Осторожно! Данная глава содержит шок-контент. Автор запрещает читать этот рассказ, если вам не нравятся темы сексуального насилия, копрофагии, блевотины и прочих сексуальных извращений, а также если вы не переносите обилие обсценной лексики.

Приключения Дианы. Глава 7

Жизнь в деревне начала надоедать двум шлюхам, которые привыкли к городской суете. Им очень хотелось приключений на свои задницы и особенно на свои киски. Несколько дней Диана ныла, что скоро сойдёт сума без настоящего мужского члена в пизде. Конечно, при них всё ещё был Барбос, но самка очень хотела совокупиться с самцом своего вида.

В конечном итоге Диана настояла на том, чтобы попробовать поискать других выживших. У Кати особых возражений не было. Она тоже соскучилась по компании других людей. Да и подставить кому-нибудь свою блядскую пизду ей тоже хотелось всё сильнее.

Хотя в деревне были и машины, и велосипеды, пошли пешком. Так безопаснее – не влетишь с разгона в засаду зомбаков. Шли голыми, так как от своей клятвы решили не отступать. Их загорелые груди весело покачивались при каждом шаге, киски ныли в предвкушении новых встреч, а глаза горели любопытством.

Довольно быстро они вышли на крупную трассу и к вечеру добрались до какого-то огромного здания ангарного типа. Поблизости не было заметных следов зомби, но и выживших они тоже не встретили.

Войдя внутрь девушки довольно скоро поняли, что нашли сокровище. Это был какой-то логистический хаб, по сути огромный современный склад со множеством ангарных секций. И каждый такой ангар был заставлен сотнями, если не тысячами ящиков с товарами. По надписям на ящиках было легко понять, что внутри. А были там не только обычные продукты питания, но также дорогой алкоголь, консервированные деликатесы, шоколад, сыры, вяленое мясо и многое другое.

— Мы умерли и попали в рай для шлюх, — прошептала Катя.

Они сразу начали пировать. Не то чтобы они голодали в деревне... Но продукты там были только самые простые. И всё приходилось готовить самостоятельно. Здесь же была куча элитных деликатесов, готовых к употреблению.

Сначала открыли бутылку французского вина тридцатилетней выдержки. Пили прямо из горла, жадно, проливая на подбородки и груди. Потом вскрыли банку красной икры. Ели пальцами, намазывали её на сиськи друг дружке и слизывали. Нашли элитные сыры и оливки, запивали их шампанским.

Через час обе были сильно пьяными. Животы раздулись от обжорства, из-за чего шлюхи и в самом деле стали походить на беременных.

— Я так обожралась, — икнула Диана, лёжа на спине. — Но мне так классно.

Катя, уже совершенно пьяная, подползла к ней с бутылкой коньяка и вскрытой коробкой шоколада.

— Тогда давай продолжим...

Они начали целоваться. Очень скоро дело дошло до обмазывания друг друга икрой, мёдом и шоколадом. Коньяк наливали друг другу в пупок и пили оттуда. Пытались наливать и в пизду, но от этой идеи пришлось быстро отказаться.

Затем Диана схватила палку копченой колбасы, полила её оливковым маслом и грубо вогнала Кате в пизду.

— Оооох, бляяять! — закричала та. — Она такая толстая... и длинная...

Диана начала яростно трахать подругу колбасой, проворачивая её внутри. Насаженная на качалку Катя смогла дотянуться до вскрытой баклажки оливкового масла и, улучив момент, перешла в контратаку. Она повалила Диану и сумела засунуть горлышко бутылки ей в жопу. Диана взвизгнула, но Катя уже сжимала стенки баклажки, выдавливая масло в прямую кишку подруги. Колбаса по-прежнему торчала из Катиной пизды и доставляла ей неимоверное удовольствие, цепляясь за пол во время их возни.

Они полностью потеряли контроль. Уже скоро обе были полностью облиты маслом, отчего стали очень скользкими и блестящими. Диана насаживалась на бутылку из-под шампанского, чувствуя, как холодное стекло растягивает её беременную пизду. Катя трахала себя всё той же колбасой. Уж очень она пришлась сучке по нраву.

— Мы беременные, обожравшиеся, пьяные шлюхи, — стонала Диана пьяным голосом. — Ебёмся на складе деликатесов, и нам похуй на весь мир...

Оргазм накрыл их мощной, тяжёлой волной. Сильные, тянущие спазмы, от которых киска яростно пульсировала вокруг бутылки. Удовольствие было таким густым и долгим, что она кричала, дрожала и чуть не потеряла сознание от переизбытка ощущений.

Катя кончила следом, визжа и брызгая, сжимая бёдрами колбасу.

Они лежали среди разорванных упаковок, пьяные, грязные, перепачканные едой, маслом и соками друг друга, тяжело дыша и периодически икая.

Диана и Катя уже еле соображали. Они выпили больше трёх бутылок дорогого алкоголя на двоих, обожрались икрой, шоколадом и копчёностями. Животы у обеих шлюх сильно раздулись, став тугими и круглыми, почти как у беременных. Впрочем они и так были беременны.

Диана выдала громкую и длинную отрыжку, выпустив в лицо Кате тяжёлый запах коньяка, икры и хамона.

— Ох, бляяять... Как же я обожралась... И нажралась.

Катя захихикала, но тут же её тоже скрутило. Она громко и мокро отрыгнула.

— Мне... пиздец... плохо... — простонала она, но вместо того чтобы остановиться, схватила бутылку виски и сделала большой глоток.

Это была ошибка. Катю резко стошнило. Прямо на Диану — тёплой, густой смесью непереваренной еды, алкоголя и желчи. Диана застонала от отвращения и дикого возбуждения, когда горячая блевотина потекла по её налившимся сиськам, животу и дальше между ног.

— Аааах, сука... Ты меня обблевала!

Но Диану тоже мгновенно вырвало — мощным фонтаном прямо на лицо и волосы Кати.

Сперва ситуация шокировала их обеих. Но тут же они сильно возбудились. Шлюхи стали страстно целоваться, размазывая блевотину по телам, слизывая её с губ и сосков друг друга. Их беременные, набитые жратвой и спиртным животы скользили друг о друга в этой мерзкой жиже.

— Мы такие грязные... обожравшиеся беременные свиньи... — рыдала от стыда и похоти Диана.

В этот момент Катю скрутило ещё сильнее. Она громко пернула, а потом не удержалась — прямо на полу с разбросанными вокруг продуктами обосралась довольно жидкой каловой массой. Омерзительный запах ударил в нос.

Диана, вместо того чтобы отстраниться, легла спиной в свежее говно Кати и начала в нём извиваться, размазывая кал по спине, жопе, бедрам, животу и груди.

— Я тоже, — выдохнула она и сильно натужилась.

Из её ануса вылезла толстая, плотная колбаска дерьма. Обе шлюхи были теперь полностью в собственном и чужом дерьме, блевотине, алкоголе и соках.

Но это только сильнее их завело.

Диана схватила большую бутылку с кетчупом (литровую, тяжёлую, с толстым донышком), обмазала в мерзкой жиже на полу и резко загнала её себе в пизду почти полностью. Она начала яростно насаживаться, чувствуя, как внутри неё соки смешиваются с говном и блевотиной.

Оглянувшись по сторонам Катя отползла к другому паллету с товарами и нашла там две толстые щётки для чистки унитазов с жёсткой щетиной. Одну щётку она загнала себе в пизду щетиной вперёд и начала крутить, царапая чувствительные стенки. Вторую – загнала себе в жопу.

— Аааааах! Щетина рвёт меня изнутри... так больно и так охуенно! — визжала она.

Они продолжали трахаться в луже из дерьма, блевотины и алкоголя — пьяные, беременные, полностью потерявшие человеческий облик.

Шлюхи начали бегать к разным концам ангара в поисках новых секс-игрушек и притаскивать их в лужу с дерьмом и блевотиной. Скоро в их пёздах и жопах перебывали самые невероятные объекты: металлический термос-кружка, бутылка шампуня (в процессе содержимое оказалось в их пёздах), длинная металлическая ручка от пылесоса, плойка и даже пачка спагетти. Диана нашла моток скотча, связала им Катю, поставила раком и жестко выебала подругу кулаком.

Катя кончала долго и мучительно — она визжала, дрожала, пыталась высвободить связанные запястья и лодыжки, но только ещё раз обильно обосралась и упала лицом в мерзкую жижу. Её задница осталась призывно торчать вверх, демонстрируя Диане, как по пульсирующим половым губам её подружки медленно стекают ручейки жидкого кала.

Глядя на блядскую позу Кати, Диана не удержалась и принялась ебать себя кулаком. Буквально нескольких фрикций хватило, чтобы она завалилась на бок и тоже начала завывать в приступе оргазма. Её матка сильно сжалась, живот напрягся, киска начала яростно пульсировать вокруг запястья, выталкивая наружу смесь блевотины, говна и смазки. Она кричала, брызгала, билась в судорогах, пока волны удовольствия буквально выворачивали её наизнанку. Слёзы текли по лицу, смешанные с блевотиной.

Они рухнули друг на друга в этой вонючей жиже, тяжело дыша, целуясь грязными ртами.

— Мы... самые конченые сучки на этой земле... — хрипло прошептала Диана, гладя свой испачканный в дерьме и блевотине беременный живот.

Катя только пьяно улыбнулась и мерзко икнула.

— Может, уже развяжешь меня? – жалобно протянула она, подёргав запёстьями, связанными скотчем за спиной.

– Нахуя? – улыбнулась Диана. – Тебе очень идёт эта поза. А срать и ссать можешь прямо тут.

Натрахавшись вдоволь, две шлюхи уснули мёртвецки пьяным сном прямо в огромной вонючей луже. Всё вокруг них было покрыто засохшей и свежей блевотиной, говном, мочой, разлитым алкоголем и остатками еды. Они лежали голые, перемазанные с головы до ног. Запах стоял омерзительный. Катя по-прежнему была связана по рукам и ногам, а Диана крепко её обнимала, прижимая к себе во сне.

Проснулась Диана от грубых пинков. С трудом продрав похмельные глаза, она увидела над собой несколько человеческих фигур.

— Смотрите, братья! Вот они — воплощение самого Сатаны! — раздался грубый мужской голос.

Над ними стояло около десяти человек в чёрных балахонах с белыми крестами.

— Две пьяные блудницы валяются в собственном дерьме и блевотине, — произнес другой, глядя на них с отвращением и едва заметным интересом. — Их нужно очистить через ритуал Святого Страдания.

По команде одного из мужчин Диану быстро связали точно так же, как сама она вчера связала Катю. Руки за спиной, ноги тоже стянули верёвками. Ей оставили только небольшое расстояние, чтобы она могла идти небольшими шажками.

Сектанты отвели их в другой ангар, где стояли два металлических стола. Диану и Катю грубо положили на них спиной, сильно раздвинув ноги и привязав щиколотки к ножкам столов так, чтобы их беременные пёзды были полностью открыты.

— Смотрите, как их чрева набухли от семени греха! — кричал главный, седой мужчина с безумными глазами.

Он взял большую деревянную ложку и начал силой запихивать им в пёзды смесь из соли, острого перца и уксуса, которую приготовили пару минут назад. Диана завыла от жгучей боли, когда едкая смесь начала жечь нежные стенки.

— Ааааааааааах! Жжёт! Моя пизда горит! — кричала она, извиваясь на столе.

Катя тоже орала, чувствуя, как жгучая смесь течёт по влагалищу. Но при этом обе девушки уже сильно текли. Страх смерти, унижение и боль странным образом превращались в животное возбуждение.

Сектанты продолжали «очищение». Они притащили откуда-то вёдра с пеплом и начали обмазывать тела шлюх, особенно тщательно втирая его в сиськи, пёзды и жопы.

— Вы — сосуды греха! — кричали они. — Перед казнью вы должны почувствовать всю глубину своего падения!

Диана уже не могла сдерживаться. Животный ужас смешался с похотью так плотно, что она внезапно кончила — мощно, грязно, с криком. Её пизда сильно сжалась в тот момент, когда какой-то ретивый сектант пытался втереть ей в промежность горсть пепла. Тело шлюхи выгнулось дугой, из пизды вытекла смесь перца, вчерашнего говна и соков. Оргазм был болезненным, судорожным, она брызгала и рыдала одновременно.

— Я кончаю... меня сейчас убьют, а я кончаю как последняя сука! — визжала она.

Катя кончила следом, глядя на подругу. Её жопа и пизда пульсировали, ноги дрожали, изо рта текла слюна. Страх предстоящей казни делал оргазм особенно острым и долгим.

Сектанты смотрели на это с показным отвращением и скрытым возбуждением.

— Видите? Даже перед смертью они только и могут, что блядствовать, — сказал главный. — Ритуал начнётся на закате. Мы сожжём их живьём на очищающем костре. Но до того, как огонь очистит их души... Нужно очистить их тела.

Диана, тяжело дыша и дрожа после оргазма, повернула голову к Кате. В её глазах был настоящий животный ужас... и дикое, больное возбуждение.

— Они нас убьют... — хрипло прошептала она. — А у меня снова пизда течёт...

Сектанты притащили огромный металлический таз. Видимо, на этом складе было вообще всё, что только можно себе вообразить. Ёмкость наполнили водой. По всей видимости, из колодца, так как вода была ледяная, несмотря на август на дворе. Диану и Катю грубо бросили в таз. Холодная вода мгновенно обожгла кожу, заставив обеих шлюх громко вскрикнуть и покрыться мурашками.

— Очищайте сосуды греха, — приказал главный.

Несколько сектантов закатали рукава балахонов и склонились над тазом. Их руки сразу же принялись «мыть» тела девушек. Они грубо мяли тяжёлые беременные сиськи, сильно щипали соски, оставляя красные следы. Один особенно ретивый сектант залез пальцами Диане между бёдер и щипал её за половые губы, сильно растягивая их в стороны.

— Смотрите, как течёт. Даже в ледяной воде, — пробормотал он хриплым голосом, явно пытаясь скрыть стояк, который уже заметно топорщил его балахон.

Катю тоже не щадили. Ей щипали клитор, грубо тискали жопу, залезали пальцами в пизду, якобы «отмывая» её.

Впрочем, девушки были немного даже рады этим грубым ласкам. Они громко стонали и дрожали от мужских прикосновений.

— Аааах! Кто-нибудь, ну засуньте уже член в мою пизду! — выкрикивала Диана, выгибаясь в тазу. – Умоляю, ну пожалуйста, выебите меня!

– Коль у тебя так чешется там, сейчас мы тебя почешем, – сказал предводитель сектантов.

Он что-то шепнул молодому помощнику, тот сделал удивленное лицо, но побежал выполнять команду. Спустя несколько минут он вернулся с ёршиками для мытья бутылок с жёсткой пластиковой щетиной. Обе шлюхи одновременно застонали от предвкушения.

Первым делом ёршик воткнули в пизду Диане. Сектант безжалостно засунул его глубоко в её влагалище и начал яростно крутить и двигать туда-сюда. Жёсткая щетина грубо скребла воспалённые стенки, царапая чувствительную плоть. Диана закричала и тут же кончила — мощно, с болезненными спазмами. Её тело билось в судорогах, сиськи тряслись, а она сама орала от дикого, болезненного удовольствия.

— Ещё! Глубже! Я кончаюууу!

Катя получила свой ершик почти сразу после. Её тоже трахали жёсткой щетиной глубоко в пизду и в жопу по очереди. Она визжала, дёргалась и кончала раз за разом, не стесняясь вообще ничего.

Вода в тазу быстро стала мутной от их соков, пепла и остатков вчерашней грязи. Сектанты тяжело дышали. У многих под балахонами отчетливо стояли члены, руки дрожали, а взгляды были уже совсем не «очистительными». Но они продолжали изображать праведный гнев, хотя всем было очевидно — им самим хочется выебать этих шлюх до полусмерти.

Когда «омовение» наконец закончилось, Диану и Катю, дрожащих, красных и всё ещё текущих, вытащили из таза.

Тщательно вымытые, но по-прежнему голые шлюхи были приведены на большой пологий холм недалеко от склада. Солнце уже садилось за горизонт, и после купания в ледяной воде обе они заметно дрожали – и от холода, и от страха, и от извращенного возбуждения.

На вершине холма уже лежали два больших деревянных креста. Девушек примотали к ним толстыми верёвками, явно имитируя сцену повешения Иисуса: руки широко раскинуты и крепко привязаны к перекладине, ноги слегка согнуты и привязаны внизу. После этого кресты с привязанным к ним девушками поставили вертикально и закрепили так, чтобы они не упали.

Диана чувствовала, как верёвки больно впиваются в кожу. Соски стояли торчком, а прохладный вечерний ветерок возбуждающе щекотал задницу и текущую пизду.

У подножия крестов начали складывать дрова. Пока стаскивали древесину, на холме собирался народ. Их было несколько десятков: мужчины, женщины, старики. Все смотрели на Диану и Катю с фанатичным презрением и скрытым возбуждением.

— Смотрите! — возвысил голос главный сектант. — Две блудницы, сосуды греха, висят на крестах, как Сын Божий когда-то! Но в отличие от Него, эти твари наслаждаются своим позором!

Диана почувствовала, как множество глаз смотрят на её голое тело. На её покрытые «мурашками» сиськи, на текущую пизду, на стройные ножки. Она никогда не была религиозной, но явные библейские параллели и публичное унижение вызывали в ней нарастающее возбуждение.

— О боже... все смотрят... — прошептала она дрожащим голосом.

Её киска предательски сжалась и потекла ещё активнее. Стыд и животный страх смешались с похотью. Через пару минут она уже не могла сдерживаться.

— Ааааааах! Я кончаю... публично... на кресте! — запричитала Диана.

Её тело выгнулось, насколько позволяли верёвки. Пизда сильно запульсировала, сокращаясь в пустоте, и из неё брызнула прозрачная струя, стекая по бёдрам и капая на землю. Оргазм был резким, стыдным и очень сильным — она дрожала всем телом, громко стонала, закатывая глаза на виду у всех.

Катя кончила почти сразу после неё, громко всхлипывая и дёргаясь на кресте. Её пизда интенсивно сокращались, моля о члене в последний раз.

Сектанты начали читать молитвы и петь псалмы, но это только сильнее заводило шлюх. Они обильно текли и ёрзали ногами, пытаясь создать хоть какое-то трение в ненасытных влагалищах.

Наконец, сектанты дочитали свои молитвы. Главный поднял горящий факел и торжественно поднёс его к сложенным у подножия крестов дровам.

— Пусть огонь очистит ваши души от грешной плоти! — провозгласил он.

Продолжение следует...