Всем главным действующим лицам исполнилось не менее 18 лет.

Утром меня разбудила мама. Впервые за долгое время у меня не было сейчас традиционного стояка. Она была полностью одета для работы, и зашла ко мне, чтобы дать несколько указаний. Как и вчера напомнила, чтобы я с Аней ничего не мутил, что ей к десяти часам в поликлинику на осмотр к хирургу почему-то, чтобы я её обязательно сопровождал и еще что-то по поводу еды на день. Я пообещал быть паинькой и выполнить все её пожелания. Ещё, немного смутившись, она сказала, что произошедшее вчера между ней и мной было ошибкой. Ей очень стыдно и она обещает, что такое больше не повторится. Всему виной присутствие в нашем доме обнажённой девушки, что в общем-то влияет на эмоциональное состояние всех, в том числе и самой девушки. Далее мама пустилась в пространственные рассуждения о половом восприятии окружающих на обнажёнку, возникновении неожиданного мгновенного влечения и т. д. Короче, я понял, что мама оправдывалась за своё вчерашнее поведение и пыталась мне объяснить, что она не лесбиянка и не какая-то озабоченная. Образ раскаивающейся и даже лебезящей матери, которая всегда отличалась жёсткостью и пристойностью, подействовал на меня удивительным образом – мой член стал подниматься. Мама смешалась, взяла с меня обещание ничего не рассказывать отцу и поспешно удалилась.

А мой пенис требовал удовлетворения. Поэтому я взял пару салфеток и направился в спальню мамы. Аня спала безмятежным сном, лёжа на боку так, что одна её нога была вытянута, а другая согнута в колене. Поза более, чем возбуждающая с чудесным видом на её гениталии. Половые губки девушки слиплись и торчали немного изогнутым гребешком. Анальная дырочка сегодня казалась совсем маленькой и почти без морщинок. Промежность у девушки была немного выпуклая и являлась как бы продолжением её внутренних половых губок. В невозбуждённом состоянии пигментация её причиндалов была не так заметна. И очень мило смотрелись более светлые девичьи ягодицы на фоне довольно загорелого тела. Вообще у Анюты от природы было смуглое тело в отличие от ослепительно белого тела моей матери. Я с удивлением обнаружил рассыпь прыщичков на попке девушки. Они сосредотачивались ближе к анальной дырочке и некоторые были даже воспалённые, ярко-красные. Странно, что я вчера их не заметил. Скорее всего не обратил внимания – не до того было.

Я быстро сходил за телефоном и сфотографировал девушку с разных сторон, а её причиндалы дополнительно крупным планом и тоже по-всякому. Роль фотографа обнажёнки меня ещё сильнее возбудила и я, пердёрнув свой затвор, благополучно разрядился на салфетку, чуть не уткнувшись носом в голую задницу фотомодели! Кончил я специально рано утром. Ведь мне предстояло провести целый день совместно с голой девушкой и не раз копошиться в её письке. А постоянно демонстрировать ей свой торчащий член было как-то неловко. Уж пусть лучше смотрит на мой болтающийся писюн. Ведь обещал матери тоже быть без одежды, разыгрывая ситуацию как на нудистском пляже.

Я посетил душ, по совету матери тщательно выбрил свой писюн и обработал его крутым лосьоном. Не знаю, как там пойдёт у нас сегодня, но может быть Анька захочет мне отсосать, а я там благоухаю ароматами от Givenchy. Ох, мечты, мечты... Ведь вчера же она кончала от мамы, ну и немного от меня. А почему бы сегодня ей и не кончить от меня, а я от неё... Фантазируя таким образом, я приготовил завтрак на нас двоих и пошёл будить Аню. Время поджимало, и надо было нам поторапливаться в поликлинику.

Аня спала в прежней позе. Я присел на край её кровати и осторожно похлопал её по голой ягодице. Она промычала что-то нечленораздельное, но не пошевелилась. Я еще раз легонько ударил ладошкой по попке, переместил руку к её промежности и стал нежно гладить её, двигая рукой от анальной дырочки к гладкому лобку, попутно пытаясь просунуть свой пальчик в её щелочку. Аня мурлыкает и аппетитно покачивает своей попкой. Я смелею и просовываю между губок свой второй пальчик. Там очень липко и тепло. Она неожиданно крепко сжимает между своих ног мою руку и разворачивается.

— Чем это ты занимаешься? – произносит она с улыбкой.

— Да вот, пытаюсь тебя разбудить. Нам пора собираться в поликлинику.

— А по-моему, ты занимаешься чем-то другим, - в глазах её хитринка.

Честно говоря, я ожидал её иную реакцию на такое пробуждение. Ведь мы вчера с мамой довели девушку до оргазма и не одного. Состояние её тогда оставляло желать лучшего, и я так и не понял, как она отнеслась ко всему произошедшему. Я бы, наверное, сквозь землю провалился, если бы меня так на глазах у посторонних людей препарировала мать. А Аня вроде как нормально отреагировала. Даже шутит и не очень-то смущена, что я только что полапал её гениталии. А, впрочем, чего ей стыдиться. Ведь мне предстоит целую неделю забавляться с её писькой!

— Программа такая для тебя: туалет, душ, процедуры, завтрак, одеваемся и вперёд, - предложил я ей.

— Программа изменяется. Завтрак, туалет, душ, макияж, процедуры, одеваемся и на выход. Процедуры надо сделать перед самым выходом, чтобы там было сухо, и крем продержался максимально долго, - деловито парирует девушка.

Я согласно киваю головой. Аня размещается за столом на кухне, а я суечусь с кофе, бутербродами и яичницей. Я еще никогда не завтракал наедине с девушкой, а уж голым с голой девушкой – такого и в мечтах не было! И сейчас эта мысль приводит меня в восторг. Мой член начинает оживать, не по максимуму конечно, но все-таки принимает горизонтальное положение. В общем-то, абсолютно голый я, а не девушка. На ней ведь надета футболка и сидит она за столом, так, что мало, что видно у неё между раздвинутых ног. Врач ей предписал всё время раздвигать свои ноги, пока там не заживёт. А я вообще-то скачу по кухне с нелепо приподнятым членом. Мне даже как-то неловко. Получается, это Аня завтракает с голым парнем... Вчера она толком не рассмотрела мой писюн, т.к. все время лежала на кровати, а я просидел на корточках возле неё. Да и глаза свои она постоянно прикрывала от стеснения за свою несдержанность и бесконечные оргазмы. Поэтому сейчас девушка буквально пожирала глазами мой член. Как она обмолвилась ранее, никто доселе из пацанов не видел её голой. Да и она мужской член видела в живую так долго впервые, она мне потом в этом призналась. В выпускном классе в раздевалке на уроке физкультуры одноклассники её случайно засветились. И то, как она рассказала, там у них болтались маленькие червячки в окружении мохнатых куширей. А тут такой столь привлекательный большой гладкий ствол! Так, что это был фактически первый её опыт столь тесного общения с противоположным полом. Да и мой тоже. Меня эта ситуация всё больше заводила и под пронзительным взглядом девушки моё мужское достоинство вскоре приняло строго вертикальное положение, восстав на все свои восемнадцать сантиметров. Глаза Ани удивлённо округлились, увидев произошедшую на её глазах метаморфозу с моим членом. Долго наслаждаться зрелищем моего торчащего ствола и подтянутых чисто выбритых яичек ей не удалось, потому, что я тоже сел за стол. Наклоняться и подсматривать под столом она, конечно же, не решилась.

Во время завтрака мой фаллос постепенно пришел в более-менее нормальное состояние. Далее Аня прошлась по намеченной ею программе и после макияжа позвала меня на процедуру. Я с нетерпением ожидал этого момента. Без присутствия матери я наконец-то останусь наедине с обнаженной девушкой, которая, прогнозируемо, раздвинет стройные ноги и позволит мне окучивать свои нежные причиндалы.

Когда я зашел в её комнату, Аня лежала привычно на своём месте, широко раздвинув ноги, открывая доступ к заблаговременно распахнутым своим половым губкам. Поднос с лекарствами и всем необходимым был рядом с ней. Я присел около неё на корточки и мой писюн тут же воспрянул при виде бесстыже раскоряченной девушки. В её положении она не могла это лицезреть, но сегодня она не отворачивалась как накануне, а, подложив под спину подушку, заинтересованно смотрела, что же я предприму. Я смочил в растворе ватный диск и обработал им одну внутреннюю половую губку девушки, затем другую. Делал я это аккуратно и нежно, меняя ватные диски и протирая губёшки по всей их длине. При этом достигая верха, я непременно касался клитора и Аня при этом, как и вчера, едва заметно вздрагивала и немного приподнимала свою попку. Дыхание девушки заметно участилось. Массировать её клитор, как это делала накануне моя мама, я пока не решался, чтобы не случился скандал из-за моего самоуправства. Покончив с дезинфекцией, я одной рукой раздвинул стенки её влагалища, а другой рукой тампоном стал промакивать скопившиеся там выделения. Сегодня, при ярком солнечном освещении, мне было отчётливо видна каждая чёрточка раскрытого влагалища и маленькая дырочка в её девственной плеве которая сокращалась при каждом моём прикосновении.

Покончив с выделениями, я попросил Аню стать в позу раком. Девушка проворно поднялась и выполнила мою просьбу, как и вчера, хорошо раздвинув свои ноги. Она повернула свою голову и с любопытством стала наблюдать за моими манипуляциями. При этом её внутренние половые губки аппетитно провисли и слегка подрагивали. Я выдавил крем между пальцами обеих рук и стал синхронно натирать ими две губёшки одновременно. Как и вчера, сфинктер девушки начал едва заметно непроизвольно сокращаться. Ещё кончит ненароком, подумал я. Тогда мы точно опоздаем на приём к врачу. Я выдавил ещё немного крема и дополнительно густо смазал её воспалённые места. На выглядывавшие из-под провисшей футболки возбуждённые соски девушки я старался не смотреть, т.к. Аня постоянно наблюдала за моими действиями. Мне поэтому было как-то неудобно пялиться на её вылезшие сиськи.

Девушка поблагодарила меня и поднялась с постели. Я спешно протер свой член и мошонку, которые были заляпаны смазкой, постоянно выделяющейся из моего эрегированного писюна. Тут же спешно стал натягивать кожицу на неожиданно вылезшую залупу. Обычно она у меня не часто раскрывается, но при сильном возбуждении такое иногда бывает. Аня заметила мою оголённую сизоватую плоть, и глаза её округлились. Но я быстренько справился с проблемой и стал ожидать, когда она начнёт одеваться. Возникла неловкая пауза, потому, что девушка рассчитывала, что я покину комнату.

— Максим, не можешь ли ты выйти, мне надо одеться, - произнесла она нежным голоском.

— Ну, одевайся, я же тебе не мешаю.

— Я вообще-то стесняюсь. Мне придётся полностью оголиться перед тобой.

— Так я же только, что раскрывал твою письку, и ты сейчас стоишь без трусов передо мной. Куда же ещё больше оголяться?

— Ну, мне придётся ещё снять футболку перед тобой, и я останусь совершенно голой. Мне стыдно.

— Ни фига себе, стыдно. Лежать передо мной с раздвинутыми ногами и показывать девственную плеву не стыдно, а оголить сиськи – стыдно. А ничего, что я второй день по квартире совершенно голый хожу и демонстрирую всем свой торчащий член?

— Ну, это твой выбор.

— Нет, это наш совместный выбор. Ведь мы договорились ощущать себя нудистами. А нудисты всегда голые.

— Ты так считаешь?

— Конечно, и держу своё слово.

— Хорошо, - произнесла Аня и нехотя стянула с себя футболку.

Моему взору предстали два небольших холмика с торчащими темно-коричневыми сосочками и довольно крупными для такой груди ареолами, ещё более тёмными. Они сильно сморщились и покрылись крупными пупырышками. Девушка почему-то была смущена и сильно покраснела. Странно, пизду распахивать передо мной не стеснительно, а показать свои едва заметные титьки – проблема. Правда, сосочки у неё замечательные: мясистые и задорно торчащие вверх и по сторонам.

— И что? Мне так всё время ходить по квартире?

— Конечно. Ведь мы все здесь нудисты. Ты же об этом договаривалась со мной и мамой.

— Кстати, о маме. Ключевое слово все. И она тоже нудистка, и поэтому должна быть в квартире голой, как и мы. Как ты считаешь?

Я неуверенно пожал плечами. Зная неуступчивый и независимый характер мамы, я даже не мог подумать попросить её оголиться. Я её просто побаивался.

— Ладно, как придёт с работы, заставлю её раздеться.

— А может не надо, Ань?

— Сама же предложила нудизм. Я её еще тогда переспросила, что все будут голые? Вот пусть теперь перед сыном и демонстрирует свои причиндалы.

— Мама не согласится.

— Согласится, иначе скажу, что уеду домой к своей матери. А они раньше были подругами и за твоей матерью есть какой-то должок. Поэтому она передо мной и стелется. Всё, решено. Раздену её!

Время поджимало. Аня натянула ну очень коротенькую зеленую юбочку и в тон ей свежую футболку. Я оглядел её и засомневался, что её срамные места могут увидеть окружающие. Ведь трусики ей нельзя носить.

— Аня, ведь у тебя есть платье, в котором ты приехала. Надень его. А то эта юбочка едва прикрывает твою попку. Могут быть проблемы на людях, - попросил я.

— Ты знаешь, я бюстгальтер летом принципиально не ношу. Жарко, натирает, да и прикрывать там мне нечего. А если я пойду в платье, как на операцию вчера, то мне всё равно его придётся снимать при осмотре, и я останусь совершенно голой. В больнице так и получилось. Там вообще так стыдно было оказаться голой. Как-нибудь расскажу. А так я при осмотре останусь в футболке. Хоть какая-то защищенность. Кроме этой юбки я ничего не взяла с собой из одежды. Осталось только то платье и куча футболок. Не волнуйся, я нигде присаживаться не буду: ни в автобусе, ни в поликлинике. Никто ничего не заметит, - резюмировала свой выбор Аня.

Я пожал плечами, быстро прошел в свою комнату, оделся и мы покинули квартиру. Одевался я с трудом, т.к. стоячий член никак не хотел размещаться в трусах. По-хорошему надо было бы кончить, но время поджимало. На улице я покрутился вокруг Ани. Вроде всё нормально. Юбка хоть и коротковата, но попка девушки прикрыта, при ходьбе причиндалы её не видны и все вроде прилично. Да и ходит она сегодня как обычный человек, и не так как накануне после операции. Аня надела туфли на высоких каблуках и выглядела сногсшибательная. Высокая, стройная, длинноногая (за счёт каблуков) с выпирающими сосками из-под майки, она вызывала повышенный интерес окружающих. Парни оглядывались нам вслед и провожали нас вожделенными взглядами.

Мы неспешно дошли до автобусной остановки, и я посоветовал Ане заходить в автобус последними, чтобы ей ни перед кем не светить своей голой попкой. Час пик прошел, и автобус подъехал полупустой. На посадку мы пропустили всех людей вперёд, затем поднялась Аня, я за ней, прикрывая своим телом её задницу. Я был немного потрясён, глядя на неё сзади. Когда девушка поднялась на первую ступеньку автобуса, я увидел её оголённые ягодицы, когда была на второй, я прекрасно рассмотрел её промежность, конуры больших половых губ в виде сердечка, между которых как хвостик торчали вылезшие слипшиеся малые губки. Садиться мы не стали, и я рассказал Ане об увиденном. Поразмыслив, она пообещала на следующий осмотр одеть босоножки. Я кивнул головой, но подумал, что это вряд ли исправит ситуацию.

В поликлинике на прием к хирургу оказалась живая очередь, и наше стремление успеть к десяти часам было напрасным. Мы стоя ожидали своей очереди. Наконец медсестра вызвала следующего пациента и в кабинет направилась Аня. Её не было довольно долго. За это время в кабинет постоянно заходили какие-то медсёстры, пациенты. Наконец-то вышла Аня, вся красная и злая, и сразу рванула к выходу. Я за ней.

— Ну, что врач сказал? - поинтересовался я.

— Сказал, что заживает плохо. Всё это якобы потому, что там постоянно мокро от мочи и моих выделений. Особенно от мочи. Там много соли и она всё разъедает. Ещё приписал какие-то пластины на основе водорослей и каких-то лечебных добавок. Их надо держать на воспалённых местах по два-три часа два раза в день. Порекомендовал закрепить их лейкопластырем. Вот рецепт. И сказал никаких трусиков две недели, - сердито отрапортовала Аня.

— А чего ты такая злая? – спросил я, когда мы только вышли из поликлиники.

— Да, ну их. Потом расскажу. Блин, я теку..., - расстроилась она и немного развела свои ноги.

По внутренней стороне бёдер обеих её ног из-под оборки юбки показались сопли выделений. Аня вернулась назад в поликлинику. Я остался ожидать её на улице. Минут через пять она вернулась.

— Ну и вонь же в их туалете, - пожаловалась она, когда я её вновь увидел.

— Так, что не так с хирургом? – поинтересовался я.

— Да, старый какой-то хрыч, у которого давно не стоит и ему наплевать на нормы приличия. Зашла я в кабинет, а он говорит. Снимай юбку и ложись на кушетку. Смотрю, а в кабинете какой-то мужик сидит рядом с медсестрой. Она ему, видно, рецепт выписывала. Ну, я менжуюсь. А хирург давай кричать, что я очередь задерживаю. За дверью полно пациентов. Ну, я юбку сняла, легла. А он, раздвигай ноги. Раздвинула. Получилась так, что как раз напротив мужика, которому рецепт выписывали. Мужик развернулся немного и пялится на мою пизду. Мне так стыдно стало. Лежу, как проститутка из порнухи с раздвинутыми ногами, да и ещё в туфлях на высоком каблуке. А тут хирург ещё и подушечку по мою попку подложил, чтобы лучше меня осматривать. Я, блин, вся совершенно раскрытая лежу, все потроха наружу, даже очко. А мужик всё пялится, аж вспотел и раскраснелся. Видно давление от счастья зашкаливает! Я от стыда покраснела и готова была сквозь землю провалиться. И чувствую, что теку, завело меня почему-то, что я так бесстыдно демонстрирую свои интимные места незнакомому мужику. Врачу-то, ладно. А тут ещё хирургу кто-то позвонил, и он стал отвечать по телефону. И держит меня так крепко за коленку, что я ноги свести вместе не могу. И лежу так на радость мужику. Медсестра ему уже и рецепт выписала, а он всё пялится. Ну, она его начала прогонять. Смотрю, а у него писюн так выпирает, что штаны вот-вот порвутся. Мне аж весело стало. Только мужик вышел, зашли какие-то две медсестры. Одна направилась к нашей медсестре, а другая стала около хирурга, ждет, когда тот закончит разговор по телефону. Ну и обе эти медсестрички, естественно, пялятся на мои причиндалы. К этому моменту смазки у меня много образовалось, и чувствую, как она прямо стала вытекать из меня по промежности. Та медсестра, что ожидала хирурга вообще подошла вплотную, присела рядом на кушетку и глазеет, как я теку. Хирург освободился, надел перчатки, пододвинул стул, вытер салфеткой мою письку и стал меня осматривать. А медсестра не встаёт, задаёт вопросы. А он мои губки раздвигает, показывает моё нутро, объясняет мой диагноз. Первая медсестра ушла, а эта не торопится. Тут дверь открывается и заходит пожилая семейная пара. Начинают что-то говорить про направление в больницу. Говорит в основном тётка, а мужичок так подошел поближе к кушетке и стал, как и все, меня разглядывать там. Хирург снял перчатки и пошёл к своему столу, мол осмотр окончен. А медсестра, что расположилась у моих ног взяла и двумя руками натурально раскрыла мою пизду. И сообщает всем, что я ещё девственница. Хирург говорит, что ему все равно. Меня по-новой в пот бросило. Ладно, она женщина, мою письку видит. Но зачем её раскрывать перед старикашкой, который после её объявления подошёл почти вплотную ко мне. И тётка перестала верещать и тоже пристроилась рядом с ним. А медсестра всё не отпускает меня и пялится на моё нутро. Тут хирург говорит, что нашёл направление в больницу для них, и его медсестра стала выпроваживать пожилую пару. А та, что сидела рядом со мной, говорит, что я сильно теку. Хирург отвечает, что девственницы сильно возбуждаются при осмотрах гениталий и текут все поголовно, и просит её ещё подтереть у меня там. Потом обращается к своей медсестре, чтобы вызывала следующего пациента. Та орёт: следующий. Заходит молодой парень, что занимал за мной очередь, и замирает, глядя на меня. Медсестра подзывает его к себе и просит присесть на стул, где сидел первый мужик. Как раз с того места прекрасный обзор моих причиндалов. Парень отвечает на вопросы и не отводит своего взгляда с моей мокрой пизды. Ну, наконец другая медсестра находит салфетки и вытирает мои соки. Почему-то только вокруг пизды. Поэтому у меня всё остальное сразу стало вытекать, как вышла из кабинета. Протёрла меня медсестра и ушла. Я поднимаюсь с кушетки и почему-то не нахожу свою юбку. Кручусь, а её нет. К этому моменту медсестра записала данные парня, и хирург просит его расположиться на моём месте для осмотра. У него было что-то с ногой. Парень ложится на кушетку, а кручусь без трусов рядом, пытаясь отыскать свою юбку. Помню же, что положила её рядом с собой. Никто же не мог её спереть! Наконец вижу, что она застряла между кушеткой и стенкой. Наклоняюсь полуголая над парнем и вытягиваю её оттуда. Пришлось даже писькой тирануться об его руку. Спешно одеваюсь, беру рецепт у медсестры и бегом из кабинета. На следующий осмотр надо прийти завтра, если будет ухудшение. Если нет, то послезавтра.

— Да, Аня, попала ты в переплёт. Слушая твои приключения, я порядком возбудился, - признаюсь я.

— Я тоже, пока тебе рассказывала. Если бы я тебе ещё рассказала, как меня оперировали, то ты бы сейчас точно кончил! Ладно, но мне надо срочно опять где-то подтереться, а то снова по ногам потечет, - сообщает она.

Мы подошли к автобусной остановке.

— До дома не продержусь. Придумай что-нибудь.

Я начинаю лихорадочно соображать, где бы нам укрыться. В подъезды соседних домов не попадёшь – везде сейчас домофоны. Общественных учреждений, где были бы туалеты, поблизости нет. В сквере гуляют люди. Ничего умного в голову не приходит. И тут подъезжает наш автобус, полупустой. Я предлагаю Ане садиться в него. Она ни в какую. Объясняю ей, что на задней площадке никого нет. Там можно присесть на сидение и подтереться. Она соглашается. Мы заходим в автобус последними. Я пропускаю Аню к заднему сидению, чтобы она уселась у окна, а я рядом. Она окидывает взглядом салон: вроде безопасно и никто не увидит, чем ей предстоит сейчас заниматься. Чтобы не испачкать юбку, Анюта при посадке задирает её до самого пупка и плюхается голой задницей на сидение. Я балдею! Никогда ещё не ездил в автобусе с голожопой девицей. Нет сил сдерживаться. Очень хочется кончить! Но терплю.

Двери автобуса закрылись, и он начал было трогаться, как неожиданно остановился и вновь открыл двери. На заднюю площадку влетел мускулистый парень лет тридцати, поблагодарил водителя и направился в нашу сторону. Аня в это время уже достала из сумочки салфетку, раздвинула ноги и начала усердно вытирать свою сопливую вульву, ничего не замечая вокруг. Парень намеревался пройти мимо нас, ещё дальше в конец салона, как неожиданно увидел, чем занимается Аня и замер в изумлении. Я пихнул её в бок, чтобы привлечь её внимание к сложившейся ситуации.

— Отстань, мне надо всё вытереть, - отмахнулась она.

— Да оглянись вокруг, мы не одни, - прошипел я.

Аня подняла голову и увидела похотливый взгляд парня, бесстыже пялящегося на её раскрытую пизду.

— А не могли бы вы пройти дальше по салону? – промямлила она, густо покраснела и мгновенно свела вместе свои ноги.

— Мне и здесь хорошо. Продолжай рукоблудие! – ехидно ответил парень, продолжая бесцеремонно осматривать мою обнажившуюся спутницу. Она сидела с плотно сжатыми ногами и её писька теперь была не видна, зато всё остальное оставалось неприкрытым и выглядело весьма соблазнительно. Аня беспомощно посмотрела на меня. Я оглядел наглеца с ног до головы и понял, что конфликтовать с этим атлетом не надо. Девушка поняла, что от меня не стоит ждать помощи, упёрлась спиной в спинку сидения, приподняла свою попку и спешно натянула на бёдра юбку. Парень не сдвинулся с места, стал отпускать в наш адрес сальные шуточки, прошёлся по нашему эксгибиционизму и предложил устроить тройничок у него дома. В конце концов, нам пришлось выйти из автобуса, не доехав одной остановки. К счастью, он за нами не увязался.

Продолжение следует.