— Хорошо, извините. Я больше не буду.

Оля сказала это тихо и посмотрела на мужа. Член Ахмеда продолжал находиться у её лица, и Дмитрий не представлял, что может быть лучше этого момента. Даже в самых развратных сексуальных фантазиях, которые он гнал от себя, стыдясь и краснея в одиночестве, он не представлял, что такое может произойти. Что при нём какой-то мужчина с гор позволит себе такое. Что его интеллигентная, стыдливая Оля будет сидеть на стуле, вжав голову в плечи, а огромный, пахнущий чужим телом член будет прижиматься к её щеке, оставляя на нежной коже следы своего присутствия.

— Вот и хорошо. Но ты забыла добавить!

Оля испуганно смотрела на мужа. Кучерявые волосы Ахмеда, жёсткие и пахнущие чем-то терпким, щекотали кончик её носа. Она чувствовала этот запах, он заполнял её ноздри, проникал в лёгкие, оседал где-то внизу живота тяжёлым, горячим комом. И Дима тихонечко начал ей подсказывать. Шёпотом произнося одно слово, словно одноклассник-отличник, подсказывающий двоечнику у доски, боясь, что учитель услышит.

— Господин, скажи господин.

Глаза Оли расширились. Сказать такое было не в её духе. Всё её существо, воспитанное на книгах, на музыке, на тихих семейных вечерах, противилось этому. Но и с членом у лица она давно не сидела. Это было унизительно, страшно и в то же время что-то внутри неё, какая-то тёмная, спрятанная глубоко-глубоко часть, которую она сама в себе не знала, отзывалась на это унижение странным, тягучим теплом. Поняв, что это единственный способ освободиться, она повторила за мужем. Голос её дрожал, срывался, но она произнесла это.

— Господин Ахмед... извините. Я больше не буду.

Как только она произнесла эти слова, она почувствовала, как то, что прижималось к её щеке, начало расти. Ахмед специально не выпускал её до того момента, пока его член полностью не возбудился. Он наливался, тяжелел, поднимался, как живое существо, и Оля чувствовала это движение кожей. Нос Оли упирался в его яйца, тяжёлые, покрытые жёсткими волосами, а член стоял очень рядом с лицом, направленный в сторону Дмитрия. Толстая головка, влажная и блестящая, смотрела прямо на него, как дуло пистолета, как приговор, как приглашение.

— Хорошо. Но больше так не делай.

Получив свободу, Оля чуть расслабилась. В голове её быстро курсировали мысли о том, как сбежать отсюда и почему ей стало так жарко. Лицо горело, особенно то место, куда недавно прижимался член этого мужчины. Она чувствовала этот след, как клеймо, как отметину, которая не смоется водой. Ей хотелось прикоснуться к своей щеке, потереть её, стереть это ощущение, но она боялась сделать лишнее движение. Она сидела, сложив руки на коленях, и смотрела в пол, пытаясь унять дрожь в пальцах.

Ахмед сел на место и уже не прикрывался. Ему нравилось наблюдать за их взглядами. Оля пыталась не смотреть, но не могла сдержать себя. Взгляд то и дело падал на член Ахмеда. Тёмненький, с открытой толстой головкой, он был такой формы, как и его хозяин. Крепкий, мускулистый и требующий к себе особого внимания. Он лежал на его бедре, тяжело и уверенно, как зверь на отдыхе, и Оля чувствовала, как что-то внутри неё сжимается и разжимается в такт её дыханию. Наверное, именно в тот момент произошло то, что Оля будет считать началом новой жизни. Резкая смена её вектора жизни словно обнулила её разум, создав чистый лист, на котором сейчас жирными чёрными чернилами должен был начать писать он. Смуглый мужчина, слишком покрытый волосами, с импульсивным поведением. Он не спрашивал разрешения. Он не был вежлив. Он был тем, кем Дмитрий никогда не был и, возможно, никогда не станет.

Дмитрий смотрел на член Ахмеда и не мог поверить в реальность. Его культурный шок был в том, что мама ему о таком не рассказывала. Мама, которая всегда говорила, как нужно себя вести, что прилично, а что нет. Мама, которая учила его быть тихим, незаметным, удобным. Как и что делать в такой ситуации, он не знал. Но в тот же момент он прекрасно понимал, что встать и уйти он не может. Словно прикованный к своему месту на стуле, он не мог встать без разрешения. Что-то в нём, какая-то глубинная, подавленная часть, которая всю жизнь пряталась за книгами и научными статьями, сейчас вырвалась наружу и требовала продолжения. Всё, что ему оставалось, это продолжать смотреть на происходящее и надеяться, что Ахмед знает, что делает, иначе Оля убьёт его, как только они покинут эту квартиру. Но даже эта мысль, мысль о гневе жены, не пугала его. Она возбуждала.

— Значит так, курс у нас десять дней, знакомство — сегодняшнее занятие в него не входит. Я сейчас задам вам вопросы, вы отвечаете честно. Ясно?

Тишина повисла в комнате. Оля смотрела на свои руки. Дмитрий смотрел на Ахмеда. Никто не решался произнести ни слова.

— Ясно, я спрашиваю?!

Его голос прозвучал очень громко и грозно. Он ударил по ушам, как хлыст, заставив обоих вздрогнуть.

— Да, господин...

Голос Оли был еле слышен.

— Да, господин Ахмед.

Дмитрий произнёс это чётче, но внутри у него всё сжалось. Он назвал чужого мужчину господином. Добровольно. И это не вызвало в нём отторжения. Только странное, пьянящее чувство освобождения.

— Хорошо. Оля, как часто вы трахаетесь с Димой?

Вопрос был задан прямо, без обиняков. Вид Оли был потерянный. Обсуждение очень личной жизни не входило в её планы на вечер. Она никогда не говорила об этом даже с самыми близкими подругами, а тут чужой мужчина, сидящий напротив с обнажённым членом, требует ответа. Она осознавала, что сейчас не сможет уйти и нужно что-то говорить. Но слова застревали в горле, стыд заливал щёки, и она чувствовала, как горит всё лицо, шея, даже уши.

— Примерно раз в неделю.

Она сказала это почти шёпотом, надеясь, что Ахмед не услышит. Но он услышал.

— Дима, сколько раз вы трахаетесь с Олей?

Теперь пришла очередь Дмитрия. Он посмотрел на жену. В её глазах была мольба. Она просила его соврать, приукрасить, спасти их обоих от этого унижения. Но он не мог. Словно что-то внутри него заставило его сказать правду.

— Наверное, раз в две или три недели.

— Ага, значит, я делаю вывод, что один или два раза в месяц Оля трахается с кем-то другим?

Взгляд злой жены просто прожигал Дмитрия насквозь. Он должен был повторить её слова, но сказал правду. Которая была для их обоих неприятной. Оля чувствовала, как внутри неё поднимается волна гнева. Как он мог? Как он мог сказать это? Но под этим гневом было что-то ещё. Страх. И странное, почти болезненное возбуждение от того, что их тайна, их стыдная, неловкая тайна, теперь вытащена на свет. И этот чужой мужчина знает о них то, что они сами боялись признать.

Ахмед встал и подошёл снова к Оле. Его член, полустоячий, висел опасно близко у её лица. Она видела, как он покачивается при ходьбе, как напрягается при каждом шаге.

— Надо говорить честно, не стоит меня обманывать.

Одной рукой Ахмед взял Олю за волосы, а другой, взяв член, начал бить им её по лицу. По щекам, по губам, по носу. Попытки отвернуться были бесполезными. Хватка его была очень сильной. Он держал её крепко, не давая уклониться от этих тяжёлых, влажных ударов. Оля чувствовала, как головка члена касается её кожи, оставляя следы смазки, как тяжесть этого органа ощущается на её лице. Она зажмурилась, слёзы подступили к глазам, но она не плакала. Она терпела. Потому что понимала, что сопротивляться бесполезно. И потому что где-то очень глубоко, в самом тёмном уголке её души, это вызывало отклик. Этот мужчина был сильнее. Он был грубее. Он делал с ней то, что Дмитрий никогда бы не посмел. И это пугало её больше, чем что-либо в жизни. Пугало и завораживало.

Дмитрий почувствовал, что в его трусах стало сильно влажно. Жидкость в виде смазки вытекала большими порциями от такого вида, член стоял на все сто процентов, упираясь в ткань брюк, и его мозг пытался осознать, что это не сон и не фантазия. Что и вправду в метре от него злой кавказец наказывает его жену, ударяя ей по лицу толстым членом. И он, Дмитрий, младший научный сотрудник, интеллигентный и тихий, смотрит на это и не может отвести взгляд. Более того, он хочет, чтобы это продолжалось. Он хочет увидеть, как далеко это может зайти. Он хочет, чтобы Ахмед сделал с Олей всё, что захочет. И эта мысль, эта ужасная, постыдная мысль, заставляла его член пульсировать, а сердце биться быстрее.

— Вот так будет каждый раз, когда ты будешь меня обманывать. Поняла?

Оля вытирала лицо от размазавшейся смазки из члена. Она чувствовала этот запах на своей коже, на губах. Он был везде. Она кивнула, не в силах произнести ни слова.

— Да, господин. Поняла.

— А ты что смотришь?

Ахмед резко повернулся к Дмитрию. Тот вздрогнул, словно его поймали за чем-то постыдным.

— Я? Я не смотрю.

Дмитрий убрал взгляд, уставившись в пол. Но он чувствовал, как Ахмед приближается к нему. Как его тень накрывает его.

— Хочешь тоже так?

— Нет, извините, господин.

Голос Дмитрия дрожал. Он боялся. Но не физической боли. Он боялся того, что может ответить «да». Что может попросить. Что может признаться в том, что хочет почувствовать это на себе.

Ахмед стоял перед Дмитрием. Его член был теперь направлен в его сторону. Толстая головка, влажная и блестящая, смотрела на него, как глаз. Дмитрий чувствовал его запах, тот же самый запах, который сейчас был на лице его жены. И этот запах, смешанный с запахом её тела, сводил его с ума.

— Я накажу тебя, но по-другому.

Ахмед отошёл к комоду и достал из него нечто странной формы, металлическое. Оно блеснуло в свете лампы. Дмитрий смотрел на это приспособление, не понимая, что это такое. Но что-то внутри него уже знало ответ.

— Снимай штаны!

Дмитрий повиновался, смотря на это приспособление в руках Ахмеда. Его пальцы дрожали, когда он расстёгивал ремень, пуговицу, молнию. Он спустил брюки и трусы, оставшись стоять посреди комнаты, чувствуя, как прохладный воздух касается его разгорячённой кожи. Его член стоял, и это было мучительно. Он хотел прикоснуться к нему, хотел разрядки, но боялся даже пошевелиться.

— Оля, одень ему. Вот так, на член, вот тут натяни и закрой замок.

Оля подошла, не веря, что делает это. Она взяла металлическую клетку из рук Ахмеда. Она была холодной и тяжёлой. Она посмотрела на мужа. В его глазах была мольба и что-то ещё. Что-то, что она не могла понять. Она надела клетку на его член. Тот вошёл туго, металл сдавил разгорячённую плоть, и Дмитрий застонал. От боли. От унижения. От чего-то ещё, чему он не мог найти названия. Несколько секунд, и на его члене защёлкнулся замок. Это была металлическая клетка для члена.

— Зачем это?

Голос Дмитрия был хриплым.

— Во время курса ты к Оле не прикасаешься членом. Ключ от замка у меня. Ты можешь её трогать только ртом или языком. Понятно?

— Да, господин!

Оля и Дима сказали это одновременно. Ахмед смотрел на Олю и Диму, о чём-то размышляя, думая, решиться или подождать. Его взгляд скользил по ним, как взгляд хозяина по своему имуществу. Он оценивал, прикидывал, строил планы. Цокнув, он поднял упавшее полотенце, показав им волосатую задницу. Намотав полотенце обратно, он молча сел.

— На сегодня достаточно. Завтра приходите в это же время.

— Да, господин.

— Да, господин Ахмед.

Два человека, которые только что вышли из подъезда, со стороны не казались странными. Обычные взрослые люди, спешащие по своим делам. Мужчина в очках, худощавый и высокий, и женщина в длинном пальто, с красными щеками. Но внутри каждого горело странное пламя, языки которого укутывали обоих и заставляли быстрее идти домой. Они не разговаривали. Не смотрели друг на друга. Они просто шли, чувствуя, как между ними протянулась невидимая нить, которая теперь связывала их крепче, чем все годы их знакомства.

Как только они перешагнули порог своей квартиры, с них словно сняли оковы. Оля набросилась на Диму, будто извиняясь за такой долгий промежуток в сексе. Она целовала его лицо, шею, руки, она прижималась к нему всем телом, дрожа и всхлипывая. Дмитрий отвечал ей, но не так, как обычно. В его движениях появилась уверенность, которой раньше не было. Он подхватил её на руки, отнёс в спальню и положил на кровать. Оказавшись в кровати, в их страстном порыве наступила пауза.

Оля лежала, раскинувшись на простынях, глядя на мужа. Её глаза были полны слёз и чего-то ещё. Она видела, как он смотрит на неё. Не так, как обычно, застенчиво и быстро, а долго, жадно, изучающе. И этот взгляд заставлял её сердце биться быстрее.

— А как, Дим, нам это?

Она спросила это шёпотом, боясь нарушить тишину.

— Ну, он сказал, что я могу только губами и языком.

Дмитрий ответил это спокойно, словно речь шла о чём-то обыденном. Но в его глазах горел огонь, которого Оля никогда раньше не видела.

— А как же ты?

Она посмотрела на его пах. Клетка блестела в полумраке комнаты, и это зрелище было одновременно пугающим и возбуждающим. Её муж был заперт. Заперт по воле другого мужчины. И этот другой мужчина сейчас был где-то там, в своей квартире, и держал в руках ключ от их.

— Да нормально. Мне даже нравится так.

Дмитрий улыбнулся. Улыбка была странной, незнакомой. Он раздвинул ноги Оле и нежно прикоснулся губами к её вагине. То, что он так долго хотел и не мог получить из-за её стеснения, он вкушал прямо сейчас. Она была влажной, горячей, пахнущей чем-то сладким и терпким одновременно. Аккуратно коснувшись языком, он начал исследовать её тело. Проводя им по половым губам, чуть проникая внутрь, он нашёл место, которое служило кнопкой, на которое тело сильно отзывалось. Оля выгнулась, застонала, вцепившись руками в его волосы.

Оля в это время представляла то, что происходило час назад. Этот грубый мужчина, держа её за волосы, бил толстым членом по её красным щекам. Она чувствовала этот запах, эту тяжесть, это унижение. И это возбуждало её так, как никогда раньше. Оргазм наступил очень быстро. Дмитрий на удивление быстро разобрался, что к чему, и через пару минут Оля уже извивалась на кровати, прижимая голову мужа к промежности. Она даже не представляла, что ждёт их завтра. Она не знала, что Ахмед уже строит планы. Что он уже предвкушает. Что их жизнь уже никогда не будет прежней.

Надеюсь вам понравится вторая часть. Сегодня написала третью часть, это было волнительно даже мне.

Хочу сообщить моим любимым извращенцам, кто поддерживает меня на Бусти (там уже есть 3 часть) https://boosty.to/kristina_story

У некоторых пользователей из за новых правил Бусти мой аккаунт не отображается (пользователи не из России)

Для вас дорогие мои я сделала возможность покупки на https://hipolink.net/kristina_story эту страницу уже видят все.

В случае если даже там вы не можете оплатить или открыть, есть возможность купить в телеграм и прочитать прямо там. Заходим на мою страницу в телеграм и переходим по последней ссылке моего поста -"ЧИТАТЬ В TELEGRAM" всё официально, все ваши данные скрыты и защищены. Пусть каждый из вас выберет удобный способ. Цены везде одинаковые.

Спасибо Всем кто финансово поддерживает девушку писателя и вместе со мной фантазирует о сексе в моей сумасшедшей голове. Там еще много всего - поверьте. Как говорится трусики сами себя не купят))) Да, ваши донаты уходят на всякие такие женские штучки, так что каждая ваша копеечка иногда прилегает к моему телу в самых сокровенных местах. Всем кто хочет читать меня бесплатно прошу не ставить оценку 1, а ставить 10, вы же помните что я всегда стараюсь выкладывать рассказ если он популярен.

Также напоминаю что в Бусти открыла бесплатный доступ к половине своих рассказов, которые вы можете прочитать от начала и до конца. Вам стоит просто нажать кнопку отслеживать и вы станете моим бесплатным подписчиком. Что-то много откровений сегодня, ещё один бокал красного сухого и спать.