Прошла почти целая неделя после того «последнего раза» в кабинете биологии. Семь длинных, странно тихих дней.

Мама действительно словно нажала кнопку «перезагрузка». Утром она вставала раньше обычного, готовила полноценный завтрак — омлет, кашу, свежие бутерброды. На работе она снова стала прежней Татьяной Витальевной — строгой, собранной, немного холодноватой учительницей биологии. Никаких коротких юбок, никаких глубоких вырезов. Только классические тёмные брюки или длинные юбки ниже колена, закрытые блузки, волосы всегда собраны в аккуратный пучок. Она даже начала носить очки в тонкой оправе, хотя раньше почти никогда их не надевала.

Дома тоже всё изменилось. Она чаще спрашивала про уроки, проверяла тетради по вечерам, иногда садилась рядом и помогала с заданиями. Ни одного намёка на то, что было раньше. Ни случайных прикосновений, ни долгих взглядов, ни ночных разговоров. Когда я один раз попытался осторожно завести разговор о том дне, она просто подняла руку и тихо, но очень твёрдо сказала:

— Вадик, я просила. Не надо. Это в прошлом. Давай закроем эту тему навсегда.

Я начал верить, что она действительно смогла остановиться.

Поначалу внутри меня бушевала смесь злости и разочарования. Потом я злился уже на себя — за то, что позволил всему зайти так далеко. А ещё через пару дней... просто смирился. Сидел по вечерам в своей комнате, пересматривал старые видео, которые мне когда-то присылали Олег и Димон, и дрочил, вспоминая её стоны и слова «последний раз». Иногда казалось, что вся эта безумная история была просто сном. Мама снова стала просто мамой. Красивой, заботливой, но абсолютно недоступной.

Олег, Саня и Димон тоже притихли. На уроках они вели себя примерно, почти не смотрели в сторону маминого кабинета. Только иногда я ловил их быстрые ухмылки, когда она проходила мимо по коридору. Но никаких действий. Ни подглядываний на лестнице, ни «дополнительных занятий», ни сообщений с видео. Тишина.

К концу недели я уже почти поверил, что тот день действительно стал финалом. Что мама смогла взять себя в руки и поставить жирную точку. Что вся эта безумная, развратная глава нашей жизни наконец-то закрыта.

Но жизнь, как всегда, решила иначе.

В пятницу на последнем классном часе наша классная руководительница Марина Сергеевна радостно объявила:

— Ребята, напоминаю: в следующую среду у нас запланированный выезд на природу! Два дня, одна ночь на берегу реки. Красивое место, сосновый лес, песчаный пляж. Будем купаться, жарить шашлыки, играть в волейбол и просто отдыхать. Ответственной за класс поедет Татьяна Витальевна.

В классе поднялся восторженный гул. Девчонки начали сразу обсуждать, какие купальники возьмут. Парни радостно переглядывались. Особенно громко радовались Олег, Саня и Димон. Я заметил, как они втроём переглянулись, и на их лицах одновременно появилась одна и та же хищная, довольная улыбка.

Я перевёл взгляд на маму. Она стояла у доски с абсолютно каменным лицом. Руки были сцеплены. Она явно не ожидала, что именно её назначат ответственной за эту поездку. И она явно была не в восторге от этого.

После уроков я зашёл к ней в кабинет.

— Мам... ты поедешь?

Она вздохнула, не поднимая глаз от классного журнала.

— Да. Меня же попросили. Отказаться будет некрасиво. Но ты не волнуйся. Всё будет нормально. Я буду следить за порядком. Никаких глупостей.

Она сказала это так уверенно и спокойно, что я почти поверил.

Почти.

Среда наступила быстрее, чем я ожидал.

Утром автобус уже ждал у школьных ворот. Было восемь часов, солнце светило ярко, воздух был тёплым и свежим. Почти весь класс собрался вовремя — шумные, возбуждённые, с рюкзаками и пакетами. Парни в шортах и майках, девчонки в лёгких платьях и сарафанах. Все были в приподнятом настроении.

Мама приехала одной из последних. Она шла от остановки в светлых льняных брюках и тонкой белой блузке с длинным рукавом, волосы аккуратно собраны в низкий хвост. Никакого макияжа, кроме лёгкой помады. Выглядела она строго и собранно — настоящая учительница, которая едет контролировать порядок, а не отдыхать. Но я заметил, как она нервно поправляет ремешок сумки и избегает смотреть в сторону Олега, Сани и Димона.

— Все на месте? — спросила она громко, обводя класс взглядом. — Тогда грузимся.

Она села на первое сиденье рядом с водителем. Я устроился через четыре ряда позади. Олег с компанией заняли места примерно в середине салона. Всю дорогу они вели себя относительно прилично, но я несколько раз ловил их взгляды, направленные на мамину спину. Иногда они тихо перешёптывались и посмеивались.

Дорога заняла почти три часа. Когда мы наконец приехали, место оказалось действительно потрясающим: большая поляна у широкой реки, сосновый бор сзади, песчаный пляж и небольшая бухточка. Солнце уже хорошо припекало.

Пока все разгружали вещи и ставили палатки, мама ходила между учениками и чётко раздавала указания:

— Палатки ставим в два ряда, мальчики не ближе пяти метров к девочкам. Воду из реки не пить без кипячения. Купаться только в обозначенном месте. Алкоголь — даже не думайте. Я проверю все сумки.

Я видел, как напряжённо она держит спину и как избегает оставаться наедине с парнями.

К обеду поставили большой тент, разожгли два мангала. Мама сидела в тени под деревом и следила, чтобы никто не открывал бутылки. Хотя я точно знал, что несколько парней всё равно пронесли пиво и водку в рюкзаках.

После обеда почти все побежали купаться. Мама сначала отказывалась:

— Я лучше посижу, присмотрю за вещами.

Но класс начал дружно уговаривать:

— Татьяна Витальевна, ну пожалуйста! Хоть пять минут! Вы же с нами!

Она вздохнула, посмотрела на меня, потом на Олега с компанией и тихо сказала:

— Хорошо. Только ненадолго.

Она ушла за густые кусты переодеваться и вышла через пару минут в закрытом чёрном цельном купальнике. Даже в таком скромном варианте она выглядела ошеломляюще. Идеальная фигура песочных часов, большая упругая грудь, тонкая талия, широкие бёдра и длинные стройные ноги. Когда она шла к воде, почти все парни на несколько секунд замолчали.

Я заметил, как Олег толкнул Саню локтем и что-то прошептал ему на ухо. Оба улыбнулись одинаковой хищной улыбкой.

В воде все плескались и шумели. Мама держалась ближе к берегу, но парни постепенно окружили её. Они ныряли, брызгались, шутили. Несколько раз кто-то «случайно» касался её под водой — то за талию, то за бедро. Она делала вид, что не замечает, но я видел, как она слегка напрягается и быстрее выходит на мелководье.

Когда она наконец вышла из воды, мокрый купальник облепил тело, чётко обрисовывая твёрдые соски и каждую складочку. Она быстро накинула на себя лёгкую рубашку, но было уже поздно — все успели рассмотреть.

Вечером, когда стемнело, развели большой костёр. Поставили музыку из портативной колонки. Начались танцы, смех, игры в «правда или действие». Мама сидела чуть в стороне на складном стуле, пила чай из термоса и наблюдала за всеми. Она выглядела уставшей, но спокойной.

Я уже начал думать, что всё действительно пройдёт без происшествий.

Но ближе к одиннадцати вечера Олег подошёл к ней с бутылкой красного вина.

— Татьяна Витальевна, ну хоть один глоточек. Расслабьтесь. Мы же на природе, все свои.

Она отказалась. Тогда к ним присоединились ещё несколько человек. Начали уговаривать все вместе — весело, настойчиво, по-доброму. Мама сопротивлялась минут десять, но в итоге сдалась и сделала пару небольших глотков из пластикового стаканчика.

Я видел, как постепенно розовели её щёки.

К полуночи большинство уже разошлись по палаткам. У костра остались только самые стойкие — человек двенадцать, включая Олега, Саню, Димона, меня и маму. Она уже явно хотела уйти, но парни продолжали её развлекать историями и шутками.

— Татьяна Витальевна, а давайте в «бутылочку» сыграем? — неожиданно предложил Саня с невинной улыбкой.

Мама усмехнулась и покачала головой.

— Я уже слишком старая для таких игр.

— Да бросьте! — засмеялся Олег. — Один круг. Для настроения.

Она снова отказалась. Но после ещё одного стаканчика вина (уже третьего) сопротивление стало слабее.

— Ладно... один круг. И потом все спать.

Бутылка закрутилась.

Первый раз она показала на Димона. Тот выбрал «правду». Спросили, сколько раз он целовался. Все посмеялись.

Второй раз бутылка остановилась на маме.

Все затихли.

— Правда или действие? — спросил Олег с блеском в глазах.

Мама немного подумала и тихо сказала:

— Правда.

Олег улыбнулся шире.

— Скажите честно, Татьяна Витальевна... вам когда-нибудь было приятно, когда ученики смотрели на вас... не как на учительницу?

Мама замерла. Щёки вспыхнули ещё сильнее. Она долго молчала, потом едва слышно ответила:

— Иногда... да.

Вокруг костра раздались тихие возгласы и смешки.

Бутылка закрутилась снова. На этот раз она остановилась точно напротив Олега. Тот широко улыбнулся, глядя маме прямо в глаза.

— Действие, — сразу выбрал он, не дожидаясь вопроса.

Все притихли. Костёр потрескивал, освещая лица красноватым светом. Мама сидела, слегка ссутулившись, и нервно теребила край своей рубашки.

— Поцелуй Татьяну Витальевну... в шею, — предложил кто-то из парней.

Олег не стал ждать повторения. Он встал, подошёл к маме и наклонился. Мама попыталась отстраниться, но он мягко, но уверенно положил руку ей на плечо. Губы коснулись её шеи чуть ниже уха — медленно, горячо, с лёгким присасыванием. Мама вздрогнула, но не оттолкнула его. Когда Олег отстранился, на коже остался заметный влажный след.

— Следующий, — тихо сказал он, возвращаясь на место.

Бутылка крутилась дальше.

Следующие несколько кругов были относительно безобидными: кого-то заставили спеть, кого-то — рассказать глупую историю. Но напряжение в воздухе росло. Все чувствовали, что игра вот-вот выйдет из-под контроля.

Очередь снова дошла до мамы.

На этот раз бутылка указала на Саню.

— Действие, — выбрала она, видимо, решив, что «правда» уже стала слишком опасной.

Саня встал, подошёл и сел рядом с ней на бревно. Очень близко.

— Сними рубашку, Татьяна Витальевна. Только на одну минуту. Мы же все в купальниках.

Мама замерла. Лицо вспыхнуло.

— Саша... это уже слишком.

— Один круг. Вы же сами сказали «один круг», — напомнил он с улыбкой. — Или вы боитесь?

Мама огляделась. Все смотрели на неё. Даже девчонки замерли в ожидании. Она тяжело вздохнула, потом медленно расстегнула пуговицы рубашки и сняла её. Под ней был всё тот же чёрный закрытый купальник, но теперь, при свете костра, он выглядел гораздо более откровенно. Грудь тяжело поднималась и опускалась.

Парни тихо загудели.

Рубашка пролежала на бревне ровно минуту. Мама быстро накинула её обратно, но было уже поздно — все успели насмотреться.

Игра продолжалась.

Следующий круг — бутылка остановилась между Олегом и мамой. Олег выбрал «действие».

— Пусть Татьяна Витальевна посидит у тебя на коленях одну минуту, — предложил Димон.

Мама хотела возразить, но Олег уже протянул руку и мягко потянул её к себе. Она села ему на колени боком, напряжённая, как струна. Олег обнял её за талию одной рукой. Его ладонь лежала на её бедре. Мама сидела очень прямо, стараясь не прижиматься, но через тридцать секунд Олег слегка притянул её ближе. Она почувствовала, как под ней твердеет его член.

— Олег... — тихо предупредила она.

— Минутка ещё не прошла, — прошептал он ей на ухо.

Когда минута закончилась, мама быстро встала. Щёки горели, дыхание было учащённым.

Следующий круг стал переломным.

Бутылка остановилась на маме, а потом, после повторного броска — на Олеге.

— Действие для обоих, — сразу сказал кто-то.

Олег улыбнулся.

— Поцелуй. По-настоящему. В губы. Одна минута.

Мама резко встала.

— Нет. Это уже не игра. Я иду спать.

Она попыталась уйти, но парни мягко, но настойчиво уговорили её остаться. Кто-то сунул ей в руку ещё один стаканчик вина. Она выпила залпом, видимо, чтобы успокоить нервы.

— Один поцелуй, — тихо сказал Олег. — И я больше не буду приставать сегодня. Обещаю.

Мама долго смотрела на него. Потом закрыла глаза и кивнула.

Олег встал, подошёл, взял её лицо в ладони и поцеловал. Не нежно. Глубоко, жадно, по-хозяйски. Мама сначала стояла неподвижно, потом её руки поднялись и легли ему на грудь. Поцелуй длился гораздо дольше минуты. Когда они оторвались друг от друга, у мамы были мокрые, припухшие губы, а взгляд — затуманенный.

— Это... последний раз... — прошептала она едва слышно, садясь обратно.

Но все уже понимали — никакого «последнего раза» сегодня не будет.

Игра продолжалась ещё полчаса. С каждым кругом требования становились всё смелее. Маму заставили снять рубашку ещё раз. Потом — посидеть на коленях у Сани. Потом — позволить Димону провести рукой по её бедру под купальником.

В половине второго ночи у костра остались только мама, я, Олег, Саня и Димон.

Музыка играла тихо.

Олег посмотрел на маму долгим взглядом.

— Татьяна Витальевна... а теперь давайте сыграем по-взрослому. Без бутылки.

Мама молчала почти минуту. Потом тихо спросила:

— Что вы хотите?

Олег улыбнулся.

— Чтобы вы пошли с нами в нашу палатку. Всего на час. И чтобы это действительно был... последний раз.

Мама посмотрела в сторону моей палатки, потом на меня. Я сидел в тени и молчал.

Она тяжело вздохнула, провела рукой по лицу и едва слышно сказала:

— Только... чтобы никто не узнал. И это правда последний раз...

Олег встал и протянул ей руку.

Мама взяла её.

Они вчетвером ушли в сторону большой палатки парней, которую те поставили чуть в стороне от остальных.

Я остался у догорающего костра. Сердце колотилось так, будто хотело вырваться. Я знал, что сейчас произойдёт.

И я не собирался просто ждать.

Всем спасибо за то, что прочитали мой рассказ. Буду рада вашим комментариям и оценкам. Это поможет мне понять, что рассказ вам интересен и вы хотите продолжения.

p.s.

Продолжение доступно на моем Boosty (до 12-ой части по подписке 100 р): https://boosty.to/erotales/posts/fc42672d-d2dd-4086-89af-424c718a6dec

Если вам нравятся мои рассказы, вы можете поддержать меня на Boosty: https://boosty.to/erotales

Также, на Boosty доступны рассказы, которые еще нигде не были опубликованы, а также новые части уже опубликованных рассказов. Там же вы можете заказать рассказ по вашим фетишами и интересам. Ограничений почти нет ;)

Всем хорошего дня и приятного чтения.