Солнце медленно клонилось к закату, окрашивая аллеи городского парка в кроваво-красные тона. В этой части парка, за густыми зарослями сирени и старыми дубами, редко гуляли люди. Именно здесь, в тени массивных деревьев, их зажал охранник — грузный мужчина с тяжелым взглядом и запахом дешевого табака, который давно заприметил молодую пару.

Марк стоял, прижатый спиной к шершавой коре дуба. Его руки были крепко связаны за спиной грубым нейлоновым шнуром, который врезался в кожу при каждом движении. Рот был заклеен плотным скотчем, превращая его крики в бессильное, приглушенное мычание. Он мог только смотреть, его глаза расширились от ужаса и бессилия, когда он видел, что происходит с его женой.

Елена стояла перед охранником, тяжело дыша. Её легкое летнее платье было задрано до самой талии, обнажая округлившийся живот. Она была на седьмом месяце беременности, и её живот, натянутый и гладкий, сейчас был центром внимания этого животного.

Охранник с жадностью смотрел на её тело. Его тяжелая рука с мозолистыми пальцами грубо легла на живот Елены, сжимая его. Она вскрикнула, дернувшись назад, но он резко дернул её за волосы, заставляя запрокинуть голову и смотреть ему в глаза.

— Смотри, как твоя сучка будет развлекать меня, пока ты тут стоишь как истукан, — прохрипел охранник, бросив презрительный взгляд на Марка.

Он с силой толкнул Елену вперед, заставляя её упереться руками в ствол дерева, прямо рядом с мужем. Елена всхлипывала, её плечи дрожали, а живот теперь был почти вплотную к Марку. Мужчина сзади бесцеремонно расстегнул ширинку, и его толстый, налитый кровью член выпрыгнул наружу.

Не давая ей времени подготовиться, охранник грубо схватил её за бедра, раздвигая ноги. Он с силой вогнал свой член в её влагалище одним резким, жестоким толчком. Елена закричала, её голос сорвался на хрип, когда плоть с треском вошла в неё, растягивая узкий проход.

Марк забился в путах, его тело содрогалось от ярости и отчаяния. Он видел, как лицо жены исказилось от боли и шока, как её пальцы впились в кору дерева.

Охранник начал двигаться — грубо, ритмично, с животной силой. Каждый его толчок заставлял тело Елены содрогаться, а её живот, на котором теперь лежали его потные ладони, ходил ходуном. Он вбивался в неё, не заботясь о нежности, вколачивая свой член глубоко внутрь, до самого шейки матки.

— О да, какая ты тесная, даже беременная, — рычал он, ускоряя темп.

С каждым ударом его таза о её ягодицы раздавался громкий, влажный шлепок. Елена больше не кричала, она только всхлипывала, её глаза были полузакрыты, а голова бессильно моталась из стороны в сторону. Она чувствовала, как этот чужой мужчина захватывает её тело, как он бесцеремонно использует её, пока её муж, единственный человек, который должен был её защитить, вынужден наблюдать за этим позором.

Охранник перехватил её за волосы, сильнее прижимая её лицом к дереву, и начал ебать её с еще большей яростью. Его член входил и выходил, вынося с собой капли смазки и соков. Он буквально вколачивал себя в неё, заставляя Елену стонать от смеси боли и невольного физического отклика тела на такую грубую силу.

Марк видел всё: каждую складку кожи, каждое движение этого грязного члена, исчезающего в теле его жены. Он видел, как живот Елены при каждом толчке прижимался к его руке, и это сводило его с ума.

Наконец, охранник издал утробный рык. Он сделал несколько последних, самых глубоких и мощных толчков, почти вжимая её в дерево. С громким стоном он излился внутрь неё, заполняя её матку горячим, густым семенем.

Он остался в ней еще на несколько секунд, тяжело дыша ей в затылок, а затем с влажным звуком выдернул член. Елена обмякла, медленно сползая по стволу дерева на землю. Из её промежности по бедрам медленно потекла белая, вязкая сперма, смешанная с её собственными соками.

Охранник спокойно застегнул ширинку, бросил брезгливый взгляд на сломленную женщину и связанного мужчину, и, не сказав ни слова, скрылся в зарослях, оставив их в тишине наступающих сумерек.

Елена, дрожа всем телом, кое-как сумела развязать узлы на запястьях Марка. Её пальцы всё еще подрагивали, а по бедрам всё еще стекала вязкая сперма охранника. Марк только успел вдохнуть полной грудью и потянуться к жене, чтобы обнять её и утешить, как кусты зашумели.

Из тени деревьев снова вышел охранник, но на этот раз он был не один. Рядом с ним шагал такой же массивный, грубый мужчина в камуфляжной форме, с сальной ухмылкой на лице.

— Думали, что всё закончилось? — прохрипел охранник, хватая Елену за волосы и с силой дергая её назад.

Она вскрикнула, теряя равновесие и падая на колени прямо в пыль и сухую траву. Марк попытался броситься на помощь, но охранник одним мощным ударом в живот сбил его с ног, заставляя согнуться пополам и задыхаться.

— Стой и смотри, уебок. Теперь твоя сучка будет обслуживать нас обоих, — приказал охранник.

Оба мужчины синхронно расстегнули ширинки. Два толстых, налитых кровью члена с тяжелыми головками выпрыгнули наружу, оказавшись прямо перед лицом Елены. Один был темнее, с выраженными венами, другой — бледнее, но не менее массивный. От них исходил резкий запах пота и возбуждения.

Елена замерла, глядя на эти два ствола, которые буквально нависали над ней. Охранник грубо прижал её голову к своему члену, заставляя почувствовать горячую плоть щекой.

— Лижи, — скомандовал он. — Облизывай их до блеска, или твой муж получит по ребрам.

Дрожа от ужаса и унижения, Елена высунула язык и медленно, осторожно коснулась головки первого члена. Она начала слизывать капельки предсемени, которые уже выступили на самом кончике. Её язык скользил по гладкой, натянутой коже, обходя вокруг вен. Затем она переключилась на второго мужчину, обхватывая его головку губами и глубоко втягивая плоть, вызывая у того хриплый стон удовольствия.

Марк, лежа на земле и наблюдая за этой сценой, почувствовал, как внизу живота вспыхнул пожар. Вид своей беременной жены, стоящей на коленях и жадно облизывающей чужие члены, вызвал у него неконтролируемую эрекцию. Его член, твердый как камень, с силой уперся в ткань брюк, создавая мучительное давление.

Не в силах больше терпеть, Марк, игнорируя боль в животе, медленно спустил штаны и белье. Его член вырвался на свободу, полностью эрегированный и пульсирующий. На головке выступила прозрачная смазка, которая блестела в лучах заходящего солнца.

Марк начал медленно, почти осторожно, поглаживать себя. Он не сжимал ствол крепко, а лишь слегка касался пальцами головки, размазывая скользкую смазку по всей поверхности. Он смотрел, как Елена переходит от одного члена к другому, как её рот растягивается, принимая в себя толстую плоть, и ритмично двигает головой, стараясь угодить насильникам.

Он видел, как её округлившийся живот касается земли, когда она наклоняется глубже, и это зрелище заставляло его член пульсировать еще сильнее. Марк продолжал дразнить себя, едва касаясь уздечки, заставляя смазку густо покрывать головку, пока его взгляд был прикован к тому, как два охранника по очереди заталкивают свои члены в горло его жены.

Охранники, видя, как Елена покорно облизывает их плоть, окончательно потеряли всякий контроль. Теперь им не нужны были осторожные ласки — они хотели грубого, животного доминирования.

Охранник схватил её за затылок, впиваясь пальцами в волосы, и с силой толкнул свой член ей в рот. Он не давал ей времени привыкнуть, буквально натягивая её губы и кожу рта на свою толстую головку, заталкивая ствол глубоко, до самого горла. Елена захлебнулась, издав приглушенный, булькающий звук, её глаза расширились от ужаса и удушья, а из уголков рта потекла слюна. Как только он выдернул свой член с влажным хлопком, его друг тут же заменил его, с такой же жестокостью вбивая свою плоть в её глотку, заставляя её задыхаться и судорожно сглатывать.

— Смотри, как она жрет, уебок! — прорычал охранник, глядя на Марка.

Затем они грубо сорвали с неё остатки одежды. Летнее платье было разорвано в клочья, обнажая её пышную, округлившуюся грудь и огромный, натянутый живот семимесячной беременности. Они с силой толкнули её вперед, заставляя встать на четвереньки в пыли. Елена тяжело дышала, её живот почти касался земли, а бедра были широко разведены.

Один из мужчин встал прямо перед её лицом, снова выставляя свой налитый член перед её губами, чтобы она могла в любой момент принять его. В это же время второй охранник подошел сзади. Он не стал тратить время на прелюдии. Схватив её за бедра, он с резким, жестоким толчком вогнал свой твердый член в её узкий, не привыкший к такому анал.

Елена выгнулась дугой, издав пронзительный крик, который тут же был заглушен, когда первый мужчина снова вбил свой член ей в рот, затыкая её стоны. Она оказалась зажата между двумя массивными телами, получая удары с обеих сторон. Задний охранник вбивался в её задний проход с животной яростью, каждый его толчок заставлял её живот колыхаться, а тело — содрогаться от боли и насилия.

Марк, наблюдая за этим кошмаром, был полностью захвачен возбуждением. Его член был твердым как сталь, пульсируя в такт движениям насильников. Он уже не просто дразнил себя — он начал быстро и ритмично дрочить, сжимая ствол рукой. Смазка, которой была покрыта его головка, стала выделяться еще обильнее.

Прозрачные, густые капли предсемени начали срываться с кончика его члена и с мерзким шлепком падать на сухую землю, оставляя влажные пятна в пыли. Марк смотрел, как его беременная жена, раздавленная и униженная, принимает в себя двух мужчин одновременно, и это зрелище доводило его до предела. Он продолжал яростно натирать свою плоть, глядя, как член охранника сзади глубоко входит в её анус, растягивая плоть до предела, в то время как другой член заполнял её рот, лишая возможности даже закричать.

Охранники, чувствуя, что их возбуждение достигло пика, решили сменить позиции, чтобы еще сильнее унизить Елену. Тот, кто до этого с яростью вбивался в её анус, с влажным звуком выдернул свой член из её растянутого заднего прохода. Елена на мгновение всхлипнула, пытаясь перевести дыхание, но ей не дали и секунды передышки.

Мужчины быстро поменялись местами. Теперь тот, чей член только что раздирал её анус, оказался прямо перед её лицом. Он грубо схватил её за волосы, заставляя задрать голову, и с силой впихнул свой ствол, всё еще пахнущий её собственным анусом и смазкой, ей в рот. Елена задохнулась, почувствовав этот резкий, животный запах, но была вынуждена жадно сосать его, пока второй охранник с таким же остервенением вошел в её задний проход, снова растягивая узкое кольцо мышц до предела.

Они двигались в бешеном темпе, превратив тело беременной женщины в общую игрушку. Ритмичные удары плоти о плоть разносились по округе, а живот Елены содрогался от каждого мощного толчка сзади. Мужчины тяжело дышали, их стоны сливались в один животный гул.

Вскоре наступил момент разрядки. Охранник, находившийся сзади, с рычанием вбил свой член максимально глубоко в её анус, замирая на секунду. Его тело напряглось, и он начал обильно извергать горячий, густой спермопоток прямо в её кишечник, заполняя её задницу до краев. Почти одновременно с ним, мужчина перед ней, с силой толкнув её в глотку, кончил ей прямо в рот. Струи белого семени били в её горло, заставляя Елену судорожно сглатывать и захлебываться, пока часть спермы вытекала из уголков её губ, стекая по подбородку на её натянутый живот.

Марк, наблюдая за этим финальным актом насилия, окончательно потерял контроль. Вид того, как его жена, беременная их общим ребенком, заполнена семенем двух чужих мужчин, стал для него последним триггером. Он довел свою дрочку до безумия, сжимая член с невероятной силой.

С громким стоном Марк содрогнулся в мощном оргазме. Его член запульсировал, и густые, белые струи спермы с силой вылетели из него, заливая сухую землю и ствол дерева. Он смотрел, как его собственное семя смешивается с пылью, в то время как его жена, полностью раздавленная и залитая чужим семенем, бессильно лежала на четвереньках, тяжело дыша и чувствуя, как внутри неё и в её рту пульсирует горячая жидкость насильников.

Охранники быстро натянули штаны, не глядя на лежащую на земле женщину. Один из них сплюнул на землю и они молча ушли, оставляя после себя только запах пота и спермы.

Марк, всё ещё дрожащий после своего оргазма подошол к жене. Он помог ей подняться, поддерживая под руку. Елена едва держалась на ногах, сперма стекала по её бёдрам из ануса, а на подбородке засохли белые следы. Они молча побрели домой.

Через несколько дней Марк отвёл Елену к врачу. Он остался ждать в коридоре, листая старые журналы, пока жена прошла в кабинет.

Доктор — мужчина лет пятидесяти — внимательно осмотрел Елену. Прослушал сердцебиение ребёнка, проверил тонус матки. Убедившись, что с плодом всё в порядке, он откинулся в кресле.

— Всё хорошо с малышом, — сказал он спокойно. — Но я должен отметить ваши... повреждения. Такие вещи обычно требуют отчёта в полицию.

Елена поняла намёк. Она медленно расстегнула блузку, вытащила тяжёлые груди из лифчика и показала их врачу. Соски уже набухли от беременности. Доктор облизнул губы и встал.

— Продолжайте, — тихо сказал он.

Елена опустилась на колени перед креслом. Она расстегнула ему брюки, достала уже твёрдый член и начала дрочить обеими руками. Врач стоял неподвижно, глядя, как беременная женщина усердно работает над его членом. Она двигала кулаками вверх-вниз, иногда проводя большим пальцем по головке, собирая выступившую смазку.

Доктор тихо застонал. Его член дёрнулся в её ладонях, и горячие струи спермы выстрелили ей на пальцы и запястья. Семя стекало между пальцев, капая на пол.

— Можете идти, — сказал он, заправляя член обратно в брюки. — Никто ничего не узнает.

Елена вытерла руки о салфетку, оделась и вышла в коридор к мужу.