ГАВ-ГАВ.

(В общем, это реальная переписка, с изменением, понятно, имени писавшей. Отформатировано ею-же до выбранного места и выложено по её просьбе – ну вот приятно бабе так публично позориться.))

Она возвращалась к этому письму третий вечер подряд. Открывала пустое окно нового сообщения, набирала несколько слов, стирала их и закрывала почту. Потом снова находила тот самый рассказ — один из тех, которые читала тайком, с почти физическим стыдом, тщательно очищая историю браузера. В конце автор оставил адрес и короткое приглашение для женщин, которым была близка описанная им тема: можно было написать некоему Максиму и заполнить небольшую анкету.

Текст перед припиской был жестоким, нарочито грязным, построенным вокруг унижения и полного лишения человеческого достоинства. Именно это и удерживало её у экрана. В обычной жизни она умела быть собранной, разумной, почти незаметной. Здесь же вся эта аккуратная оболочка начинала слезать.

Наконец она поправила очки, перечитала вопросы ещё раз и заставила себя не стирать набранное. Письмо ушло поздно вечером.

Как обращаться: Чмо.

Возраст: 47.

Профессия: педагог.

Откуда сама: Москва.

Что цепануло в тексте конкретно: всё.

От чего сама тащишься, в фантазиях или в реале: хотелось бы вирт. А может, и реального чмора по фото-видео. Для начала вирт предпочтительнее — профессия всё-таки, да и Ваша анонимность сильнее заводит, если честно.

Вместо подписи: гав-гав.

После отправки она несколько минут не сводила глаз с экрана, будто ещё могла вернуть письмо одним усилием воли. Ответ пришёл быстрее, чем она рассчитывала. В строке отправителя стояло: MAX_90.

— Привет) Педагог? Это интересно. Где преподаёшь, если не секрет?

Она замерла. Первый порыв был закрыть ноутбук. Вместо этого она медленно напечатала два слова.

— Школа. Гав.

— Хах) Какие классы хоть, какой предмет?)

Она сжала край стола и ответила, стараясь сообщить ровно столько, сколько требовалось.

— 9–11-е. Физика. Гав.

Через несколько секунд тот же вопрос пришёл снова — слово в слово. То ли Максим нажал отправку дважды, то ли подвисла переписка. Она восприняла повтор как давление и сразу занервничала.

— Хах) Какие классы хоть, какой предмет?)

— Вы... Вы же спрашивали. Простите, я боюсь лишнего сказать. Работа, сами понимаете.

— Понимаю. Ну, если что, заранее могу сказать, что опасаешься зря — зачем мне «своих» палить.) Самому тоже стрёмно, на самом деле) А почему ты — Чмо?)

Она перечитала вопрос несколько раз. Лицо у неё горело, хотя в комнате никого не было.

— Ну, э-э... правильно это. Чтобы на месте своём быть. Сразу. Чтобы не забываться. Гав.

— Ну лан, пока можешь нормально говорить, потом уж разберёмся, какое ты чмо) Так чё, как пришла к этому? Давно? Не покоробила жёсткость рассказа-то?

Она посмотрела в тёмное окно. Там отражалась обычная женщина в очках — та, которую знали коллеги, родители учеников и старшеклассники.

— Нет, наоборот. Чем страшнее и грязнее, тем... э-э, тем легче. Словно всё на свои места встаёт. Давно. Лет десять точно. Просто в жизни нельзя. А внутри, ну, зудит. Гав.

— Зудит? И в чём зуд проявляется...

Ей потребовалось время, прежде чем назвать это словами.

— Ну, когда представляю, что никакая я не учительница. А просто... э-э, подстилка. Грязная. Чтобы об меня ноги вытирали. Словно не человек я. Гав.

— Ну, это по адресу.) Мастурбируешь на это, значит?

Она закрыла лицо ладонью. Минуту ничего не печатала.

— Да. Ну, э-э... когда читаю такое. Гав.

— Часто?

— Почти каждый вечер. Гав.

— Партнёра нет, значит?

Она невольно посмотрела на вторую половину кровати, давно превратившуюся просто в место для пледа и книг.

— Одна. Давно уже. Гав.

— Был реальный опыт чего-то подобного?

На этот раз она отодвинулась от стола и долго смотрела в одну точку.

— Нет. Только, э-э... в голове. Ну, один раз попробовала. Сбежала. Позорно очень. Гав.

— Вооот это-то самое интересное) С кем? Что там такого позорного было?)

— С сайта. Один приехал. А я... я сразу, ну, на колени в прихожей. Сапоги начала, э-э... тереть. Плакала. Просила, чтобы ударил. Сильно. Он испугался. Посмотрел как на больную. С жалостью. Это хуже всего. Так позорно. Я выставила его. Бежала в ванную, мылась долго. Гав.

— Что же, не знал, к кому идёт?

— Наверное, не понял. Я в объявлении писала «на всё готова». А он с цветами. Глупо... А я сразу, ну, к ногам. Он не за тем пришёл. Подумал — психическая. Гав.

— Ну, наверное, психическая — раз лаешь всё время))

Она несколько секунд смотрела на эту строку, а потом до неё дошло. Стыд сменился почти комическим ужасом.

— Ох, простите, пожалуйста! Простите, пожалуйста. Умоляю. Не поняла сперва — думала, надо при каждом ответе лаять, хах.) Дура набитая. Чмо ведь.) Прошу прощения, уважаемый Максим.

— Хорошо извиняешься))

Комплимент оказался неприятнее насмешки. Она опустила голову, хотя Максим, конечно, не мог этого видеть.

— Спасибо. Только не надо, ну... мягко со мной. Пожалуйста. Я не заслужила. От этого внутри совсем тошно.

— О, уже начинаем, типа?) А я разве мягко? Как тебе хочется?

Пальцы у неё побелели на телефоне. Теперь вопрос был задан прямо, и спрятаться за анкетой уже не получалось.

— Чтобы... ну, как ту самую. Которую не за человека, а так. Чтобы ноги об лицо, понимаете? Чтобы, ну, харкали. Грязно. Очень... через край. Чтобы подыхать от стыда. Чтобы как подстилка. Общая. Понимаете? Как в тексте. Без жалости совсем.

— Да понял-понял, запишем.) Только сперва ж надо всё равно узнать, кого мы тут лошить собираемся.)

Она вдруг почувствовала себя обязанной описать ту женщину, которую каждый день видела в зеркале, так, будто составляла на неё унизительную характеристику.

— Да что там знать. Старая, серая. Очки, лицо — ну, обычное, скучное. Училка, физичка, никчёмная. Просто, ну... мясо для Вашего этого. Если сочтёте достойной того позора. Вы... Вы только спрашивайте, что надо. Я всё скажу. Как есть. Без прикрас.

— Ок, заметано.) Ну так и чё, позвала ты того парня, а что написала? И чё за сайт такой?

— Ну, форум тематический. Сейчас его уже прикрыли, кажется. Подозрительный такой. Написала: «Готова на полное обесценивание. Стану вещью. Без прав и голоса». Ну, прямо так и выложила. Глупая была. Думала, поймут те, кто должен. А он пришёл как на свидание. С розами, представляете? Тьфу... А я... я, ну, сразу мордой в пол, когда дверь открыла. К сапогам прижалась. «Пользуйтесь», — шепчу. — «Ломайте»... Стыд какой, до сих пор трясёт.

— «Ломай меня полностью», типа, хах))

— Ну да. Наверное, так со стороны и выглядело. Как в том дурацком ролике.

— Говоришь, хотела, чтоб ударил? В лицо, что ли?

Она закрыла глаза. Отвечать стало проще именно потому, что ответ был страшнее вопроса.

— Да. Хотелось, чтобы наотмашь. Чтобы, ну, след остался. Синяк или кровь. Чтобы потом в школу идти и, ну... замазывать пудрой, и знать, что я дрянь, меченая. Чтобы жгло, понимаете?

— «Меченая»)) Норм) Ну вот я и спрашиваю потому — интересно, не стрёмно ли в школе так палиться. Типа видимые ж следы, вопросы там всякие от коллег, шутки от школоты за спиной. А ты говоришь, публичности не хочешь.

Она долго собирала ответ, словно пыталась впервые объяснить не только Максиму, но и самой себе противоречие, на котором держалась вся её фантазия.

— В том и смысл. Чтобы стоять у доски, формулы писать, а внутри всё дрожит. От страха, что заметят. Что догадаются, какая я на самом деле. Это, ну... как двойная жизнь. Страшно до тошноты. Но хочется. Чтобы как животное помеченное среди нормальных людей ходить. Чтобы знать, что я их недостойна. Вы... Вы не представляете, как это заводит. Когда нужно лицо держать...

Максим ответил почти сразу. На этот раз сообщение получилось длинным.

— О. Была у меня одна, не оч долго, на пару встреч. Спортсменка, кароч. Ну такая, прям знаешь, подкачанная достаточно для тёлки-то. И вот у неё фишка была вот эта как раз — «лицо держать». Кароч, как это было: стоит она посреди комнаты, голая, руки по швам, типа «смирно», как на плацу. «Солдат Джейн», блять) И такая с гордым ебальником смотрит сердито куда-то в стенку. Я ей в поддых, значит, — она пресс сожмёт, зубы стиснет... терпит, типа. Ну терпи, терпи... терпила) Даю в скулу, давлю ногу, кручу ухо, сиську, поджопник — а она до последнего пытается «лицо сохранять», хах) Вот такая маза у неё была. Текла в процессе так, что на ботинке потом оставалось, когда пинал напоследок. Прикинь? Так что не одна ты такая.)

Она перечитала сообщение дважды, почти не дыша. В рассказе Максима её сильнее всего зацепила не боль, а именно бесполезная попытка сохранить достоинство.

— Боже... Это же как в армии, только, ну, в унижении. Я бы не смогла так. Я сразу заплакала бы. Или начала умолять, чтобы пощадили хоть немножко. Но мне бы понравилось, если б Вы так со мной. Даже если б я не смогла сдержаться. Даже если б ревела и вытирала сопли об Ваши ботинки...

— Типа умолять любишь?

— Да. Очень. Прошу, умоляю, плачу, целую ноги. Чтобы Вы не слушали, били сильнее, харкали в рыло. Простите, я не могу остановиться...

— Щас дрочишь небось?)

Она закрыла лицо руками. Отпираться было уже бессмысленно.

— Да. Простите, пожалуйста, я не могу удержаться, когда Вы так говорите...

— Так, отставить, руки на стол, чмо) Кончились дрочильные вечера, считай.)

Она послушалась почти машинально: положила обе ладони на стол и замерла перед экраном, будто команда прозвучала не в переписке, а в комнате.

— С-слушаюсь, Максим... П-положила. П-простите, я не буду без к-команды. С-спасибо за запрет.

— Но хочется же?

— О-очень. Ж-жжёт всё внутри. М-можно, ну... х-хотя бы н-немножко, п-пожалуйста? М-максим, п-пощадите... н-нельзя же т-так...

— Почему нельзя?)

— Ну, п-потому что н-невыносимо. Ж-жжёт, н-ну, сил нет. М-максим, п-пожалуйста, у-умоляю, разрешите... я же с-сума сойду. Т-там всё н-натянуто. П-прошу, х-хоть капельку, ну... п-пощадите чмо, п-пожалуйста...

— Давай так — ты мне что-нибудь, а я разрешаю разок. Норм формат?

— Д-да. Ч-что н-нужно? Ф-фото или, ну... м-могу н-на видео...

— Ну, кстати, фотку можно бы реально.

Она включила в комнате верхний свет и посмотрела на своё отражение в тёмном экране телефона.

— С-слушаюсь, М-максим. А к-как н-надо? Н-ну, в о-очках или к-как?

— Ну... как самой кайфовее будет. На что фантазии хватит — если не стрёмно, можно вообще голой. В сортире где-нибудь) Можешь на лбу «ЧМО» написать там... в рот чё-нибудь взять. Включи соображалку.

Она закусила губу и впервые не стала просить готовую инструкцию. Несколько минут спустя отправила собственный вариант.

— В ванной, с зубной щёткой во рту. И на лбу фломастером «ПЕТУХ». В очках и в чулках, но без трусов. И ноги раздвину, э-э... широко. Чтобы видно было всё. Это... это нормально будет, Максим?

* * *

За следующим месяцем переписка перестала быть случайным ночным эпизодом. Они уже знали привычки друг друга, научились угадывать интонации по нескольким словам и в конце концов договорились встретиться. Номер сняла она — в тихой гостинице на окраине Москвы, подальше от знакомых мест.

В реальности всё оказалось сложнее. За ником «Чмо» обнаружилась вполне солидная, живая женщина сорока семи лет: аккуратные волосы, очки, сдержанные движения человека, привыкшего держать класс. Максим, которого месяц существования в телефоне успел превратить почти в бесплотный голос, оказался высоким, сильным и неожиданно интеллигентным молодым человеком. То, что в переписке звучало легко и нагло, теперь отделяла от них всего одна гостиничная дверь.

Оба смущались. Она — заметно сильнее.

Телефон коротко завибрировал у неё в руке.

«На месте. Отворяй, собака))»

Она выронила телефон на покрывало, тут же подняла, поправила очки и пригладила волосы. Потом на негнущихся ногах дошла до двери.

— С-сейчас...

Замок щёлкнул. Она приоткрыла дверь и сразу опустила глаза.

Максим вошёл неувереннее, чем сам ожидал. Увидев её вживую, он на секунду потерял ту беззаботную наглость, которой держалась вся их переписка.

— Прии... и-вет...?). ..Чмо?) Кхм.

Она вздрогнула и отступила на полшага.

— М-максим... з-здравствуйте. Ч-чмо...

— Закрывай.

Максим прошёл в номер, не разуваясь, и огляделся. На светлом ковре остались следы его ботинок.

— Хм, люкс, типа?

Она поспешно закрыла дверь и дважды повернула защелку.

— Д-да, п-получше выбрала. Ч-чтобы н-никто... м-м, не услышал.

Максим сел в кресло. Ему всё ещё требовалось привыкнуть к тому, что голос из телефона теперь стоит в нескольких шагах от него.

— Чё-как там дела? Как в школе...

Она дёрнулась, словно он назвал её настоящим именем.

— Т-тихо. К-контрольные были... М-максим, п-прошу, н-не надо п-про ш-школу. Я... я здесь н-не учительница. Я ч-чмо.

Сказав это, она медленно опустилась на колени перед креслом.

— Ну, может, я училок не любил в школе, хах) И мне по кайфу, что чмо именно препод.)

Она потянулась к шнуркам его ботинок.

— Отыграйтесь... на мне.

Он позволил ей разуть его и, уже заметно вернув себе привычный тон, спросил:

— Так что, не кончала три недели, значит? Без срывов?

Она медленно стянула сначала один ботинок, потом второй. Пальцы у неё дрожали.

— Н-нет, н-не кончала. Т-три недели, в-всё ч-честно. Н-никаких с-срывов. Я х-хочу с-сделать всё к-как п-положено... Как п-петух. Как с-сучка. Как ч-чмо.

— И как ощущения?) Стоило того?)

Она робко подняла взгляд на молодого человека.

— Господи, ещё как стоило...

Максим помолчал, затем словно вспомнил о чём-то совсем бытовом.

— Мда? А резинки-то взяла?

Она вскинула голову. В её лице мгновенно проступила паника, и она снова уставилась в пол.

— М-максим... я н-не взяла. П-простите... п-позорище!

Он коротко пихнул её ногой в грудь. Она позорно наебнулась на бок, прижимая ладонь к груди. В его голосе, наоборот, не было ни крика, ни спешки.

— Думала, я тебя без резинки чпокать буду? А вдруг заразная, м?..

Она торопливо поднялась обратно на колени. Слова посыпались одно за другим, сбиваясь вместе с дыханием.

— Н-нет, я з-здорова, к-клянусь. Я с-сдавала анализы, в-всё ч-чисто. П-простите... я д-дура, н-не подумала. Я заслуживаю оп-пуска...

— --------------------------------------

Кароч, если заходит такое, пиши на указанное мыло, пообщаемся, поболтаем. Или по делу, или просто для души. :) Анонимность гарантирую!

Интересуют только ЖЕНЩИНЫ 18-60

Приложи заполненную несложную анкетку:

Как обращаться:

Возраст:

Профессия :

Откуда сама:

Что цепануло в тексте конкретно:

От чего сама тащишься, в фантазиях или в реале:

Неприемлемы:

Вместо подписи погавкай))