удерживает ли полковник рубеж.

Тот поскакал.

Альдрик снова увидел волчью морду между лошадьми.

Мокрую шерсть. Раскрытую пасть.

Он отвёл взгляд не сразу.

Потом повернулся к своему офицеру:

— Проверь людей. Если придёт приказ, выступаем без задержки.

***

Первое донесение да Сильва выслушал, почти не оборачиваясь.

— Сильное сопротивление у выхода, господин. Передние просят...

— Вижу.

Он действительно видел.

Часть всадников задержалась у берега. Знамёна двигались медленнее, чем следовало. Но через брод уже шли новые отряды.

Нужно было дать им время.

— Передай: берег удерживать. Следующие пусть подходят.

Гонец развернул коня.

В этот момент со стороны батарей прискакал другой.

Без шлема. Лицо в саже, одна щека ярко-красная.

Он едва остановил лошадь.

— Господин! Наши орудия...

— Что?

— Ликаны! У батарей!

Родриго медленно повернулся.

— Сколько?

— Не знаю. Много.

— «Много» — это сколько?

Гонец сглотнул.

— Они вышли со стороны реки.

Кавальканти подошёл ближе.

Да Сильва посмотрел на высоты.

Сначала он не увидел ничего необычного. Дым всё ещё висел над площадками.

Потом заметил бегущих людей.

Повозку, катившуюся поперёк склона.

И пламя — низкое, яркое, там, где после окончания стрельбы огня быть не должно.

Родриго опустил трубу, которой так и не успел воспользоваться.

— Где Моретти?

— Там, господин.

Сальви уже шёл к ним от своих пикинёров.

Он тоже смотрел на высоты.

— Мой полк готов, — сказал полковник.

Кавальканти перевёл взгляд на реку.

— Приказывайте.

Родриго посмотрел туда же.

Всадники продолжали входить в воду. Передние дрались на чужом берегу. Позади горели батарейные повозки.

Трубач ждал возле знамени.

Да Сильва поднял руку, собираясь указать направление, и на короткое мгновение замер.

С реки доносились крики.

С высот — тоже..

***

— Пехоту к высотам, — приказал да Сильва. — Сальви, очистите батареи. Коннице продолжать переправу.

Полковник посмотрел на реку.

— Если передние начнут отходить...

— Они не начнут отходить, если получат подкрепление.

Сальви стиснул челюсти.

Кавальканти шагнул к нему:

— Я придержу следующие отряды у воды. Освободите дорогу от орудий.

Родриго резко повернулся.

— Я не приказывал останавливать переправу.

— Я не останавливаю. Развожу потоки.

Генерал уже протягивал руку за поводьями своего коня.

Да Сильва проводил его взглядом, затем указал трубачу на реку.

Сигнал повторили.

Всадники продолжали входить в воду.

***

Сальви вернулся к полку бегом.

Первые ряды пикинёров уже разворачивались к высотам. Офицеры видели дым, слышали крики, но ждали приказа. Полковник вскочил в седло и повёл людей вверх.

По дороге навстречу им бежала орудийная прислуга.

— В сторону! — кричали сержанты. — С дороги!

Один канонир попытался протиснуться между рядами. Его схватили за ворот и вытолкнули на обочину. Другой упал, поднялся и побежал дальше, не замечая крови на ладонях.

Сальви смотрел выше.

Возле первой площадки ещё держались люди Моретти. За опрокинутой повозкой теснились копейщики, рядом несколько артиллеристов отбивались короткими тесаками. Ликаны не могли сразу прорваться через завал, но уже появлялись по обе стороны от него.

— Первые ряды — вперёд!

Пики опустились.

Люди Сальви подошли достаточно близко, чтобы прикрыть отход охраны. Несколько солдат перебрались через повозку, вытаскивая раненого товарища.

Моретти был среди них.

Он шёл боком, держа меч перед собой. На щеке темнела длинная ссадина. Увидев полковника, барон что-то крикнул, но голос утонул в общем шуме.

Сальви указал ему за спину:

— Сюда!

Моретти обернулся.

За ним оставались орудия.

***

На другом берегу Вальдемар наконец получил ответ.

Посыльный вернулся без шлема, тяжело дыша.

— Рубеж держат. Полковник просит людей на правый край. Всадники обходят низину.

Вальдемар посмотрел туда.

За пехотным строем мелькало коронное знамя. Оно ещё стояло на прежнем месте, но правее движение стало беспорядочным. Несколько коней прорвались за край пик, и гвардейцам приходилось поворачиваться к ним, открывая промежутки.

— Альдрик.

Тот уже подтягивал повод.

— Вижу.

— Резерв — туда. Закрыть край. За отступающими не идти.

— Я слышал тебя и в первый раз.

Язвительность прозвучала привычно, почти спокойно.

Но перед тем как тронуть коня, Альдрик наклонился и ещё раз проверил пряжку перевязи. Потом поднял голову.

— За мной!

Резерв двинулся из-за склона.

Вальдемар проводил брата взглядом и повернулся к Белому Предку.

Белый ликан стоял рядом с гвардейцами. На шерсти у плеча темнело пятно, чужая кровь медленно стекала по краю щита.

— Артиллерия молчит, — сказал принц.

— Уже не заговорит.

С неприятельского берега поднялся новый столб дыма.

Вальдемар посмотрел через реку.

— Теперь главное — удержать их здесь.

Предок опустил голову, глядя на всадников.

— Удержим.

***

Кавальканти добрался до входа в брод слишком поздно, чтобы сохранить прежний порядок, но ещё достаточно рано, чтобы не допустить давки.

Он остановил ближайший отряд, велел отвести его от спуска и сам встал у дороги, пропуская людей по частям.

Раненых с другого берега пока возвращалось мало.

Это тревожило сильнее, чем если бы их было много.

Те, кто добирался, говорили одно и то же: берег занят, гвардейцы стоят, ликаны выходят из-за них и бьют по увязшим всадникам. Развернуть конницу негде. Упавшие кони мешают следующим.

— Командиры где? — спросил генерал у молодого рыцаря с разбитым забралом.

Тот назвал два имени.

Оба остались на другом берегу.

— Кто отдаёт приказы?

Рыцарь молчал.

Кавальканти отпустил его и повернулся к адъютанту:

— Передай да Сильве: нужно остановить ввод новых отрядов. Передних выводить, прикрывать с берега пехотой.

Адъютант посмотрел на реку.

— Там ещё наши идут.

— Поэтому немедленно.

***

Альдрик достиг правого края, когда один из гвардейцев уже пятился перед всадником, волоча по земле сломанную пику.

Принц ударил коня пятками.

Сбоку надвигался тяжёлый лошадиный бок, блестела стальная поножа. Альдрик успел поднять меч и отвёл чужой клинок. Удар отдался в плече.

Он не запомнил, кто оказался рядом.

Только увидел, как неприятельский всадник качнулся и исчез за шеей своей лошади.

— Сомкнуть! — закричал Альдрик. — Здесь сомкнуть!

Люди резерва протискивались к нему.

Кто-то схватил его коня за узду, удерживая подальше от выставленных пик. Принц чуть не ударил человека, прежде чем понял, что тот помогает.

Из-за плеча гвардейца показалась волчья морда.

Альдрик дёрнулся.

Ликан пронёсся мимо, ударил в бок разворачивавшемуся коню и скрылся в тесноте.

Принц заставил себя посмотреть не вслед ему, а на своих.

Ряд выравнивался.

— Вот так, — сказал он хрипло. — Именно здесь. Дальше не надо.

Он обернулся к офицеру.

— Передай брату: край закрыт.

***

Моретти вернулся за второй площадкой.

Он ещё мог уйти с людьми Сальви, но увидел, как у дальней кулеврины двое канониров пытаются развернуть станок. Один оглянулся на него.

Барон побежал к ним.

— Бросьте! Ко мне!

Они не поняли.

Или не услышали.

Моретти успел добраться до колеса, когда с другой стороны выскочил ликан.

Канонир ткнул в него длинным банником.

Барон ударил мечом.

На короткое мгновение ему показалось, что он успел.

Потом что-то тяжёлое обрушилось на грудь, и земля ударила в спину.

Сальви увидел, как барон падает возле кулеврины.

Он попытался послать людей, но в этот момент ликаны ударили по его левому краю. Пикинёры качнулись, офицер закричал, требуя держать расстояние.

Полковник остался со своим полком.

Моретти больше не поднялся.

***

Родриго да Сильва выслушал адъютанта Кавальканти.

— Генерал требует приказа на отход передних частей.

— Генерал требует?

— Просит, господин.

Родриго смотрел на высоты.

Пехота Сальви остановила первый натиск. Но орудия по-прежнему горели. Над дальней площадкой уже двигались чужие фигуры.

На другом берегу солнце освещало скопление коней у воды.

Всадники перестали продвигаться.

Он не мог больше убедить себя, что это временная задержка.

— Прекратить переправу, — сказал да Сильва.

Трубач замялся, ожидая продолжения.

Родриго повернулся к нему:

— Прекратить. Передним — отходить.

Сигнал поднялся над рекой.

И почти сразу из воды показались первые люди, возвращавшиеся без приказа.

***

Отход начался с раненых.

Потом к ним присоединились те, у кого убили коней. Они шли по воде, держась за чужие стремена, хватались за хвосты, за ремни, за всё, что могло помочь добраться до своего берега.

Следом повернули всадники.

В тесноте не все услышали трубы. Передние ещё пытались атаковать, задние уже разворачивались. Между ними застревали кони, сталкивались щиты, ломались копья.

Один из командиров поднялся в стременах, пытаясь перекричать людей.

Его знамя накренилось.

Потом исчезло.

***

Вальдемар не сразу приказал наступать.

Он видел отступление, но видел и тех, кто продолжал драться, прикрывая товарищей. Ранний бросок мог разорвать собственный строй.

Белый Предок ждал рядом.

— Пора, — сказал он наконец.

Принц посмотрел на переправу.

Отдельные неприятельские отряды ещё сохраняли порядок, но общей линии больше не было. Они пятились к воде, теснили собственных людей.

Вальдемар обнажил меч.

— Вперёд. Рубежами. Не смешиваться.

Офицеры подхватили приказ.

Гвардейцы двинулись.

Ликаны пошли с ними.

***

Кавальканти спустился в воду по колено.

— Сюда! — кричал он. — Правее! Не на дорогу!

Он пытался отводить возвращавшихся в сторону, оставляя место следующим.

Некоторое время это удавалось.

Затем прибыло сразу слишком много людей.

Конь с пустым седлом врезался в толпу. Солдат упал под воду. Кто-то закричал, что брод перекрыт.

Кавальканти схватил ближайшего всадника за повод.

— Отведи коня! Слышишь меня?

Тот ударил шпорой.

Генерала протащило несколько шагов. Он отпустил ремень, едва удержавшись на ногах.

Адъютант подбежал к нему:

— Господин, наверху отступают!

Кавальканти обернулся.

Пикинёры Сальви медленно сходили с высот. Ещё не бежали. Держались, останавливались, снова пятились. Но за их спинами уже двигались ликаны.

Река оставалась у генерала за спиной.

Он вытер мокрой рукой лицо.

— Собери всех, кто с оружием. Здесь.

***

Да Сильва нашёл капитана своих кондотьеров возле дороги.

Тот уже собрал вокруг знамени несколько десятков всадников. Подходили новые. Без копий, с помятыми щитами, но на конях.

— Сколько? — спросил Родриго.

Капитан назвал то, что успел сосчитать.

Мало. Очень мало.

Непозволительно мало для армии, которая утром заполняла весь берег.

— Остальные?

Капитан посмотрел на реку.

Ответ был там.

Да Сильва проследил за его взглядом, затем повернулся к дороге.

Она ещё оставалась свободной.

— Собирай наших, — сказал он. — Мы уходим.

Капитан помедлил.

—Все?

— Все, кто может.

Родриго произнёс это и сразу почувствовал, как легко слова отделили его от остальных.

Теперь требовалось только сесть в седло.

***

Сальви потерял коня на склоне.

Животное опустилось на передние ноги, и полковник едва успел высвободить сапог из стремени.

Двое пикинёров помогли ему подняться.

— К дороге, господин!

Он посмотрел вниз.

По дороге уходила конница.

Впереди мелькнул знакомый плащ да Сильвы.

Полковник постоял, тяжело дыша.

Затем взял у раненого солдата пику.

— К реке нельзя, — сказал он. — Здесь остановимся.

Офицеры услышали его.

Полк ещё раз сомкнулся.

Люди упирали древки в землю, наступали на ремни павших, пытались выровнять ряды вокруг полковника. Ликаны задержались перед остриём строя.

Сальви почувствовал, как рядом кто-то дрожит.

Он не посмотрел кто.

— Держать.

Сзади донеслись крики.

Через несколько мгновений строй начал поворачиваться, теряя прежнюю плотность.

Полковник понял, что сойти со склона они уже не успеют.

Он перехватил пику удобнее.

***

Альдрик остановил своих у воды.

Ещё несколько шагов — и передние гвардейцы смешались бы с бегущими.

— Назад от берега! — приказал он.

Офицер оглянулся.

— Они уходят.

— Я вижу. Мы останемся здесь.

За рекой падали знамёна.

Принц смотрел на людей, пытавшихся выбратьраться из воды. На тех, кто бросал оружие. На коней, беспомощно разворачивавшихся среди тел и обломков.

Он ждал облегчения. Ждал, что близкий триумф затмит дыру в душе, зиявшую уже пять лет.

Но ничего не было. Трупы в реке и разорванные ликанами тела ничем не отличались от таких же трупов времен бойни при Редстоуне. Пусть даже сегодня вервольфы были на его стороне.

Принц нахмурился. Видимо, те воспоминания его никогда не отпустят.

Подъехал Вальдемар.

— Удержал?

Альдрик кивнул.

— Кажется, отец получит обоих сыновей в целости. К своему разочарованию.

Вальдемар посмотрел на его рассечённый рукав.

— Ты ранен.

Альдрик опустил глаза, словно впервые заметив кровь.

— Тогда почти в целости.

***

Кавальканти погиб у выхода из брода.

Люди, которых он собрал, продержались достаточно долго, чтобы несколько групп успели выбраться из воды и уйти вдоль берега.

Когда кольцо сомкнулось, генерал ещё стоял.

Последним его приказом было требование поднять щиты.

Сальви нашли позднее среди своих пикинёров.

Возле него лежало сломанное древко.

Начальник передовой конницы остался на противоположном берегу. Несколько старших офицеров, пытавшихся вывести свои отряды, погибли в самой переправе. Адъютанты искали командиров по знамёнам и находили только знаменосцев.

К полудню отдавать общие приказы армии Вергаса было уже некому.

***

Родриго да Сильва не оглядывался, пока дорога не ушла за холм.

С ним уходили кондотьеры — те, кто успел добраться до своих, сохранил коня и услышал приказ.

Остальные тянулись следом небольшими группами.

Капитан догнал его на подъёме.

— Люди спрашивают, где собираться.

Родриго назвал место дальше по дороге.

— Там остановимся?

Да Сильва прислушался.

Грохот боя почти стих. Из-за холма ещё доносились отдельные крики, но уже нельзя было разобрать слов.

— Там посмотрим.

Он снова ударил коня пятками.

За спиной оставались сорок орудий, герцогские полки и люди, которым утром он обещал открыть дорогу на Вальденбург.

Впереди свободная дорога. По ней можно было вернуться в Вергас, или же уйти еще южнее, в пустынные султанаты. Родриго не собирался возвращать герцогу аванс. Даже не смотря на то, что легкой победы не случилось. В конце концов, он Кондотьер, и не присягал никому на верность.

Преследовать их не будут, он был уверен. Да, Двуногие оказались крепче, чем он думал, но он успел их достаточно потрепать.

Сейчас было важно не останавливаться. Уйти хотя бы на один дневной переход. Стать неинтересным и далеким.

Да, решено. В Бездну Герцога и его амбиции. В Бездну Вергас и Вельт вместе с ликанами. В водах Лилового Брода осталось четыре тысячи его бойцов, не меньше. Это не повод хоронить оставшиеся две. Они залижут раны, скинут тяжелые доспехи, сменят пики на ятаганы и найдут службу далеко на Юге, у какого нибудь Султана или Великого Везиря. Там их ждет непыльная работа по усмирению кочевых эльфов, нелепые стычки местных царьков за бесплодные барханы, доступные женщины и легкие деньги. А сражений и побед на его век хватит.