Место действия: планета Кассандра. Расстояние от Земли — 612 световых лет.

Фантастика. Не порно.

Глава 4.

Через пару дней Иван уже занимал место на борту челнока.

— Удачи вам, доктор Дятлов, — напутствовал его чиновник в форме с эмблемой «Прометеус Глобал».

— Она мне пригодится, — ответил Иван.

Он забрался в тесную одноместную кабину, закрепил ремни и проверил приборы. Прозрачный колпак медленно опустился и герметично закрылся над головой.

Через несколько минут челнок отделился от транспортного корабля.

Кассандра медленно проплывала внизу — огромная, голубовато-зелёная, укрытая облаками. Где-то там, на поверхности, находились города, дороги, люди и ответы на вопросы, возникшие ещё в пыльных архивах Новой Москвы.

Иван невольно задержал взгляд на планете.

Кассандра.

Мир, которого, если верить официальной истории, вообще не должно было существовать.

Челнок пошёл на снижение.

Сначала почти ничего не происходило. Планета просто становилась всё больше, постепенно заполняя обзор. Потом корпус начал слегка вибрировать. За колпаком вспыхнуло тусклое свечение, и вскоре аппарат нырнул в верхние слои атмосферы.

Облака приближались стремительно.

Вот уже белая пелена закрыла всё вокруг. Челнок тряхнуло сильнее, но автоматика мгновенно выровняла машину.

Несколько секунд Иван видел только серо-белую мглу.

Потом челнок вынырнул из облаков.

Внизу раскинулась зелёная равнина, пересечённая реками и полосами леса. Вдали угадывались дороги, поля и какие-то населённые пункты.

Слишком знакомая картина.

Иван переключил управление на ручной режим.

До заранее выбранного места посадки оставалось несколько километров. Он снизил скорость и увёл аппарат в сторону большого лесного массива. Главный двигатель выключил ещё на высоте, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания ни грохотом, ни ярким выхлопом.

Дальше челнок снижался почти бесшумно, на одних антигравах.

Иван выбрал небольшую поляну у опушки леса. Машина зависла в нескольких метрах над землёй, чуть качнулась и плавно опустилась на траву.

Тишина.

Иван несколько секунд сидел в кабине, наблюдая за приборами.

Атмосфера пригодна для дыхания. Температура около двадцати градусов. Никаких опасных примесей. Уровень радиации обычный.

Он откинул колпак. Первым его встретил запах леса. Трава, влажная земля, хвоя.

Иван выбрался наружу и остановился возле челнока.

Перед ним стояли высокие деревья. Где-то в ветвях перекликались птицы или существа, удивительно на них похожие. В траве стрекотали насекомые. Лёгкий ветер шевелил листья.

Иван медленно огляделся. Лес. Почти земной.

Если бы не челнок за спиной, можно было представить, что он высадился где-нибудь в Европе или на севере Америки.

Даже не верилось, что Земля находилась за сотни световых лет отсюда.

Он вдохнул полной грудью.

— Ну здравствуй, Кассандра.

Ответом был только шелест листвы.

Иван закрыл кабину челнока, забросил небольшой рюкзак на плечо и посмотрел в направлении, где, согласно карте, проходила ближайшая дорога.

Где-то за лесом жили люди. Потомки шестерых молодых космонавтов, отправившихся в невозможный полёт девять веков назад. Если, конечно, архивы говорили правду.

Иван двинулся к лесу.

Одежда Ивана была скроена по фасону, напоминавшему земную одежду позднего СССР. Конструкторы «Прометеус Глобал» изготовили её по старым фотографиям и музейным образцам, стараясь не переборщить с точностью. Впрочем, рабочая и походная одежда на большинстве цивилизованных миров выглядела примерно одинаково: удобная, немного мешковатая, прочная, практичная, тёмных цветов и без лишних украшений. Иван надеялся, что хотя бы издали сойдёт здесь за своего.

Если верить орбитальным снимкам, за лесом проходила дорога, а ещё дальше находился небольшой посёлок сельского типа. Иван сверился с компактным навигатором, спрятал его в карман и пошёл через лес.

Под ногами шуршала сухая прошлогодняя листва, хотя стоял явно тёплый сезон. Несколько раз ему попадались мелкие зверьки, похожие на земных белок, и птицы с непривычно длинными хвостами. В остальном лес казался почти пугающе знакомым.

Через полчаса деревья начали редеть. Впереди стало светлее, и вскоре Иван вышел на опушку.

За ней действительно лежала дорога.

Не антигравитационная трасса и не современный транспортный коридор, а обычная широкая грунтовка с двумя хорошо заметными колеями. По краям росла трава, кое-где стояли деревянные столбы с проводами.

— Вот это уже интересно, — пробормотал Иван.

Дальше начинались поля.

Огромные полосы золотистых растений уходили почти до горизонта. Иван остановился у края одного из них, сорвал колос и покрутил в пальцах.

Очень похоже на пшеницу. Скорее всего, ею она и была.

Согласно архивам, на борту «Кассиопеи» находились запасы семян земных культур — зерновых, овощей, плодовых растений. Первые колонисты должны были попытаться создать собственную сельскохозяйственную базу, если местная почва окажется пригодной.

Получается, получилось.

На поле работали люди. Человек пять или шесть. Мужчины и женщины в простой одежде. Они возились возле небольшой сельскохозяйственной машины на колёсах, похожей одновременно на древний трактор и жатку.

Один из мужчин заметил Ивана. Иван внутренне напрягся. Вот он. Первый контакт.

Мужчина поднял руку.

— Эй!

Иван тоже поднял руку.

— Здравствуйте!

Мужчина помахал ему и снова вернулся к работе. Вот и всё.

Никто не побежал к нему с вопросами. Никто не схватился за оружие. Никто даже особенно не заинтересовался незнакомцем, внезапно вышедшим из леса.

Иван постоял ещё несколько секунд.

— Ну и прекрасно.

Он пошёл дальше по дороге.

Через несколько минут его обогнала старая грузовая машина с открытым кузовом. В кабине сидели двое мужчин. Водитель мельком посмотрел на Ивана и кивнул.

Иван кивнул в ответ. Машина покатила дальше, оставив после себя облако пыли.

Теперь впереди уже были видны первые дома посёлка.

Невысокие, в основном одно- и двухэтажные. Некоторые деревянные, некоторые оштукатуренные. Над крышами тянулись провода. На окраине стояла высокая водонапорная башня.

Иван почувствовал странное ощущение. Он ожидал чего-то чужого, необычного, возможно даже пугающего. А увидел мир, который слишком сильно напоминал Землю девятьсот лет назад.

Именно это и тревожило больше всего.

Первый контакт с жителями новой планеты — дело всегда рискованное. Иван слишком хорошо это знал. На большинстве обитаемых миров чужаков встречали настороженно, а иногда и откровенно враждебно. Слишком многое зависело от местной истории, обычаев и того, как часто сюда раньше приходили незваные гости.

Но здесь всё складывалось иначе.

Похоже, за чужака его вообще не приняли. Или просто никому не было до него особого дела.

Работавшие в поле люди лишь иногда поглядывали в его сторону. Один мужчина снова махнул рукой, какая-то женщина что-то сказала соседу, они оба посмотрели на Ивана и тут же вернулись к своей работе.

Это немного успокаивало, но одновременно настораживало.

Иван продолжил идти по дороге, стараясь держаться спокойно и естественно. Он чувствовал себя почти нелепо. Столько подготовки, столько инструкций о первом контакте, столько разговоров о возможных рисках — и вот он просто шагает по пыльной дороге, а местные жители ведут себя так, будто видят его здесь каждый день.

Впереди посёлок становился всё ближе. Уже можно было различить заборы, сады возле домов, небольшую площадь и несколько более крупных зданий в центре.

Иван невольно усмехнулся.

— Ну что же, — пробормотал он. — Пока всё даже слишком просто.

И именно последнее слово ему не понравилось больше всего.

Иван вошёл в посёлок, стараясь держаться спокойно и уверенно. По обеим сторонам дороги попадались люди: кто-то шёл с сумкой, кто-то разговаривал у калитки, несколько ребятишек возились возле старого велосипеда. Никто не обращал на него особого внимания.

Но сам Иван смотрел по сторонам всё внимательнее.

Одежда местных жителей, их причёски, манера держаться, даже какие-то мелочи в жестах удивительно совпадали с тем, что он видел на старых киноплёнках и видеозаписях, снятых в СССР в конце двадцатого века. Куртки простого покроя, рубашки, тёмные брюки, платья, платки у пожилых женщин. Всё выглядело настолько узнаваемо, что временами Ивану казалось, будто он не высадился на другой планете, а каким-то образом шагнул прямо внутрь старой хроники.

Он замедлил шаг.

Неужели здесь за девять столетий ничего не изменилось?

Нет, такого просто не могло быть.

Иван слишком хорошо знал историю человеческих колоний. Общество никогда не оставалось неподвижным. Одни миры развивались стремительно, попадали в удачную волну технического прогресса и спустя несколько столетий уже соперничали с Землёй, а иногда и превосходили её. Другие, наоборот, беднели, теряли технологии, дробились на государства и постепенно скатывались к примитивному хозяйству.

Но чтобы цивилизация девятьсот лет оставалась почти неизменной?

Это было невозможно.

И всё же вокруг был именно конец двадцатого века — законсервированный в деталях.

На перекрёстке стоял металлический столб с дорожным знаком. По улице проехал автобус — тяжёлый, прямоугольный, на резиновых колёсах, с большими окнами. На остановке висело расписание, напечатанное на обычной бумаге. Рядом женщина читала газету, развернув её обеими руками.

Иван чуть не остановился. Газету. Бумажную.

Дальше обнаружился магазин с большой вывеской над входом. За стеклянной витриной стояли бутылки, коробки, банки. Никаких голограмм, никаких автоматических систем выдачи товара. Даже касса внутри, насколько он успел заметить, выглядела механической.

Из открытого окна второго этажа доносилась музыка. Иван прислушался. Старая запись. Очень старая. Такой стиль он знал по архивам.

Он прошёл ещё несколько десятков метров и увидел телефонную будку.

Настоящую.

С дверцей, стеклом и аппаратом внутри.

Иван подошёл ближе, будто не доверяя собственным глазам.

— Да ладно...

На аппарате висела трубка, рядом была клавиатура с цифрами.

Он уже начинал ощущать не просто удивление, а почти профессиональное раздражение.

Так не бывает. История не работает таким образом.

Даже если первые колонисты сознательно пытались сохранить привычный уклад, их дети неизбежно изменили бы его. Потом внуки изменили бы ещё сильнее. Новая планета, новые ресурсы, новый климат, отсутствие связи с Землёй — всё это должно было перестроить общество до неузнаваемости.

А здесь словно кто-то нажал кнопку «пауза». И оставил её на девятьсот лет.

Иван пошёл дальше уже медленнее, стараясь запомнить каждую мелочь.

Чем больше он видел, тем сильнее крепло ощущение, что перед ним не просто отсталая колония.

Здесь происходило что-то совсем другое.

Иван увидел небольшое здание с простой вывеской над входом: «ПОЧТА». Он даже остановился. Почта? Настоящая? Бумажная, что ли? Любопытство пересилило, и Иван толкнул дверь.

Внутри его встретила почти патриархальная картина. Узкие деревянные стеллажи, стопки бумаг, конверты, бечёвка, старые ящики. За стойкой сидела усталая женщина средних лет с волосами, собранными в тугой пучок на затылке. Она подняла глаза и, увидев посетителя, непроизвольно улыбнулась.

— Мужчина, вам чего?

Иван невольно прислушался. Речь была понятна без всякого переводчика. Русский язык — самый обычный русский, хотя произношение казалось немного старомодным, с интонациями, которые он прежде слышал только на архивных записях. К этому он, впрочем, подготовился заранее.

— Газету можно? Свежую.

— Вам какую? «Известия» или местную?

Иван едва заметно поднял брови. Даже «Известия» сохранились.

— Местную давайте, — ответил он, стараясь немного подстроиться под её манеру речи.

Кажется, получилось не идеально. Женщина покосилась на него внимательнее, но ничего не спросила. Достала из стопки сложенную газету и назвала цену.

Тут Иван понял, что допустил маленькую, но досадную ошибку. Местных денег у него, разумеется, не было.

— Э-э...

Он для вида порылся в карманах.

— Забыл мелочь дома. Может, дадите так почитать?

Женщина посмотрела на него уже откровенно неодобрительно. Иван приготовился вернуть газету, но она неожиданно махнула рукой.

— Ладно, берите. Потом занесёте. У меня выручка по расчёту.

— Обязательно, — серьёзно пообещал Иван.

Он взял газету и вышел на улицу. У входа стояла деревянная скамейка. Иван уселся, развернул газету и приготовился увидеть что-нибудь необыкновенное.

Название оказалось вполне обычным — «Рассвет». Ниже стояли дата, номер выпуска и цена. Иван быстро пробежал глазами первую полосу. Районная администрация отчиталась о ремонте моста. На соседней странице обсуждали предстоящую уборку урожая. Дальше шла заметка о школьной олимпиаде, результаты местного футбольного первенства, объявление о продаже дома, расписание автобусов, прогноз погоды и некролог.

Иван перелистнул ещё страницу. Ничего.

Совершенно ничего особенного.

Даже немного обидно. Он находился на планете в шестистах двенадцати световых годах от Земли, населённой, вероятно, потомками загадочной экспедиции двадцатого века, а местная газета сообщала, что в соседнем районе плохо отремонтировали дорогу и что урожай зерновых в этом году ожидается выше прошлогоднего.

Иван усмехнулся.

— Вот тебе и другая планета.

Но тут его взгляд зацепился за дату, напечатанную под названием газеты.

Иван нахмурился и посмотрел ещё раз.

Вот это уже было интереснее.

На первой странице газеты стояла дата:

1 сентября 20... года.

Иван несколько секунд просто смотрел на неё, не веря собственным глазам. Потом перевёл взгляд на верхнюю строку ещё раз, словно надеялся, что ошибся.

Нет. Всё было именно так.

— Вот это да... — тихо произнёс он.

Получалось, что местные жители не просто сохранили язык, одежду, быт и технику конца двадцатого века. Они даже летоисчисление продолжали вести так, словно после той далёкой экспедиции прошло всего несколько десятилетий.

Они не знали, какой сейчас год на Земле.

Не знали, что за пределами их мира человечество давно расселилось по множеству планет, освоило межзвёздные перелёты и пережило девять столетий собственной истории.

Для них Земля, похоже, всё ещё оставалась той самой Землёй, которую покинули первые колонисты.

Иван медленно сложил газету. Теперь всё выглядело ещё страннее.

Можно было представить себе общество, потерявшее связь с метрополией. Можно было представить технический упадок, изоляцию, даже сознательное сохранение старых традиций.

Но это было другое.

Здесь будто законсервировали не только образ жизни, но и само ощущение времени.

Иван снова развернул газету и внимательно посмотрел на дату.

— Интересно, — пробормотал он. — А какой год, по-вашему, сейчас на Земле?

Ответа, разумеется, не было.

Зато вопросов становилось всё больше.

Продолжение следует.