(Lubrican)

Дэйв Томпсон немного прибавил громкость радио, когда на станции, которую они слушали, заиграла песня "You're Addicted To Love"*. Он слышал Роберта Палмера, но в своем воображении видел бесстрастные лица женщин на видео, которые держали гитары и соблазнительно покачивались. Дик Уильямс, его сосед и лучший друг, тоже начал раскачиваться на сиденье рядом с ним, подхватывая ритм.

Девочки сидели на заднем сиденье, совершенно отрешенные от мира, после захватывающего футбольного матча. Дейв посмотрел в зеркало заднего вида, чтобы убедиться, что не включил музыку слишком громко, и разбудил их. Они играли очень интенсивно и были совершенно измотаны.

«Чёрт, сколько воспоминаний вызывает эта песня», — сказал Дик, искажая лицо и беззвучно произнося слова «зависим от любви», переигрывая.

Дэйв был так увлечен музыкой, что не заметил, как загорелась предупреждающая лампочка на приборной панели. Только когда машина заглохла, он посмотрел вниз и увидел ярко загоревшуюся лампочку «масло». Он услышал быстрый, отрывистый звук клапанов, пытающихся работать без масла и понял, что всё плохо, раз он слышит это сквозь музыку.

«Черт!» — прорычал он, сбрасывая газ. Его рука метнулась к регулятору громкости, и он яростно повернул его.

«Эй!» — сказал Дик и тут же тоже услышал шум. — «Ой-ой», — добавил он, совершенно излишне.

Дэйв съехал на обочину и заглушил двигатель. Даже в кабине они оба слышали треск и хлопки перегретого металла, деформирующегося в моторном отсеке. Он посмотрел в зеркало заднего вида, чтобы убедиться, нет ли сзади машин и ничего не увидев, открыл дверь. Он наклонился и потянул за рычаг открывания капота, застонав, когда из щели, образовавшейся от поднятого на несколько сантиметров капота, повалил дым.

Оба мужчины уставились на двигатель. Они чувствовали жар, стоя в метре от него. Щуп обжёг пальцы Дэйва, когда он попытался его вытащить. В багажнике лежала тряпка, но он не хотел идти за ней. Он знал, что увидит, когда вытащит щуп. Ничего. Ничего там, где должен быть черный слой масла, где штриховка лежала рядом со словами «рабочий диапазон» на щупе.

«Ты проверял масло, когда мы уезжали?» — спросил Дик.

Дэйв бросил на него мрачный взгляд. «Конечно, я проверял масло. Я не идиот».

«Просто спрашиваю», — сказал Дик.

«Что происходит?» — раздался женский голос.

Оба мужчины посмотрели и увидели Дениз Уильямс, дочь Дика, выходящую из-под открытого капота, который заслонил им обзор её выхода с заднего сиденья. Оба мужчины отметили её невысокое, пышное тело, всё ещё в футбольной форме. Эта форма ничуть не скрывала её большую грудь. Её темно-каштановые волосы были распущены из конского хвоста и ниспадали на плечи длинными мягкими волнами. Она посмотрела на двух мужчин поразительными карими глазами, которые, казалось, мерцали от зеленого до голубого в зависимости от освещения. На первый взгляд, она выглядела коренастой, невысокой и широкой. Но при ближайшем рассмотрении и в соответствующей одежде выяснилось, что под широкими плечами и грудью, которая казалась слишком большой для такой невысокой девушки, располагалась узкая талия, а затем бедра, которые в сочетании с плечами и грудью и объясняли её коренастость.

«Ты сломал машину, дядя Дэйв?» — спросила она, уперев руки в бока. Оба мужчины уставились на неё. Они смотрели на неё всю игру. Дэйв смотрел на неё каждый раз, когда она приходила в дом, чтобы увидеть его дочь Синди, которая, по-видимому, всё ещё спала в машине. Дик, её отец, годами смотрел на неё, не веря своим глазам, когда она превратилась из маленькой девочки в молодую женщину, на которую любой мужчина мог бы пялиться.

Она увидела отвращение на лице своего «дяди» и поняла, что он действительно расстроен.

«Насколько всё плохо?» — спросила она теперь уже серьёзно.

«Масло», — коротко ответил Дэйв.

«Или его не хватает», — сказал Дик.

«Ну, залейте ещё», — сказала Дениз. «Я голодна».

===============================

Дэйв закончил разгружать багажник. Он нашёл два литра масла среди спортивного инвентаря, старых газет, которые он забыл отнести в пункт переработки, пледа для пикника, которым они не пользовались много лет и одной очень спущенной запасной шины. Слава богу, запаска им не понадобилась.

Он залил масло и почувствовал, как его обняли за талию. Его дочь проснулась, когда они разбирали багажник и её лучшая подруга рассказала ему всё. Она ничего не сказала и он знал, что она просто пытается его утешить.

Он закрыл крышку и опустился на одно колено, чтобы заглянуть под машину. Он увидел, как медленно начинает капать масло и понял, что произошло. На парковке после игры он попытался проехать вперед через пустое место перед машиной. Он забыл о бетонном ограждении из шин, и его движение вперед перенесло машину через него. Все в машине слышали хруст и скрежет металла, ударяющегося о бетон, но он подумал, что это просто рама.

Оказалось, это был масляный поддон.

«Мы должны ехать!» — закричал он. «Там течет! Давайте!»

Все забрались в машину и он завёл её. Стук раздался сразу, но он включил передачу и поехал вперед. Он хотел ехать быстро, чтобы быстро куда-то добраться, но знал, что работа двигателя на более низких оборотах нанесет меньше вреда. Они были посреди пустыни, срезая путь по просёлочным дорогам... по крайней мере, так казалось на карте. Он не помнил, видели ли они какое-нибудь движение, но точно знал, что уже довольно давно никого не обгонял и его самого не обгоняли.

Дик вскрикнул от накопившейся тревоги, увидев впереди знак.

«Фланнери — 1 миля», — гласила надпись.

Дик схватил карту и поднёс к ней нос на два дюйма.

«Мы на 79-й, верно?» — спросил он.

Дэйв кивнул, но не отрывал глаз от дороги.

«Я не вижу на карте места под названием Фланнери», — сказал Дик.

Стук усилился и стал более низким.

«Надеюсь, оно там должно быть», — прорычал Дэйв.

«Давай, папочка!» — раздался голос Синди, отчитывая его за ругательства. Он проигнорировал её.

Впереди виднелся силос и небольшая группа зданий. Выцветшая вывеска гласила: «Фланнери — неинкорпорированный**», затем знак железнодорожного переезда, а потом сам город Фланнери, состоящий из зернового элеватора и семи других зданий. Одно из них было заправкой. Дейв более или менее направил машину туда и поморщился, услышав, как что-то начало греметь под капотом. Как будто двигатель знал, что выполнил свою работу... доставил их в цивилизацию... он испустил последний вздох и заглох с серией рывков и вибраций, которые сотрясли всю машину.

======================================

К группе тяжело двинулся мужчина в комбинезоне. На нем была бейсболка, которая когда-то была красной, но теперь приобрела неопределенный бордовый цвет, в основном из-за смазки, которая почти полностью скрыла красный. В одной руке он держал тряпку, тоже жирную. Он часто вытирал ею руки. Наблюдатель мог заметить, что иногда тряпка пачкала ему руки жиром, вместо того чтобы вытирать их.

«У вас тут какие-то проблемы?» — спросил он, махнул рукой перед лицом, чтобы сдуть дым и выхлопные газы, валившие из-под капота машины.

«Кажется, я во что-то врезался и пробил масляный поддон», — сказал Дэйв.

«Хмммм», — сказал мужчина. «Не стоило этого делать».

Дэйв посмотрел на Дика, который пожал плечами, как бы говоря: «Ну... он прав».

«Здесь есть механик?» — спросил Дэйв.

«Это я», — ответил мужчина. «Привет, я Джимми Джо». Он протянул руку, покрытую смазкой.

Дэйв всё равно пожал её. В таком маленьком месте не могло быть больше одного механика и он не хотел начинать с плохого.

«Дэйв Томпсон», — сказал он и тут же представил всю группу мужчине. Он чувствовал себя глупо, но закончил. Джимми Джо уделил дополнительное время осмотру девушек и радостно улыбнулся, когда каждая из них пожала ему два пальца.

«Она заведётся?» — спросил Джимми Джо.

«Я как-то сомневаюсь», — сказал Дэйв. «Ключ вставлен».

Джимми Джо сел, повернул ключ и прислушался, как двигатель медленно крутится, но не заводится. Он снова вышел, покачав головой.

«Выглядит неважно», — сказал он. «Помогите мне оттолкнуть её туда и я проверю, насколько всё плохо».

Трое мужчин толкали машину, пока Синди управляла ею и в итоге оказались перед открытыми гаражными воротами, которые были частью станции. Джимми Джо взял домкрат и лёг на землю, чтобы установить его. Затем он встал, покачал ручку и закатился под машину на тележке. Он выкатился обратно, подошёл к ящику с инструментами, выбрал кое-что и снова закатился под машину. Через десять минут он выкатился обратно, вытащив за собой масляный поддон. На нём была белая царапина, а от разрыва, похожего на трещину, стекало влажное масло. Он встал, поднял поддон и заглянул внутрь. Затем он засунул палец внутрь и провёл им по дну. Он протянул палец Дэйву, чтобы тот посмотрел.

«Видишь всю эту красивую блестящую серебристую штуку?» — спросил он. «Это металлическая стружка от твоего двигателя. В масляном поддоне ей быть не должно!» —

Дэйву хотелось кричать. Конечно, металлической стружки в масляном поддоне быть не должно. Любой идиот это знает!

— беззаботно продолжил Джимми Джо. — Плохая новость в том, что твой масляный поддон нужно заменить. Хорошая новость в том, что новый масляный поддон будет установлен на новом двигателе, который тебе понадобится.

— Где, черт возьми, я должен достать новый двигатель здесь?! — закричал Дэйв, его раздражение зашкаливало.

— Я позвоню Лестеру, — сказал Джимми Джо. — Он вроде как наш поставщик запчастей в этих краях. У него может быть что-то подходящее для твоей машины. — Джимми Джо услужливо улыбнулся. — Конечно, это будет подержанный двигатель, но, честно говоря, я даже не знаю, куда позвонить, чтобы достать совершенно новый двигатель.

—Как долго? — спросил Дэйв, готовясь к новым плохим новостям.

«Чтобы это починить?» — спросил Джимми Джо.

«Э-э... да», — ответил Дэйв напряженным голосом.

«Ну», — сказал Джимми Джо, почему-то глядя в небо, — «если у Лестера что-нибудь есть, может быть, пару дней».

Дэйв моргнул. Это было не так уж плохо. Он посмотрел на Дика. Дик посмотрел на Джимми Джо, а затем сказал: «Почему бы тебе не позвонить Лестеру, пока мы разговариваем?»

=======================================

Разговаривать было не о чем. Было очевидно, что они никуда не поедут в ближайшее время, если только не смогут взять машину напрокат. Быстрый вопрос Джимми Джо, пока он разговаривал по телефону с Лестером, показал, что этого не произойдет. Девочки немного поспали в машине, но все еще устали после игры, а до дома еще три часа езды. Уже темнело. Синди, которая тихо слушала, потянула отца за рукав рубашки.

«Папа, там есть мотель», — сказала она, указывая.

Дэйв и Дик повернулись, чтобы посмотреть. За рядом деревьев стоял старинный мотель в форме буквы «L», с рядами номеров, образующих две стороны буквы «L», и офисом в углу. Рядом с грунтовой подъездной дорогой стояла выцветшая вывеска. Буквы едва различимы были, но на них было написано «Королевский мотель». Под ней висела меньшая деревянная вывеска. Подвешенная на одном из двух крючков и слегка колыхающаяся на ветру, она гласила: «Свободно». Рядом с офисом стояла одна машина, но она была ржавая и потрёпанная. Судя по виду, она могла стоять там годами.

«Не думаю, что она сейчас открыта», — сказал Дэйв.

Джимми Джо, снова разглядывая девушек, поковылял обратно к группе и сказал им, что Лестер почти уверен, что сможет найти двигатель, который подойдёт к машине. Он точно узнает об этом утром. Они снова спросили его о прокате автомобилей, но он сказал, что все машины в городе принадлежат тем, кому они нужны. Он всех ошеломил, предложив переночевать в мотеле «Королева», что, очевидно, подразумевало обветшалое место, на которое указала Синди. В городе не было ресторана, но магазин будет открыт утром, и они смогут купить там что-нибудь поесть.

«Но я уже проголодалась!» — простонала Дениз.

«У меня есть шоколадные батончики на станции», — предложил Джимми Джо. «Они не слишком старые... может быть, пару месяцев».

«А где ты собираешься поесть?» — спросила Синди, пуская в ход своё обаяние.

Джимми Джо посмотрел на неё откровенно. «Я ем со своей подругой Мэгги. Подозреваю, она сильно разозлится, если я приведу домой кучу незнакомок... особенно двух таких девушек, как ты. Она может мне не разрешить... то есть, она может рассердиться». Он нахмурился. «Может, у папы, который живёт в Квинсе, что-нибудь есть. Я знаю, что в его комнатах есть кухонная утварь... кастрюли, сковородки и тому подобное. Я сам там живу, в одной из его комнат. Возможно, он сможет что-нибудь тебе продать».

=========================================

В конце концов, они ничего не могли сделать. У них не было багажа. Их поездка планировалась как подготовка к игре, которая представляла собой товарищеский матч между футбольной командой их города и командой города из соседнего штата. Они были «городами-побратимами» в рамках программы, начавшейся несколько десятилетий назад, когда одна из сестер-близнецов вышла замуж и была увезена своим новым женихом жить в их город. Сестры хотели увидеться, поэтому они начали кампанию по установлению официальных, хотя и редко поддерживаемых, отношений между двумя городами.

Предполагалось, что поездка займет четыре часа, игра и четыре часа обратно. Остальная часть команды ехала на школьном автобусе, но Дэйв и Дик хотели пойти посмотреть игру своих дочерей, и девочки поехали с ними, а не на автобусе.

Дверь кабинета открылась у него под рукой и Дэйв вошел, и увидел старинный настольный звонок, лежащий на пыльном столе. Он ударил по нему ладонью и тот громко зазвонил.

Ничего не произошло.

Они слышали звук телевизора из-за стены за столом. Он снова и снова звонил в звонок, пока не разозлился настолько, что начал бить по нему снова и снова. В конце концов Дик остановил его, схватив за запястье.

«Телевизор слишком громкий. Они тебя не слышат», — сказал он.

Синди взяла дело в свои руки, просто обойдя стол и пройдя через занавешенную дверь в стене. Дейв почувствовал укол беспокойства и бросился за ней. Он уже собирался подойти к занавеске, когда она шевельнулась, и Синди вернулась, за ней следовал мужчина, выглядевший таким же дряхлым, как и сам мотель.

Ему было лет семьдесят или восемьдесят и он шел шаркающей походкой. Из ушей у него торчали два огромных слуховых аппарата, и Дейв услышал пронзительный визг, когда мужчина неуклюже возился с регуляторами на каждом из них.

«Не знал, что у меня посетители», — прохрипел он. Он улыбнулся, показав поразительно белые и ровные зубы, которые, должно быть, были протезами. Они принадлежали человеку на пятьдесят лет моложе. Он, шаркая ногами, подошел к столу и встал, глядя на них, явно ожидая.

«Нам нужна комната», — сказал Дик.

«Комната?» — спросил мужчина, наклонившись вперед. «Конечно, у нас есть комната. Это же мотель!»

«Нам нужна комната», — сказал Дик гораздо громче.

«Хорошо», — сказал мужчина, как будто было решено что-то важное. Он вытащил перед собой большую книгу в тканевом переплете и открыл ее. Пыль взлетела во все стороны, когда обложка с грохотом упала на стол. Он пролистал несколько страниц, пока не нашел одну, заполненную лишь наполовину. Опытными руками он повернул книгу на пол-оборота и подтолкнул её к Дику.

«Зарегистрируйтесь прямо здесь», — сказал он.

«У вас есть бассейн?» — спросила Синди.

«Правила?»(игра слов пул-бассейн и рул-правила) — спросил старик, снова наклонившись вперед. «Не беспокойте других гостей. Это моё единственное правило».

«Нет», — сказала Синди. «Я спрашивала, есть ли у вас бассейн!»

«О, бассейн!» — усмехнулся мужчина. «Там есть один, но его давно не наполняли. Мне бы пришлось его чистить и все такое. Как долго вы остаетесь?»

«Две ночи», — сказал Дэйв.

«Сегодня?» — спросил мужчина с разочарованным видом. «Если вы остаетесь только на ночь, то все эти хлопоты не стоят того».

«Нет, нет», — закричал Дэйв. «Две ночи... Может быть!»

«О», — сказал мужчина, снова теребя свои слуховые аппараты. «Черт возьми, батарейки совсем быстро разряжаются». Он поднял глаза. «Попробую посмотреть завтра. Но ничего не обещаю. Даже несмотря на то, что у нас колодец, чтобы наполнить его, потребуется почти сутки, так что, возможно, это все равно не стоит усилий».

Дик закончил писать в бухгалтерской книге и повернул её обратно. Старик вгляделся в неё.

«Всего одна комната?» — спросил он, снова посмотрев на них. «Вы все официально женаты... верно? Я не допускаю никаких шалостей в своём доме».

Оба мужчины выглядели шокированными, а обе девушки захихикали. Синди прижалась к отцу справа, обнимая его.

«Он мой папа!» — закричала она.

Старик посмотрел на неё и облизнул губы. «Ага... конечно», — сказал он. «Как скажешь. Но все вы в одной комнате?» Его глаза на несколько секунд заблестели, и на губах появилась полуулыбка.

Затем он пожал плечами. «В любом случае, наверное, так лучше. У меня есть только одна комната, достаточно хорошая для таких, как ты. Есть телевизор и всё такое». Он гордо улыбнулся. «Кабель тоже подключен, от спутниковой тарелки Джимми Джо».

==================================

Комната соответствовала внешнему виду мотеля.

Комната состояла из четырех стен с облупившимися обоями и двух кроватей, размером, который раньше назывался «двуспальной люкс», то есть на шесть дюймов шире двуспальной и примерно на фут уже, чем кровать размера «queen-size». Цвет ковра определить было невозможно, но это было из-за возраста, а не из-за пыли — его совсем недавно пылесосили. Большую часть света обеспечивали настольные лампы, свет от которых проникал сквозь пожелтевшие абажуры, которые в прошлые годы были белыми. Телевизор представлял собой 13-дюймовый цветной телевизор Sylvania, который, вполне возможно, сошел с конвейера, когда девочки, которые на него смотрели, появились на свет. Только микроволновка, стоявшая на столешнице у раковины, еще блестела, но свет внутри не загорался, когда Синди нажимала кнопку, открывающую дверцу. Дик, которому нужно было справить нужду, обнаружил, что в ванной комнате стоит ванна на ножках и унитаз с огромной круглой серебряной ручкой на передней части бачка. Зеркало было передней частью белого металлического ящика на стене, который открывался, обнажая тонкие металлические полки внутри, на которых кто-то, когда-то, в далеком прошлом, оставил зубную щетку, которая не гнулась, не двигалась, не шевелилась и не делала ничего такого, что, как утверждалось, должна делать зубная щетка, изготовленная за последние десять лет, кроме как просто чистить зубы(видимо имеется ввиду, что от щётки ожидали моторчика).

Но не было ни паутины, ни мышиного помета, ни каких-либо других признаков того, что в комнату не заходили уже десять лет. Шлепок по одному из покрывал не поднял облака пыли, как ожидал Дэйв.

Короче говоря, комната была обшарпанной, но чистой. В то время как взрослая женщина сморщила бы нос и бросила бы гневный взгляд на мужчину, снявшего эту комнату, девушки, стоявшие в ней, сочли её «очаровательной» и почти одновременно решили, что это превратилось в приключение. Мужчины огляделись и как мужчины решили, что если есть кровать и телевизор, то это все, что им нужно.

«Где пульт?» — спросила Дениз, оглядываясь вокруг, где стоял телевизор.

Все повернулись к старику, который, казалось, не услышал её вопроса. Она попыталась снова.

«Пульт?» — усмехнулся хозяин. «Да, это маленький пульт, но у нас тут хороший городок. Не так много гостей, но мы неплохо справляемся». «Здесь тихо и спокойно».(игра слов: ремот-пульт дистанционного управления и ремот-примитивизация слов литтл-ремот - удалённый городок/деревня)

—«Нет», — нетерпеливо ответила Дениз. — «Пульт от телевизора!» Она указала на телевизор и изобразила, как нажимает кнопки на ладони.

Он кивнул головой. — «Ну, у нас здесь, вдали, нет обычного телевидения. Как я уже сказал, мы подключились к спутниковой антенне Джимми Джо. Вам придется смотреть то, что он смотрит, но вы всё равно выглядите уставшими. Наверное, вы просто хотите лечь спать». Он ухмыльнулся девушкам и захихикал, словно пошутил. Затем повернулся и, шаркая ногами, направился к двери. Он вышел, оставив её открытой.

— «Глухой как пробка». «Вот почему он думает, что здесь так тихо», — прокомментировал Дэйв.

Дениз наклонилась, чтобы взглянуть на панель управления телевизора. Дэйв уставился на её ягодицы. Даже в свободных форменных шортах, которые она носила, её ягодицы выглядели круглыми и упругими. Он всегда думал, что она вырастет красавицей и покорит сердца, когда повзрослеет. Он почувствовал неприятное ощущение в паху и отвернулся, когда Дениз нажала кнопку на панели управления.

Комната внезапно наполнилась шипящим статическим шумом и экран телевизора превратился в «снег» на чёрном фоне.

«Отлично», — сказала она раздражённо. «А где переключатель каналов?»

Синди наклонилась рядом с ней и теперь Дэйв увидел две пары женских ягодиц. Неприятное ощущение в паху усилилось. Он задавался вопросом, как он может смотреть на ягодицы собственной дочери и возбуждаться. Это происходило последние два-три года, по мере того как его дочь росла и превращалась в молодую женщину. Он отвел взгляд, глядя на Дика, который тоже пялился, не совсем отвиснув челюсть, на ягодицы девушек. Вместо того чтобы расстраиваться из-за того, что его лучший друг пялится на попу его дочери, Дэйв почувствовал себя как-то лучше. Может, он все-таки не такой уж извращенец.

Звук сменился с шипения на явные звуки женского оргазма и оба мужчины вздрогнули и уставились мимо девушек на экран, который превратился в изображение пениса, снятого крупным планом, как он входит и выходит из влажной вагины.

Обе девушки встали и отступили назад, заинтересованно глядя на экран. Сцена сменилась на широкоугольный кадр, где мужчина сверху на женщине трахает её так, будто завтра не наступит. Громкость была достаточно высокой, чтобы это мог услышать даже владелец мотеля, и женщина ясно давала понять, что хочет еще сильнее и глубже.

Дик двинулся первым, бросившись к телевизору и бешено нажимая на кнопки, пытаясь при этом заслонить экран рукой. Девочки захихикали и отступили на шаг назад.

«Папа, ты мешаешь!» — пожаловалась Дениз.

«Как, черт возьми, переключить канал?» — выдохнул Дик. Он уже нажал три кнопки, и ничего не произошло. Наконец он нажал кнопку включения/выключения, и экран уменьшился до белой точки на черном фоне, а затем погас.

«Ну, думаю, мы знаем, что любит смотреть Джимми Джо», — захихикала Синди.

«Совершенно неприлично!» — заявил Дэйв, нахмурившись. «Мне жаль, что вам, девочки, пришлось это увидеть».

«Что увидеть?» — спросила Синди, ухмыляясь. «Я не могла точно сказать, что это было. Что это вообще было?»

Отец нахмурился.

«Ты знаешь, что это было и ты знаешь, что я не одобряю, когда ты смотришь такое».

Синди повеселилась и она попыталась выглядеть пристыженной.

«О, хорошо. Ничего страшного. Мы с Дениз уже знаем все жизненные реалии». Затем, как и подобает женщине, она сменила тему. «Теперь о еде. Я умираю от голода».

Дик встал, стараясь не обращать внимания на телевизор. «Да!» — сказал он. «Я тоже голоден. Что скажете, попробуем найти магазин? Где-то здесь наверняка есть магазин. Надеюсь, он еще не закрыт».

«Вы двое, идите», — сказала Дениз. «Я пойду прилягу. У меня все еще болят ноги после игры».

Синди посмотрела на свою подругу, приподняв одну бровь и сказала: «Да, я тоже. Мы просто останемся здесь и отдохнем, пока наши большие, сильные папочки пойдут и поохотятся на лося или что-нибудь еще».

«В радиусе пятисот миль отсюда нет ни одного лося», — сказал Дэйв, глядя на свою дочь.

«Ну тогда поохотьтесь на кролика или что-нибудь еще, но ваши любимые дочки умирают от голода, а вы — мужчины в семье, так что ваша задача — накормить нас». «Идите же», — сказала она, выгоняя их за дверь. «Идите охотиться, или собирать урожай, или чем бы вы там ни занимались, большие сильные мужчины».

====================================

Синди стояла у занавески, выглядывая сквозь неё и наблюдала, как её отец и её «дядя» выходят на дорогу. «Ладно, они ушли», — сказала она.

Она обернулась и увидела, что Дениз уже включает телевизор. Она нашла кнопку регулировки громкости и нажала её, пока уровень шума значительно не снизился. Сцена, которую они видели, закончилась и теперь на экране был бассейн, а молодой человек с сеткой на длинной палке ходил вокруг него. «Пожилая» женщина загорала на шезлонге и отдавала приказы работнику бассейна. В том числе она приказала ему намазать её солнцезащитным кремом, что он с большим энтузиазмом и сделал. Когда он засунул руки под купальник женщины, она сделала вид, что ругает его. Он пытался его остановить, но ничего не делал, чтобы помешать его действиям. К тому времени, как Дэйв и Дик нашли то, что, как им показалось, было универсальным магазином и потянулись к дверной ручке, их дочери с волнением наблюдали, как работник бассейна раздевает «хозяйку дома» и засовывает свой невероятно большой член в её изрядно потрёпанную вагину.

===================================

Дэйв потянулся к дверной ручке, глядя на картонную табличку в окне двери, на которой выцветшими красными заглавными буквами было написано «ОТКРЫТО». Как только его рука коснулась ручки, табличка словно соскользнула от него в магазин и перевернулась, показав выцветшими чёрными заглавными буквами «ЗАКРЫТО». В то же время он услышал щелчок и почувствовал вибрацию засова, который откидывался у него в руке. Ручка не повернулась, когда он попытался.

Он быстро и настойчиво постучал по стеклу и увидел, как табличка снова двинулась. Там было женское лицо всматриваясь в него.

"Пожалуйста!" - крикнул он, "нам нужна еда!"

Вывеску отодвинули в сторону, и на них уставились два глаза. Дейв автоматически отступил назад, чтобы она видела, что он это делает. Вывеска опустилась обратно, на ней по-прежнему было написано «ЗАКРЫТО», но дверь приоткрылась примерно на пять дюймов.

«Мы закрыты», — сказал женский голос.

«Пожалуйста», — снова сказал Дейв. «У нас сломалась машина, она в ремонте. Мы остановились в мотеле неподалеку и нам нечего есть. Нам нужна только еда».

Дверь открылась шире и в поле зрения появилось лицо. Женщина была блондинкой, но было довольно ясно, что это не её натуральный цвет волос, так как он был желтоватым, почти без оттенка до самых корней.

«Вы остановились у папы?» — спросила она с недоверием. «Правда?»

«По-моему, это называется Мотор-корт Королевы», — сказал Дик, пытаясь помочь.

«Представьте себе», — сказала женщина. «Настоящие платящие клиенты, останавливающиеся у папы́!»

Она открыла дверь.

Светлые волосы цеплялись за тело женщины, которая только-только проходила свой расцвет. Хотя у неё все еще была фигура «песочные часы», это была фигура с хорошо выраженными складками и песок с каждым разом все быстрее опускался на дно песочных часов. У неё была пышная грудь и пышные бедра. На самом деле, все в её теле было пышным.

«Я Мейбл», — сказала она, проводя рукой по волосам. Мужчины поняли, что она много лет не видела незнакомцев. «Парни, заходите, я о вас позабочусь». Её взгляд тут же упал на безымянный палец их левых рук. Она почувствовала трепет, когда увидела, что оба пальца без колец.

Оба мужчины почувствовали, что «о вас позабочусь» для этой женщины означало нечто иное, чем для них. Не то чтобы она была некрасивой или вроде того, но в ней чувствовалась какая-то агрессивность, которая обещала, что, если она зацепит мужчину, ему будет очень трудно вырвать её из него, если он когда-нибудь этого захочет.

«Вы, парни, путешествуете одни?» — спросила она с интересом в голосе.

«Нет!» — ответил Дик, немного слишком быстро и немного слишком громко. Он бросил взгляд на Дэйва. «Женщины в мотеле».

«О», — сказала Мейбл, явно разочарованно. «Это мило». Было очевидно, что она имела в виду совсем другое. Она тут же стала более деловитой. «Ну, еженедельный грузовик должен приехать только завтра и все в городе уже сделали покупки, так что выбор будет невелик, но мы можем вам что-нибудь найти».

«Что-то» оказалось банкой консервированной ветчины Spam, двумя банками вегетарианского овощного концентрированного супа, пакетом картофельных чипсов и пыльной банкой спаржи. Мужчины также взяли полгаллона молока и коробку хлопьев Fruit Loops. На одной из стен стояло достаточно пива, чтобы накормить целую роту жаждущих солдат и Дэйв взял ящик, пытаясь узнать срок годности. Оказалось, это был самый свежий продукт в магазине.

Жители этого городка, возможно, были забыты миром, или, по крайней мере, миром, который не доставляет товары грузовиками через город, но у Мейбл был блестящий, работающий терминал для кредитных карт. Она пробила их покупки на старинном кассовом аппарате, у которого были клавиши, как у старой механической пишущей машинки, которые двигались на дюйм, заставляя маленькие красно-белые флажки с цифрами появляться в окошке на передней панели, а затем ловким движением запястья провела кредитную карту Дэйва. Это было немного похоже на посещение музея, но они ушли с достаточным количеством еды, чтобы накормить четверых голодных, пусть даже это была в основном вредная еда.

«Я живу наверху», — сказала Мейбл, провожая их к двери и поправляя платье на своих внушительных бедрах. «Рядом с дверью есть кнопка. Если вам, ребята, что-нибудь понадобится... просто нажмите кнопку. Что угодно...»

Её приглашение было очевидным и оба мужчины почувствовали легкий трепет страха, выходя за дверь, надеясь, что им не придется возвращаться. Мейбл создала хищническую атмосферу и тревожные сигналы продолжали звенеть, пока мужчины отходили от неё. Тем не менее, они застряли в этом городе и им, возможно, придётся вернуться, поэтому Дэйв выдавил из себя улыбку.

«Большое спасибо», — сказал он. «Вы нас спасли и мы очень это ценим».

Её улыбка обнажила белые зубы. «Без проблем. Что угодно. Я прямо наверху».

Дэйв поклялся, что она попыталась пошевелить перед ними грудью и быстро повернулась, чтобы уйти. Дик был рядом с ним.

========================================

Они были в двадцати ярдах друг от друга, когда Дик тяжело вздохнул. «Черт, эта женщина опасна!» — пробормотал он себе под нос.

«Ты так думаешь?» — усмехнулся Дэйв. «В этом городе люди такие дружелюбные». Он рассмеялся. «Ты мог бы там, за дверью, чистить трубы.*** А ты что делаешь здесь со мной?»

Дик легко перешел на непринужденный мужской язык. «Что? У меня финансовые трудности. Признаю. Но я не настолько нуждаюсь!»

Дэйв усмехнулся. «Не знаю», — сказал он. «Это лучшее предложение, которое ты получал за... ну... по крайней мере, за последний месяц-два».

«Это единственное предложение, которое я получил за последние месяц-два», — засмеялся Дик. «Знаешь что? Ты мой лучший друг. Я отступлю и позволю тебе забрать её. Вот насколько важна для меня наша дружба»."

Так продолжалось, как и подобает двум друзьям, которые часто шутили в таком ключе, играя в гольф, рыбача или занимаясь другими делами, в которых им было комфортно вместе.

Когда разговор зашёл о «согревании постели», Дик остановился.

«Мне только что кое-что пришло в голову», — сказал он. Дэйв остановился и посмотрел на друга. Дик нахмурился. «Что мы будем делать сегодня вечером?»

Дэйв уже думал об этом, хотя и не до конца продумал. Была смутная, мимолетная фантазия о том, чтобы спать с Дениз, но он отбросил её. Он был должен Дику гораздо больше, чем просто думать об этом. Мысли о том, чтобы спать со своей дочерью, были не намного лучше. Дома ни один из них не стеснялся. Она часто ходила в бюстгальтере и трусиках, или только в футболке и трусиках, а он часто надевал боксеры по вечерам. Когда его жена, Труди, ушла, оставив его воспитывать дочь, они вместе стали выжившими**** и сблизились в этом плане. Они были против всего мира и оба гордились тем, что им удалось стать семьей с одним родителем.

И все же, когда она выросла в прекрасную молодую женщину, Дэйв не мог игнорировать это и у него были к ней чувства, которые, как он знал, были совершенно неуместными. Он до сих пор помнил, как учил её пользоваться тампонами и видел её юную вагину, в которую нужно было это вставить. Её грудь тогда была всего лишь бугорками с неоформленными сосками, похожими на клубничные, но её вагина выглядела уже взрослой, когда картонная трубочка проникала внутрь. Для отца вид вставляемого тампона был подобен мысли о мальчике, изливающем свою сперму в нее, и когда она вынула пустую картонную трубочку и доверчиво улыбнулась ему, гордясь своим успехом, ему стало ужасно, глядя на эти восхитительные губы вагины с этой ниточкой, свисающей с них. С тех пор видеть, как она ходит полуголая, было достаточно плохо. Он прекрасно понимал, что сон с ней в одной постели повлияет на него так, как он не стал бы гордиться.

В то же время, он не мог признаться своему лучшему другу, что испытывает влечение к обеим девушкам.

«Может быть, нам с тобой лучше спать в одной кровати, а им в другой?» — предложил он.

Дэйв не знал, что жизнь Дика была поразительно похожа на жизнь его лучшего друга. Ему не приходилось учить Дениз женской гигиене. Валери, её мать, позаботилась об этом во время одного из своих редких визитов из штаб-квартиры компании, где она была восходящей звездой. Вот почему она не вышла за него замуж, когда он её оплодотворил. У неё были планы и они не включали в себя роль матери на полную ставку. Она согласилась родить ребёнка и внести его имя в свидетельство о рождении, чтобы ему не пришлось её удочерять, и она навещала его время от времени, но на этом всё.

Ещё одно отличие заключалось в том, что в их доме не было такого же небрежного отношения к оголённости. Дениз всегда ходила полностью одетой, а он носил халат, но даже при этом пышное тело его дочери не ускользало от его внимания. Возможно, именно поэтому он склонен был сосредотачиваться на Синди, дочери своего лучшего друга. Вожделение её, с её шелковистыми волосами и стройным, но всё же женственным телом, не казалось таким уж плохим. Он любил, когда она была в доме или у них, потому что мог видеть её острые соски, просвечивающие сквозь одежду. В постели, в одиночестве ночью, ему было трудно решить, о чём думать, когда он пытался разрядиться. Как и Дэйв, он знал, что, если он будет спать со своей дочерью, нежелательные мысли будут мешать сну. А если он переспит с Синди, он может кончить прямо в шорты.

И, как и Дэйв, он не мог признаться во всем этом своему лучшему другу.

«Наверное, да», — согласился он. «Так, наверное, будет лучше всего».

Если бы кто-нибудь из них услышал, что происходит в номере мотеля, они, возможно, подумали бы иначе.

ГЛАВА ВТОРАЯ

На порно-станции Джимми Джо начался показ нового фильма. Он назывался «Турнир по отбиванию мяча». Они громко смеялись, наблюдая, как женщины лет двадцати пяти, играющие роли школьниц, расхаживают по футбольному полю, пытаясь ударить по мячу, в то время как их отцы, которые были всего на пять-шесть лет старше женщин, рассказывают о том, как тяжело их дочерям учиться в старшей школе и как они беспокоятся за их непорочность. Все кадры, где женщины играют в «футбол», были с болтающимися грудями, ягодицами и волосами. Мужчины, обсуждая своих «звезд школьного футбола», почему-то потирали промежность.

Синди и Дениз чуть не расплакались от смеха, но замолчали, когда один из отцов начал массировать «болящие ноги» своей дочери после игры, в уединении собственного дома. Когда «папа» предположил, что ей мешает форма, она кокетливо сняла её, вместе со спортивным бюстгальтером и трусиками, почему-то, и легла на кровать.

Было очевидно, к чему всё идёт. Дениз и Синди видели, как три разных придурка трахали три разные вагины, пока их отцы ходили искать что-нибудь поесть. Теперь, когда член «папы» выскользнул из халата прямо на глазах у «дочери» и «дочь» облизнула губы, Синди протянула руку и нажала кнопку выключения.

«О боже, это просто ужасно!» — взвизгнула Синди.

«Эй!» — пожаловалась Дениз.

«Я не могу на это смотреть!» — сказала Синди. Она покраснела. «Я раньше спал в одной кровати с папой!»

«Ты делала это?!» «Ты мне этого никогда не говорила!» — воскликнула Дениз.

«Это было очень давно», — сказала Синди, небрежно махнув рукой. «Он заставил меня спать в своей кровати, когда у меня начались месячные». Она неловко заерзала в своей форме. Соски покалывали и ей хотелось снять спортивный бюстгальтер и пощипать их. Она ненавидела бюстгальтеры и носила один только во время игр, а в остальное время обходилась без него, если это было возможно.

В глазах Дениз читалась какая-то отрешенность, которую Синди хорошо знала. У Дениз было три парня на поводке. Она позволяла им заигрывать, но не очень много. Разрешалось только прикасаться к груди. То же самое относилось и к Синди, за исключением того, что её только что расставшийся парень хвастался своим друзьям, что она позволяет ему гораздо больше. Когда она узнала об этом, она бросила его, а затем объяснила причину. Он обвинил её в фригидности и она порвала с ним отношения. «Я ищу хороший, крепкий член», — сладко сказала она, наклоняясь к нему. — «Но не такой, как ты!»

Поскольку девушки регулярно обсуждали свою личную жизнь и были "один за всех и все за одного", они договорились придерживаться тех же правил и в отношении мальчиков. В тринадцать лет они обе поклялись заключить двойной брак, желательно с идентичными близнецами и провести медовый месяц вместе, потеряв девственность бок-о-бок. В то время это была дикая, бушующая гормоны мечта, когда они мастурбировали вместе в спальне Синди во время одной из своих почти еженедельных ночевок.

С тех пор, конечно, здравый смысл отодвинул эту клятву на второй план. Обе девушки с теплотой вспоминали об этом, но уже не ожидали, что это действительно произойдет.

Но, поскольку обе девушки регулярно обсуждали свою личную жизнь, обе в тот или иной момент выражали, как сильно они ценят отцов друг друга. «Дядя Дэйв» и «Дядя Дик» были самыми крутыми отцами на свете, и оба, по мнению их «племянниц», были еще и красавчиками. Конечно, они постоянно визжали и спорили друг с другом по этому поводу, но обе втайне гордились тем, что другая считала своего отца красивым. Обе девочки тоже считали своих отцов красивыми.

«Я знаю, о чем ты думаешь», — сказала Синди, увидев выражение лица своей лучшей подруги. «Ты не можешь его забрать. Он мой».

Взгляд Дениз прояснился, и брови поднялись. «Но я думала, ты не хочешь это видеть!» — сказала она, указывая на телевизор.

«Он не такой мой!» — сказала Синди, краснея. «Но тебе он так же не подойдёт!»

«Ой, да ладно», — вздохнула Дениз, видя способ подколоть подругу. «У него нет девушки и он больше не спит с тобой». Она усмехнулась.

«Ага?» — сказала Синди, подпрыгивая на наживку. «И как бы ты себя чувствовала, если бы я позволила твоему отцу сделать это со мной?» Она тоже указала на телевизор.

«Мммм», — сказала Дениз, внезапно почувствовав, как её собственные соски жаждут внимания. «Это было бы так неприлично».

=====================================

Дэйв и Дик подошли к своей комнате. Дверь все еще была открыта. Оба ругались после прогулки в жару и подумали, что девушки просто оставили дверь открытой, чтобы проветрить комнату. Последние сто метров они молча шли, не разговаривая друг с другом. Именно поэтому, а также потому, что Синди выключила телевизор, они слышали разговор девушек, когда те подошли к открытой двери.

====================================

"Прекрати", - сказала Синди, нахмурившись. "Не дразни меня так. Ты же знаешь, что я только что рассталась с Рэнди. По крайней мере, у тебя еще есть Джон, Ник и Тед, с которыми ты можешь поиграть со своими мерзкими маленькими сосками!"

Дениз поняла, что перехитрила подругу, и отступила.

«Знаю, и мне очень жаль. Рэнди был придурком».

«Ты настолько сожалеешь, чтобы одолжить мне Теда?» — спросила Синди, почувствовав себя лучше.

«Нет», — тут же ответила Дениз. «Но, в отличие от тебя, я бы поделилась с тобой своим папочкой». Она усмехнулась.

Синди заговорила слишком громко. «Я не могу поверить! У тебя три парня, которые играют с твоей грудью и ты всё ещё хочешь спать с моим отцом?!»

Дениз не раскаялась. «Я сказала, что поделюсь с тобой и своим отцом! Не вымещай это на мне только потому, что Рэнди утверждал, что лишил тебя девственности!» Она продолжила: «И это ты выключила этот фильм». «Думаю, ты без ума от своего собственного папочки!»

====================================

Оба мужчины замерли, отвиснув челюсти, потрясенные до глубины души услышанным.

Дик почувствовал, как в нем закипает гнев от того, что, по словам Синди, трем парням было позволено трогать сладкую грудь его дочки! Затем предложение дочери «поделиться» ИМ с Синди обрушилось на него, взорвавшись, как фейерверк.

Дейв, услышав, что эта соблазнительная молодая девушка, лучшая подруга его дочери и его собственная любимая фантазия, хочет переспать с ним, испытал примерно такое же воздействие на свой собственный мозг. Дополнительная информация о том, что какой-то парень пытался лишить девственности его милую дочь... и потерпел неудачу... заставила что-то внутри него закипеть, и его тело грозило обмякнуть. Он рефлекторно сжал руками бумажный пакет, который лежал в них, и бумага зашуршала.

====================================

"Не надо!" — громко сказала Синди. — "То, что мы говорим об отцах друг друга, не значит, что мы должны что-то с этим делать!"

"Эй!" — сказала Дениз. — "Мне только что кое-что пришло в голову!"

"Наверное, о папином пенисе!" — фыркнула Синди.

— "Я серьезно!" — сказала Дениз. — "Здесь всего две кровати."

Повисла многозначительная пауза.

"О боже!" — воскликнула Синди, — "Ты права!"

"Похоже, ты все-таки снова сможешь спать со своим папочкой", — сказала Дениз, в голосе которой звучали двусмысленные намеки.

«Я не могу этого сделать!» — простонала Синди.

«Я знала!» — взвизгнула Дениз. «Ты же без ума от собственного отца!»

«Это не так!» — настаивала Синди. «Я любила спать с ним, когда была маленькой. Он был такой теплый и так приятно пах. Я чувствовала себя в безопасности!»

«Я понимаю, о чем ты говоришь», — сказала Дениз. «Я засыпала, лежа на диване, пока мы смотрели телевизор. Папа нес меня в постель. Мне это нравилось. Он казался таким сильным. Я всегда мечтала, чтобы он положил меня в свою кровать, но он никогда этого не делал».

«Правда?» — спросила её подруга. «Я думала, что я одна так чувствую».

«Прости, что поддразнила тебя», — сказала Дениз, снова лучшая подруга своей лучшей подруги. «Что мы будем делать? Нам всем нужно где-то спать».

«Не знаю», — сказала Синди. «Думаю, лучше спать с моим отцом, чем с твоим».

«Я знаю!» — сказала Дениз. — Я могу напасть на дядю Дэйва, если мне придётся с ним переспать.

—Не ври! — сказала Синди. — Мы обе девственницы и останемся девственницами до замужества!

— Знаю, — сказала Дениз спокойным голосом. — Но было бы здорово спать с мужчиной... знаешь... просто чтобы посмотреть, каково это. Я имею в виду, это не обязательно должно быть что-то вроде того, что показывают по телевизору. Но это было бы круто! Последовала пауза, и Дениз снова заговорила: — Скажи правду! Ты бы предпочла спать со своим папочкой или с моим папочкой?

—С моим папочкой! — сказала Синди. — Нет! С твоим папочкой!... О... не знаю. Ладно, признаю! У меня есть чувства к обоим. Вот! Теперь ты довольна? —

В таком случае, — сказала Дениз, голос её дрожал от эмоций, — может быть, нам с тобой лучше спать. По крайней мере, ты не сможешь меня оплодотворить. —

Дениз! — взвизгнула Синди.

Раздались хихиканье и тихие удары, когда каждая девушка схватила подушку и начала импровизированный бой подушками.

=====================================

Дэйв почувствовал руку Дика на своем рукаве, потянул его и пошатнулся назад, его замершие ноги отреагировали на потерю равновесия. Дик отвел его обратно к дороге, ближе к зданию.(прим. переводчика: в тексте непонятно, то ли они подошли к двери, то ли к окну комнаты)

— Что, черт возьми, нам теперь делать? — спросил он, задыхаясь.

— О, чувак, — сказал Дэйв, у которого пересохло во рту. — Ты вообще знал об этом?

—Черт возьми, нет, я ничего об этом не знал! — выдохнул Дик. — Моя дочка позволяет трем парням играть с её грудью?!

— По крайней мере, моя малышка все еще девственница, — вздохнул Дэйв, пытаясь найти хоть какое-то утешение в этой ситуации.

— Они обе девственницы, — сказал Дик.

Дэйв почувствовал, как по его телу разлилось облегчение, когда он сосредоточился на этом факте. Он повернулся к своему лучшему другу, его лицо застыло. «Моя дочь хочет спать с тобой!»

Дик, всё ещё пребывавший в смятении от услышанного, понимал, что ситуация опасна. Он схватился за первое, что пришло ему в голову в качестве защиты. «Судя по всему, она тоже хочет спать с тобой».

Дэйв не мог этого отрицать. У него не было времени осмыслить эту информацию. Когда он это сделает, его мир перевернется с ног на голову, а давление поднимется на тридцать пунктов. Но сейчас он думал только о том, что ситуация безвыходная.

«Что, черт возьми, нам делать?» — беспомощно спросил он.

«Мы не можем спать с ними». Голос Дика дрожал. «С кем-либо из них».

«Хорошо!» — сказал Дэйв, чувствуя, как к нему возвращается здравый смысл. «Мы должны придерживаться нашего первоначального плана. Мы в одной кровати, а они в другой».

«Хорошо!» — сказал Дик.

Оба мужчины ухватились за единственный план, который им удалось придумать, чтобы вернуть в ситуацию хоть какой-то здравый смысл.

«Нам лучше туда попасть», — сказал Дэйв.

«Да», — согласился Дик. «Они могут заподозрить нас и прийти нас искать. Мы же не хотим, чтобы они нас здесь увидели».

Любой, кто увидел бы этих двух мужчин, сбившихся в кучу перед дверью номера мотеля... которая не вела в их номер... подумал бы, что они замышляют что-то недоброе. К счастью, никто за ними не наблюдал и когда они пошевелились, оба попытались что-то сделать, чтобы предупредить девушек о своем приближении. К сожалению, мысли обоих мужчин были сосредоточены на сексуальных вещах, поэтому то, что придумал Дик, вероятно, было не самым лучшим решением.

«Вот же мерзавец!» — почти крикнул Дик, когда они подошли к открытой двери своего номера. «Эту женщину нужно посадить на поводок!»

Дэйв сразу понял. «Ты прав, приятель!» — сказал он, как будто папа́ со своими визжащими слуховыми аппаратами пытался подслушать. «Нам повезло, что мы выбрались оттуда в штанах!»

Они, широко раскрыв глаза и побледнев, вошли в номер и увидели Дениз, сидящую на кровати, и Синди, стоящую у раковины. Обе девушки смотрели на мужчин.

«Что случилось?» — спросила Синди.

«Что?» Дэйв ахнул. Его взгляд остановился на молодой, здоровой внешности дочери и в его воображении возникло её обнажённое тело, борющееся с молодым человеком её возраста, который пытался пронзить её красивую киску своим юношеским членом. Он оторвал взгляд от неё и посмотрел на Дениз, которая сидела на кровати, словно ожидая, когда он разденет её и отведёт в постель. Он посмотрел в потолок, защищаясь.

«О чём ты говорил?» — спросила Дениз. «О какой женщине?»

Дик делал то же самое, что и Дэйв. Его взгляд сначала упал на Синди, высокую и стройную, её глаза смотрели на него в ответ, и он подумал, каково было бы лежать с ней в постели. Он оторвал взгляд от неё и остановил его на дочери, которая позволяла мальчикам играть с её обнажёнными сосками. Его взгляд упал на её грудь и он отвёл взгляд, тоже защищаясь.

«В магазине!»— выпалил он. — Женщина... продавала нам всякое... очень нагло!

Дениз нахмурилась. Мысль о том, что какая-то женщина пытается соблазнить её отца, внезапно вызвала у неё чувство неловкости.

==================================

Ни одна из девушек, конечно, не подозревала, что их разговор был подслушан. Поэтому они старались вести себя так, как будто ситуация была совершенно нормальной.

Вот только ситуация была не совсем нормальной. Она была далеко не нормальной... ни для одной из них.

Мужчины неуклюже возились, чрезмерно гордясь скудными запасами еды, которые им удалось раздобыть. Девушки смотрели на «пир» и хотели рассмеяться над своими отцами за их гордость. Но не стали. Вместо этого они начали их дразнить.

«Это ужин?» — спросила Синди, держа в одной руке банку консервов, а в другой — пакет чипсов. «Мы же девочки, а не скот, которого нужно откармливать!»

«Это лучшее, что мы смогли сделать», — заныл её отец. Он пытался сосредоточиться на ужине, а не на том, что они говорили.

«Адаптируйся, импровизируй, преодолевай!»***** — высокомерно сказал Дик, пытаясь сделать то же самое. Он не смотрел ни на одну из девушек, продолжая: — Мы оказались в странных обстоятельствах. Никто этого не планировал. Ты должен радоваться, что в этой помойке вообще что-то есть!

—Знаю, папа, — сказала дочь, вскочив с кровати, чтобы обнять его. — Спасибо.

Дик замер, когда мягкие груди дочери прижались к его груди, а её руки обняли его за шею. Мальчики играли с этими грудями. Это всё, о чём он мог думать. По крайней мере, пока мозг не дал ему понять, что его член затвердел. В полном шоке он задумался, как долго он был в таком состоянии и заметно ли это. Он откинулся назад, стараясь, чтобы дочь этого не почувствовала.

— Я тоже, папа, — вмешалась Синди, крепко обнимая отца. — Мы не будем привередливыми.

Что сразу пришло в голову Дэйву, так это её замечание: — У меня есть чувства к ним обеим. Понятно? Теперь ты доволен?! Хотя он и не чувствовал её груди, его тело всё равно понимало, что она молода, женственна и красива. Её волосы тоже чудесно пахли, и он понял, что у него тоже возникла эрекция.

Для обоих мужчин это было очень давно и они были практически беспомощны.

«Ну тогда приготовим ужин!» — выпалил Дэйв, опуская голову, чтобы вырваться из объятий дочери.

Девушки, не выразив должной благодарности, тоже повернулись, чтобы обнять своих «дядей».

«Да», — прошептала Дениз, прижимаясь грудью к груди Дэйва. «Спасибо, дядя Дэйв».

«Спасибо», — сказала Синди, обнимая Дика. «Мы знаем, что вы сделали всё, что могли».

Оба мужчины расслабились, когда их дочери ушли. Ни один из них не был готов к объятиям другой девушки. К этому времени у обоих мужчин уже была сильная эрекция и обе девушки отчетливо чувствовали её, прижимаясь своими молодыми телами к мужчинам. Обе девушки уже чувствовали подобный бугорок, прижатый к ним раньше, в машине или на танцполе в школе. Обе девушки ясно понимали, что этот бугорок означает, прижимаясь к их животам.

И обе девушки думали, что эти бугорки предназначены для них.

===================================

В номере мотеля царила странная тишина, когда девушки отстранились от своих «дядей» и подошли к стойке. Обе девушки хотели, чтобы мужчин там не было, чтобы они могли рассказать друг другу о том, что произошло... что они чувствовали. Обе девушки были одновременно возбуждены и немного взволнованы. Одно дело говорить о том, что их привлекают эти двое мужчин. Совершенно другое дело — почувствовать в них признаки сексуального возбуждения.

Что касается мужчин, они все еще пытались осмыслить информацию, которая перевернула мир с ног на голову. Одно дело — фантазировать о сексе с дочерью своего лучшего друга. Совсем другое — узнать, что у девушек такие же, или, по крайней мере, похожие фантазии.

Дейв, чья голова неслась со скоростью сто миль в час, по привычке включил телевизор. Громкость была ниже, но действие было примерно таким же, как и в прошлый раз, когда телевизор был включен. В данном случае это была сцена на открытом воздухе: женщина ехала в карете, а возница находился между её ног, с задранной юбкой. Она называла его грязным простолюдином и крепко обхватывала его талию ногами, пока он многократно входил в неё.

Дейв застонал, нажал кнопку переключения каналов и появился помехи. Он продолжал нажимать, пока не увидел, как возница кончает на лобковые волосы дамы. Он яростно нажал кнопку выключения.

Как ни странно, это как раз разрядило обстановку, по крайней мере, для девушек. Синди хихикнула.

«У этого Джимми Джо, конечно, похотливые вкусы», — сказала она, смеясь. «Надеюсь, он так же хорошо чинит машины, как и смотрит порно».

Дениз хихикнула и оба мужчины разочарованно вздохнули. Поскольку стул был только один, одному из них пришлось сидеть на кровати.

=====================================

К тому времени, как еда была готова, на улице уже начинало темнеть. Дик нашел панель кондиционера в длинной коробке под большим окном и попытался с трудом охладить комнату. Воздух, дующий из жалюзи, был прохладнее, чем снаружи, но ненамного. Все потели, пока ели.

«Итак...» — Синди нарушила молчание. «Кто где спит?»

Дэйв откашлялся и внимательно рассмотрел консервированную ветчину «Спам» на вилке.

«Мы с Диком возьмём эту кровать», — сказал он, указывая на кровать, ближайшую к двери. «А вы двое можете взять другую».

«Хорошо», — ответили девушки в унисон. Их лица ничего не выдавали, но мужчины, вероятно, понимали, о чём они думают. Все почувствовали облегчение.

«Мы ничего не взяли, чтобы переодеться», — сказала Дениз.

Никто ещё об этом не подумал.

«Можешь надеть мою рубашку», — сказал Дик.

«Твою вонючую рубашку?» — спросила дочь, скривившись.

«Это всё, что у меня есть», — нетерпеливо сказал отец. «Если хочешь, можешь поспать в своей форме!»

«Она тоже вся вонючая», — сказала Дениз. «Я возьму твою рубашку».

«У меня есть рубашка в багажнике», — сказал Дэйв. «Я положил её туда на случай, если придётся менять шину или что-то в этом роде. Она в пятнах, но чистая».

«Хорошо», — сказала Синди, не выражая беспокойства.

=================================

После скудного ужина самым неловким моментом стало то, что привычные им вечерние занятия были недоступны. Телевизор, похоже, не работал, если только Джимми Джо не переключал канал, чего он, судя по всему, делать не хотел. Не было ни книг, ни игр. Было лето, поэтому не было и домашнего задания. Дейв отдал бы десять долларов за сборник кроссвордов, над которыми они могли бы работать все вместе, но ему не пришло в голову попросить об этом Мейбл.

В общем, им всем было нечем заняться и впереди их ждали долгие часы до сна. По крайней мере, пока они не привыкнут ложиться спать.

Физически девушки были в лучшей форме, чем мужчины, если говорить о жаре, с которой отчаянно боролся кондиционер, но почти безрезультатно. Оказалось, что им лучше держать дверь в комнату открытой, чем закрытой, но они все равно включали кондиционер. Девушки были одеты в свободную футбольную форму, которая, казалось, пропускала воздух. Мужчины же были в брюках и рубашках, тоже довольно свободных, но не очень дышащих. Если бы все они были дома, им было бы удобнее. Но их не было дома.

«Кто-нибудь хочет прогуляться?» — спросил Дэйв, нарушая молчание.

«Почему бы и нет», — ответила Дениз. «Здесь нечем заняться».

Они отправились разгадывать тайны Фланнери. Полчаса спустя они всё ещё искали. Там была прачечная самообслуживания, магазин, заправка, двадцать один дом, три собаки, которые на них лаяли и две, которые не лаяли, а также, пристроенный к зернохранилищу, фермерский магазин с такими грязными окнами, что внутрь ничего не было видно. Единственное, что хоть как-то производило впечатление, — это десятки ржавых старых машин, припаркованных в беспорядке.Эти мужчины проявляли к ним умеренный интерес, потому что были уже в преклонном возрасте.

«Слава богу, мы не местные», — вздохнула Синди, волоча ноги по пыли. Девушки были в кроссовках, которые взяли с собой, чтобы не надевать бутсы в машине. «Я бы просто умерла от скуки, если бы жила здесь. Интересно, чем эти люди развлекаются?»

«Сексом», — ответил Дэйв, не задумываясь. Именно об этом он думал, наблюдая, как девушки покачивают бедрами перед ним, идя по улице. Он покраснел, когда обе девушки повернулись и посмотрели на него с недоумением. «Маленькие городки этим славятся», — слабо произнес он.

Они шли обратно к мотелю, проходя мимо ряда домов.

«Интересно, в каком из них живет подруга Джимми Джо?» — спросила Дениз. «Интересно, как она выглядит?»

«Зачем тебе это знать?» — спросил её отец.

«Не знаю», — сказала Дениз, немного надувшись. «Он меня немного пугает. Какая женщина захочет быть его девушкой?»

—«Это некрасиво», — твердо сказал Дик. — «Каждый заслуживает любви в этом мире. Я думал, я тебя этому учил».

—«Знаю», — простонала она. — «Но ты должен признать... нужна особенная женщина, чтобы хотеть...» Она замолчала. Затем, почувствовав, что все смотрят на нее, добавила: «...ну, знаешь... поцеловать его или что-то в этом роде».

—«Ты имеешь в виду человека, испытывающего финансовые трудности», — сказала Синди, ухмыляясь.

— «Синди!» — предупредил её отец.

— «Хорошо, хорошо», — сказала она, поворачиваясь и отступая назад. — «Почему у тебя нет девушки, папа?» — спросила она. — «Я постоянно хожу на свидания, а ты никогда».

Упоминание свиданий вернуло в его сознание образ её парня — к счастью, бывшего парня — пытавшегося залезть ей между ног. Дейв отогнал этот образ, вспомнив последнюю женщину, с которой он встречался. Её звали Хелен и она очень хотела выйти замуж!

«Все женщины, которых я встречал, хотят выйти замуж», — сказал он. «Я немного опасаюсь этого. К тому же, еще одна женщина в доме — плохая идея».

«О, правда!» — воскликнула его дочь.

Дениз тоже повернулась и пошла назад. Из-за этого её грудь подпрыгивала под майкой.

«Я и не знала, что мы, женщины, такие занозы», — сказала она. «Это правда, папа? Поэтому ты тоже не ходишь на свидания?»

«А как бы ты себя чувствовала, если бы я привел домой какую-нибудь незнакомку и сказал: „Привет, красотка, познакомься со своей новой мамой!“» — спросил Дик.

Дениз нахмурилась.

«Так и думал», — сказал её отец. «Мне нужна только бунтующая девушка-подросток в доме и новая женщина, которая хочет всё захватить и всё изменить».

Однако девушки не хотели оставлять это в покое. Их собственное сексуальное напряжение было выше обычного, и, возможно, именно поэтому Синди сказала то, что сказала. «Но разве тебя не возбуждает?»

—«Что?!» — выдохнул Дэйв.

«Все мальчики, которых я знаю - постоянно возбуждены», — сказала его дочь, привыкшая говорить с ним обо всем. Если бы она знала, что он слышал её разговор с Дениз, она бы этого не сказала. Обе девочки думали, что у их отцов вообще нет никаких сексуальных мыслей, тем более о них. «А ты тоже возбуждаешься?»

— «Я не хочу этого разговора», — простонал Дэйв. Дениз, которая разговаривала с отцом гораздо реже и не так откровенно, не могла решить, что ей интереснее: смотреть на свою лучшую подругу или на дядю Дэйва.

«Почему нет?» — спросила Синди, не заметив боли в его голосе. «Мы же уже говорили о мальчиках».

«О, мы же говорили, правда?» — спросила Дениз, в её голосе явно слышался интерес.

«Конечно», — нетерпеливо ответила Синди. «Он говорит мне, на что обращать внимание и как обращаться с мальчиками. Ты же знаешь».

«А ты знаешь?» — спросил Дик, глядя на дочь.

Теперь Дениз оказалась в неловком положении.

«Мы лучшие подруги», — небрежно сказала она. «Мы говорим обо всем. Я не все помню». Она повернулась к Синди. «Я не помню, чтобы ты рассказывала мне, что твой отец учил тебя, как обращаться с мальчиками!»

«Помнишь?» — сказала Синди, совершенно не осознавая, что загоняет их все глубже и глубже в яму. «Я же тебе рассказывала, что делать, если мальчик становится слишком дерзким?»

«А, это?» — спросила Дениз. «Ты не говорила мне, что дядя Дэйв тебе это рассказывал».

«Не рассказывала?» — Синди звучала с сомнением. «Ну, рассказывала. И я, как всегда, поделилась этим с тобой».

«Что именно нужно делать, если мальчик становится... дерзким?» — спросил Дик сухим голосом.

Дочь улыбнулась ему. «Ни пни его в пах, изо всех сил», — спокойно сказала она.

Дик рефлексивно согнулся вперед, как будто его только что ударили коленом в пах.

«Не то чтобы мне когда-либо приходилось так поступать», — небрежно сказала Дениз. «Обычно я могу разрядить обстановку, прежде чем дело дойдет до этого».

«Я тоже не хочу этого разговора», — простонал Дик.

«Почему ты мне никогда об этом не говорила, папочка?» — спросила Дениз, в её голосе слышалась ярость. «Тебе все равно, что со мной будет?» Её голос повысился на последнем слове.

«Конечно, мне не все равно!» — выпалил он. «Я просто не думал, что ты позволяешь мальчикам... то есть, я не думал, что все зайдет так далеко...» Ему хотелось развернуться, как девочки и тоже пойти назад, лишь бы не чувствовать на себе тяжесть их взглядов. Но он не мог этого сделать. Гнев дал ему слова. «Тебе не нужно встречаться ни с кем, если дело дойдет до этого!» — рявкнул он.

Дениз напряглась и повернулась обратно. Она пошла по дороге...Она ускорилась. Синди побежала за ней, и их головы были очень близко друг к другу, пока они разговаривали.

«Если твоя дочь хоть немного похожа на мою дочь, у тебя большие проблемы», — сказал Дэйв. Ему это показалось забавным, но он не улыбнулся.

«Ты ей это действительно сказал?» — спросил Дик.

«Конечно», — сказал Дэйв. «Она должна знать, что делать».

«Я никогда не думал об этом так», — сказал Дик. «Полагаю, я вообще об этом не думал».

«Ну, судя по тому, что мы слышали, тебе лучше начать об этом думать», — сказал Дэйв. «Мне тоже нужно еще немного подумать. Если подумать, думаю, мы оба в большой беде».

«Почему?» — спросил Дик. «Они ничего с нами не сделают. Это безумие!»

«Я полностью согласен», — сказал Дэйв. «Но дело в том, что они об этом думают. Что ты делал в их возрасте, когда думал о сексе?»

«Я пытался!» — сказал Дик. Он выглядел потрясенным. «О, как меня это задолбало!» — простонал он.

«Может быть, все не так плохо, как мы думаем», — сказал Дэйв, чувствуя ту же панику. Мысль о том, что его дочь думает о сексе, почти парализовала его. Он знал, что так быть не должно... знал, что это нормально. Ну, если бы речь шла о нем и Дике... но... В этот момент его мысли запутались. «Они сказали, что они все еще девственницы», — сказал он, пытаясь хоть как-то утешиться. «Синди сказала это так, будто у них был какой-то договор... подождать, пока они поженятся».

«А вы ждали, пока поженитесь?» — спросил Дик.

«Ну... нет... но...» — у Дэйва закончились слова.

«Что же нам делать?» — простонал Дик. «Вы вообще с ней о чём-нибудь говорите?»

«Мы всегда говорим», — ответил Дэйв, пытаясь найти хоть какое-то подобие здравого смысла. «Но я никогда не говорил с ней о том, о чем говорили они. Я просто сказал ей сохранить девственность для мужчины, которого она действительно любит». « Я думал, этого достаточно».

«Может, нам стоит поговорить с ними об этом?» — сказал Дик, цепляясь за эту идею, словно за спасательный круг.

«Что ты имеешь в виду?» — спросил Дэйв. «Это» охватывало многое.

«Ты же знаешь... о чем они говорили... о том, что это не лучший способ думать... о нас, я имею в виду».

«Как, черт возьми, мы это сделаем?» — спросил Дэйв. «Мы просто должны сказать: „Эй, дорогие мои, мы как бы слышали, что вы к нам тянетесь, и это не очень хорошая идея, так что перестаньте об этом думать!“... это самая безумная вещь, которую я когда-либо слышал!»

Дик выглядел мрачным. «Да, наверное, ты прав. Давай просто переживём эту ночь, починим машину и вернемся домой». «Может, мы сможем там всё уладить».

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Вернувшись в номер мотеля, девушки попросили рубашки отца и скрылись в ванной. Выйдя оттуда, мужчины с трудом сдержали стоны.

Футболка Дэйва доходила Синди до середины бедра. Она была плотно спущена, а её скромная грудь так сильно выпирала сквозь ткань, что казалось, ткань вот-вот порвется от напряжения.

Рубашка Дика на пуговицах имела полы, которые низко свисали спереди и сзади Дениз, но высоко поднимались на бедрах. Её смуглая кожа, унаследованная от матери, делала рубашку тонкой. Два темных круга были видны сквозь неё там, где её пышная грудь оттягивала рубашку от груди.

Они постирали свою форму в раковине в ванной и искали место, где её можно было бы повесить сушиться. В одной стене был шкаф, но вешалок не было. Дениз потянулась, чтобы повесить свою майку на конец карниза и её голая попа оказалась обнажена.

«Ниис, дорогая», — прохрипел отец. — «На тебе нет нижнего белья!»

Она, видимо, все еще злилась на него, потому что оглянулась через плечо, все еще стоя на цыпочках, с обнаженной попой и нахмурилась.

«Нам пришлось постирать трусики, папа. Они были грязные». Она сказала это так, будто он был деревенским дураком и она объясняла ему все.

Дик посмотрел на Дэйва, который пялился на ягодицы Дениз. Он толкнул его локтем.

«Хочешь прекратить?» — прошептал он.

«Что?» — спросил Дэйв, отрывая взгляд от Дениз. Он посмотрел на своего друга. «Э-э... ​​извини».

«Ты смотрел на мои ягодицы, дядя Дэйв?» — спросила Дениз, её голос был полон приторности.

«Эй!» — сказала Синди. «Я думала, мы...»

«Тсс!» — воскликнула Дениз.

«О... да...» — сказала Синди, отводя взгляд и пытаясь сделать вид, что ничего не сказала.

«Извини», — сказал Дэйв, обращаясь к девушке. «Я парень, мне нужно было посмотреть. Это правило». Он попытался превратить это в шутку, но тот факт, что Дениз всё ещё стояла на цыпочках и её ягодицы всё ещё были выставлены напоказ, сделал шутку неуместной.

«Де-нис!» — прошипела Синди.

Дениз, по всей видимости, всё ещё дулась после ссоры, о которой отец даже не подозревал, произошедшей с ней во время прогулки. Или же её всё ещё возбуждали мысли о возможной интимной связи с одним из этих мужчин. Кто знает? В любом случае, ей не понравилось, когда её подруга и двое мужчин выстроились против неё.

«Не я ли не залила масло в машину!» — сказала она. «Не я ли застряла посреди пустыни! Это его вина, что мои трусики висят в ванной!»

«Нечестно!» — выпалил Дэйв, обрадовавшись, что у него появилось что-то, о чём можно подумать, помимо того, что было прямо перед его прекрасной попой, от которой он только что оторвал взгляд. «В двигателе было достаточно масла, прежде чем я наехал на бампер!» Он на минуту растерялся, поняв, что это не снимает с него вины. «И это был случай!» — добавил он.

Дениз наконец снова опустилась на пятки. Вероятно, потому что у неё устали икры от долгого стояния на цыпочках. В ней была небольшая склонность к эксгибиционизму, о которой она не подозревала, пока не поняла, что ей приятно, когда Дэйв и её отец смотрят на её голую попу.

«Знаю», — сказала она, резко перевернувшись. «Не стоило мне этого говорить. Я знаю, ты ничего не сделала специально». Она вздохнула. «Здесь так скучно!» Она даже топнула босой ногой. «Я не хочу спать и делать нечего!»

«Мы могли бы поиграть», — предложила Синди.

«В какую игру?» — спросила подруга.

«Не знаю», — сказала Синди, размахивая футболкой в ​​руке. Она уже собиралась повторить за Дениз и повесить её на другой конец карниза, когда поняла, что её попа тоже будет видна. «Мы могли бы придумать!»

«Как насчёт двадцати вопросов?» — сказал Дик, пытаясь вернуть разговор в нормальное русло. «Мы постоянно в это играли. Или в «Я думаю о каком-нибудь животном»******, или что-то подобное».

Дениз наклонила голову. «Это было весело, когда я была маленькой. Почему бы и нет? Это лучше, чем просто сидеть и смотреть на стены».

Дейв с трудом сдержал нервный смех, думая о том, что последнее, на что он будет смотреть в этой комнате, — это стены. Не тогда, когда по комнате разгуливают две полуобнаженные девушки. Он знал, что его дочь тоже без трусиков, судя по словам Дениз.

==================================

Как только решение было принято, девушки плюхнулись на кровать. Они сели, сведя колени вместе и раздвинув ноги в стороны, опираясь на руку. По крайней мере, сначала. Дик с благодарностью опустился в кресло, а Дейв начал ложиться на другую кровать, пока не понял, что он застыл как доска от вида задницы Дениз и что если он ляжет на спину, это будет выглядеть так, будто хорек заполз ему в штанину и свернулся калачиком у него на коленях. Вместо этого он лёг на бок, прикрыв выпуклость рукой.

Они начали с животных. Количество вопросов было неограниченным, но на них нужно было отвечать только «да» или «нет». Дениз начала, думая о пингвине. Её отец, который много раз играл в эту игру, быстро сузил круг поиска, спросив, птица ли это и летает ли он. После этого остальные ответили на три вопроса.

Следующей пошла Синди, пытаясь поставить их в тупик, думая о утконосе. Эта игра длилась долго, пока Дениз не спросила, рожает ли это млекопитающее живых детенышей.

Дейв попробовал слона, что оказалось до смешного просто после того, как Дениз спросила, крупнее ли он лошади.

Затем Дик, который много лет назад много раз играл в эту игру, заставил всех поволноваться почти пять минут, думая о яке.

Игра продолжалась, отнимая минуты и настроение разрядилось, когда они попытались придумать более редких и сложных животных. Девочки, не задумываясь, поправили позу и устроились по-турецки на кровати. Их природная скромность гарантировала, что делая это, они прикрыли свои обнаженные тела рубашками.

Всё было хорошо, при условии, что ни одна из девочек не поднимет руки.

Проблема заключалась в том, что сидеть долгое время, не поднимая рук и не двигаясь, — это неестественно.

В своем периодическом возбуждении девушки все же двигались и полы их рубашек тоже двигались.

Они переключились на мысли о чем-то другом, кроме животных, когда начался спор. Дейв придумал кварк, что, по его мнению, было замечательной идеей, и никто, кроме «атома», не смог приблизиться к нему. Когда они наконец сдались, и он сказал им, что это такое, Дениз вскинула руки вверх и сказала: «Ну и неудивительно! Это же субатомный размер! Это несправедливо!»

Внезапно Дейв получил беспрепятственный вид на две надутые губы Дениз, прижатые к её вагине, под спутанной копной каштановых волос. Когда её руки опустились, рубашка тоже опустилась, но зацепилась за этот пучок волос, оставив её обнаженной. Его глаза расширились и он перевернулся на спину, прикрыв глаза одной рукой.

«Не нужно переусердствовать!» — сказала Дениз, не понимая, что произошло.

Её отец, сидевший в кресле, не видел того же, что и Дэйв, но он заметил висящую высоко рубашку и догадался, что увидел Дэйв. Он почувствовал, как его член напрягся в штанах.

— Детка, — сказал он немного слишком громко. — Твоя рубашка.

Дениз посмотрела вниз и её смуглая кожа потемнела до такой степени, что она стала похожа на мулатку. Её руки схватили рубашку и засунули её между ног.

Синди хихикнула и Дениз бросила на неё гневный взгляд, обнаружив, что Синди смотрит на отца. Дениз посмотрела и тут же увидела выпуклость его пениса в штанах. Она почувствовала, как что-то бешено пробежало по её телу и почувствовала, как напряглись её соски. Вид следов того, что она сделала с дядей Дэйвом, был волнующим, в каком-то озорном смысле и ей вдруг понравилось чувствовать себя озорной.

— В чем дело? — сказала она, стараясь говорить ровным голосом. — У Синди тоже есть и я уверена, ты её видел.

—Ооооо, — простонал Дэйв, прикрывая лицо другой рукой.

— Эм... Дэйв, — сказал Дик, с ужасом глядя на промежность своего лучшего друга. — Эм... Дейв! — воскликнул он громче, когда друг не ответил.

— Что! — простонал Дэйв.

— Эм... твои штаны... — Дик больше не мог говорить.

Дэйв поднял голову, открыл глаза и снова застонал, словно был уверен, что наступил конец света. Он перевернулся налево и свернулся калачиком спиной к девушкам.

— Папочка! — весело сказала Дениз. — В такой ситуации я никогда раньше не оказывалась! Какой у тебя для меня совет, папочка? Она улыбнулась отцу, понимая, что вонзает нож глубже. Однако устоять было слишком заманчиво.

Дик безучастно посмотрел на дочь. Он понятия не имел, что делать. Ему хотелось встать и выйти за дверь, но он понимал, что не может этого сделать. Во-первых, его собственный член был почти полностью возбужден. Эта небольшая проблема оказалась не такой уж и незначительной, когда он начал осознавать, что на несколько секунд ему хотелось бы оказаться там, где был Дэйв, чтобы увидеть то, что видел Дэйв. Сама эта мысль была достаточно тревожной, чтобы парализовать его. Другая часть его души говорила, что он должен остановить её от унижения его лучшего друга... но... у его лучшего друга только что встал член, когда он увидел вагину его дочери!

Дениз была не единственной, кто оказался в совершенно новой ситуации и не знал, что делать.

Именно Синди вернула ситуацию под контроль.

«Дениз!» — рявкнула она. «То, что ты злишься на своего папочку, не значит, что ты можешь вымещать свою злость на моём папочке!»

«Я ни на кого не собираюсь срывать злость!» — закричала Дениз. Ей было трудно успокоиться и сексуальное возбуждение ничуть не улучшало ситуацию. «Он посмотрел на меня... он посмотрел на меня!» — настаивала она, — «и вот так!» — указала она. — «И он сделал это прямо перед моим папой!» — кричала она. Она вела себя как бедная молодая девушка, которой воспользовались, что, честно говоря, в большинстве ситуаций было для неё правильной ролью. Проблема заключалась в том, что Синди понимала, насколько лицемерно она себя ведёт. Мужчины тоже понимали, хотя в тот момент они об этом не думали.

«Не будь стервой!» — предупредила Синди. Она не могла напомнить Дениз об их предыдущем разговоре, пока там были мужчины, но чувствовала, что должна хоть как-то контролировать свою подругу, иначе всё пойдёт наперекосяк и станет ещё хуже.

Однако, как это часто бывает с молодежью, Дениз игнорировала тот факт, что у неё были похотливые мысли об «дяде Дэйве». Она прекрасно понимала, что молодым девушкам не положено испытывать вожделение к отцу своей лучшей подруги, не говоря уже о подобных мыслях по отношению к своему собственному отцу. Когда же этот же взрослый проявил явное вожделение к ней, нарушив все правила, которые применялись к нему... её чувство справедливости получило пощечину, и она отреагировала так, как реагирует большинство молодых людей в подобной ситуации.

«У него возбуждение на меня, Синди!» — закричала она.

Реакция Синди тоже была довольно типичной для молодого человека. По ее мнению, подруга вела себя глупо. Более того, подруга смущала и мучила мужчину, которого Синди любила больше всего на свете. На подсознательном уровне она понимала роль секса в рекламе и в большинстве человеческих отношений. Она не обдумывала это рационально, но понимала, что её подруга привлекательная женщина и что ее отец — обычный мужчина, даже если до этого момента он так себя не вел.

Сбивчивые мысли Синди заставили её дать отпор... чтобы уравнять шансы.

«Конечно, он это сделал, тупая сука!» — закричала она в ответ. «Ты показала ему свою пизду!»

Она вскочила с кровати и встала перед отцом своей подруги, который сидел в кресле, потрясённый. Она подняла футболку, демонстрируя мягкие, прямые, короткие волосы, обрамляющие её собственные половые губы... прямо у него на глазах. Она увидела, как они расширились и увидела, как он перестал дышать.

«Любой мужчина, который увидит что-то подобное, получит эрекцию!» — продолжала она кричать.

Она уронила футболку и наклонилась, чтобы положить руку на колени Дика.

«У твоего отца сейчас тоже эрекция!»

«Синди!» — взвизгнула Дениз, которая была так потрясена что это всё, что она смогла выкрикнуть. Такое поведение было совершенно нехарактерно для её лучшей подруги. Синди была более скромной, по крайней мере, на публике. Синди носила скромную одежду и вела себя по-женски. Синди никогда бы не показала свою вагину мужчине, тем более отцу своей лучшей подруги! Это так шокировало Дениз, что она даже успокоилась.

«Хорошо!» — крикнула она, опуская футболку, чтобы снова прикрыться. «Хорошо!»

Синди обернулась. Когда она позволила футболке упасть, она зацепилась за её округлые ягодицы. Её лобковые волосы были едва видны спереди, но в тени. Она слегка потянула футболку и та снова сползла, прикрыв её.

Примерно в этот момент обе девушки поняли всю серьёзность произошедшего. Всё вышло из-под контроля и они обе сделали то, чего ни одна из них никогда бы не сделала намеренно. Обе сказали то, чего никогда бы не сказали намеренно, перед своими отцами. Обе были смущены. Обе убежали в ванную, единственное место, где они могли уединиться от мужчин, которых только что смутили.

==================================

В внезапно наступившей тишине в номере мотеля исчезло напряжение от присутствия девушек. Однако появилось другое напряжение... очень сложное напряжение... напряжение от двух мужчин, лучших друзей, которые не только знали о сексуальности девушек, но и отреагировали на неё таким образом, что это нельзя было игнорировать. Ситуацию осложняло то, что женщины, на которых они отреагировали, были дочерьми друг друга. И если этого недостаточно, чтобы полностью всё перевернуть, то почти невозможно злиться на своего лучшего друга за то, что он испытывает влечение к твоей дочери... когда ты сам испытывал к ней влечение. Особенно когда знаешь, что у девушки есть к тебе... и к нему... некоторые из тех же чувств.

Как я уже сказал... всё было сложно.

Было ещё слишком рано для обоих мужчин, чтобы осмыслить информацию и чувства, которые, казалось, все еще бушевали, как супер-шары, набирая скорость вместо того, чтобы замедляться.

«Черт!» — простонал Дэйв, открывая глаза, чтобы убедиться, что девушки действительно ушли.

«Я с тобой согласен, брат», — вздохнул Дик.

«Что же нам теперь делать, Дик?» — простонал Дэйв.

«Ты спрашиваешь меня?» Дик моргнул.

===================================

В ванной происходило нечто подобное.

«Не могу поверить, что ты показала ему свою киску!» — сказала Синди.

«Я не показывала её ему!» — взвизгнула её подруга. «По крайней мере, не специально! Это сделала ты!»

«Знаю», — сказала Синди, выглядя пораженной. «Я тоже не могу поверить, что сделала это».

«Ну, ты же сделала!» — сказала Дениз.

«У них была эрекция!» — сказала Синди, выпрямляясь, словно только что осознала это.

«У твоего папы была», — сказала Дениз, вспоминая выпуклость в штанах дяди Дэйва. «Это точно!»

«Я знаю!» — простонала Синди. «Я тоже видела!»

«Ты положила руку на стояк моего папочки!» — взвизгнула Дениз.

«Я знаю!» — снова простонала Синди. «Я тоже не могу поверить, что сделала это!»

«Что мы будем делать?» — голос Дениз почти звучал как стон.

«Ты меня спрашиваешь?» — простонала её подруга.

======================================

Когда люди оказываются в ситуации, когда они понятия не имеют, как поступить, со всеми смешанными эмоциями, которые эта ситуация породила, они часто делают что-то совершенно нелогичное и иррациональное. Они делают вид, что ничего не произошло.

Любой, кто подумал бы о подобной реакции, усмехнулся бы и сказал, что это идиотизм, но иногда люди чувствуют в себе предел, который, если позволить ситуации продолжаться, будет достигнут. Никто не хочет сломаться и один из способов справиться с этой опасностью — просто притвориться, что ничего не произошло.

Это не работает, если только один участник ситуации придерживается такого подхода. Это не сработает, даже если все участники будут придерживаться такого подхода — по крайней мере, в долгосрочной перспективе. Нельзя забыть, что что-то подобное произошло. Но если все будут какое-то время играть в игру притворства, это даст людям время постепенно адаптироваться и позволит их мыслям развиваться.

В этом случае девушки решили, что не могут вечно оставаться в ванной и просто решили выйти и лечь спать, как будто ничего не произошло. Когда они это сделали, мужчинам пришлось либо поговорить об этом, либо тоже проигнорировать. Игнорировать казалось гораздо проще, так как девушки вышли и... Не глядя ни на одного из мужчин, приготовили постель ко сну и забрались в неё.

Было всего две проблемы.

Во-первых, было слишком жарко, чтобы накрыться одеялом, когда они лежали на кровати бок о бок, плечом к плечу.

Во-вторых, их рубашки в таком положении прикрывали их не больше, чем когда они стояли.

Пока Дик сидел, а Дэйв лежал, оба с широко раскрытыми глазами, девушки пытались устроиться поудобнее. Лежать на спине было невозможно, поэтому каждая из них повернулась на бок. Затем им пришлось поправить подушки, для чего они подняли руки к головам, что приподняло рубашки, обнажив нежные, гладкие ягодицы. Это заставило их снова и снова поправлять рубашки...

Дэйв, каким-то образом понимая, что ситуация снова накаляется до такой степени, что ничего не получится, встал с кровати и пошел к двери. Он резко кивнул в сторону Дика, который резко поднялся со стула. Оба мужчины посмотрели друг на друга в штаны, которые все еще выпирали.

«Мы идём на прогулку», — объявил Дэйв.

В ответ пришла только Синди, которая, не поворачивая головы, сказала: «Выключите свет, пожалуйста».

========================================

На улице мужчины несколько минут бесцельно бродили, прежде чем кто-либо из них заговорил.

«Прости», — тихо сказал Дэйв.

«Она засветилась перед тобой», — недоверчиво произнес Дик.

«Не совсем», — сказал Дэйв. «Это была случайность. А вот тебе точно показали!»

«Полагаю, да!» — согласился Дик. «И она схватила меня!» — выдохнул он. Затем, проявив хоть какое-то подобие приличия, он сказал: «Я тоже прошу прощения».

Дэйв остановился. Он замахал руками в воздухе, говоря: «Они говорили о том, что испытывали к нам сексуальное влечение... раньше».

«Да», — сказал Дик, его голос почти вздохнул. Это хорошо вписывалось в его фантазию.

«Потом они показали нам свою грудь», — сказал Дэйв, игнорируя своё предыдущее утверждение о том, что обнажение Дениз было случайностью.

Глаза Дика были круглыми и белыми в темноте. «Ты же не думаешь, что они сделали это специально... правда?»

«Они не вели себя так, будто сделали это специально», — неохотно сказал Дэйв.

«Да», — вздохнул Дик. «Ты прав. Они были очень взволнованы».

«Но раньше...» — тихо сказал Дэйв.

Оба мужчины отчётливо помнили, как девушки говорили о том, что хотели бы спать с отцами друг друга... и со своими собственными отцами тоже.

«Они сказали, что обе девственницы», — сказал Дик.

«Слава богу», — вздохнул Дэйв.

«Что всё это значит?» — простонал Дик.

Дэйв снова пошёл. Он так волновался, что в его мыслях снова возникло желание игнорировать происходящее.

«Слушай, все девочки хоть раз в жизни влюблялись в своих отцов, правда?

Дик согласился. Влюбленность не была такой уж угрозой, по крайней мере, в реальной жизни. Для фантазии это было нормально, но в реальной жизни это облегчало сопротивление импульсам.

«И разве так уж странно, что у них может возникнуть небольшая влюбленность в лучшего друга отца, верно?» — продолжил Дэйв.

«Думаю, да», — согласился Дик.

«Значит, все дело в этом», — твердо сказал Дэйв. «Это просто девичья влюбленность. Они просто дети и они не понимают, что делают. Они полны гормонов и творят безумные вещи... говорят безумные вещи... но это на самом деле ничего не значит... верно?»

Дик почувствовал, как к нему возвращаются силы. Ему нравилась эта линия «рассуждений». «Конечно!» — согласился он.

«Так что все, что нам нужно сделать, это вернуться туда, хорошо выспаться, починить машину и поехать домой, и все вернется на круги своя!» Дэйв звучал радостно.

Фантазии часто делают нас счастливыми... хотя бы ненадолго.

===================================

В номере мотеля разговор, который там шел, наверняка бы охладил сердца мужчин, если бы они его услышали.

«У меня опять видна попа», — сказала Синди, ударяя себя по подушке.

«У меня тоже», — сказала Дениз. «Но мы ничего не можем с этим поделать».

Синди хихикнула. «Ты бы видела глаза своего папочки, когда я ему показала!»

«Ты ужасна!» — прошептала Дениз.

«Я ничего не могу с этим поделать. Он выглядел точно так же, как Рэнди, когда я впервые разрешила ему трогать мою грудь».

«У твоего папочки чуть не случился сердечный приступ, когда он меня увидел», — хихикнула Дениз.

«Ты действительно хочешь с ним спать?» — спросила Синди, поворачиваясь лицом к подруге в темноте.

«Не знаю», — сказала Дениз. «У меня аж мурашки по коже от одной мысли об этом. Совсем другое дело, когда знаешь, что он возбудился из-за меня».

«А что, если он что-то с тобой пытался сделать?» — спросила Синди.

«Не знаю. А что, если мой папочка что-то пытался сделать с тобой?» — спросила подруга.

«Когда мальчики играют с твоими сосками... ты влажнеешь?» — спросила Синди.

Её вопрос, не по теме, застал Дениз врасплох и она честно ответила:

«Да, бывает!» — прошептала она. «Иногда мне кажется, что нужно сменить трусики!»

«Мне тоже», — тихо сказала Синди. «Я сейчас возбуждена».

«Ты возбуждена?!» — Дениз чуть не села.

«Тсссс», — прошипела Синди. «Мы не знаем, где они!»

«А ты?» — снова спросила Дениз тише.

«Да», — призналась Синди.

«Из-за моего папочки?. .. или твоего?» — спросила Дениз.

«Дениз!» — выпалила Синди.

«Тсссс», — прошипела Дениз. Она подождала несколько секунд, а затем спросила: «Ну?»

«Не знаю», — сказала Синди так тихо, что Дениз едва её услышала.

«Всё в порядке», — сказала Дениз, протягивая руку, чтобы прикоснуться к своей лучшей подруге. «Я понимаю, как ты себя чувствуешь. Мне так хочется тебя погладить».

«Я тоже!» — простонала Синди. «Но мы не можем! Они могут вернуться в любую секунду».

=======================================

Когда мужчины вернулись, они не включили свет. Лунный свет снаружи давал достаточно света, чтобы они могли раздеться и лечь на кровать.

Он также давал достаточно света, чтобы оба мужчины могли видеть две пары бледных, обнаженных ягодиц, лежащих рядом на другой кровати.

Как и девушки, мужчины лежали на кровати в одних шортах. Дейв предпочитал боксеры, потому что они были свободными. Дику нравились трусы-боксеры, потому что они не были громоздкими в штанах. Оба типа нижнего белья, если бы девушки смотрели, показали бы то, что было под ними.

Оба мужчины все еще были в основном в состоянии эрекции.

=======================================

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Если бы кто-то принимал ставки на то, кто проснется первым на следующее утро, шансы были бы равными. Девушки играли изо всех сил, но легли спать рано, предполагая, что могут проснуться первыми. Мужчины, однако, привыкли вставать на работу и редко просыпали.

На самом деле, первыми проснулись мужчины. Они тихо встали на рассвете, намереваясь быстро одеться. Небольшой недостаток этого плана заключался в том, что обе девушки ночью перевернулись на спину.

Сначала Дэйв, а затем Дик, увидев, что его друг замер, посмотрели на другую кровать.

Рубашка Синди была до пупка. Её ноги были сомкнуты, но редкие волосы на лобке только подчеркивали её половые губы, которые довольно сильно выпирали, напоминая разрезанный персик.

У Дениз волосы на лобке были гораздо гуще и темнее. Ноги тоже были сомкнуты, но светлая рубашка, задравшаяся до пупка, лишь подчеркивала её пышные волосы. Сквозь лобковые волосы проступал розовый оттенок, намекая на те розовые губы, которые Дэйв так отчетливо видел прошлой ночью.

Дэйв посмотрел на Дика, который смотрел на девушек. Дик почувствовал его взгляд и перевел глаза на Дика. Оба мужчины, по негласной договоренности, снова повернулись, чтобы окинуть взглядом девушек.

Синди пошевелилась, зевнула и потянулась. Рубашка больше не задралась, но её соски просвечивали сквозь неё, когда она плотно облегала грудь. Её глаза оставались закрытыми, но правая рука опустилась и легла на живот. Мужчины могли видеть её реакцию, когда она поняла, что её промежность обнажена и оба отвели взгляды прямо перед тем, как она открыла глаза. Они увидели мужчин в брюках, но без рубашек и почему-то очень интересовались своей обувью. Она подняла голову, увидела похожую ситуацию у своей подруги и толкнула Дениз локтем, одновременно опуская свою рубашку. Она знала, что мужчины никак не могли их не заметить, когда они передвигались по комнате.

Дениз совсем не любила вставать по утрам. Она ворчала и перевернулась на живот, когда Синди попыталась её разбудить.

«Вставай!» — прошипела Синди.

«Нет!» — простонала Дениз, ползая так, что её голая попа оказалась высоко в воздухе.

Оба мужчины, естественно, обернулись. Теперь вагина Дениз была выставлена ​​напоказ, выступая между бёдрами, чуть ниже голых ягодиц. Оба мужчины со вздохом снова повернулись, а Синди, подавшись, встала между мужчинами и своей подругой.

«Нельзя смотреть!» — проворчала она.

Отец обернулся.

«Мы специально не смотрели».

Синди посмотрела на отца и увидела на его лице что-то вроде боли. Она любила его и ей не нравился этот взгляд.

«Всё в порядке, наверное», — сказала она. «Почему бы вам двоим не приготовить завтрак, пока я вытащу её из постели?»

«Конечно», — сказал Дэйв, подходя к стойке. Он достал молоко и хлопья, а Дик нашел несколько мисок, которые нужно было помыть, хотя они хранились в шкафах.

Как только Дениз достаточно проснулась, чтобы понять, что происходит, она выскочила из постели, стянув с отца рубашку, чтобы прикрыть интимные места. Обе девочки пошли в ванную и вышли в своих футбольных формах.

«Это отвратительно», — пожаловалась Дениз, дергая за футболку. «От меня воняет».

«Может, вы двое найдете что-нибудь купить в магазине», — сказал Дик, пытаясь вести себя как ни в чем не бывало. Он прижал свой твердый член к прилавку, моя миски.

«Да», — согласился Дэйв. «Мы не знаем, когда машина будет готова».

«Они открыты так рано?» — спросила Синди, глядя в окно между шторами.

«Не узнаем, пока ты не пойдешь туда», — сказал её отец, тоже пряча свой эрегированный член у прилавка.

«Где твоя кредитная карта?» — спросила Синди.

Он похлопал себя по карману, но оставил бумажник на прикроватной тумбочке. Ему не хотелось оборачиваться, чтобы его взять.

«Мой бумажник где-то там», — сказал он, указывая.

«Неважно», — сказала Синди. «У меня в сумочке лежит тот, который ты мне дал на всякий случай. Я им воспользуюсь. Поедим, когда вернёмся!» В её голосе слышалось волнение от перспективы похода по магазинам.

=================================

Их волнение подпрыгивало, как йо-йо, когда они увидели в витрине табличку «ЗАКРЫТО». Они попробовали открыть дверь и обнаружили, что она открыта, что вновь вселило в них надежду, когда дверь открылась внутрь и над ней зазвенел колокольчик. Их надежда снова рухнула, когда они увидели, что находится в магазине.

Они рассматривали то, что, как им казалось, были джинсы, но оказалось комбинезоном.Они услышали шаги на скрипучей лестнице. Обернувшись, они увидели женщину, входящую в открытую дверь. Она была одета в халат.

«Мы думали, что вы открыты», — сказала Синди.

«В этом городе нельзя запирать двери», — сказала женщина, зевая. «Кто вы?»

«Мы остановились в мотеле», — ответила Дениз.

Женщина оживилась и нахмурилась. «А, вы с этими мужчинами», — сказала она, пристально разглядывая их. «Разве вам не следовало бы быть дома с мамой, вместо того чтобы кутить со взрослыми?» Её голос заставил обеих девушек вздрогнуть. Они узнали в нем ревность. В школе им постоянно доставалось такое.

«Они наши...» Синди прервал локоть, резко толкнутый Дениз, которая знала, что Синди собирается закончить предложение словом «папики!».

«Сахарные папочки?» — усмехнулась Мейбл, заканчивая фразу Синди. «Мне бы не помешал сахарный папочка. По крайней мере не седина в бороду - бес в ребро».

«С кем они проводят время... и с кем проводим время мы... это наше дело», — сказала Дениз, в её голосе слышалась ярость. Ей не нравилась эта женщина, но дело было скорее в том, что она хотела завести отношения с её отцом, чем в её язвительных замечаниях. Сама она тоже язвила. «У тебя есть что-нибудь приличное, чтобы надеть в этой помойке?»

Мейбл видела, как её надежды закрутить роман с одним... или обоими... мужчинами рушатся. Эти девушки — а они были девушками — были молодыми, красивыми и сексуальными, в то время как она была на грани потери той привлекательности, которую ей удалось сохранить, пока время тянуло её вниз.

«Ничего такого, что захотели бы надеть такие высокомерные дамы, как вы», — почти прорычала она. «Это фермерский городок, а не какой-то бутик».

«Послушайте», — сказала Синди, не желая иметь дело с этой ужасной женщиной, которая явно имела планы на её бедного невинного папочку, — «Наша машина сломалась и мы застряли здесь. Мы не взяли с собой одежду для этой поездки. Нам просто нужно что-нибудь надеть».

«Почему бы вам просто не раздеться?» — спросила Мейбл, её голос был приторно-сладким.

«Мы так делали вчера вечером!» — сказала Дениз так же сладко. «Теперь, у вас есть что-нибудь или нет!»

Мейбл протиснулась мимо них к полке, заваленной чем-то похожим на скатерти, все в клетку, бело-красные или сине-красные. Она вытащила пакет и показала его.

«Вот что носят местные женщины», — сказала она. — «Возможно, где-то там есть и на девочек». Её акцент на «девочках» размерах ясно давал понять, что она пытается превратить их в десятилетних девочек.

Синди действительно вытряхнула одну из скатертей и поднесла к себе. Обе девочки захихикали. Синди безуспешно попыталась сложить его обратно и запихнула в кучу.

«Мы просто немного осмотримся», — сказала она, фальшиво улыбаясь Мейбл. Мейбл резко развернулась и подошла к прилавку, где она пыталась сделать вид, что занята, наблюдая за девочками.

В конце концов, девушкам пришлось довольствоваться либо клетчатым платьем, которое показалось им слишком антикварным, либо мужской рубашкой с комбинезоном. Как ни странно, мужская одежда показалась им привлекательнее и каждая ушла с комбинезоном и мужской рубашкой в ​​стиле вестерн. Единственные трусики в магазине выглядели так, будто подошли бы слону, но девушки взяли по паре, просто чтобы было во что переодеться.

Мейбл ничего не сказала, проводя карточкой. Она протянула квитанцию ​​Синди, которая с пафосом вздохнула. Мейбл внимательно изучила карточку и подпись. Имена совпали. Она уже собиралась отказать в продаже, думая, что карточка, должно быть, принадлежит одному из мужчин, а значит, подпись этой распутницы недействительна... но теперь она не могла этого сделать. Тем не менее, это была неплохая небольшая продажа, чтобы начать день.

«Грузовик приедет сегодня утром. Возможно, в нем будут какие-нибудь вещи», — сказала она, её голос стал немного менее угрюмым.

«Надеемся, через несколько часов уедем», — сказала Дениз. «Джимми Джо чинит нашу машину».

Мейбл рассмеялась. «Вы вернетесь», — сказала она. «Если Джимми Джо чинит вашу машину, вы можете задержаться здесь надолго».

=================================

«Мне не нравится эта женщина!» — прошипела Синди, когда они отходили от магазина.

«Если папа вернется сюда, я пойду с ним!» — сказала Дениз.

«Кстати, о папе», — сказала Синди, глядя на подругу. «Почему ты сказала так, будто они...»

«Наши парни?» — спросила Дениз. «Ты слышала её. Она просто рвется к ним прикоснуться. Я хотела, чтобы она выбросила эту мысль из своей мерзкой головы!»

«Они смотрели на нас», — сказала Синди, идя дальше. «Сегодня утром, я имею в виду... до того, как мы проснулись».

«Правда?»

«Я знаю, что они были», — сказала Синди. «Я проснулась и они вели себя так, будто ничего не было, но я чувствовала. Они выглядели смущенными... понимаешь?»

«Что это значит?» — спросила Дениз. «Ну... мы к ним испытываем сильное влечение...» — Синди замолчала. «Не могу поверить, что ты это сказала!» — сказала Дениз. «

Не лги. Мы обе знаем, что чувствуем к ним», — сказала Синди.

«Хорошо», — согласилась Дениз, — «Но это другое!»

«Правда?» — спросила Синди. «Если мы можем испытывать к ним сильное влечение... почему они не могут испытывать к нам сильное влечение? Когда я проснулась, все, что у нас было, было на виду!»

«Это слишком странно», — простонала Дениз.

«Ты сказала, что хотела бы спать с папочкой», — напомнила Синди подруге.

«Ну... да... но...»— Ты имеешь в виду, что ты бы действительно это сделала?

— Мы обе промокли прошлой ночью, Ниси. Мы обе хотели потереться.

—Да, — сказала Дениз, пораженная таким поведением подруги. — Но ты бы на самом деле не позволила ему...

«Нет!» — быстро сказала Синди. «Но, как ты и сказала, было бы очень весело спать с ним... может быть, немного поиграть?»

«Насколько немного?» — спросила Дениз, чувствуя покалывание в сосках.

«Устроить свидание или что-то вроде», — сказала Синди.

«Думаешь они пойдут на это?» — ахнула Дениз.

«Они оба были возбуждены прошлой ночью», — тихо сказала Синди.

«А что, если бы они попытались... ну, ты понимаешь...» — голос Дениз звучал испуганно.

«О, они никогда не зайдут так далеко!» — сказала Синди. «Они наши папочки!»

«Подожди минутку!» — сказала Дениз, остановившись. «Ты говоришь о том, чтобы спать с моим папочкой... или с твоим папочкой?» Её глаза расширились.

«Не знаю!» — смущенно сказала Синди. «Я просто говорила... вот и всё».

«Ты шлюха!» — взвизгнула Дениз.

«Я не шлюха!» — сказала Синди.

Но в её голосе не было особой убеждённости.

======================================

— Что мы будем делать? — спросил Дик, когда девочки ушли.

— Почему ты всё время спрашиваешь меня, что мы будем делать? — простонал Дэйв.

— Чёрт! — раздался взрыв в голосе Дика. — Ты их видел сегодня утром?

— Конечно, видел, идиот! Как я мог их не видеть?

— Нам нужно сегодня починить машину! — сказал Дик. — Нам нужно уехать отсюда! Вернуться домой, где всё нормально!

— Кого ты пытаешься обмануть? — спросил Дэйв, глядя на друга. — Когда мы вернёмся домой и Синди придёт, ты просто будешь её игнорировать? Потому что я тебе сейчас говорю, дружище, я не смогу игнорировать Дениз! Больше нет!

— Это просто влюблённость! — простонал Дик.

— Скажи это моему члену! — почти кричал Дэйв.

Взгляд Дика метнулся к двери, он боялся, что девушки вернутся. Он понял, что они отсутствовали недостаточно долго и расслабился.

— Послушай, — успокаивающе сказал он. — Мы взрослые мужчины. Мы справимся. Ты мой друг!

— Проблема не в этом! — сказал Дэйв. — Проблема в том, что они взрослые женщины или почти взрослые. Я знаю, что ты чувствуешь то же самое, что и я. И что ещё хуже, я посмотрел на свою собственную дочь сегодня утром!

— Я тоже, — сказал Дик, все еще пытаясь успокоить друга. — Я посмотрел на них обеих. Не так уж и плохо. Они красивые молодые женщины. Мы реагируем нормально. Но мы можем победить эту болезнь.

— Не знаю, — простонал Дэйв. «Я только и думаю о том, как этот мерзкий ублюдок пытается раздвинуть ей ноги в какой-то машине в темноте. Меня это сводит с ума!»

Дик моргнул. «Синди или Дениз?» — импульсивно спросил он.

Дэйв бросил на него злобный взгляд. «Обе! Они обе могли бы быть моими дочерьми!»

«Черт!» — вздохнул Дик. «Ты прав! Я прекрасно понимаю, о чем ты говоришь».

Дейв был взволнован и говорил, не особо задумываясь, просто реагируя на ситуацию.

«В смысле, это может быть не так уж плохо, если ты лишишь её девственности. Я мог бы с этим смириться. Ты мой лучший друг. Но какой-то сопляк? Одна только мысль об этом заставляет меня хотеть купить пистолет!»

В номере мотеля внезапно воцарилась тишина, когда сказанное дошло до сознания обоих мужчин.

Дик задумался. Он попытался представить свою маленькую дочь, Дениз, в объятиях своего лучшего друга. Только вот она уже не была маленькой девочкой. Он никогда больше не мог представить её маленькой девочкой — не после того, как сегодня утром увидел её пухлую киску, выглядывающую из-под её круглых, упругих ягодиц. В его памяти всплыли редкие светлые лобковые волосы Синди над ещё одной парой надутых розовых губ. Она показала их ему. Он слышал, как она говорила, что хочет переспать с ним. Теперь его лучший друг на свете сказал, что если он это сделает, то сможет с этим смириться.

«Ты шутишь?» — сказал он.

Дэйв думал примерно так же. Он без труда представлял свою дочь с каким-нибудь наглым мальчишкой, борющимся за её честь на заднем сиденье машины. Но его представление о ней с Диком было совсем другим. Он видел, как она обнимала Дика сотню раз. Дениз обнимала его сотню раз.

Он посмотрел на друга.

«А что, если я не шучу?»

Глаза Дика расширились ещё больше. «Ты знаешь, что делаешь?!» — прохрипел он. «Ты предлагаешь мне свою дочь!»

«Блядь!» — сказал Дэйв, поникнув. «Что со мной не так, Дик? У меня нервный срыв? Или я просто какой-то чёртов извращенец?»

«Успокойся», — сказал Дик. «Мы оказались в странной ситуации, понятно? Я не виню тебя за то, что ты сказал такую ​​​​безумную вещь. Я даже знаю, что ты чувствуешь. Я знаю, что Ниси тебя любит и что если с ней что-то случится, ты будешь к ней добр».

Он снова моргнул и его рот открылся. «Боже мой!» — выдохнул он. «Я тоже так делаю!»

Их спасло то, что дверь открылась и две девушки вошли внутрь.

=====================================

Вспышка гнева Синди, когда она вошла, была одновременно неожиданной и обезоруживающей.

«Папа! Если ты сегодня вернешься в тот магазин, ты должен взять с собой либо меня, либо Ниси!»

«Да!» — добавила Дениз.

Дэйв моргнул. «Что?»

«Эта женщина!» — рявкнула его дочь. «Она думает, что может просто проскользнуть и сожрать тебя!» Она остановилась и посмотрела на Дика. «И тебя это тоже касается, дядя Дик!»

— Дэйв взглянул на Дика и оба мужчины попытались скрыть свои ухмылки. То, что их дочери смогли распознать те же сигналы, что и они, было по-своему забавно.

«Хорошо, детка», — сказал Дэйв. «Ты ведёшь себя глупо, но как скажешь».

«Она не шутит!» — сказала Дениз. «Нам пришлось притвориться твоими подружками, чтобы эта женщина держалась от тебя подальше! Она стерва!»

«Дениз!» — предупредил Дик.

«Папа, тебя там не было!» — сказала дочь. «Она спустилась вниз в своем банном халате! Если бы это были вы двое, а не мы, она бы... не знаю... что-нибудь сделала!»

«Дик — большой мальчик», — сказал Дэйв, все еще пытаясь сдержать улыбку. «Я тоже. Мы справимся с такой женщиной». Он почувствовал, как его улыбка исчезла. «Подружки, да?»

«Ну», — сказала Дениз, слегка покраснев. «Просто тогда это показалось правильным». Она надула губы. «Кроме того, она была с нами жестока. Она пыталась продать нам старинные платья, похожие на скатерти!»

Дик автоматически переключился в режим папы. «Милая, тебе бы подошла любая одежда, даже антикварная».

«Спасибо, папа!» — воскликнула Дениз. «Я рада, что ты так сказал, потому что в итоге у нас оказалась фермерская одежда».

«Фермерская одежда?» — Дик выглядел растерянным.

«Подожди!» — взвизгнула Дениз.

Обе девочки бросились в ванную. Войдя внутрь, они сняли свою форму. Синди подняла трусики и надела их. Она смогла натянуть их почти до груди. Они были хлопковые, и они с Дениз могли бы почти влезть в них вместе.

«Это ужасно!» — хихикнула она, спуская их обратно. Они обвисли на бедрах. Она сняла их и бросила на пол. «Я не буду это носить!»

«Наши старая одежда грязная», — сказала Дениз, показывая свою одежду. «Даже после того, как мы их прополоскали».

«Мы можем просто обойтись без них», — сказала Синди, показывая комбинезон. На её взгляд, они тоже выглядели довольно большими. «Всё равно это нас прикроет».

Дениз надела клетчатую рубашку и поняла, что она с длинными рукавами.

«Мы в них зажаримся!» — пожаловалась она. «Попробуй без рубашки. Эта штука спереди должна нас неплохо прикрыть».

Синди надела комбинезон, который оказался не таким большим, как казалось. Она повернулась, чтобы посмотреть на бирку. Там было написано «Мальчики, Хаски, Средний». Когда она накинула лямки на плечи, она посмотрела в зеркало. Её грудь была прикрыта, по крайней мере, спереди. Однако по бокам было совершенно ясно, что под комбинезоном на верхней части тела у неё вообще ничего нет.

«Я не хочу надевать свой спортивный бюстгальтер», — простонала она.

«Тогда не надо. Ты и так прикрыта», — сказала её лучшая подруга, втискиваясь в свой тёмно-синий комбинезон. Она посмотрела на себя в зеркало и повернулась боком. Её собственная грудь...Комбинезон был на несколько сантиметров больше, чем у Синди, из-за чего он сильно выпирал и обнажал округлые, кремовые бока ее груди под мышками. «Я понимаю, что вы имеете в виду», — сказала она, поднимая руку. Если она немного наклонялась, то могла видеть большую часть своей груди через пройму рукава.

«Что же нам делать?» — простонала Синди.

«Оторвем рукава от рубашек!» — предложила Дениз.

Они попробовали, но им не хватило сил разорвать новую ткань или швы. Синди открыла дверь и вышла в комнату.

«Папочка? У тебя есть карманный нож? Рубашки, которые мы купили, с длинными рукавами, и нам нужно отрезать рукава».

Оба мужчины повернулись к Синди, которая выглядела просто восхитительно в одном только комбинезоне. Весь её бок был открыт, её нежная обнаженная кожа притягивала взгляды обоих мужчин. Оба мужчины одновременно поняли, что, если мужчина стоит за ней, он может просунуть руки в проймы комбинезона и получить в свои руки щепотки мягкой подростковой груди, вот так просто!

Дейв порылся в кармане, глядя вниз. Он уже чувствовал, как его член твердеет и вздохнул. Он достал нож и протянул его Синди, которая ярко улыбнулась и сказала: «Спасибо, папочка!» и исчезла обратно в ванной.

Дэйв посмотрел на Дика, который пожал плечами. Пытаясь пошутить, он сказал: «Если предложение всё ещё в силе, я твой человек».

Дэйв, чьё раздражение почти парализовало его, опустил плечи.

«Она красотка, не так ли?»

«Как я уже говорил, Ниси будет хорошо выглядеть в любой одежде. Синди не исключение».

«Она, наверное, заорёт во весь голос, если я хоть пальцем её коснусь», — сказал Дэйв.

«Кто? Синди?» — спросил Дик.

«Любая из них», — вздохнул Дэйв. «Я извращенец. Я, блядь, извращенец, Дик!»

«Если ты извращенец, то и я тоже», — сказал Дик.

«Вот это смешно!» — ахнул Дэйв. Он был так ошеломлён, что начал смеяться, лишь бы не заплакать. «Наши дочери хотят спать с нами и они завидуют той потрепанной жизнью сварливой старухе, которая держит магазин. Вдобавок ко всему, мы обсуждаем возможность спать с дочерьми друг друга, чтобы ни один прыщавый подросток не лишил их девственности. Может ли быть что-то безумнее?» Его истерический, хриплый смех перерос в настоящий, такой приятный, что он просто расслабился. Ему пришлось сесть на кровать, потому что колени подкосились, а смех продолжался и продолжался. Дик, улыбаясь во весь рот, сочувствуя своему лучшему другу, не мог не присоединиться к смеху, хотя оба понимали, что это совсем не смешно. Они все еще смеялись, когда девушки вышли из ванной.

Обе девушки слышали, как в другой комнате начался смех, когда они практически уничтожили две новые рубашки, пытаясь отрезать от них рукава.

«Они смеются над нами!» — воскликнула Дениз.

«Должна признать, мы выглядим смешно», — сказала Синди. Она не удовлетворилась простым разрезом рукава и углубилась в основную часть рубашки. К тому времени, как она закончила, пройма стала шириной в фут. Она сняла лямки комбинезона, надела рубашку, застегнула три нижние пуговицы и подтянула лямки обратно. Лучше было не намного и она нахмурилась. «Я выгляжу как какая-то деревенская дурочка!» — простонала она.

«Лучше бы они не смеялись над нами!» — сказала Дениз, хмурясь. «Мы сделали всё, что могли!»

Синди резко рванула рубашку Дениз, добившись примерно того же эффекта — круга шириной в фут там, где раньше был прикреплен рукав. Она швырнула рубашку в сторону подруги, которая сбросила комбинезон, обнажив грудь.

«Нам бы просто выйти туда вот так!» — прорычала Синди. «Вот это заставило бы их замолчать!»

«Вот бы они изменили свое мнение, если бы мы так сделали!» — хихикнула Дениз, поднимая руку. Она все еще могла разглядеть большую часть округлой стороны своей груди, но теперь она была наполовину в ярости и ей было все равно. Если они хотят смотреть... пусть смотрят! Она научит их смеяться над ней! «Ну же!» — сказала она.

Когда смех не утих, пока девушки позировали перед отцами, они обе нахмурились, готовые закричать, пока не поняли, что отцы на самом деле не смотрят на них. Обе протирали глаза, и слезы текли по их лицам.

«Что! — закричала Дениз, — Это так смешно?!»

Дейв повернулся и его смех усилился. Девушки выглядели нелепо... но, бесспорно, мило в своих нарядах. Он вздохнул, поняв, что они не только мило выглядят, но и сексуально в этих нелепых нарядах. Длина штанин была как раз подходящей, чтобы показать босые ноги девушек. Он вспомнил старые шутки про дочерей фермеров, которые слышал в детстве и внезапно все напряжение вернулось. Его смех оборвался, словно кто-то взмахнул мечом.

«Не ты», — сказал он, глядя на свою прекрасную, глупую, сексуальную дочь. «Просто ситуация, в которой мы оказались, показалась мне довольно забавной».

«Мы выглядим глупо», — сказала Дениз, нахмурившись, — «не так ли!»

Смех Дика стих, когда он посмотрел на девушек и он пришел к тому же выводу, что и Дэйв. Не имело значения, что на них надето. Они были секс-бомбами. Они не пытались быть секс-бомбами. Им не нужно было пытаться быть секс-бомбами. Они просто были ими.

«Детка», — сказал он, обращаясь к дочери. «Ты не могла бы выглядеть глупо, даже если бы была одета в мешок из мешковины».

Дэйв отвернулся, чтобы скрыть свой растущий член. Он пожалел, что у него нет под рукой бандажа двойной силы. Он бы надел два таких. «Что он сказал», — добавил он, глядя на Дика с кривой улыбкой.

«Правда?» — спросила Синди с тоской в ​​голосе. Она хотела им поверить.

«Правда!» — воскликнули оба мужчины одновременно, словно отрепетировали.

«О, — сказала Синди. — Хорошо. А где завтрак? Я ужасно голодна».

Девушки тут же почувствовали себя комфортно в своей одежде. Одобрение отцов было воспринято ими буквально.

Мужчины не могли оторвать от них глаз и оба это понимали. Между ними обменялись беспомощными взглядами, когда мужчины смотрели на зияющие проймы рубашек и на обнаженную кожу.

«Может, нам стоит проверить машину?» — наконец сказал Дэйв.

«Да!» — согласился Дик. «Конечно».

«Мы просто останемся здесь», — сказала Дениз, жуя хлопья.

«Хорошая идея», — сказал Дэйв. Он не хотел, чтобы Джимми Джо заглядывал в эти проймы. На самом деле, признался он себе, он не хотел, чтобы кто-либо, кроме него и Дика, заглядывал в эти проймы.

Тот факт, что его не смущало, что его друг разглядывает нежную грудь его дочери, уже не казался ему таким уж странным.

===============================================

ГЛАВА ПЯТАЯ

По пути к заправке Дик искоса взглянул на своего друга.

«Не хочу тебя об этом спрашивать... но что мы будем делать?» Он усмехнулся.

Дэйв устало улыбнулся. «Давай сначала узнаем про машину».

«Понял», — сказал Дик.

Как оказалось, это не заняло много времени. Джимми Джо был там и он вместе с мужчиной лет восьмидесяти пытались снять явно двигатель с прицепа в одном из ремонтных боксов заправки.

«Рад, что вы, ребята, здесь», — сказал Джимми Джо. «Это ваш новый двигатель. Нам бы не помешала небольшая помощь, чтобы снять его с прицепа».

«Если для того, чтобы его передвинуть, нам понадобятся четверо, — сказал Дик, разглядывая мотор, — как, черт возьми, ты собираешься запихнуть его в машину?»

«У меня есть подъемник для моторов, — сказал Джимми Джо, вытирая лоб грязной тряпкой. — Но он не дотянется до прицепа. Как только мы его снимем, я смогу воспользоваться подъемником».

«Просто ради смеха, — сказал Дэйв. — Как ты его запихнул на прицеп?»

Старик прищурился, глядя на Дэйва. «У меня есть фронтальный погрузчик на тракторе, — сказал он. — Поднял его прямо туда».

«О, — сказал Дэйв.

Он и Дик тоже потрудились и переместили мотор в заднюю часть прицепа. Затем Джимми Джо установил подъемник для моторов на место и прикрепил его к цепи, которая была перекинута через верхнюю часть мотора. Он использовал ручку домкрата, чтобы поднять мотор с прицепа, который старик тут же вытащил из-под него. Он помахал рукой и уехал. Трое мужчин с кряхтением закатили моторный подъемник в бокс, рядом с машиной Дэйва, у которой отсутствовала вся передняя решетка и оба крыла.

«Что случилось с моей машиной?» — взвизгнул Дэйв.

«Так будет легче вытащить старый двигатель и поставить новый».— сказал Джимми Джо. — Не волнуйся. Я всё соберу обратно.

— Когда, по-твоему, всё будет готово? — спросил Дэйв, глядя на свою машину, которая выглядела разбитой.

«Понадобится остаток дня, чтобы вытащить старый двигатель и установить новый», — сказал Джимми Джо, оглядывая беспорядок. «Если всё правильно подключится, я смогу попробовать завести её завтра».

«Отлично», — простонал Дэйв, думая об очередной ночи в мотеле.

«Никаких комплиментов не нужно», — сказал Джимми Джо, сияя. «Ваши деньги будут достаточной благодарностью».

«Отлично», — снова простонал Дэйв. Он прошёл три метра, прежде чем обернулся. «Эй, сделай мне одолжение. Запасное колесо спущено. Не думаю, что в нём есть дыра, но не мог бы ты его накачать?»

«Конечно», — сказал Джимми Джо, всё ещё разглядывая двигатель. «Даже за это не возьму денег».

=====================================

«Ещё одна ночь здесь», — ненужно сказал Дик, когда они шли обратно к номеру.

«Да», — мрачно ответил Дэйв.

«Что ты хочешь делать с девочками?» — спросил Дик.

«Я бы хотел посадить их на автобус и отправить домой», — сказал Дэйв.

Дик моргнул. «Эй! Отличная идея! Как думаешь, автобус останавливается здесь?»

Впервые за двадцать четыре часа Дэйв почувствовал, как надежда наполнила его кровь.

«Мы обязательно это выясним!» — взволнованно сказал он.

Они остановились у офиса мотеля. Снова за стойкой никого не было, а из глубины доносился громкий звук телевизора. Дэйв, не задумываясь, прошёл сквозь занавеску. Он был поражен, увидев Мейбл, откинувшуюся на спинку стула, с платьем, задравшимся до самой талии и головой папа́, суетливо двигающейся между её обнаженными бедрами. Мейбл подняла глаза на это движение и побледнела. Она толкнула папа́ в голову.

«Что случилось?» — заныл старик. «Я все делаю правильно!»

Мейбл указала пальцем и голова Попса повернулась.

«Вы, мальчики, не умеете звонить в колокольчик?» — пожаловался он.

Мейбл оправилась от шока, увидев себя со стариком. Она немного скованно развалилась на стуле. Она не прикрыла свою довольно волосатую промежность.

«Ну, если это не „сахарные папочки“, — сказала она, ухмыляясь им. — Вы мне не помогли, поэтому мне пришлось позвать папа́».

«Похоже, он отлично справлялся», — прохрипел Дэйв. «Извините, что вмешался. Мы просто хотели узнать, останавливается ли здесь автобус».

Мейбл двигала ногами так, как ей казалось сексуальным. Она не просто хотела показать свою вагину мужчинам, но, с другой стороны, ей нечего было терять. «Четверг», — сказала она.

На дворе была суббота.

«О», — сказал Дэйв, чувствуя, как надежда покидает его. «Кто присматривает за магазином?» — спросил он, пытаясь вести нормальный разговор в совершенно ненормальной ситуации. Дэйву всё в этом дурацком городке казалось ненормальным.

«Там табличка с надписью „Я вернусь“, — сказала женщина. — Там написано „Через полчаса“, но я могу остаться подольше, если вы, ребята, хотите помочь папе».

«Что тебе нужно?» — спросил Папа́, теребя слуховые аппараты и глядя на двух своих клиентов. Его лицо блестело от выделений Мейбл.

«Думаю, тебе нужно нас подержать подольше», — сказал Дэйв, стараясь не смотреть на обнаженное тело Мейбл. Он не хотел её подбадривать.

«Я не могу сильнее», — заныл Папа́. «Я старик. Я лижу её изо всех сил. Я и так сейчас упаду в обморок», — пожаловался он.(игра слов лонгер-дольше и стронгер-сильнее)

«Попс плохо слышит», — услужливо сказала Мейбл. «Он тоже больше не может возбудиться, но все равно заставляет меня чувствовать себя женщиной». Она попыталась принять позу. «Вам, парни, не нужны эти худые девчонки. Они не умеют доставлять удовольствие мужчине. Вам нужна опытная женщина и я могу это обеспечить». Она улыбнулась им, вероятно, кокетливо, но для обоих мужчин это выглядело лишь гримасой.

«Очень мило с вашей стороны, мэм», — выпалил Дик. «Но у моего напарника, да и у меня тоже... ну, у нас тоже есть мужские проблемы. Наш психотерапевт говорит, что это связано с нашими бывшими женами и посоветовал нам держаться подальше от женщин их возраста. Ничего личного, понимаете, но мы, вероятно, не смогли бы сделать больше, чем Папа́». Он запаниковал, поняв, что это может прозвучать так, будто он предложил сделать то же, что и Папа́. «Как сказал Дэйв... Папа́, судя по всему, отлично справляется. Мы просто вернемся позже».

Он схватил Дэйва за рукав и оба мужчины поспешно вышли, пройдя через занавеску. Они слышали, как Мейбл жалуется, пока они пробирались к входной двери кабинета.

Оба мужчины направились к своей комнате.

«Надеюсь, на этой двери хороший замок», — задыхаясь, проговорил Дик, который давно не бегал.

«Какая быстрая реакция... насчет психотерапевта», — задыхаясь, ответил Дэйв, который тоже давно не бегал. «На самом деле, я подумываю сходить к нему, как только мы вернемся домой».

Мужчины, пытаясь пройти через дверь, разыграли непреднамеренную, но распространенную комическую сцену: оба попытались войти одновременно, но их плечи застряли, не позволяя никому из них войти. Дик оглянулся через плечо, боясь увидеть Мейбл, бегущую к ним с высоко поднятой юбкой. При этом он повернулся боком и оба мужчины чуть не провалились сквозь дверь.

Девушки сидели на кровати по-турецки и, очевидно, разговаривали. Обе широко раскрытыми глазами смотрели на своих отцов, которые были бледными, испуганными и запыхавшимися.

«Что случилось?» — взволнованно спросила Дениз.

«Случилась Мейбл», — ответил её отец.

Синди нахмурилась. «Папа! Я же тебе говорил не ходить туда без меня!»

«Не... как... это случилось», — задыхаясь, пробормотал Дэйв. Он сел в кресло и откинулся назад. «Машина... не... готова». Он остановился, чтобы глубоко вздохнуть. «Мы остановились у офиса мотеля... и она была там», — закончил он.

«Ну, я знала, что она страшная», — сказала Дениз, улыбаясь. «Но я не думала, что двум взрослым мужчинам придётся от неё убегать». Она хихикнула.

«Она была...» — начал Дик, вставая и просто дыша. «Неважно», — сказал он. Он сел на край кровати. «Нам нужно прийти в себя, Дэйв», — сказал он, глубоко вдыхая. «Мы пробежали всего пятьдесят ярдов и пыхтим, как паровоз!»

«Сразу после того, как я пойду к психотерапевту», — сказал Дэйв, махнув рукой.

«Психотерапевту?» — спросила Синди, выглядя растерянной. «Какому психотерапевту?»

«Это тоже неважно», — сказал Дэйв.

«Папочке!» В голосе Синди чувствовалась какая-то напряженность.

Дэйв проигнорировал её. Он встал и подошёл к шторам, слегка раздвинув их, чтобы выглянуть наружу. Он расслабился, когда никого не увидел. Он повернулся. «Мы застряли здесь ещё на одну ночь», — сказал он. «Нам нужно поговорить».

«Поговорить?» — спросила Синди. — О чём?

— О тебе, — сказал он. — О нас... Нис... обо всех нас.

Дик оживился.

— Дейв? — спросил он, повышая голос. — Что ты делаешь, Дейв? —

Я пытаюсь сохранить рассудок! — решительно заявил Дейв. — Если мне придётся провести ещё один день в этом чокнутом городе, я совсем сойду с ума, если мы не приведём в порядок кое-что здесь, в этой комнате.

— Дейв? — снова спросил Дик, чувствуя ужас. — Не делай ничего глупого, Дейв. Пожалуйста, Дейв.

— О чём он говорит, папа? — спросила Синди, вставая с кровати и поворачиваясь к отцу. — Что ты мог сделать глупого? Что ты имеешь в виду... здесь... в этой комнате?

Дейв был на грани безумия и он знал, что так или иначе сойдёт с ума. Если то, что он собирался сказать, обернётся против него, по крайней мере, всё закончится. Если бы это не... ну... он, вероятно, просто впал бы в кататоническое состояние, практически неизлечимое безумие, и в итоге сидел бы в углу, бормоча что-то себе под нос.

«Вы и Ниис», — начал он. «Вы взрослеете. Черт возьми, вы взрослые!»

Обе девушки просто уставились на него.

Он продолжил: «Вчера вечером, когда мы ходили за едой... когда возвращались...»

«Дэйв, пожалуйста, не делай этого!» — простонал Дик.

Дэйву пришлось закончить. «Мы слышали, как ты говорила... о том, чтобы спать с нами... о том, что ты девственница... обо всем».

Обе девушки побледнели, а затем к их лицам вернулся цвет. Они застыли, словно статуи.

Если бы Дэйв просто оставил всё как есть, девочки, вероятно, бросились бы к отцу на милость, умоляя о прощении за глупые школьные фантазии. Со временем это могло бы перерасти в настоящий диалог о том, что чувствует каждый в их неполных семьях. Если бы это произошло, они могли бы разобраться в своих эмоциях на более рациональной основе, решив, что, хотя восхищение мужчинами зарождающейся женственностью девочек и лёгкая влюблённость девочек в своих отцов... и отца своей подруги... в итоге ничего не получится. Этот разговор мог бы стать для них всех уроком.

Но Дэйв не остановился на этом. Он продолжал, как лемминг, несущийся к обрыву.

«Мы чувствуем то же самое!» — выпалил он. «Вы обе такие красивые и сексуальные, и нам не следовало бы так на вас смотреть, но мы смотрим, и ничего не можем с этим поделать, и мы не знаем, что делать, потому что нас просто убивает видеть вас такими красивыми и сексуальными...»

Вот тут-то у него и закончились силы. Почти на пятьдесят слов позже, чем следовало бы. Представьте себе, что это изношенные ментальные тормоза, пытающиеся остановить эмоциональный натиск.

После того, как он замолчал, в комнате стало очень тихо. Только напряженное гудение кондиционера под окном хоть как-то доносило звуки.

«Э-э...» — наконец сказала Синди. «Кажется, теперь я понимаю насчет психотерапевта».

Дэйву хотелось плакать. «Не ненавидь меня, детка. Ничего не могу поделать. Не знаю, когда ты стала такой желанной женщиной, но я почему-то этого не замечал. Ну, не совсем. Я давно тебя замечал, но то, что произошло, просто довело всё до кульминации и...»

— «Заткнись, папочка», — сказала Синди. Это было не громко и не сердито. Но это прервало его, как тесак, обезглавливающий курицу.

Синди посмотрела на Дика.

«Ты тоже?»

Рот Дика несколько раз открылся и закрылся, затем он сглотнул, но ничего не вышло.

«У меня есть вопрос», — наконец заговорила Дениз.

«Какой?» — спросила Синди, которая, казалось, вдруг взяла инициативу в свои руки.

«Мой вопрос к моему папочке», — сказала Дениз, словно ей нужно было пройти через какой-то формальный ритуал. «Папочка, ты без ума от Синди?»

Рот Дика снова открылся и закрылся и он посмотрел на Дэйва.

«Это звучит так унизительно», — сказал Дэйв с серьезным выражением лица.

«Тихо, папа!» — сказала Синди более настойчиво. Она с интересом посмотрела на Дика, явно ожидая его ответа.

Дик посмотрел на Дэйва с молящим выражением лица. Он посмотрел на дочь, но его взгляд отскакивал от её лица, как у человека, несущегося на полной скорости к кирпичной стене. Он вообще не мог смотреть на Синди.

«Вы сегодня утром смотрели на меня», — тихо сказала Синди. «Вы смотрели на нас обоих сегодня утром, когда мы лежали на кровати, задрав рубашки... не так ли... дядя Дик?»

Именно её обращение к этому всегда знакомому и безобидному имени «дядя Дик» вывело мужчину с таким именем из себя.

«Видите?» — прохрипел он. «В этом-то и вся суть, не так ли? Я — для тебя "дядя Дик". Я не могу испытывать к вам такие чувства».

«А как насчёт Дениз?» — спросила Синди тем же голосом. «Вы и на неё смотрели... не так ли? Вы оба смотрели на нас сегодня утром. Это потому, что вы слышали, как мы разговаривали? Это потому, что вы шпионили за нами? Это потому, что вы слышали, как мы говорили, что хотим спать с настоящими мужчинами?»

«Мы за вами не шпионили», — простонал Дэйв. «Дверь была открыта. Мы просто возвращались с едой!»

«А вчера вечером, — сказала Синди, вставая, — ты что, отдал нам свои рубашки, чтобы мы в них спали, только чтобы получить шанс?!»

«Нет! Детка, нет!» — сказал Дэйв, чуть не плача.

«Папочка, — сказала Дениз, усиливая давление, — ты так и не ответил на мой вопрос. Ты хочешь спать с моей лучшей подругой или нет?»

«Еда!» — выдохнул Дик, сосредоточившись на том единственном слове, которое только что сказал Дэйв. «У нас сегодня нет еды!» Он рванулся к двери.

Дениз спрыгнула с кровати, словно у неё были пружины в ягодицах. Она запрыгнула на другую кровать и использовала её как трамплин для прыжка, её голова почти коснулась потолка и она грациозно приземлилась, как кошка, между отцом и дверью.

«Дядя Дэйв сказал, что ты тоже так ко мне относишься, папочка, — сказала она, на её лице смешались замешательство и женское понимание того, что у неё есть какая-то власть.

— Так не может продолжаться!» — Закричал Дэйв, кипя от ярости. — Мы этого не вынесем! Мы должны что-то сделать! Он снова тяжело дышал, лицо его покраснело. Даже волосы выглядели растрепанными. Он оглядывался по комнате, куда ни посмотришь, словно что-то искал. Девочек это почти пугало, ведь они никогда не видели его в таком состоянии.

Синди медленно встала с кровати. Она подошла к отцу, словно он был опасным животным, которого она пыталась приручить. Она подняла руку и её голос был успокаивающим и тихим.

— Всё в порядке, папа, — сказала она. — Мы можем поговорить об этом. Всё хорошо. Мы можем поговорить о чем угодно. Ты мой папа и мы можем поговорить обо всём, что нас беспокоит. Когда она коснулась его руки кончиками пальцев, он вздрогнул, но её голос, казалось, успокоил его. Очень медленно она схватила его за рубашку и мягко уговорила сесть на стул. Оказавшись там, она повернула его и прижалась к его груди, ровно настолько, чтобы дать ему понять, что она хочет, чтобы он сел.

«Я не могу, детка», — сказал он, и из его глаз потекли слезы.

«Да, можешь», — проворковала она. «Всё в порядке. Мы на тебя не сердимся. Мы просто удивлены... вот и всё».

Дениз, видя, как Синди удалось успокоить отца, попыталась сделать то же самое со своим, толкая его к кровати, на которую сама же и запрыгнула, словно на батут. Дик, по-своему, был взволнован не меньше, а то и больше, чем Дэйв и близость дочери ощущалась как жар доменной печи. Он пытался увернуться от неё, и единственным выходом для неё было прыгнуть вперёд и крепко обнять его, так что, если он двигался, ему приходилось тащить её за собой.

Это объятие лишило Дика всех сил, словно воздух вырывался из воздушного шара. Он пошатнулся назад. Его бёдра ударились о край кровати и внезапно он упал назад, дочь всё ещё крепко держалась за него. Она оказалась наполовину сверху, а затем неуклюже перевернулась на бок. Ощущение её тела, прижавшегося к нему, пронзило его насквозь и он задохнулся. Дениз, увидев человека, похожего на умирающего, вырвалась из его объятий и села рядом, глядя на отца.

«Не получишь сердечный приступ, папа», — умоляла она. «Не оставляй меня!» Слезы тоже потекли из её глаз, когда она с тревогой посмотрела на почти багровое лицо отца.

===================================

Время, как говорится, лечит все раны. Раны мужчин были, в большей или меньшей степени, просто эмоциональной перегрузкой, смешанной со страхом и стыдом. Девушки не были так сильно потрясены произошедшим, но их мир тоже перевернулся с ног на голову. Одно дело — иметь взрослые фантазии о своём папе или его лучшем друге. Другое дело — узнать, что они хотят тебя по-взрослому. Их прежние знания... основанные на том, как мужчинам показывали свои прелести... были чрезвычайно интересны, но их легко было отбросить как рефлексы.

Однако это... это признание вожделения... было гораздо более конкретным и не поддавалось игнорированию.

Эти «раны» не зажили за следующие десять минут, пока все сидели и размышляли, но, говоря медицинским языком, они «стабилизировались». Синди в итоге села на подлокотник кресла, в котором сидел Дэйв, словно охранник, удерживая его там. Пока все сидели или в случае Дика, лежали, и никто ничего не говорил, это «ничего» стало своего рода лекарством от этих ран. Дик больше не пытался убежать. Дэйв уже не был так взбешен, как раньше. Это успокоило девушек. С точки зрения мужчин, девушки не выбежали из комнаты с криками и это было настолько ощутимым облегчением, что само по себе снизило их кровяное давление на двадцать пунктов. Когда напряжение немного спало и в головы четверых начали возвращаться более рациональные мысли, паника, которая их всех охватила, утихла. На это ушло десять минут, которые показались им часами, но, учитывая все обстоятельства, все они были вполне довольны существующим положением дел.

«Итак, что же нам теперь делать?» — вздохнул Дик, наконец нарушив молчание.

«Нам нужно поговорить об этом», — сказал Дэйв с болью в голосе.

«Почему бы нам всем не пойти и не найти что-нибудь поесть?» — сказала Синди. «Тогда мы сможем поговорить».

Дэйв застонал. «Это значит, что нам снова придётся столкнуться с этой женщиной».

«Вот почему я сказала, что нам всем нужно идти», — сказала Синди. Она неуверенно улыбнулась отцу.

===================================

Когда четверо шли к магазину, Синди взяла отца за руку. Это было не столько сексуальное прикосновение, хотя для неё это ощущалось гораздо сильнее, чем когда-либо прежде. Это было скорее утешение, отчасти для его утешения — она каким-то образом знала, что ему нужно знать, что она его не ненавидит, — а отчасти для её собственного. Она хотела сказать: «Мы справимся с этим, папа». Но ей показалось это глупым и она промолчала.

Дениз, идущая с отцом позади остальных, увидела, как Синди взяла отца за руку и сделала то же самое с Диком. Только почувствовав его большую, теплую руку в своей, она начала осмысливать информацию, которая её переполнила. Держать его за руку было самым обычным делом на свете, но в то же время это было совершенно не похоже ни на что прежде. Она подняла свою руку, сделав с ним движение и уставилась на их переплетенные пальцы. Она была потрясена близостью простого держания его за руку.

Дик искоса посмотрел на дочь, она увидела это и посмотрела в ответ.

«Все не так уж плохо», — сказала она, отпуская их руки и покачивая ими на ходу.

«Ужасно», — тихо сказал он.

«Нет, не ужасно!» — настаивала она.

Он замолчал и просто пошел. На улице перед магазином стоял девятиосный грузовик, от боковой двери которого к открытой входной двери вела рампа.

Девушки, не отпуская рук, вошли в магазин, осторожно переступив через край рампы. Однако причина была другая. По их мнению, они входили в опасное место, где обитала хищница. Теперь их сцепленные руки возвестили о владении. В рациональном смысле они не думали об этом, но инстинкт заставил их схватить руки, чтобы хищница увидела их и отпугнула - Мейбл вернулась за прилавок. Она как раз полировала ногти, когда дверь открылась. Она подняла глаза, увидела, кто это и её подсознание увидело эти сцепленные руки. Она вздохнула, понимая, что инстинкты девушек сработали.

«Что вам нужно?» — спросила она, стараясь говорить вежливо. В магазине были ещё двое покупателей из города. Это было довольно обычным делом, когда приезжал грузовик.

«Вижу, грузовик здесь», — осторожно сказал Дэйв.

«Он сейчас разгружается», — согласилась Мейбл. «Думаю, он закончит еще через десять-пятнадцать минут».

Они бродили по магазину, просто рассматривая товары. Девочки крепко держались за руки отца. Мужчина, разгружавший грузовик, ясно давал понять, что осматривает девочек, каждый раз, проходя мимо и завозя на тележке очередную партию коробок. Другие покупатели тоже смотрели на четверых, интересуясь незнакомцами, но потом теряли интерес, выбирая что-то и уходя.

Дейв остановился у стойки со старомодными платьями. Он вынул руку из руки Синди и опустил то платье, которое она прижимала к себе. Он позволил ему упасть и посмотрел на него.

«Не думаю, что это будет так уж ужасно смотреться на тебе», — заметил он.

«Да...» — Синди оборвала свое «папочка», чуть не прикусив язык. «Дейв», — сказала она, пытаясь говорить более взрослым тоном. «Это так старомодно!»

«Старомодный стиль не значит, что он тебе не подойдет», — сказал Дэйв. «В простой одежде есть определенная привлекательность».

«Ты правда так думаешь?» — спросила она, с сомнением глядя на клетчатое платье.

«Да», — ответил он. Ему почему-то стало намного легче, когда они заговорили о чем-то обыденном. «К тому же, кто знает, как долго мы здесь застрянем. Вся передняя часть машины оторвана. Он говорит, что, по его мнению, она будет готова завтра, но если возникнут проблемы, это может занять и другой день. Тебе нужно будет переодеться».

Синди оставила его и пошла прислониться головой к Дениз. Они вернулись вместе и начали разбирать груды упакованных в пластик пакетов. В конце концов, Синди выбрала красно-белую рубашку, а Дениз — сине-белую.

Мужчинам тоже нужна была сменная одежда и они нашли рубашки с короткими рукавами, которые Синди и Дениз пропустили. Они также нашли джинсы, о которых Мейбл не рассказывала девочкам.

Дениз взяла соломенную ковбойскую шляпу и надела её.

«Что думаешь?» — спросила она, позируя, как бы «стреляя от бедра».

Отец посмотрел на неё: она была одета в комбинезон, под которым была рваная рубашка и на шляпу. В его голове сразу же возникла мысль о Дениз, сидящей на куче сена и снимающей всё это.

«Оседлай его, ковбойша», — сказал он, не желая произносить это вслух.

Дениз улыбнулась ему и оставила шляпу. Конечно, Синди тоже захотелось такую.

Когда они уходили, у них были сумки, полные одежды и еды. Они позаботились о том, чтобы всего было достаточно. Никто из них не хотел возвращаться и снова общаться с Мейбл.

======================================

Когда они вернулись в комнату, дверь была открыта. Испанка застилала постели. Она толкала шаткую тележку, в комнате лежали полотенца, а внутри — маленькие завернутые в бумагу кусочки мыла и тому подобное. Женщина подняла голову и улыбнулась.

«Я не говорю по-английски», — сказала она.

«Ничего страшного!» — сказал Дэйв, подняв руку. «Спасибо, что присмотрели за комнатой», — добавил он, хотя и знал, что она его не поймет.

Женщина закончила свою работу и собрала футбольную форму девочек, а также их трусики и бюстгальтеры. Она держала их в руках, оглядываясь в поисках другой грязной одежды.

«Что она делает, папа?» — спросила Дениз.

Женщина снова улыбнулась. Затем, с болезненным выражением лица, она попыталась сказать: «Я стираю... да?»

«Ух ты!» — сказал Дик. «Прачечная? В таком месте?»

Дэйв кивнул женщине, но затем поднял одну руку.

«Подожди... хорошо?» — спросил он. Женщина стояла.

Дэйв залез в пакеты и вытащил джинсы и рубашку. Дик понял, что он задумал, и сделал то же самое. Затем Дэйв еще раз сказал женщине «Подожди», и мужчины пошли в ванную переодеваться. Они достали свою старую одежду и предложили её женщине, которая ослепительно улыбнулась и взяла её. Она сложила всё на тележку и очень осторожно спросила: «Два часа... да?» Затем она выкатила тележку за дверь и пошла по дорожке.

«Кстати, — сказал Дэйв, — я не знаю, понял ли Папа́, что мы остаёмся дольше или нет. Наверное, мне стоит сходить к нему».

«Пока тебя не будет, мы приготовим обед, — сказала Синди. — Тогда мы сможем поговорить».

Её напоминание о том, что им есть о чём поговорить, немного разрядило обстановку, которая почти вернулась в нормальное русло. Дик пошёл с Дэйвом, скорее потому, что не хотел оставаться наедине с девочками, чем потому, что действительно хотел снова пообщаться с папой.

========================================================

ГЛАВА ШЕСТЬ

Как только девочки остались одни, они повернулись друг к другу.

«Ты можешь в это поверить?» — спросила Дениз, мгновенно обрадовавшись.

«Я думала, они сейчас запаникуют!» — вздохнула Синди.

«Они нас слышали!» — сказала Дениз. «И они даже не кричали на нас!»

«Ты их не слышала, Ниси?» — спросила Синди с удивлением на лице. «Они тоже хотят с нами спать!»

«Не могу поверить!» — сказала Дениз, в её голосе слышалось удивление. Для неё она была всего лишь ребенком. Дядя Дэйв был большим, сильным мужчиной, которого она любила и любила с самого детства. Её отец был таким же. То, что любой из этих мужчин мог смотреть на неё как на женщину, просто поражало её воображение.

«Нам придётся это обсудить», — впервые сказала Синди, нервно подавая голос.

«О чём говорить?» — небрежно спросила Дениз. «Мы хотим спать с ними, а они хотят спать с нами».

«Ты что, не понимаешь?!» — раздраженно воскликнула Синди. — «Они говорят не о том, чтобы сжимать нам грудь. Они говорят обо всём!»

«Нет, это не так», — твердо верила в это Дениз. Её опыт до сих пор ограничивался легкими ласками и страстными поцелуями. Это было весело, но это всё, что нужно делать.

«Конечно, это так!» — настаивала Синди. «Они мужчины, настоящие, взрослые мужчины, у которых уже был секс. Мы здесь, потому что у них уже был секс, Ниси! Взрослые занимаются сексом!»

Детская фантазия Дениз о том, как Дэйв обнимает её, целует и ласкает... и это все... внезапно рухнула. Она никогда раньше не видела настоящего пениса, но видела фотографии. Мысль о том, чтобы увидеть пенис Дэйва... и чтобы его коснулись... в местах, где её никогда раньше не касались... внезапно захлестнула её.

«Мы не можем этого сделать!» — выдохнула она. «Мы девственицы!»

«Как ты думаешь, почему они так смущаются?» — спросила Синди, которая понимала происходящее гораздо лучше, чем более легкомысленная Дениз. — Они хотят заняться с нами сексом, Дениз!

— Но мы же не занимаемся сексом! — простонала Дениз, не в силах изменить свою точку зрения.

— Вот почему мы должны поговорить с ними обо всем этом, — разумно сказала Синди. — Мы же только что говорили... раньше... верно? —

Бровь Дениз нахмурилась. — Ты имеешь в виду о том, чтобы переспать с ними? Думаю, это было бы здорово... но не если они хотят... переспать! — Последнее слово она произнесла шепотом.

— Вот что я имею в виду, — сказала Синди. — Раньше мы просто мечтали. А теперь все по-настоящему. Они взрослые. Они думают об этом совсем иначе, чем мы. Думаю, поэтому они так расстроены. Они хотят... переспать с нами! — Подожди-ка! — выдохнула Дениз. — Они сказали, что думают о нас обоих!

— Верно, — сказала Синди. «Твой папа хочет спать с тобой». Её смысл был понятен.

«А дядя Дэйв хочет спать с тобой!» — воскликнула Дениз. «И со мной!»

«Теперь, кажется, ты наконец-то поняла», — сказала Синди.

«Ого», — простонала Дениз.

«Так... что же мы будем делать?» — спросила её лучшая подруга.

=====================================

Сцена в офисе мотеля была точно такой же, как и раньше. Дэйв трижды позвонил в звонок и стал ждать, прислушиваясь к громкому звуку телевизора, доносящемуся сквозь занавешенную дверь. Наконец он отдернул её. Папа сидел в том же кресле, что и Мейбл. Он повернул голову, увидев, как шевельнулась занавеска.

«О, это ты». В его голосе звучало какое-то разочарование.

Он встал и, шаркая ногами, направился к занавеске, а Дэйв отступил назад.

Дэйв огляделся и увидел на прилавке конверт. Он не был открыт. Ручка, которой он зарегистрировался, лежала рядом с книгой. Он поднял её и подвинул конверт, чтобы написать на обороте: «Нам нужно остаться еще на одну ночь — может быть, на две», — написал он. Он перевернул конверт, чтобы Папа́ мог взглянуть на него.

«Хорошо», — сказал старик. «У вас достаточно туалетной бумаги? Я сейчас же поменяю постельное белье».

Дэйв достал конверт и написал: «Горничная только что была».

«Горничная?» — спросил Попс, выглядя растерянным. «Горничной нет. Вы первые платящие гости, которые останавливаются здесь за два месяца». Он моргнул. «Кроме Джимми Джо, я имею в виду. Он снимает жилье на месяц».

Дэйва охватило беспокойство. Неужели эта женщина украла их одежду? Это вполне обычное дело для этого города.

Он написал описание женщины, заполнив оборотную сторону конверта.

«О!» — воскликнул Попс, с трудом прочитав написанное Дэйвом. «Я совсем забыл про Марию. Она на самом деле не горничная. Она подрабатывает по городу... стирает белье... убирает время от времени... что-то вроде этого. Она, кажется, одна из тех нелегалов. Она работает только за чаевые, вроде как. Вам придется платить ей самим. Это не входит в арендную плату».

«Без проблем», — сказал Дэйв.

«Я тоже не хочу проблем», — ответил старик и его слуховые аппараты завизжали. «Просто заплатите ей что-нибудь и все будут довольны. Ну что, мы закончили? Я потерял моё мыло».

Дэйв лишь беспомощно помахал рукой, и они с Диком ушли.

По пути обратно в комнату они шли немного медленнее.

«Тебе просто нужно было открыть рот», — сказал Дик.

«Да!» — воскликнул Дэйв. «Это сводило нас обоих с ума. Ты же знаешь!»

«Так...»

«Знаю», — сказал Дэйв. «Что нам теперь делать?» — закончил он за друга, искоса улыбаясь ему.

«Да», — сказал Дик, улыбаясь в ответ.

«По крайней мере, все стало ясно», — вздохнул Дэйв. «Думаю, мы поговорим с ними об этом».

«Как ты можешь говорить с двумя девочками-подростками о том, что хочешь переспать с ними до потери сознания?» — спросил Дик. Он выглядел шокированным тем, насколько откровенно он всё описал. «Извини», — сказал он, зная, что это выражение относится к обоим мужчинам и обеим девушкам... С обоими мужчинами. По сути, он только что признался отцу Синди, что хочет её трахнуть до потери сознания.

«Мы уже давно это пережили», — сказал Дэйв. «Я знаю, как ты относишься к Синди и ты знаешь, как я отношусь к Дениз. Я всё ещё немного не понимаю, как мы относимся к своим дочерям... но это уже произошло... и нам придётся с этим разобраться».

«Ты думаешь, мы могли бы просто сделать то же, что и прошлой ночью?» — спросил Дик.

«Понятия не имею», — признался Дэйв. «Я плохо спал прошлой ночью».

«Знаю, ты всю ночь меня толкал локтем», — сказал Дик.

«Может, нам просто пойти в ванную и подрочить», — сказал Дэйв. «Возможно, это поможет».

«Я прямо представляю себе это», — сказал Дик. «Вот я сижу один, с двумя очаровательными полураздетыми девушками, а ты в ванной дрочишь. А потом Синди говорит: „Эй, дядя Дик... что папаша так долго делает в ванной?“... и у меня начинается истерика».

«Ты пойдешь после меня», — услужливо сказал Дэйв.

«Я пойду первым!» — сказал Дик. «А ты можешь рассказать Дениз, что я делаю в ванной».

Дэйв остановился. «Мы же не хотим с ними трахаться... правда? В смысле, они девственницы и это хорошо... правда?»

Дик тоже остановился и с любопытством посмотрел на друга. «Я стараюсь об этом не думать», — сказал он.

«Хорошо, а что, если мы сделаем... что-нибудь... но не все. С ними, я имею в виду».

«Что-нибудь...» — сказал Дик.

«А что, если мы их доведём до оргазма — мы оба знаем, как это делать — и если мы позволим им довести до оргазма нас... разве это не снизит напряжение?»

Дик сглотнул. «Ты имеешь в виду, чтобы они нам подрочили?»

«Да!» — сказал Дэйв, с облегчением, что ему не пришлось самому это говорить. «То есть, мы все будем гораздо спокойнее и возможно это немного разрядит обстановку».

«Ты позволишь Синди подрочить мне?» — спросил Дик, не в силах поверить.

«Я бы предпочёл, чтобы она подрочила тебе, чем... остальным», — признался Дэйв.

Дик подумал о Дениз, голой рядом с Дэйвом. Представлять, как они просто целуются и... играют... было гораздо проще, чем представлять Дэйва, склонившегося над её стонущим телом, когда её ноги раздвинуты шире, принять...

Дик понял, что вспотел. Было жарко, но не настолько.

«Я понимаю, что ты имеешь в виду», — сказал он.

«Предполагая, конечно, что девушки действительно это сделают», — сказал Дэйв.

«Конечно», — сказал Дик. «В конце концов, для них это может быть всего лишь безобидная фантазия... верно?» Он снова пошёл. «Возможно, они вообще ничего не хотят делать».

«Верно!» — сказал Дэйв, идя рядом со своим другом. «Если они действительно ничего не хотят делать, то это замечательно! Мы просто смиримся, подрочим в ванной и поедем дальше! Мы всё уладим, и всё вернётся в норму».

«Если так случится, я всё равно пойду в ванную первым», — сказал Дик.

«Может, нам стоит сделать это вместе», — сказал Дэйв. «Конечно, спиной друг к другу».

Дику пришлось рассмеяться и на этот раз это был его смех, который был слышен всем, так как Дэйв присоединился к нему.

==================================

Смех мужчин доносился до девочек и он оказывал на них странное воздействие. Они ясно видели боль и страдания на лицах своих отцов, когда те пытались справиться с запретными мыслями и желаниями. Девочки чувствовали боль своих отцов, но им тоже приходилось справляться со своими чувствами... гораздо более развитыми чувствами... но такими же страстными. Страсть не ждёт возраста. Она течет через молодые тела так же сильно, как и через тела пожилых.

Теперь, слыша смех своих отцов, хотя они и не понимали, что его вызывает, девочки немного расслабились. Все уже не казалось таким уж смертельно серьезным, если их отцы могли так смеяться. Все уже не казалось таким страшным, девочки слышали в голосах отцов нормальность и видели затянувшиеся улыбки, когда мужчины входили в комнату.

Обед, состоящий из хот-догов, зеленой фасоли и картофельного салата, был готов и все они старались продлить ощущение нормальности, поедая, в основном, молча.

В конце концов, еда закончилась и тишину пришлось нарушить. Прошло достаточно времени, чтобы оба мужчины почувствовали себя способными затронуть эту тему.

«Хорошо», — спокойно сказал Дэйв. «Давай поговорим».

=====================================

Девушки подошли к своей кровати и сели на неё вместе. Дик снова сел на стул, а Дэйв выпрямился на кровати мужчин.

Дэйв просто ворвался.

«Во-первых, мы оба очень рады, что вы всё ещё девственницы», — сказал он.

«Мы тоже», — сказала Синди.

«Просто дай мне немного поговорить, дорогая, хорошо?» — спросил её отец. Он хотел продолжать говорить, пока у него была мысль что-то сказать.

«Хорошо, папочка», — сказала девочка.

Её, «папочка», сильно ударило его.

«Это еще один момент», — сказал он. «Вы наши дочери. Мы оба считаем вас своими дочерями и любим вас... как дочерей, я имею в виду. Но, как оказалось, вы ещё и красивые молодые женщины и мы не можем не думать об этом. Мы не хотим, чтобы вы боялись. Никто из нас никогда не подумает причинить вам боль».

«Мы знаем это, папа!» — сказала Синди, не в силах сдержать смех. Она опустила голову, когда отец нахмурился.

«Мы хотим, чтобы вы знали, что мы стараемся вести себя нормально. Отцы не должны думать о своих дочерях так... ну, как думали мы. Честно говоря, я сомневаюсь, что мы сможем перестать так думать. Но мы не хотим, чтобы вы об этом беспокоились. Просто это гложет нас с тех пор, как мы застряли здесь, в этом городе и мы не можем с этим справиться. Но мы стараемся, хорошо?»

Это дало Синди разрешение говорить, по крайней мере, в её сознании.

«Папа, мы вас не боимся и не волнуемся... ну... наверное, мы немного волнуемся... вроде бы. Мы хотим остаться девственницами, я имею в виду."

«О!» — Дэйв потерял дар речи. Он ожидал, что они хотя бы отчитают мужчин за то, что те думают о них... в сексуальном плане. «Конечно!» — добавил он. «Мы тоже этого хотим».

«Хорошо, тогда», — сказала Синди, как будто всё было решено. «Пока мы останемся девственницами, мы не против переспать с вами».

Глоток Дика был слышен на другом конце комнаты.

«Я не понимаю, дорогая», — сказал Дэйв сухим голосом. «Зачем вам спать с нами?»

Синди закатила глаза.

«Папочка, мы тоже тебя любим. Вы наши папочки и вы всегда будете нашими папочками. Но мы девочки и у нас тоже есть чувства. Нам любопытно, но слишком страшно... э-э... исследовать, наверное... например, на свидании или что-то в этом роде. Мальчики могут быть очень настойчивыми».

Дэйву снова начали сниться образы его дочери, борющейся за свою невинность на заднем сиденье машины и он отбросил их. «Знаю, милая, я пыталась тебе это сказать».

«Пыталась!» — сказала она. «И я слушала, и я рассказала Ниси всё, что ты мне сказал, и у нас всё хорошо. Но мы можем тебе доверять и мы любим тебя больше, чем любого парня, которого знаем. Я люблю обниматься с тобой».

«Ну... э-э... спать вместе — это немного другое, чем... обниматься», — сказал Дэйв.

«Не совсем», — сказала Синди, наклонившись вперёд. «Не если мы останемся девственницами».

«Ну, дорогая», — сказал Дэйв, — «проблема в том, что мужчины... в такой ситуации... возбуждаются... и... э-э... ну, нам нужно что-то с этим сделать».

«Ты имеешь в виду мастурбировать», — сказала Дениз, заинтересованно глядя на неё. «Девушки тоже это делают». Она выглядела удивлённой и повернулась к Синди. «Можно я это скажу?»

«Конечно, можно», — сказал Дэйв, почувствовав себя лучше. В конце концов, мастурбация — это то, к чему они с Диком пытались свести всё это. «Если уж мы собираемся иметь взрослые мысли... и говорить о них, мы должны быть честны друг с другом».

«Это странно», — сказала Дениз. «Кто бы мог подумать, что я буду говорить о сексе со своим папой и дядей Дэйвом?»

«Мы иногда говорим о сексе», — сказала Синди.

«Знаю, но мы с папой — нет», — сказала Дениз.

Дику захотелось заговорить.

«Мне очень жаль, дорогая», — сказал он. «Мне следовало быть с тобой откровеннее. Просто немного неловко».

«Это было бы гораздо менее неловко, чем если бы ты услышал, как мы с Синди разговариваем, когда мы не знаем, что ты здесь», — сказала его дочь.

«Ну», — неловко сказал Дик, — «мы и не пытались услышать. Это просто как-то само собой получилось».

«Я рада, что так получилось», — сказала Синди. «В смысле...»Это привело нас к этому... не так ли? Мне даже нравится возможность поговорить об этом».

— Ты действительно имела в виду, когда сказала, что хочешь переспать с... нами обоими? — спросил Дэйв.

Обе девушки кивнули, но заговорила только Синди. — Мне это показалось немного странным, но зная, что вы обе так о нас думаете, это выглядит намного лучше.

«Я не думаю, что это нормально, дорогая», — сказал её отец. «Отцы и дочери не должны так думать друг о друге».

«Слишком поздно», — сказала Синди. «Кроме того, я не понимаю, что в этом плохого. Я люблю тебя и ты любишь меня. Разве это не просто ещё один способ любить?»

«Да, но это всё равно ненормально», — сказал Дэйв. «Представь, что подумает твоя мать, если узнает».

«Мамочка — стерва», — небрежно сказала Синди. «Я думаю, она вообще не понимает любви. Она пытается заставить меня любить её, покупая мне всякие вещи. Всё, чего я действительно хочу, это дружить с ней, но она слишком занята. Я знаю, что ты любишь меня и я знаю, что дядя Дик любит меня. Я люблю вас обоих. Мысль о том, что я могу переспать с вами, доставляет мне удовольствие».

«Мне тоже», — сказала Дениз. «Я не так хорошо умею говорить, как Синди, но когда я думаю о том, чтобы переспать с вами обоими, меня охватывает возбуждение». Она посмотрела на Дэйва. «Ты даже не представляешь, как я себя чувствовала, когда у тебя вчера вечером встал член из-за меня».

«Ты не выглядела довольной», — сказал Дэйв.

«Я не могла тогда признаться», — спокойно сказала Дениз. «Мне приходилось вести себя так, как я считала нужным. К тому же, меня тоже возбуждало и это было неприятно».

«Думаю, вчера вечером мы все были расстроены», — сказал Дик.

«Ну, сегодня вечером мы не будем», — сказала Синди, звуча гораздо взрослее, чем была на самом деле. Затем она снова стала девушкой. «Тебе придется научить нас, как тебе помочь. Никто из нас ничего подобного не делал с мальчиком».

Член Дэйва почти мгновенно затвердел, как только он подумал о том, чтобы почувствовать ее руку... или руку Дениз... на своем члене. Он хотел встать и начать прямо сейчас. Однако он подавил это желание.

«Здесь всего одна комната», — сказал он.

Синди выглядела растерянной, а затем улыбнулась. «Мы с Ниси постоянно оказываем друг на друга влияние. Мы не стесняемся видеться».

Дик в этот раз так же громко сглотнул, как и в прошлый.

===================================

Хотя напряжение значительно снизилось после их разговора, всё ещё оставалось естественное волнение по поводу того, что им придётся что-то делать. Оба мужчины были готовы, хотели и могли насладиться послеобеденным удовольствием, но ни одна из девушек, похоже, не думала об этом, поэтому мужчины, зная, что позже экстаз будет в пределах досягаемости, и фантазии будут воплощены в жизнь, проявили самообладание и терпение.

Они снова отправились на прогулку по городу, на этот раз сделав два круга. Когда они вернулись, их выстиранная и аккуратно сложенная одежда лежала на кровати у двери. Марии нигде не было видно, но комнату вытерли от пыли, и в ней уже не так сильно пахло затхлостью, как раньше, грязную посуду тоже вымыли и сложили в раковину сушиться.

После прогулки девушкам было жарко, а комбинезон казался тяжелым и сковывающим движения. Сначала они попытались отрезать штанины, чтобы сделать из них шорты, но потом Дениз вспомнила о платьях. Пока мужчины пытались приготовить стейки и картошку в микроволновке, девушки взяли платья. Они автоматически направились в ванную. Синди остановилась, держа руку на дверной ручке.

«Они нас увидят позже», — сказала она Дениз. «Нам больше не нужно там переодеваться».

Глаза Дениз расширились от того, что её естественная скромность была оскорблена. Затем в её глазах появился дымчатый блеск. Она всегда мечтала быть обнаженной с мужчиной и увидеть этот взгляд в его глазах. Внезапно у неё появилась такая возможность.

Они обернулись и увидели, что оба мужчины смотрят на них. На их лицах читались смешанные чувства: боль и надежда.

Расстегнуть лямки комбинезона оказалось гораздо сложнее, чем Синди думала. Она подумала о своих маленьких, упругих грудях и о том, насколько больше были груди Дениз... насколько они были женственнее. Она подумала о своем редком участке лобковых волос, которые были намного светлее и тоньше, чем у Дениз. Она всегда считала, что Дениз выглядит намного сексуальнее, чем она сама. Только мысль о выражении лица Дика прошлой ночью, когда она необдуманно показала ему свою грудь, поддерживала её. Комбинезон сполз, как камень, оставив её в ковбойской рубашке без рукавов.

«Подожди!» — сказала Дениз, желая догнать. Она повозилась с лямками и её комбинезон, словно парный комбинезону Синди, расползся по полу. Она сняла свой, и Синди, словно проснувшись от сна, повторила её действия.

Их пальцы потянулись к пуговицам рубашек. Были застегнуты только три нижние пуговицы, поэтому прошло всего несколько секунд, прежде чем обе рубашки распахнулись, обнажив нежную кожу их груди и лобковые волосы.

«Никаких трусиков», — вздохнул Дик.

«Мы купили в магазине», — нервно сказала Синди. «Но они были на десять размеров больше».

Девушки посмотрели друг на друга широко раскрытыми глазами и, одновременно, сняли рубашки.

«О, детка», — вздохнул Дэйв, сначала глядя на дочь, а затем на Дениз. Различия в их телах были очевидны, но обе казались ему великолепными.

Девушки покраснели, но открытое восхищение в глазах обоих мужчин сделало то, что и должно было сделать и обе девушки почувствовали прилив удовольствия, чувствуя себя оцененными. Они также почувствовали, как что-то теплое и влажное вытекает, покрывая их половые губы.

«У тебя встал?» — спросила Дениз, глядя на Дэйва. Освободившись от своей вампирской сущности, она любила резвиться и играть.

«Да», — просто ответил он. — «Это нормально?»

«Прекрасно», — ответила она. — «Это меня возбуждает».

«Дядя Дик?» — робко спросила Синди.

Он вздрогнул и закрыл рот. «О, детка», — тихо сказал он. «Ты даже не представляешь, как долго я хотел видеть тебя такой».

Синди почувствовала прилив крови, окрашивающий верхнюю часть груди и лицо в розовый цвет. Она также почувствовала еще одно покалывание во влагалище, которое обычно испытывала только во время фантазий и поглаживания клитора.

«Спасибо», — тихо сказала она.

«Думаю, тебе пора одеваться», — сказал Дэйв, у которого пересохло во рту. «Еще слишком рано ложиться спать».

Девушки надели свои новые платья. Хотя они были старого дизайна, они облегали их. Платье Синди было гораздо свободнее в груди, чем у Дениз, но каким-то образом, стоя там в этих старомодных платьях, босиком, они выглядели как чистые и невинные девушки, которыми и были. Оба мужчины были полностью возбуждены, когда девушки подошли к ним.

«Ну», — спросила Синди, остановившись перед Диком. «Как мы выглядим?»

У Дика уже давно была другая фантазия. Это был тот самый поцелуй, когда он обнял Синди и поцеловал её, а она ответила ему поцелуем. Он не смог устоять. Он сделал это.

Идеальным моментом стало то, что Синди была готова к поцелую. Она целовалась со многими парнями, страстно целовалась, научилась французскому поцелую и наслаждалась щекочущими ощущениями, которые это вызывало. Его поцелуй был другим. У него была щетина на подбородке и щеках, а губы были более настойчивыми, прижимались сильнее. Её естественное желание поиграть с его языком было именно тем, о чём он мечтал и поцелуй превратился в страстное, горячее действо, грозившее поглотить их обоих. Руки Синди, которые, поняв, что он собирается сделать, легли ему на плечи, медленно скользнули вниз по его рукам, пока она не обмякла, словно перенеслась в мир, где его губы и выпуклость, прижимающаяся к её животу, стали для неё всем миром. Её мучила мысль, что она должна оттолкнуть его, но она не хотела этого делать. Она хотела, чтобы он целовал её вот так часами.

Дейв и Дениз с широко раскрытыми глазами наблюдали, как двое других вдруг начали целоваться.

Дениз сначала посмотрела на Дейва.

«Я тоже хочу этого», — сказала она хриплым голосом.

Поцелуй Дейва был таким же страстным и страстным, как и у Дика. Его руки скользнули по спине Дениз, наслаждаясь ощущением отсутствия бретельки бюстгальтера. Он чувствовал её пышную грудь на своей. Его руки коснулись её ягодиц и она застонала ему в рот, страстно целуя его. Через несколько секунд она стала такой же вялой, как Синди.

В этот момент любой из мужчин мог бы раздеть свою партнёршу и пронзить её девственную вагину своим членом и ни одна из девушек не сделала бы ничего, кроме как закричала от страсти.

Обе девушки чувствовали себя так, будто их целовали впервые в жизни.

==========================================================

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Мужчины испытывали ту же страсть, но у них был некоторый опыт в её сдерживании. Именно поэтому поцелуи закончились и ужин был съеден, без того, чтобы девушек раздели догола и проткнули на вертеле.

Затем, пытаясь, с одной стороны, отсрочить неизбежное, а с другой — просто наслаждаясь предвкушением, они отправились на ещё одну прогулку. Во время этой прогулки они увидели Марию, спешащую с корзиной одежды. Дейв остановил её и дал ей пятидесятидолларовую купюру. Она чуть не заплакала, увидев купюру, и снова и снова стонала: «Gracias, Senor». Он ожидал, что она возьмёт его за руку и поцелует её, но она этого не сделала. Она смахнула слёзы и, произнеся напоследок что-то по-испански, чего они не поняли, но что, как они знали, было ещё одним словом благодарности, побрела прочь с одеждой.

В конце концов, они больше не могли идти и вернулись в номер мотеля.

Синди включила телевизор и вздохнула, увидев на экране программу NBC.

Возможно, по привычке, когда мужчины ложились смотреть телевизор на отдельные кровати, их дочери ложились рядом с ними, прижимаясь друг к другу подмышками, обнимая отца. В этом не было ничего сексуального. Они просто смотрели телевизор со своими отцами и это было приятно, даже если было еще достаточно жарко, чтобы они немного вспотели. Дейв пожалел, что не догадался попросить у папы вентилятор.

Было около семи тридцати, в середине рекламы Сиалиса, когда изображение внезапно сменилось на занятую блондинку, которую сзади трахал молодой красавец. Камера переместилась на его толстый, молодой член, скользящий внутрь и наружу влажной вагины женщины.

«Ну, я думаю, Джимми Джо сегодня закончил работать над машиной», — сказал Дейв.

Дениз встала и подошла к телевизору, выключив его. Её вампирская сущность вернулась и она подошла к кровати, на которой лежали Дейв и Синди, и потянулась к руке Синди, оттаскивая её от кровати. Затем она забралась на кровать и, опустившись на четвереньки, ясно дала понять, что хочет еще один поцелуй.

Синди подошла к другой кровати и сделала то же самое.

====================================

Следует отдать должное мужчинам: они продержались пятнадцать минут, просто целуясь, прежде чем их руки начали блуждать. Вероятно, это было потому, что они жили как во сне, что давало им терпение. Даже когда девушки медленно перешли от положения на четвереньках к полулёжа на мужчинах, основным занятием был обмен поцелуями.

Когда руки мужчин действительно начали блуждать, девушкам тоже нужно отдать должное. Они привыкли к страстным, пылким поцелуям, но когда руки начинали скользить по их бедрам, они также привыкли останавливать эти руки. Теперь же, почти по собственной воле, они крепко держали свои руки на лице или плечах выбранного ими мужчины.

Дэйв первым начал приподнимать подол клетчатого синего платья Дениз, обнажая её бедра, которые он нежно поглаживал. Когда его рука добралась до её ягодиц, она заерзала от волнения, наконец-то позволив мужчине прикоснуться к ней там. Это прикосновение было электрическим и её естественным инстинктом было засунуть верхнюю часть ноги между ног Дэйва, и прижать свою зудящую вагину к его бедру. Она никогда раньше этого не делала и это было восхитительно.

Когда Дэйв начал исследовать сначала её ягодичную складку, а затем глубже, проведя пальцем по её тугому анусу, а затем до самого основания её совершенно влажных половых губ, Дениз подумала, что вот-вот потеряет сознание.

Синди испытала примерно то же самое, за исключением того, что Дик поглаживал переднюю часть её бедер под платьем, пока их языки сражались. Её инстинкт держать ноги сомкнутыми был подавлен и она подняла одну ногу, чувствуя себя смелее, чем в первый раз, когда позволила парню прикоснуться к своей груди. Она знала, что его рука рано или поздно коснется её вагины, но, пока он играл, щекоча её внутреннюю поверхность бедер, она согнула колено и еще больше раскрылась, теперь уже с нетерпением ожидая впервые почувствовать там мужскую руку. Когда он провел пальцами вверх по передней части её бедер, мимо еёщели, чтобы скользнуть по животу, чуть выше лобковых волос, она застонала ему в рот и поцеловала его еще более страстно.

Затем, когда Дик прижал руку к её животу и скользнул вниз, его средний палец потер её клитор, чтобы проникнуть в её вагину, это было уже слишком. Она отвернулась от него, её рука шлепнулась на кровать и она издала долгий стон.

«О, черт, трахни меня, дядя Дик!»

Дик ухмыльнулся ей, наслаждаясь тем, что его палец первым проник в неё и тем, что ей это явно нравилось. Он проник немного глубже, осторожно, потому что не знал, осталась ли у неё эрекция или нет. Оказалось, что её не было и он продолжал, пока не смог войти дальше.

"А. .." простонала перевозбужденная девушка-подросток. Это было совершенно не похоже на её собственный тонкий, гладкий палец. Он давил на стенки её влагалища и заставлял её клитор кричать. Когда она делала это сама с собой, ей требовалось десять минут, чтобы кончить. Теперь же, почти в панике, она поняла, что к ней приближается сильнейший оргазм. Когда он слегка пошевелил пальцем и несколько раз быстро ввел и вынул его, она кончила, как бомба.

Все стоны Синди, но особенно те, что она издавала, когда кончала на палец Дика, были слышны паре на другой кровати, которые двигались гораздо медленнее. В этот момент Дениз подняла ногу выше, её колено задело его эрекцию, все еще в штанах. Это раскрыло её настолько, что он едва мог дотянуться до её клитора, пока она терлась анусом о его запястье. Когда Синди начала стонать и извиваться на соседней кровати, оба прервали свой поцелуй и посмотрели в другую сторону. Синди лежала на спине, юбка была задрана до пояса, а рука Дика извивалась между её ног, пока её голова болталась из стороны в сторону, глаза были плотно закрыты. Было очевидно, что она испытывает оргазм.

Дениз отреагировала так, как удивила её саму, так же как и Дэйва. Она забралась на него сверху, потянула за юбку и прижала свою обнаженную вагину прямо к бугорку, с которым играло её колено. Затем, напрягая бедра, она ласкала его без проникновения, пока не начала бормотать от удовольствия. Каким-то образом она знала, как делать то, чего никогда раньше не делала и это было так же фантастически, как она и предполагала, когда принимала позу. Руки Дэйва, сжимавшие и пощипывавшие её соски на её груди во время оргазма, только усиливали удовольствие. Одной рукой она попыталась снять платье с плеч, чтобы он мог прикоснуться к ней обнаженной, но у неё ничего не получилось. К тому моменту она переживала лучший оргазм в своей жизни и сосредоточилась на нем.

===================================

Тишина в комнате, после того как обе девушки наполнили её своими стонами, криками и хрипами, была настолько полной, что Дэйв мог слышать, как Дик целует губы Синди, издавая тихий чмокающий звук. Дениз лежала на нём сверху, измученная после оргазма, а он нежно поглаживал её по спине. Её вес на его стоячем члене доставлял удовольствие, такое же, как когда просыпаешься ночью, а кровать прижимается к эрекции. Он посмотрел, чтобы убедиться в услышанном и увидел, как Дик целует Синди медленно, легко и нежно, посасывая её губы. Палец Дика всё ещё был внутри, но уже не двигался. Наблюдая за ним, он увидел, как Дик осторожно вынимает палец из вагины своей маленькой девочки. Он не чувствовал ни гнева, ни ревности. Он чувствовал гордость от того, что его лучший друг знал, что после оргазма её вагина будет липкой, сжимающейся и чувствительной и что ему нужно медленно вынимать палец. Он увидел, как Дик поднёс палец к губам и начал сосать его.

«Что ты делаешь?» — простонала Синди, всё ещё тяжело дыша.

«Пробую тебя на вкус», — сказал он.

«Фу!» — простонала девушка.

«Ты вкусная», — сказал Дик.

«Это было потрясающе», — вздохнула Синди. «Я никогда ничего подобного не чувствовала... никогда!»

«Это ещё не всё», — тихо сказал Дик.

Дениз пошевелила лицом...Она прикрыла лицо волосами и потянулась, чтобы откинуть их назад. Её взгляд был устремлен прямо в глаза Дэйву.

«А для меня тоже есть?» — спросила она едва слышным шепотом.

«Много чего», — ответил Дэйв, целуя её в нос.

«Я тебя чувствую», — сказала она. «Ты возбуждён».

«Ага», — сказал он, снова целуя её в нос.

«Хочешь, чтобы я дотронулся до него?»

«О, да», — вздохнул он.

«Я не знаю, как», — сказала она.

«Я тебя научу».

====================================

Синди повернула голову и увидела, как её лучшая подруга начала раздевать её отца. Когда она поняла, что происходит, она почувствовала, как к её насытившемуся телу вернулась энергия и села. Дик не ждал. Он тоже видел, что происходит в соседней кровати. Синди решила, что платье слишком тесное и сняла его через голову, пока Дик снимал джинсы и рубашку. Она уставилась на него, когда он снова лёг, на первый в её жизни твёрдый член, торчащий из гнезда каштановых волос.

Она с любопытством посмотрела, а затем повернула голову, пытаясь разглядеть член своего отца. Она знала оба вида, видя оба в интернете. Большинство из тех, что она видела, были похожи на член Дика: большая тёмная головка, тонкая шейка позади и более крупный, жилистый ствол под ней. Когда отец приподнял бёдра, и Дениз стянула с него джинсы, его член плюхнулся на живот. Его член выглядел иначе. Головку не было видно из-за кожи, покрывающей её.

Её голова снова повернулась к члену Дика... «члену»... решила она. Это был не пенис и не член. Это был дик, потому что он был у дяди Дика(игра слов: вульгарное название члена на американском - дик). Она вспомнила его толстый палец у себя во влагалище и уставилась на большую тупую головку, которая была невероятно велика, чтобы поместиться во влагалище, хотя она знала, что именно там она находилась, когда была зачата её лучшая подруга. Она интуитивно понимала, что, как только головка пройдет мимо половых губ, они плотно сомкнутся вокруг более тонкой шейки. Ей и в голову не приходило, что она думает о том, чтобы засунуть этот член себе во влагалище. Скорее, она видела что-то явно болезненное и думала: «О, как больно!»

Синди слышала, как отец сказал: «Я тебя научу» и теперь она перешла на другую сторону кровати, чтобы полулежать на ней, опустившись на колени. Она могла смотреть мимо дика Дика и наблюдать. Однако она не хотела ждать и протянула руку, чтобы проверить, какие ощущения вызывает дик Дика.

Было жарко и очень твердо, но в то же время бархатисто-мягко. Она попробовала сжать его и Дик вздохнул. Она подняла взгляд, но Дениз мешала. Её рука двигалась, но Синди не видела её. Ей не пришло в голову спросить Дика, что делать. Вместо этого она сказала: «Сейчас вернусь», и бросилась заглядывать через плечо Дениз. Дениз крепко обхватила рукой пенис отца и водила ею вверх и вниз по твердому стеблю. Синди видела, как двигается кожа снаружи, обнажая головку, которая выглядела как у Дика, когда была обнажена, а затем снова прикрывая её, когда поднималась её рука. Дениз посмотрела на свою подругу.

«Это так круто», — выдохнула она.

«Мне пора», — сказала Синди и бросилась обратно к своему мужчине.

Проблема была в том, что на головке пенисе Дика не было кожи, чтобы двигаться. Её рука не скользила легко и быстро, как это делала Дениз.

«Что случилось?» — спросила она, начиная раздражаться.

«Лучше получается, когда у меня есть крем для рук или что-нибудь скользкое», — сказал Дик, которому было весело, независимо от того, насколько эффективными были её движения.

«У меня ничего подобного нет!» — пожаловалась она. «Дома есть, но не здесь».

«В ванной есть мыло», — предложил он. «Просто намыли руку и вернись».

Она побежала в ванную и так и сделала. Вернувшись, она широко улыбнулась, видя, как её рука теперь легко скользит вверх и вниз. Она чувствовала все бугорки и тонкую шею за головой. Это было чудесно, скользить сквозь руку.

«О, детка», — простонал Дик. «Это так приятно».

«Мне тоже нравится», — сказала она почти застенчиво. «Приятно держать в руке».

Она поиграла с головой, проводя пальцами вокруг неё и по окружности шеи снизу. Он застонал и его бедра задергались. Она бы поиграла с ним еще, но он попросил её погладить.

«Ты сейчас выльешь сперму», — сказала она, двигая рукой быстрее, — «не так ли?»

«Оооо, да, милый... вот-вот... просто продолжай».

Визг возбуждения Дениз дал понять, что она опередила его и Синди обернулась, чтобы увидеть, как густая белая струя взметнулась мимо плеча Дениз, а затем упала и снова исчезла. Рука Дениз теперь двигалась очень быстро и Синди повернулась, чтобы повторить эту скорость.

Дик наполовину приподнялся, а затем снова рухнул и то, что было в руке Синди, запульсировало. Струя белой жидкости, точно такая же, как та, что она видела над плечом Дениз, взмыла в воздух и упала прямо ей на руку. Было жарко и этот жар удивил её, но она продолжала дергаться, когда все больше и больше этой субстанции вылетало наружу, каждая струйка поднималась в воздух все ниже и ниже, пока из маленького отверстия на кончике не вытекала лишь тонкая струйка вещества. Рука Дика потянулась к её руке.

«Остановись сейчас же», — задыхаясь, проговорил он. «Оно слишком чувствительное, чтобы продолжать».

Она знала, что это такое. Его палец делал то же самое. Её оргазм, такой сладкий, что она была уверена, никогда не почувствует ничего лучше, внезапно стал болезненным, когда его толстый палец, поглаживающий её клитор. Он остановился в этот момент и боль исчезла, оставив ей ощущение лишь приятной полноты его пальца, раздвигающего её влагалище.

Она не хотела отпускать его, потому что теперь ощущения были другими. Он был не таким твердым и казалось, уменьшился. Она с изумлением наблюдала, как он уменьшается еще больше, пока она не смогла сжать его и её пальцы не погрузились в него.

«Спокойно», — простонал он.

Наконец она убрала руку и с грустью смотрела, как он упал, вялый и крошечный. Она посмотрела на свою руку, покрытую пеной и на его сперму, которая уже не казалась такой горячей. Она поднесла руку ближе, чтобы рассмотреть это, затем понюхала, но не почувствовала ничего, кроме легкого мускусного запаха, едва различимого в аромате мыла.

Он попробовал её на вкус, когда закончил. Она знала о минете и о том, что некоторые девушки утверждают, что глотают это, но не могла заставить себя попробовать. Однако другая её рука поднялась и провела по нему, чувствуя, насколько оно скользкое. Это было бы идеальным средством для мастурбации. Она подавила смешок, поняв, что здесь парадокс. Это была идеальная смазка, но её нельзя было удалить... без другой смазки.

Дениз тоже испачкала руку спермой и она встала, платье вернулось на место. Она повернулась.

«Ты голая!» — сказала она Синди.

«Так было лучше», — сказала Синди.

«Нам лучше пойти умыться, а?» — сказала Дениз, внимательно разглядывая сперму дяди Дэйва на своей руке.

===================================

Когда девочки вышли из ванной, Дениз тоже сняла платье и оно висело у неё в руке. Она бросила его к стулу и встала, глядя на отца, который все еще лежал на кровати, раскинув ноги. Она вернулась в ванную и вышла с мочалкой. Она не дождалась, пока вода нагреется и Дик вздрогнул, когда прохладная влага коснулась его тела. Он наблюдал, как дочь вытирает то, что её лучшая подруга добыла из него. Он посмотрел на её обвисшую грудь и облизнул губы. Она была так прекрасна.

Дениз передала мочалку Синди, которая стояла и наблюдала, не понимая, что происходит. Когда она поняла, то подошла к отцу и сделала то же самое с ним. Она посмотрела ему в глаза и увидела в них жар, когда они скользили по её телу. Она услышала стон Дика и повернулась, чтобы увидеть, как Дениз забирается на него сверху, как она делала это с Дэйвом. Она легла, её грудь прижалась к его груди и она поцеловала его. Синди увидела, как она тут же начала двигать бедрами, скользя своей вагиной по члену Дика. Она посмотрела на пенис отца. Он тоже выглядел вялым и унылым. Не понимая, что её так тянет, она наклонилась и поцеловала его.

Затем она забралась на папочку, прижала свою вагину к этому вялому члену и поняла, что Дениз делает в соседней кровати.

Она обнаружила, что это было восхитительно, особенно когда он целовал её так же, как дядя Дик.

================================

Синди всё ещё лежала на отце, только теперь она была перевернута, спиной к нему. Его левая рука ласкала её грудь и играла с сосками, а правая находилась между её ног. То, что он с ней делал, было совершенно иным, чем то, что делал дядя Дик. Её ноги были широко раздвинуты и он тремя пальцами прижимал её половые губы. Он не вставлял палец внутрь. Вместо этого он водил всеми тремя пальцами взад и вперед, заставляя её клитор петь от удовольствия. Она тяжело дышала, потому что оргазм был почти на пороге. Если он продолжит еще несколько секунд, это произойдет. Её голова лежала рядом с его головой на подушке и он шептал ей на ухо о том, какая она красивая и сексуальная.

«Ты почти там, детка?» — прошептал он.

«Почти, папочка», — простонала она. «Ещё немного... это так приятно!» — взвизгнула Дениз на соседней кровати и её мучительное «О, папочка!» дало понять, что она чувствует то же самое, что и Синди, когда толстый палец проник в её девственную вагину, проникая глубоко и сдавливая клитор. Этот звук заставил Синди оттолкнуться пятками, приподнимая вагину, когда её захлестнули волны наслаждения. Затем Дэйв вставил палец и потянул, всё ещё размахивая рукой взад и вперёд, пока она не подумала, что вот-вот потеряет сознание от удовольствия. Она услышала звуки и поняла, что они исходят из её собственного горла. Когда она опустила ягодицы обратно на чресла отца, его рука остановилась. Он крепко обнял её левой и правой рукой и прошептал: «Я люблю тебя, Синди».

Девочки хотели мастурбировать своих отцов, но мужчины были довольны.

«Завтра», — сказал Дэйв, когда Синди надула губы.

«Можно я посплю с тобой сегодня ночью?» — спросила она.

Дэйв посмотрел на Дика, которого целовала Дениз.

— Наверное, да, — сказал он. — Похоже, они счастливы.

===================================

Все они были измотаны. Причиной тому было сочетание напряжения, которое они испытывали в течение двух дней, и невероятно приятных оргазмов. Никто не проснулся ночью, пока отец держал дочь на руках. Было жарко, но их нагота в какой-то степени компенсировала это.

Утром их липкое, потное состояние подавило страсть. Они по очереди принимали душ, который представлял собой ванну на ножках с краном, выходящим из стены. Вода разбрызгивалась повсюду, но все было выложено плиткой, так что это не имело значения. Никто не оделся.

====================================

Всё могло бы сложиться так, как и планировали отцы и дочери, если бы они не застряли во Фланнери, где делать было нечего. Ну... теперь было чем заняться... но это всё, что можно было делать.

Завтрак нагишом тоже не помог. Дик уставился на молоко в своей миске с хлопьями, а затем на выпирающие груди своей дочери с их крошечными, упругими сосками. Связь между молоком в миске и молоком, которое когда-нибудь брызнет из этих сосков, была очевидна. Он уже был почти возбуждён, но это его окончательно добило. Когда он встал, чтобы отнести миску к раковине, обе девушки увидели его член.

«Это для меня?» — спросила Дениз, — «или для Синди?»

«Да», — ответил он, улыбаясь.

Это привело к тому, что Дик впервые попробовал эти упругие соски и Дик с Дениз оказались на кровати, где Дениз узнала, каково это — мастурбировать обрезанный пенис, что было настолько непривычно, что она тоже расстроилась. Синди побежала в ванную, намылила руку и вернулась, чтобы намылить и член Дика, и руку Дениз. Затем они оба были счастливы: он доставлял ей удовольствие, посасывая её соски, а она доставляла ему удовольствие, медленно поглаживая его.

Синди, конечно же, не хотела оставаться в стороне, поэтому она села верхом на ноги отца, усевшись ему на колени и заставила его ласкать её через плечо, пока он не сдался, и тоже не начал сосать её клубничные соски. Его член увеличился в размерах, и прежде чем они успели что-либо понять, он уже входил в её влагалище.

«Мммм, как приятно», — сказала она, целуя его, а затем снова засунула свою грудь ему в рот.

Он сосал, гладил её по спине, а затем выплюнул её сосок.

«Может быть и приятно, но это не лучшее место для моей маленькой подружки».

«Он не во мне», — вздохнула Синди, извиваясь. Головка члена вошла глубже, раздвигая её половые губы.

«Будет, если ты будешь продолжать в том же духе», — сказал её отец. Желание притянуть её к своему члену было сильным, но он сдержался.

«Я хочу чувствовать себя хорошо», — простонала она.

«Я знаю другой способ доставить тебе удовольствие», — сказал он.

Он оттолкнул её назад и встал. Кончик его члена блестел от её соков. Он отвёл её к кровати, уложил на неё и забрался между её ног. Он ещё немного пососал её грудь и целовал её, пока её бёдра не приподнялись над кроватью, а затем начал целовать её живот.

«О, папочка!» — простонала она. «Ты действительно собираешься это сделать?»

«Ещё бы, детка», — сказал он, его голос был приглушен её лобковыми волосами.

Её возглас одобрения, когда он прижался к её половым губам и засунул язык в её ароматную вагину, был громким и привлёк внимание Дениз, которая оглянулась через плечо.

«Это так мерзко!» — простонала она.

«Это совсем не мерзко», — сказал её отец. Он толкнул её в нужное положение и, несмотря на её возражения, засунул своё лицо между её ног. Её возражения мгновенно исчезли и она застонала.

Комната наполнилась шумом. Сначала это было чавканье, лизание и сосание влажных вагин. Затем раздались нарастающие стоны девушек, которые перешли в хныканье, а потом в крики счастья, когда девушки извергли в рот своим отцам сперму.

Когда девушки пришли в себя и помастурбировали своим отцам, снова испачкавшись и нуждаясь в еще одном душе... было всего девять часов.

Девушки насытились примерно на полчаса, но вновь пробудившаяся страсть была полна энергии и энтузиазма, и вскоре девушки снова поменялись партнерами и начали узнавать больше о том, как разные техники приводят к разным видам и силе оргазма.

Обед был желанной передышкой, по крайней мере, для мужчин. Их очень давно не просили заниматься сексом два или три раза за день. Поспать показалось хорошей идеей, и девушки тоже были к этому готовы.

Сон продолжался до ужина. После напряжения предыдущих дней и беспокойных ночей всем им был необходим сон.

Они поужинали голыми, а когда включили телевизор и снова увидели NBC, девочки прижались к своим «дядям», чтобы посмотреть. В восемь часов снова включили порно. На этот раз девочки просто перевернулись, чтобы испытать оргазм и позволили звуку секса на экране возбудить их, когда они кончили, глубоко проникая пальцами.

Телевизор выключили и девочки выжали еще сперму из мужчин, нежно поглаживая их и с горящими глазами наблюдая, как сперма разлетается в воздухе.

К тому времени, как они вытерли мужчин и перекусили, казалось, что еще слишком рано ложиться спать. На улице было светло, но обниматься было нелишним.

Так уж получилось, что они снова легли рядом со своими отцами. Страсть и оргазмы истощили их всех. Разговоры затихли, ласкающие руки обмякли и в конце концов они уснули.

Когда Синди проснулась около шести утра, а отец все еще спал, она намеревалась вырваться из его объятий и взять немного хлопьев.

Увидев его безжизненный пенис, она почувствовала прилив любви и наклонилась, чтобы поцеловать его, как делала это раньше. Один поцелуй сменялся другим, и безжизненный член начал подергиваться и двигаться. Она была в восторге от того, что смогла его возбудить и продолжала осыпать его нежными поцелуями, пока не почувствовала непреодолимое желание лизнуть кончик.

Дейв позволил себе постепенно проснуться. Кто-то целовал его пенис и он возбуждался. Это было восхитительно и он на самом деле не хотел просыпаться, потому что все было прекрасно. Поскольку он не проснулся, его руки сделали то, что могли бы сделать в прошлом году. Они потянулись к мягким волосам на голове женщины, чьи губы касались его члена и поправили их так, чтобы она взяла его в рот.

Синди почувствовала руки отца на своих волосах, как он надавливал. Ей так нравилось наблюдать за тем, как растет его член, что она не посмотрела ему в лицо. Она открыла рот, чтобы сказать ему, как ей это нравится. Его руки крепче сжали её голову и внезапно, без предупреждения, её рот оказался полон полутвердого папиного члена.

===================================

Реакция Синди на то, что она впервые почувствовала пенис во рту, была бы комичной, если бы кто-нибудь, кроме неё, не был достаточно бодр, чтобы это увидеть.

Руки Дэйва крепче сжали её голову, пока он продолжал просыпаться. Пенис был лишь наполовину твёрдым, примерно как полусырая сосиска, а это означало, что он всё ещё мог сгибаться. Так и произошло, когда Синди повернула голову в сторону, пытаясь вытащить его изо рта. Затем в дело вступил её язык, инстинктивно пытаясь переместить его. Она издала сдавленный «АААА».

Затем, совершенно внезапно, возможно, из-за естественного инстинкта сосать и пробовать на вкус то, что находится во рту, Синди перестала сопротивляться и... сосала и пробовала. Текстура была завораживающей, потому что она могла сжать его губами и продавить, но при этом он был достаточно твердым, чтобы её щеки втягивались, когда она сосала. Однако он недолго оставался полутвердым и к тому времени, как она решила, что, как бы странно это ни было, ей нравится, он достаточно затвердел, чтобы она больше не могла манипулировать им во рту.

Теперь она боролась с руками отца, не чтобы кончить, а просто чтобы почувствовать, каково это – скользить губами по стволу. Ей это тоже нравилось, но она не могла добраться до кончика, потому что руки отца давили на неё. Она положила правую руку на его яички, а левую – на лобковые волосы и надавила. Дейв окончательно проснулся и понял, что происходит.

«Что?» – спросил он, поднимая голову и видя, что его пальцы запутались в волосах дочери. Он почувствовал, как она давит и тут же отпустил.

Синди отстранилась, сосала до конца и наконец посмотрела ему в лицо.

«Не нужно меня заставлять», — тихо сказала она.

«Прости, дорогая», — сказал он растерянно. «Я не хотел. Кажется, я не спал, когда ты... э-э... начала».

«Я не хотела начинать», — сказала его дочь, взяв в руки теперь уже твердый стержень и поглаживая его. «Но я рада, что это произошло. Мне это нравится».

Оттянув капюшон, чтобы обнажить головку, она наклонилась и взяла её в рот. Эта гладкая, твердая кожа ощущалась совершенно иначе, чем рыхлая кожа на стержне. Сосать было легче, потому что она не переполняла рот.

«Оооо», — простонал Дэйв.

Она отстранилась. «Тебе это нравится?»

«Оооо, детка, ты даже не представляешь», — вздохнул он.

«Я не думаю, что хочу, чтобы она брызнула мне в рот», — неуверенно сказала она, глядя на головку, пока её рука несколько раз поглаживала её.

«Хорошо», — сказал он. «Думаю, ты можешь продержаться ещё немного, прежде чем возникнет опасность».

Она была слишком неопытна в этом деле, чтобы понять, как таким образом довести его до оргазма, но ей очень нравилось с этим играть. Она обнаружила, что он извивается особым образом, если она губами оттягивает кожу с головки, а затем, оттягивая, сосет, чтобы кожа снова покрыла головку. Это было немного похоже на многократные поцелуи, только каждый раз она позволяла ему скользить в рот. Через некоторое время у неё заболели челюсти от того, что она так долго и широко раздвигала их и она спросила, может ли остановиться.

«Дорогая, тебе никогда не нужно просить остановиться. Если ты чего-то не хочешь, этого мне достаточно», — сказал её отец, притягивая её к себе для поцелуя.

Она забралась на него, потирая губами его член. Это был первый раз, когда она так делала. Раньше, когда она терлась о него, он уже был мягким и извергал жидкость. Теперь, когда стержень раздвинул её половые губы и её клитор поцарапал его, она почувствовала, как оргазм приближается гораздо быстрее.

«Ммм, я сейчас кончу», — прошептала она ему на ухо.

«Продолжай так тереть и я тоже кончу», — задыхаясь, ответил отец. «Это слишком близко к твоей вагине, дорогая», — предупредил он.

«Это не внутри меня», — сказала она, полагая, как и большинство молодых людей, что сперма вне тела совершенно безопасна и не может попасть внутрь. «Соси мои соски», — потребовала она, прижимая один из них к его рту.

Дэйв кончил первым и его сперма оказалась зажатой между её вагиной и его животом, пока она терла её половыми губами. Это тепло и скользкость были именно тем, что ей нужно и она застонала, когда по ней пробежали волны удовольствия. Закончив, она легла на него.

Дэйв подумал обо всех этих маленьких личинках, которые у самой самки отчаянно пытались плыть вверх по течению, чтобы отложить икру, однако он не думал, что у них есть хоть какой-то шанс. А ей было приятно лежать на нём обнажённой. Он отбросил мысль об опасности и вместо этого погладил её по спине.

Насытившись и расслабившись, отец и дочь снова заснули.

=================================================

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Когда Дик проснулся, у него была сильная утренняя эрекция и в его объятиях лежала прекрасная девушка-подросток, чьи мягкие груди прижимались к нему. Он попытался вырваться из её объятий, чтобы сходить в туалет, но это разбудило и её. Её рука потянулась к его эрекции.

«Мммм, такой твердый», — пробормотала она.

«Так бывает по утрам», — прошептал он. «Мне нужно в туалет».

«О», — сказала она разочарованно. «Я думала, это для меня».

«Это для тебя», — сказал он, ущипнув её за ягодицу. «Как только вернусь из туалета».

Он встал и, проходя мимо другой кровати, увидел Синди, лежащую на отце, с раздвинутыми ногами и коленями на кровати. Он был потрясен, увидев, что член Дэйва был весь в сперме, а вагина Синди была прижата к нему. Казалось, вся эта сперма могла вытечь из её вагины! Он остановился, уставившись на неё. Он не мог поверить, что Дэйв действительно переспал с его дочерью. Оба мужчины сопротивлялись этой мысли и девушки тоже! Он ничего не слышал ночью и если бы Синди потеряла девственность, он был уверен, что это издало бы такой звук, который разбудил бы его.

Он наклонился и посмотрел внимательнее. Её половые губы были в сперме. Его член был в сперме. Всё было в сперме! Член Дэйва выглядел так, будто он мог выскользнуть из её вагины ночью, пока они спали!

Его мочевой пузырь закричал от боли и он встал и пошел в туалет. Ему пришлось сесть и силой засунуть свой член в унитаз, он был таким твердым. Как обычно, он немного размягчился, когда сильная струя вывела его из себя и боль ушла. Он не мог поверить, что они трахались... прямо здесь, в постели рядом с ним и Дениз. Но доказательства были очевидны. Он не только трахал её, но и делал это без презерватива! Он кончил в сладкую, незащищенную пизду своей собственной дочери!

К тому времени, как Дик вышел из ванной, он снова был тверд как камень. Одна мысль о члене Дэйва, скользящем внутрь и наружу молодой пизды Синди, извергающем в неё папину сперму, заставляла его яички кипеть. Он снова посмотрел на них. Они все еще спали.

Его взгляд упал на кровать и на девушку, лежащую на ней. Она лежала на спине... ждала его... смотрела на него. У неё был сонный вид сексуально удовлетворенной женщины. Он посмотрел на темные волосы, которые висели над её собственными толстыми, розовыми половыми губами. Теперь они были сомкнуты, словно защищая её девственность. Позволит ли она ему тоже переспать с ней? Позволит ли она ему излить свою папину сперму ей глубоко в живот? Как он мог просить её об этом? Она ясно дала понять, что хочет остаться девственницей. Но Синди тоже хотела этого, и, очевидно, передумала. В нём бушевала похоть.

Он поднёс указательный палец к губам и жестом пригласил Дениз подойти к изножью другой кровати. Она вопросительно посмотрела на него, и он снова сделал жест. Кровать заскрипела, когда она встала и подошла к отцу. Он указал пальцем.

Дениз посмотрела туда, куда он указывал и её глаза расширились. Её юные глаза пришли к тому же выводу, что и глаза её отца постарше. Она наклонилась ближе, не веря своим глазам, затаив дыхание.

Первым, что она почувствовала после изумления, был гнев. Они должны были сделать это вместе! Они должны были пожениться и потерять девственность, бок о бок! А теперь Синди всё испортила. У Дениз не было никаких сомнений, что Синди была инициатором. Она явно обхватила своим влагалищем твёрдый член дяди Дэйва и приняла его внутрь себя. Она встала, выдохнула и снова вдохнула, чтобы закричать.

Дик увидел гнев на её лице и услышал, как она тяжело вздохнула. Его рука инстинктивно потянулась, чтобы закрыть ей рот и он приложил свой рот прямо к её уху.

«Тихо!» — прошипел он.

Она сопротивлялась, пока не поняла, что он слишком силён, а затем обмякла, когда разочарование в лучшей подруге сменило гнев. Она повернулась, слёзы на глазах и Дик убрал руку с её рта. Она обняла своего папочку.

«Они не должны были этого делать!» — простонала она.

«Знаю, детка», — сказал он, поглаживая её обнажённую спину. Он почувствовал, как его член упирается ей в живот и пожелал, чтобы он был ниже, между ног. «Уверен, они просто увлеклись».

«Они не должны были увлекаться!» — сказала она и он снова заставил её замолчать.

«Сейчас уже слишком поздно что-либо делать», — прошептал он. «В любом случае, я знаю, что они чувствуют».

Мозг Дениз медленно догонял последнюю часть его высказывания, но когда это произошло, комментарий взорвался у неё в голове. Она оттолкнулась, насколько могла, от его рук, обхвативших её талию.

«Ты хочешь сделать это и со мной?» — прошептала она, широко раскрыв глаза.

Взгляд в его глазах говорил сам за себя. Она вдруг почувствовала его член, прижимающийся к ней.

Она покачала головой. «Я к этому не готова», — сказала она. «Синди не должна была этого делать».

Дик почувствовал ярость от того, что Дэйв переспал с Синди, но Дениз не позволила бы отцу сделать то же самое. Затем он ужаснулся тому, что его разум может попасть в эту ловушку и подавил ярость одной лишь своей волей. Он увидел беспокойство... или это был страх?... на лице своей дочери и почувствовал стыд за то, что когда-либо мог подумать о том, чтобы принудить её.

«Ты права, дорогая», — сказал он, расслабляя напряженные мышцы. «Им не следовало этого делать и мы не можем позволить этому повлиять на нас. Ты очень много значишь для меня».

«Но ты же хочешь?» — спросила его дочь.

В последние сутки он много размышлял о новой открытости между ним и Дениз. Он понял, насколько это ценно и не хотел этому вредить. Он кивнул.

«Я хочу, но только если ты будешь готова. Если этого никогда не произойдёт, ничего страшного. Я люблю тебя и хочу, чтобы ты была счастлива. Это всё, что для меня действительно важно».

Хотя Дик этого не понимал, это были совершенно правильные слова. Дениз привыкла к настойчивости парней... привыкла отбиваться от них. То, что мужчина ставит её желания выше своих, приводило её в восторг.

«Спасибо», — сказала она, вставая на цыпочки, чтобы поцеловать его.

Этот поцелуй завёл Дениз. Дик, конечно, уже был готов, хотя и немного сбавил обороты. Были и другие вещи, которые он мог с ней сделать и он знал, что она доведёт его до оргазма. Этого было достаточно. Ему не нужно было заниматься с ней сексом, чтобы получить удовольствие.

Он уложил её на кровать и когда она поняла, что он снова собирается заняться с ней оральным сексом, она с удовольствием раздвинула ноги. Вскоре она начала подносить свою вагину к его лицу, пока он лизал и сосал. Когда она почувствовала приближение оргазма, она накрыла лицо подушкой и застонала, чтобы не разбудить остальных.

Дениз обрызгала лицо Дика. Ему нравилось двигать губами вокруг её скользкой вагины. Он хотел подрочить, но его рука была сухой. Он подумал обо всей этой скользкой жидкости и поднял лицо. Он уже собирался занять удобную позу, когда Дениз убрала подушку с лица. Она встревоженно подняла голову и увидела эрекцию своего папочки, свисающую прямо над её вагиной.

«Папочка!» — взвизгнула она.

«Шшшш», — сказал он. «Я не собираюсь вставлять его в тебя. Я просто хочу немного потереть».

Он расслабил мышцы спины и положил нижнюю часть своего твёрдого члена в её открытые половые губы. Он двинул его вперед. Её сжимающие, влажные губы обжигали его член.

Дениз почувствовала, как ствол скользит по её клитору, который оправился от первого оргазма. Это было чудесно, совершенно не похоже на ощущения от пальцев, которые ласкали этот маленький орган.

«Мммм», — сказала она, подбадривая его продолжать.

Дик начал свой старый добрый ритм движения вперед и назад. Он отодвинулся достаточно, чтобы головка вошла в её открытое влагалище, но угол был совершенно неподходящим для проникновения. Просто было приятно и этого было достаточно.

Дениз ахнула, когда он ускорился, его член теперь пилил взад и вперед, головка отталкивала её клитор, скользя вперед, а затем ствол сжимал его, пока он не развернулся и не пошел в другую сторону. Знание того, что член её папочки находится прямо здесь, у входа в её девственный туннель, было настолько волнующим, что её второй оргазм наступил быстро. Когда он наклонился и нежно укусил один из её сосков, она кончила.

На этот раз она не прикрыла лицо подушкой.

========================================

Мучительный стон Дениз от экстаза разбудил Дэйва и он повернул голову. Его глаза широко распахнулись, когда он увидел своего лучшего друга, крепко усевшегося между бёдер дочери. Его движения вперёд, а затем назад, и их воздействие на Дениз были очевидны. Он трахал её! Ему и в голову не приходило, что то, что Синди сделала с ним час назад, может повториться в обратном порядке. Его глаза убедили его, что он наблюдает, как Дик лишает его дочь девственности.

Это впечатление только усилилось, когда Дик застонал, поднялся с дочери и опустился на колени, левой рукой поддерживая вес верхней части тела. Правая рука мелькнула там, где они были соединены. Дэйв поднял голову и увидел, как рука Дика сжимает член, который он только что вынул из вагины дочери. Эта рука энергично двигалась, чтобы довести его до оргазма. Длинные струи густой белой спермы вырывались из кончика, покрывая лобковые волосы Дениз клубком переплетающихся белых прядей.

Он вытащил член, чтобы кончить, подумал Дэйв. По крайней мере, он вытащил член, чтобы кончить. Он увидел, как голова Дика начала поворачиваться и опустил свою, закрыв глаза. Мужчина явно потерял контроль над ситуацией. Дениз не жаловалась. У неё был оргазм. Он не хотел, чтобы его лучший друг почувствовал стыд от того, что его увидели в момент слабости. Нет. Пусть наслаждается моментом, думая, что никто не знает.

Они всегда смогут поговорить об этом позже.

В конце концов, Дик перевернулся и лёг рядом с дочерью. Её половые губы были покрыты его спермой, как и у её лучшей подруги в соседней кровати. Как и Синди, она была удовлетворена и сонлива после двух оргазмов. Она и её отец тоже снова заснули.

====================================

Синди встала первой. Она тихонько подошла к ванной и закрыла дверь. Дэйв услышал, как включился душ. Когда она вышла, он зашёл и сделал то же самое. Выйдя, он вытер волосы полотенцем и увидел, что Синди снова надела комбинезон, только на этот раз без рубашки. Она стояла у стойки, наливая молоко в миску с хлопьями, но, увидев Дэйва, сделала то же самое, что и Дик раньше, приложив палец к губам. Затем она взяла Дэйва за руку и повела его к изножью другой кровати. Дик лежал на боку, его вялый пенис лежал на одном из бедер Дениз. Другая её нога была согнута в колене, обнажая её вагину. Её половые губы снова сомкнулись, но между ними протекла струйка спермы Дика, а длинная капля свисала с основания её сомкнутых лепестков. Синди указала пальцем.

Дэйв кивнул и приложил рот к её уху.

«Я знаю. Я проснулся и видел, как они это делали».

Реакция Синди была точно такой же, как у её подруги. Она была в ярости. Она повернулась и направилась к входной двери, открыла её и вышла наружу, оставив там своего голого отца. Она не стала молча закрывать дверь и спящая на кровати пара вздрогнула, подняв головы.

«Извини», — беспомощно сказал Дэйв. «Синди вышла на улицу и захлопнула дверь».

Он натянул джинсы и, забыв про рубашку, вышел на улицу босиком. Синди была прямо за дверью и плакала.

«Она должна была ждать!» — ныла Синди. «Мы оба должны были ждать!»

«Знаю, детка», — сказал он, желая забрать у неё боль. «Они, наверное, просто потеряли контроль. Трудно сохранять самообладание, когда так сильно любишь». Как и его подруга, Дэйв произнёс судьбоносные слова: «Я знаю, как он себя чувствует, дорогая. Я хотел сделать это с тобой прошлой ночью».

«Хотел?» — спросила она, резко повернувшись к нему лицом. «Я думал, мы договорились, что это неправильно».

«Договаривались», — сказал он. «И я все еще думаю, что лучше тебе сохранить девственность».

«Мы должны были подождать!» — простонала она. «Мы собирались поехать в свадебное путешествие вместе!»

«Ух ты», — сказал Дэйв, представляя себе двух молодых женщин в совместном свадебном путешествии. Это не сильно отличалось от того, что произошло прошлой ночью. Он поморщился, почувствовав, как джинсы натянулись. Ему это сейчас было не нужно. Ей это сейчас было не нужно.

«Я знаю, это был просто глупая мечта», — сказала Синди, сутулясь. «Но это был хорошая мечта».

«Она должна была хотя бы разбудить меня», — сказала Синди. «Она должна была хотя бы сказать мне, что собирается это сделать».

«Дорогая», — мягко сказал он. «Такие вещи происходят очень быстро. Трудно остановиться, как только все началось. Я уверен, что им обоим было стыдно, что всё вышло из-под контроля, но они не могли остановиться».

— А что, если это случится с нами? — спросила Синди.

— С нами этого не случится, — ответил её отец.

— Ну и что, — печально сказала она. — Я не хочу быть единственной девственницей.

Её неожиданное выражение лица взволновало Дэйва и его член в штанах затвердел. Сопротивляться желанию было не так уж плохо, когда они оба сопротивлялись. Если она остановится, он не знал, сможет ли он продолжать сопротивляться или нет.

— Посмотрим, — сказал он, не зная, что ещё сказать. — Просто помни, они наши лучшие друзья и на то есть веские причины. Мы не можем позволить этому всё испортить.

— Я знаю, — грустно сказала она. — Я всё ещё люблю её... и дядю Дика тоже. Я просто разочарована, вот и всё.

— Я знаю, — сказал он. — Возвращайся внутрь, ты разбудила их, когда захлопнул дверь. Может, поговорим об этом?

==================================

Как оказалось, они не смогли поговорить об этом, когда вернулись. Дело в том, что Дик и Дениз были в ванной вместе. Душ снова работал.

Синди тут же подумала о двух голых людях в той комнате. Наверное, они снова этим занимались. Она не понимала, как это можно делать в ванной или душе, но, скорее всего, они снова этим занимались. Член дяди Дика, вероятно, был глубоко внутри неё, снова извергая сперму. Дениз, вероятно, собиралась родить ребёнка от собственного отца и всё испортить ещё больше!

Ей тут же стало стыдно, когда дверь ванной открылась и Дик вышел, вытираясь полотенцем. Очевидно, ничего не произошло.

«Ты использовал всю горячую воду!» — раздался голос Дениз.

Дик только что надел свои джинсы, когда Дениз, дрожа, вышла. Она увидела Синди в комбинезоне и пошла взять свои, тоже надев их без рубашки.

Атмосфера в комнате была напряжённой, но никто пока не хотел об этом говорить. Они завтракали молча, лишь мельком взглянув друг на друга.

«Наверное, нам стоит проверить машину», — наконец сказал Дэйв.

Мужчины надели рубашки и обувь и ушли.

====================================

По дороге к заправке ни один из мужчин ничего не сказал. Ни один не мог придумать, как заговорить на эту тему. Когда они приехали, заведение было открыто. Старый двигатель был снят, а новый лежал рядом с ним на полу перед машиной. Джимми Джо нигде не было видно. Раздался металлический стук и через несколько секунд Джимми Джо вышел из-за заправки, держа в руке кусок металла. Он кивнул двум мужчинам.

«Крепления двигателя разные», — сказал он. «Также нужно поменять кожух сцепления. Думаю, всё получится. Просто займёт немного больше времени, потому что мне нужно будет кое-что переставить».

Ни один из мужчин не понимал, о чём он говорит, но оба кивнули. Что ещё им оставалось делать?

=====================================

В номере мотеля напряжение нарастало, а затем, как ни странно, спало, прежде чем снова подняться.

Обе девушки были недовольны, но ни одна из них не хотела начинать разговор, который мог бы всё прояснить. Частично проблема заключалась в том, что каждая узнавала в другой гнев и разочарование, которые та испытывала. Каждая девушка неправильно понимала этот гнев и разочарование, принимая их за стыд или вину. Каждая думала, что другая стыдится того, что нарушила свой обет. Именно это и привело к снижению напряжения. Каждая девушка почувствовала себя лучше, «зная», что другая наказывает себя за нарушение обета. Этого было достаточно для обеих. Они дружили слишком долго, чтобы хотеть ещё больше усугублять ситуацию. По мере того, как недопонимание продолжалось, наконец, настал момент, когда Дениз смогла попытаться высказать свои чувства.

«Ты рада тому, что было прошлой ночью?» Она предлагала Синди признаться и рассказать подробности. Дениз теперь очень хотела узнать, каково это — потерять девственность.

Синди думала, что она говорит о том, как переспала с отцом — просто переспала. Это было невероятно прекрасно. Она, естественно, чувствовала себя ближе к отцу, чем когда-либо прежде.

«Да», — сказала Синди. «А ты?»

Дениз почувствовала очередное разочарование. Синди явно еще не была готова об этом говорить. Вспыхнула обида.

«Да!» — сказала она. «Это было чудесно. Не могу дождаться, чтобы повторить это!»

Синди отреагировала точно так же, как и её подруга. Дениз совсем не стыдилась! Она собиралась позволить отцу снова переспать с ней! Что ж! Посмотрим!

«Сегодня моя очередь спать с ним», — сказала Синди почти резко.

Дениз задумалась об этом. Её подруга ложилась в постель с папочкой и переспав с ним, позволяла ему трахать и её! Все знали, что, однажды переспав, ты хочешь этого постоянно. Все знали, что однажды переспав, ты превращаешься в шлюху. Вот почему они и дали этот обет!

Потом Дениз подумала о том, как бы повёл себя дядя Дэйв. Он переспал со своей собственной дочерью. Он наверняка захочет переспать и с ней. Позволит ли она ему? Стоит ли ей позволить? Это был бы хороший способ отомстить Синди. Она бы засунула мерзкий старый член дяди Дэйва себе внутрь и заставила бы его кончить туда, а не в свою лживую, изменяющую дочь!

«Ты права!» — сказала Дениз, задирая нос. «И теперь настанет моя очередь спать с дядей Дэйвом и я собираюсь сделать то же самое с ним!»

Синди была в шоке. Дениз не только не раскаивалась в том, что позволила своему папочке трахнуть себя, но и собиралась соблазнить другого мужчину в своей жизни! Эта сука! Что ж, в эту игру можно играть вдвоем. Если дядя Дик трахнул свою собственную дочь, он наверняка захочет засунуть свой мерзкий старый член в её лучшую подругу. И когда он это сделает и когда произойдет оргазм, Синди планирует закричать, что это происходит... что он кончает в неё, а не в свою малышку!

=====================================

Они почти дошли до комнаты, когда Дик заговорил впервые.

«Еще одна ночь здесь, да?»

Дэйв посмотрел на него. Это было очевидно. Зачем он это сказал?

Когда Дэйв ничего не ответил, Дик продолжил: «Прошлая ночь была... э-э... интересной».

Дэйв ожидал, что его друг продолжит... и признается, что лишил Дениз девственности. Когда он этого не сделал, Дэйв не знал, как ответить.

«Наверное, да. В смысле, трудно поверить, что всё это произошло», — осторожно сказал он.

«Можете не сомневаться».— сказал Дик. — Трудно поверить, что они любят нас... вот так.

— Ты сожалеешь? — спросил Дэйв, давая другу повод.

«Нет, — сказал Дик. — Хотя всё легко могло выйти из-под контроля». Он протягивал другу руку примирения... возможность поныть, поворчать и признать, что всё действительно вышло из-под контроля.

Дейв почувствовал, как внутри него нарастает гнев. Лицемерный сукин сын. Он переспал с его дочерью и кончил ей в незащищенную вагину, и это не «вышло из-под контроля?!»

Дик не заметил, как нахмурилось лицо друга и продолжил: «Должен сказать, Дейв. Я ни о чём не жалею, правда. Это была мечта, ставшая явью. Я просто хочу убедиться, что это не повлияет на нашу дружбу».

«Тебя это не беспокоило?» — спросил Дейв напряженным голосом. «Видеть меня с Дениз, я имею в виду?»

Дик посмотрел на него. «Честно говоря, мне даже приятно это. Я имею в виду, когда я вижу тебя с ней, я знаю, что ты любишь её и не причинишь ей вреда. Я знаю тебя. Я тебе доверяю». Таким образом Дик напоминал своему другу, что с девушками не следует заниматься сексом.

Дэйв услышал в этом замечании много чего, но это было не то, что Дик имел в виду. Он услышал, как Дик умоляет его взять Дениз и защитить её от явно неконтролируемых желаний, которые дочь и отец испытывали друг к другу.

«Так что, если они хотят поменяться местами сегодня вечером, тебя это устраивает?» — спросил Дэйв.

«Похоже, хотят», — сказал Дик, гадая, не ходит ли Дэйв вокруг да около... не просит ли разрешения заняться сексом с Дениз, как он занимался сексом с Синди. «Нам просто нужно быть осторожными, как далеко мы заходим», — неуверенно сказал он.

Дэйву показалось, что это было максимальное признание, которое он мог получить от Дика, — признание того, что он раскаивается в том, что лишил Дениз девственности. Дэйв был достаточно уверен, что Синди не потерпит никаких выходок от Дика. Затем его мысли обратились к девушке, о которой шла речь. Дениз ужасно трахнули, судя по количеству спермы, капающей из её вагины. Значит ли это, что она захочет того же от него?

Дик думал примерно так же. Если Синди позволила Дэйву трахнуть её прошлой ночью и не стала поднимать шум, может быть, она захочет попробовать сегодня дядю Дика? От этой мысли у него зачесались яйца. Он не беспокоился о том, что Дэйв будет давить на Дениз. Она ясно дала понять, что расстроена из-за Синди и не собиралась поступать так же.

====================================

Поведение девушек только усугубило ситуацию. Они отдалились друг от друга и каждый из мужчин неправильно оценил положение. С точки зрения Дэйва, Дениз теперь знала, каково это — иметь член глубоко в своей вагине и он, естественно, ожидал, что она будет считать себя на другом уровне, чем Синди. Она сделала шаг вперёд и оставила Синди позади. Девушки это чувствуют.

Дик предположил, что, как всегда, девушки поговорили и Синди призналась в своей неверности Дениз, которая все еще немного дулась. Он знал, что Дениз простит и забудет рано или поздно. Это была не первая их ссора.

Тем временем каждая из девушек, теперь намереваясь позволить своему дяде лишить её девственности, чтобы отомстить другой за нарушение договоренности, размышляла о том, чем это закончится. Обе боялись, что будет больно и смотрели друг на друга. Ни одна из них не ходила странно, как Саманта Хардбридж на следующий день после того, как позволила Коди Фостеру переспать с ней на заднем сиденье своей машины после футбольного матча. Может быть, всё не так уж и плохо. Каждая девушка думала об эрегированном пенисе, который сделает её женщиной. Каждая девушка играла с этим пенисом и видела, как он кончает. Обе девушки думали, что он слишком большой, чтобы войти без боли, но в то же время обе девушки возбуждались, думая об этом. Однако они не настолько разволновались, чтобы захотеть сделать это прямо сейчас. Спешить было некуда. У них был весь день.

Если только машина не будет готова.

Когда мужчины вернулись, обе девушки вдруг забеспокоились, поинтересовавшись, починили ли машину. Когда Дэйв сказал, что на сегодня дела обстоят неважно, но на следующий день почти наверняка всё будет в порядке, обе девушки немного расслабились.

Поскольку ни одна из девушек не хотела вызвать подозрения у другой, ни одна из них не упомянула, как бы они хотели провести ночь. В конце концов, было ещё утро. Ни одна из них не хотела выглядеть слишком взволнованной. Тот факт, что они занимались сексом почти весь предыдущий день, не повлиял на их планы. Таким образом, ни одна из девушек не выразила желания заниматься сексом ни с одним из мужчин. Время для игр закончилось. Теперь пора подумать о настоящем. Каждая пыталась спланировать, как всё произойдёт.

Для мужчин, имевших опыт общения с женщинами, которые, получив удовлетворение от умелого секса, как правило, теряли интерес к мужчине, который их обслужил, — по крайней мере, на некоторое время, — поведение девушек соответствовало их ожиданиям. Кроме того, обоих беспокоило, что «их девушка» захочет сделать... что захочет, чтобы с ней сделали, когда наконец настанет время. Поэтому оба мужчины были довольны тем, что всё прошло менее сексуально, чем накануне.

Проблема заключалась в том, что им всё ещё было нечем заняться.

У Дэйва появилась идея, и он сказал, что скоро вернётся. Он надел обувь и рубашку и пошёл к Папа́. Всё было как обычно. Стойка регистрации была пуста, а из задней части комнаты громко играл телевизор. Дэйв выглянул из-за занавески, боясь, что там будет Мейбл.

Так и случилось.

На этот раз Папа́ не стал ласкать ей вагину. Вместо этого Папа́ сидел на стуле, одетый только в рубашку, а Мейбл стояла на коленях между его ног и сосала его вялый член. Она очень старалась, и Попс, судя по выражению его лица, получал удовольствие, но у неё не получалось возбудиться. Дэйв улыбнулся. В возрасте Попса он, вероятно, уже не мог возбудиться. Тем не менее, Дэйв знал, как приятно, когда тебе делают минет, даже если член не стоит. Он отступил от занавески. Импульсивно он вышел и направился в магазин. Входная дверь была открыта, как он и предполагал, хотя на окне висела табличка «Закрыто». Он всё ещё искал колоду карт, когда в дверь вошла Мейбл.

«Ну-ну-ну», — сказала она, нахмурившись. «Если это не папочка Дэйв, то что ты здесь делаешь? Мы закрыты».

«Знаю», — сказал Дэйв. Ему нечего было скрывать. «Я пошёл одолжить колоду карт у папа́, но он был... занят».

Мейбл посмотрела на него невозмутимым взглядом.

«В этом городе больше нечем заняться», — сказала она.

«Знаю», — сказал Дэйв. «Поэтому я и не перебивал. Хотя я подумал, что у тебя могут быть карты. Я собиралась оставить деньги на прилавке».

«Попа совсем не умеет, знаешь ли», — сказала Мейбл, теребя волосы. «Он хорош во всем остальном, но у женщины есть потребности. У меня есть карты. Может, мы что-нибудь придумаем?»

Дэйв почувствовал, как по спине пробежал холодок.

«Слушай, Мейбл, ты хорошая женщина и я понимаю, что ты говоришь, но я не могу этого сделать, хорошо?»

Она пожала плечами. «Не могу конкурировать с худенькими девчонками», — сказала она, — «но ты не можешь меня винить за попытку».

«Если я и так не был... вовлечен», — сказал Дэйв с облегчением, — «...ну, ты не так уж и плоха, Мейбл».

Она улыбнулась и он понял, что это искренняя улыбка. «Спасибо», — сказала она. — «Это поднимает настроение пожилой женщине, даже если ты нагло лжешь». Она поспешила за прилавок и достала из витрины колоду карт.

«Полагаю, ты собираешься сыграть в стрип-покер с этими девчонками», — сказала она, пробивая карты на старомодном кассовом аппарате. Дэйв протянул ей пять и отмахнулся от сдачи. «Знаешь, что меня поражает?» — спросила она.

«Что именно?» — спросил Дэйв.

— «Этот старый стервятник не может достаточно возбудиться, чтобы оставить вмятину на штанах, но он все равно может кончить, если я сделаю с ним правильно. Разве это не удивительно?»

«Это своего рода дань уважения твоей... технике», — сказал Дэйв.

«Полагаю, да», — сказала женщина, полностью утратившая следы своего прежнего хищнического поведения. «Хотя я бы предпочла, чтобы мне оказали почтение хорошим стояком». Она подмигнула. «Когда тебе надоест эта неопытная подражательница, приходи сюда снова. Я посмотрю, что я могу сделать, чтобы ты тоже оказал мне почтение. К тому же, я гораздо менее требовательна, чем она. Со мной ты будешь гораздо более богатым спонсором».

«Если она мне надоест», — сказал Дэйв. «Посмотрю, что я могу сделать».

«Так и делай», — сказала она. «А теперь я пойду посплю. Тебе что-нибудь еще нужно?»

«Возможно, нужен ужин», — сказал он, — «но мы вернемся позже, если это нормально».

«Приходи в любое время», — сказала она. «С тех пор, как вы все застряли здесь, все стало вдвое скучнее».

==============================================

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Дэйв был так рад, что ему удалось нормально... или почти нормально... поговорить с Мейбл, что, вернувшись с открытками, он рассказал об этом остальным. Они смеялись, когда он всё им описывал, и пересказали, что она сказала.

«Ты больше никогда сюда не вернёшься!» — твёрдо сказала Синди.

И Дениз, и Дик думали, что знают почему. Впервые им пришло в голову, что, вернувшись домой, Дэйв и Синди смогут делать всё, что захотят... когда захотят. Затем им впервые пришло в голову, что они сами смогут делать то же самое.

Для Дика эта мысль не была чем-то из ряда вон выходящим. Хотя они с Дениз могли бы развлекаться и доставлять друг другу оргазмы, он не ожидал, что всё сильно изменится. Они бы были ближе, но это было бы всё.

Дениз же думала иначе. Сегодня вечером она собиралась позволить дяде Дэйву лишить её девственности. И, если ей понравится... дома она сможет поиграть и с папиным стоячим членом. От одной мысли об этом она заерзала.

==============================

Мужчины учили девочек играть в «Червы» и «Пики». Никого особо не волновало, кто победит. Они сели в круг на полу, по-турецки, начиная с мужчин, стоящих лицом к своим дочерям. Это означало, что по одной девочке сидели рядом с каждым мужчиной и их комбинезоны были свободными. Мужчины украдкой поглядывали на обнажённую грудь, а не уделяли внимание картам. Девочки понимали, что происходит, но им это доставляло удовольствие и они находили способы, чтобы мужчины видели лучше. Один из любимых способов для обеих девочек — провести руками назад, собирая волосы в хвост. Они не собирали волосы в конский хвост... они просто держали их так. Из-за этого боковые стороны их комбинезонов оставались полностью расстегнутыми. Каждый раз они говорили что-то вроде: "О, здесь так душно", но на самом деле они просто хвастались перед мужчинами.

Они сделали перерыв на обед и съели остатки хот-догов, а также две коробки макарон с сыром. После этого, когда Дик зевнул и сказал, что было бы неплохо вздремнуть, Дениз сбросила свой комбинезон, как профессиональная стриптизерша.

«Я буду делать как ты», — сладко сказала она, прежде чем Синди успела его забрать.

«А я с дядей Диком!» — сказала Синди, раздеваясь гораздо менее быстро.

=====================================

Обе девушки были полны решимости отомстить, а это означало потерять девственность.

Оба мужчины предполагали, что их дочери будут визжать, как свиньи, если другой мужчина попытается лишить их девственности.

И если этого было недостаточно, чтобы разрушить их жизнь, каждый из мужчин испытал со своей дочерью нечто, что было почти так же хорошо, как секс. Для Дэйва это были половые губы Синди, скользящие по его члену, пока он не кончил. Для Дика самым приятным моментом было скольжение его члена между половыми губами Дениз, пока он не кончил.

Оба мужчины хотели повторить это. И если в процессе, как они и предполагали, девушки решат попробовать другой член в своих вагинах... ну тогда... это будет уже вина другого мужчины, который их «размягчил»... не так ли?

Результат был потрясающим.

Обе девушки начали с игры с эрегированным пенисом. Синди, которая теперь знала, что сосать пенис совсем не плохо, подумала, что её слюна подойдет так же хорошо, как и мыло. Когда она взяла член Дика в рот, он был поражен. Пососав его некоторое время и почувствовав, насколько это непривычно, она погладила его. Но она не хотела, чтобы он кончил. Пока нет.

Дениз была занята тем, что сосала свои соски, что делало процесс еще приятнее благодаря толстому пальцу, который был у неё во влагалище. Она ласкала Дэйва как можно осторожнее, находясь в экстазе и не желая, чтобы он кончил и потерял эрекцию. Не раньше, чем она сможет ввести его в себя и подразнить Синди.

Однако ни одна из девушек не знала, как ввести в свою вагину твердый член. Эта часть оставалась для них обеих загадкой. Именно поэтому, когда мужчины взяли дело в свои руки, они в итоге решили проблему.

Дэйв притянул Дениз к себе, расположив её так, чтобы её пухлые половые губы прижались к основанию его твердого, как железо, члена. Её густые лобковые волосы ощущались иначе, чем редкие, плоские лобковые волосы Синди. У неё также была большая грудь, а это означало, что он мог взять больше в рот и сделать это легче.

Дик сделал с Синди то же самое, что и с Дениз тем утром. Он уткнулся лицом между её ног, заставил её выгибаться навстречу ему, а затем поднялся выше, чтобы осторожно прижать основание своего ноющего члена между её половыми губами, прежде чем начать двигаться взад и вперед.

Мужчины, поглощенные приятным ощущением прикосновения женской вагины к члену, не смотрели друг на друга. Их уши предупреждали о любых нежелательных действиях, происходящих в соседней постели.

Девушки, почти достигшие оргазма, но не удовлетворенные, с восторгом отреагировали на этот новый вид игры, зная, что оргазм, который скоро наступит, будет очень сильным. У каждой из них твердый член был очень близко к тому месту, куда она хотела его засунуть. Все, что им оставалось, — это понять, как направить этот член в свои вагины.

Назовите это судьбой, роком или удачей, если хотите, но оба поезда неслись к столкновению, которое изменит все для них. Обе девушки теперь достаточно хорошо умели распознавать звуки, которые издавал мужчина, когда он был готов кончить. То, что оба мужчины достигли оргазма быстрее, чем ожидали девушки... и прежде чем девушки получили свое... было очень плохо. Очень плохо, потому что обе девушки знали, что не могут ждать, пока их собственные оргазмы достигнут зрелости. Их задача заключалась в том, чтобы этот член был внутри них, когда произойдет эякуляция.

Для Синди это было легко. Все, что ей нужно было сделать, — это протянуть руку, подождать, пока головка члена Дика окажется в её влагалищном отверстии, и надавить на него, пока он снова будет двигаться вперед.

Для Дениз это было лишь немного сложнее. Она уже поняла, что, пока она сидит, член просто скользит взад и вперед. Она знала, что, если ляжет, он застрянет. Она почувствовала это, когда опустила сосок в рот дяде Дэйву.

И поэтому, практически одновременно, обе девушки предприняли необходимые действия, чтобы отомстить друг другу.

Обе девушки были мокрые и скользкие, поэтому они не ходили так, как Саманта Хардбридж на следующий день после того, как позволила Коди Фостеру трахнуть себя на заднем сиденье своей машины после футбольного матча. Саманта была до смерти напугана и сухая, когда Коди вонзил в неё свой нетерпеливый подростковый член.

Но, несмотря на свою мокрость и скользкость, их вагины были еще невинны и каждая из них умудрилась получить полную вагину сразу, одним неистовым толчком. Они перешли от девственности к глубокому проникновению примерно за полсекунды... и это было очень больно.

«Ой!» — взвизгнула Синди, как свинья.

«Ой, чёрт, как больно!» — взвизгнула Дениз, как свинья.

«Уууууу!» — простонали оба мужчины, когда горячая вагина, крепко обхватившая его член, довела его до оргазма.

Дейв ничего не мог с этим поделать. Весь вес Дениз был на нём, когда его член изверг в неё сперму дяди Дейва.

Естественной реакцией Дика, когда он почувствовал, как рука Синди вошла в него, было дать ей то, чего она хотела, а это означало войти и остаться внутри, пока его член извергал струи спермы.

«Ой, дядя Дик, ой!» — пожаловалась Синди.

«Ой, чёрт, как больно!» — снова заныла Дениз.

Их крики наконец-то дошли до отцов, которые наконец-то отреагировали. Дик вытащил свой член из Синди, к её огромному облегчению, и вскочил с кровати, его член был весь мокрый. Дэйв перевернулся, оттолкнув Дениз от своего члена, к её огромному облегчению, и перевернулся через неё, чтобы встать на ноги, его член тоже был мокрым.

Оба мужчины смотрели на своих дочерей, которые лежали на кровати, более или менее раскинув ноги. Половые губы обеих девушек были опухшими и красными, и из них капала сперма.

После звериных рыков оба мужчины бросились друг на друга и началась схватка.

====================================

Следует сказать, что, хотя борьба обнаженных женщин в грязной яме может быть сексуальной и забавной, борьба обнаженных мужчин на грязном ковре в мотеле просто не обладает тем же очарованием.

Девушки, конечно, всё ещё пребывая в том же заблуждении, которое заставляло их отцов ссориться, понятия не имели, что происходит, но ни одна из них не хотела, чтобы отцы так дрались и обе вскочили с кроватей, забыв о своих болях в вагине, пытаясь разнять мужчин.

Дело было не столько в усилиях девушек, сколько в том, что каждый мужчина внезапно почувствовал голую кожу другого мужчины в очень тесном контакте, включая кожу половых органов. Мало того, что их члены были прижаты друг к другу, что само по себе было бы достаточно плохо, так эти члены были скользкими и влажными, что было почти невыносимо для мужчин.

В итоге Дэйв сел на задницу, Синди обняла его сзади, оттаскивая от Дика. Дик стоял на коленях, а его дочь была прижата к его спине таким же образом. Все тяжело дышали насупившись.

«Ты, сукин сын!» — прорычал Дик, сверля взглядом своего бывшего друга. «Ты не только изнасиловал свою собственную дочь, ты изнасиловал и мою тоже!» — закричал он и попытался снова броситься вперед, но на этот раз Дениз была готова и толкнула его вбок на пол, упав сверху. Его плечо вонзилось между её грудей, и из её легких вырвался мучительный стон.

«Я? Я?! Ты чертовски сумасшедший!» — закричал Дэйв. «Я слышал, как моя дочка кричала, когда ты её изнасиловал!»

Дэйв попытался оттолкнуть руки дочери, чтобы снова напасть. При этом он схватил её за руку и наклонился вперед. Хрупкое тело Синди перекатилось через его плечо, и с визгом она рухнула на спину на ковер между двумя мужчинами.

«Ой! Прекратите!» — закричала она.

Синди перекатилась на четвереньки и встала.

«Вы оба! Прекратите немедленно!» — закричала она. Она посмотрела на Дениз, лицо которой было бледным. Та сидела, прижавшись к ягодицам, и пыталась отдышаться. «Ты в порядке, Ниси?» — обеспокоенно спросила она.

Дениз подняла руку, широко раскрыв глаза и наконец сделала первый глубокий вдох. Дик подошел к дочери, получив первый намек на то, что она в беде.

«Успокойтесь!» — закричала Синди. «Вы все успокойтесь!»

Она помогла Дениз подняться и посадила её на край кровати, пока девочка делала глубокие вдохи и её цвет лица улучшился. Убедившись, что с подругой все в порядке, она повернулась к мужчинам, которые злобно смотрели друг на друга, но не двигались.

«Теперь!» — закричала она. Она поняла, как тихо в комнате, и понизила голос. «Что происходит? Почему вы дрались?»

«Почему мы дрались?» — спросил Дэйв, широко раскрыв глаза. «Он изнасиловал тебя!»

«Нет!» — закричал Дик, указывая на Дэйва. «Он изнасиловал Ниси!»

Синди подняла обе руки, и мужчины немного помолчали, так что она успела сказать: «Никто меня не насиловал!»

Мужчины уставились на неё. Она повернулась к Дениз. «Нис, тебя кто-нибудь насиловал?»

Дениз покачала головой и попыталась заговорить. Её голос был хриплым. «Я пыталась отомстить тебе. Я сама в него входила. Я не думала, что будет больно».

Синди посмотрела на подругу. «Отомстить мне?» — спросила она высоким голосом. «За что?»

Дениз выпятила челюсть. «Ты позволила дяде Дэйву трахнуть тебя. Ты нарушила наш договор!»

«Нет, не позволила!» — взвизгнула Синди. «Всё наоборот! Ты позволила дяде Дику трахнуть тебя! Это ты нарушила нашу клятву!»

Дениз выглядела ошеломлённой. «Папочка меня никогда не трахал!» — сказала она.

Синди нахмурилась. «Ну, мой папочка тоже никогда не трахал меня! Что здесь происходит?!» — Она завыла.

Дениз выглядела немного неуверенно. — Синди, я видела, как из тебя вытекало его... сегодня утром... твоя вагина была в этом! —

Синди выглядела растерянной. — Нет! Я тёрлась об него всю прошлую ночь и когда он кончил, я тоже тёрлась. А сегодня утром, когда мы встали, я увидела, как сперма дяди Дика вытекает из тебя, Ниси! Из твоей вагины свисала целая ниточка! — Она выглядела растерянной. — Вот почему я засунула член дяди Дика себе в вагину! Я отплачивала тебе!

— Дениз встала. — Нет, нет, нет! — горячо сказала она. — Папочка просто терся обо меня, пока не кончил! Он не вошел внутрь меня! Сперма попала на мою вагину, но внутрь меня она не попала! — Она выглядела испуганной.

Когда до женщин дошло, они обе посмотрели вниз, между ног. Из их вагин текли струйки густой белой спермы. Они снова подняли глаза, посмотрели друг на друга, а затем, словно по сценарию, взглянули друг на друга в вагину.

"Ты позволила папочке трахнуть тебя?" — спросила Синди.Ее голос дрожал.

«Ну, вроде того», — сказала Дениз. «Я не совсем говорила ему, что собираюсь это сделать. Я просто злилась на тебя». Она моргнула. «И ты позволила моему папочке тоже тебя трахнуть?!»

Синди покачала головой. «С тобой было то же самое. Я не сказала ему, что собираюсь это сделать. Я просто как бы толкнула его в себя, потому что знала, что он будет толкать, и тогда я смогу сказать тебе, что он трахал меня, а не тебя».

Дик перевернулся на спину и прикрыл лицо руками. Он почувствовал себя беззащитным и поднял колени, уперев пятки в ковер, хотя это и не прикрывало его пах.

«Ты хочешь сказать, что это была просто какая-то глупая ошибка?» — простонал он.

Дэйв напрягся. «Ты не можешь трахать мою дочь и просто называть это ошибкой!» — горячо сказал он.

Дик открыл лицо и поднял голову, чтобы посмотреть на Дэйва.

«Дэйв, ты намеренно трахал Дениз?»

«Нет!» — вскрикнул Дэйв.

«Тогда это была ошибка... не так ли!»

«Ну...» — Дэйв был смущен. «Думаю, если так посмотреть...»

— голос Синди дрожал, когда она сказала: «Нис... мы больше не девственницы».

Дениз снова посмотрела на свою вагину. «Думаю, нет», — сказала она с грустью в голосе. «По крайней мере, это произошло одновременно», — безжизненно произнесла она.

Синди вздрогнула, а затем подняла взгляд. Выражение её лица изменилось. «Нис!» — взвизгнула она. «Это действительно произошло одновременно! Мы сделали это одновременно, Нис! Мы не нарушили нашу клятву!»

Дениз улыбнулась, но это была усталая улыбка.

«Это одна из вещей, которые мне в тебе больше всего нравятся, Синди. Ты всегда стараешься видеть светлую сторону вещей. Но мы не женаты, и уж точно не в свадебном путешествии».

«Я знаю это!» — сказала Синди, махнув рукой. «Но по крайней мере, мы сделали это с тем, кого любим и одновременно. Почти как будто мы всё спланировали».

«Да», — сказала Дениз, всё ещё приглушённым голосом. «Но это было ужасно. Я никогда ничего подобного не чувствовала. Если это секс, то, думаю, он меня больше не интересует».

«О...» — сказала Синди, сдаваясь. «Ты прав. Было очень больно!»

«Эй!» — возразил Дэйв, его мужское самолюбие было задето. «Если бы вы двое рассказали нам, что делаете, всё бы не получилось. Вы всё сделали неправильно! Ниси, я бы заставил тебя двигаться намного медленнее, если бы знал, что ты ещё девственница!»

«Он прав!» — сказал Дик, тоже защищая мужчин. «Синди, я бы никогда не засунул его тебе вот так, если бы знал. Во всяком случае, не в первый раз. Конечно, было больно! Ты была не готова!»

«Я думала, что готова», — сказала Синди, её лицо помрачнело. «И я не думала, что будет больно. Ты уже сделала это с Ниси и она не закричала, и ничего такого». Она моргнула. «Ага... мы ошиблись». Она нахмурилась и посмотрела на отца. «Папа... это ты убедил меня, что дядя Дик переспал с Ниси! Ты сам на это указал!»

Дейв выглядел неловко. «Ну? Мне тоже так показалось!»

Дениз оживилась, глядя на отца. «И это ты вытащил меня из постели, чтобы я посмотрела на пизду Синди! Ты заставил меня думать, что она позволит дяде Дэйву трахнуть её!»

«Детка», — возразил Дик. «Все было не так. Мы оба думали одно и то же, дорогая!»

«Ты должна была знать!» — проворчала Дениз. Она, может и была молода, но уже освоила женскую черту — во всем, по возможности, обвинять мужчин.

«Я ненавижу этот чертов город», — простонал Дэйв.

«Этот город нас не трахал», — мрачно сказала его дочь. «Вы двое трахали!»

«Подожди-ка!» — сказал Дик, защищая друга. «Вы двое только что признались, что специально заставили нас трахнуть вас!»

«Да», — беззаботно сказала Синди, — «но это только потому, что ты убедил нас, что нас уже трахнули!» Она моргнула и выглядела неуверенной, что сказала то, что хотела.

«Ну, теперь вы трахнуты», — тяжело произнес Дэйв. «Этого не вернуть, независимо от того, чья это вина».

«Мы больше не девственницы», — сказала Дениз. В её голосе слышалась мечтательность... хотя это был не самый приятный сон. Она посмотрела на Синди, между её ног. «Это сперма моего папочки», — сказала она.

Синди опустила взгляд. «Да», — сказала она. В её голосе звучала немного другая нотка. В нем зарождалось понимание. «А это сперма моего папочки!» — сказала она, указывая на вагину Дениз.

Внезапно девушки обнялись. В отличие от мужчин, их не смущало обнаженное тело друг друга. Потекли слезы и они что-то пробормотали. Оба мужчины, потрясенные очевидной скорбью своих дочерей, поднялись с пола и встали, склонившись над женщинами, чувствуя себя беспомощными и виноватыми.

Мужчинам потребовалось полторы минуты, чтобы понять, что слезы были не обязательно слезами печали. Отчасти это объяснялось тем, что они не понимали девушек, которые говорили одновременно и чьи голоса были настолько похожи по тембру, что было трудно определить, кто что говорит, даже если немногое удавалось разобрать. Отчасти это было связано с тем, что для мужчин слезы всегда означают боль. Однако в конце концов мужчины заметили, что наряду со слезами были и улыбки, и обрывки сказанного начали проясняться, даже если не все из них имели смысл.

"...всегда хотела, чтобы это было вместе..." "

...я так сильно его люблю..." "

...так рада, что это был твой папа..." "

...очень хотела, чтобы это было внутри меня..." "

...глупая ошибка, ты же знаешь, я тебя не ненавижу!" "

...так рада, что это был он..."

"...почти как близнецы..."

Для мужчин было важно то, что они не произносили таких слов, как «извините, что так случилось», «мне это ужасно» и «глупые мужчины!».

Ситуацию ещё больше разрядило то, что девушки внезапно отстранились друг от друга, обняли своих отцов, поцеловали их в грудь и сказали, как сильно они их любят. Затем девушки, словно репетируя, поменялись партнёрами и сделали то же самое, поцеловав их и сказав, как сильно они любят и другого мужчину.

===================================

Нет ничего сексуальнее, чем обнажённая женщина, которая на тебя не злится. По крайней мере, если ты мужчина. А если эта обнажённая женщина, которая на тебя не злится, обнимает и целует тебя... ну, может быть, всё-таки есть что-то сексуальнее, чем обнажённая женщина, которая просто на тебя не злится.

В любом случае, облегчение от того, что ситуация разрешилась без ножей, дубинок и обвинений в изнасиловании, в сочетании с ощущением обнажённой девушки в их объятиях, оказало благотворное воздействие на мужские органы в комнате. Мужские половые органы поднялись, словно говоря: «Никто на меня больше не злится? Отлично! Вот я! Я вернулся, готов выполнить свой долг! Играйте со мной сколько хотите!»

С женской точки зрения, когда стало ясно, что лучшим подругам больше не нужно злиться друг на друга и все недоразумения были списаны на мужчин, довольно легко было возбудиться от того, что мужчины, которых они любили, явно находили их привлекательными. Выступающий член и восторженный взгляд мужчины иногда могут покорить женщину. Этому в немалой степени способствовало то, что природа устроена так, что женщины забывают определенные виды боли, какой бы неприятной она ни была в тот момент.

Это не означало, что женщины были беспомощны перед мужским желанием.

Синди отступила назад и посмотрела на член Дика.

«Все мужчины такие?» — спросила она, глядя на эрекцию, которая лишила её девственности.

Дик проявил благоразумие и смутился. «Только рядом с женщиной, которую он действительно любит. Прости, милая, за всё».

Дениз почувствовала член Дэйва на своём животе, когда избавлялась от переполнявших её эмоций, вызванных всем этим фиаско и тоже отступила назад.

«Твой папаша ничуть не лучше», — сказала она Синди, не глядя на неё.

Дэйв был не промахом в деле «извинись сейчас, в надежде на секс позже». «Я бы никогда не причинил тебе такую ​​боль специально», — искренне сказал он. «Не обращай внимания на моего непослушного друга. Он просто реагирует на твою красоту».

«Он тоже реагировал на мою красоту некоторое время назад», — сказала Дениз, глядя на свои полные спермы губы. «Ты кончил в меня, дядя Дэйв».

«Э-э... ​​прости?» — сказал Дэйв, пытаясь сохранять позитивный настрой.

Дениз посмотрела на него. «Ты первый мужчина, который кончил мне в вагину», — сказала она и в её голосе снова прозвучала та же мечтательность. Она приблизилась к нему и крепко поцеловала его.с языком.

После этого Дэйв перестал об этом беспокоиться.

Синди посмотрела на свою подругу, поблагодарив папочку за то, что он кончил в неё, а затем снова посмотрела на Дика.

«Ты в порядке?» — с надеждой спросил Дик.

«Я не очень хорошо всё спланировала», — сказала она. «Чувствую себя немного глупо».

«Это всё была просто глупая ошибка», — сказал Дик, желая снова обнять её.

«Ты сожалеешь, что кончил в меня?» — спросила Синди, повышая голос.

Дик знал, что он чувствует на самом деле. Чего он не знал, так это совпадут ли их с её чувствами. Он предпочёл честность и ясность, поскольку, казалось, этого ему не хватало всё утро.

«Я не знаю, как ты к этому относишься, детка, но должен признать, что хотел любить тебя так годами. Я просто хотел бы, чтобы для тебя всё сложилось лучше».

«Ты такой милый», — сказала она, устало улыбаясь.

Затем она обняла его, хотя и не с той страстью, которая заставляла Дениз прижиматься губами к губам Дэйва.

«Я люблю тебя», — сказала она, уткнувшись ему в плечо.

«Мне так хорошо, я не могу это выразить», — сказал Дик.

«Тебе и не нужно», — ответила она, слегка толкнув его член своими бедрами. «Именно это тебя и возбуждает».

«Это не всё, что я к тебе чувствую», — сказал он, поглаживая её по спине. «Даже если бы я больше никогда не смог войти в тебя, я бы всё равно чувствовал к тебе то же самое».

«Кто сказал, что ты можешь войти в меня снова?» — спросила она, прижимаясь бедрами к его члену.

Дик почувствовал боль от того, что разочаровал любимого человека. «Никто, дорогая. Я просто говорил».

Дейв, чувствуя, что ситуация снова выходит из-под контроля, решил прекратить объятия с Дениз, прежде чем это перерастет в нечто неловкое.

«Почему бы нам всем не умыться и не перекусить?» — предложил он.

===================================

Девушки сначала зашли в ванную, закрыв дверь не из-за скромности, а потому что хотели поговорить наедине. Разговор был посвящен тому, как они смывали сперму со своих вагин. Они говорили о том, насколько эта скользкая субстанция отличалась от их обычной скользкой женской жидкости, которая была им знакома. Они говорили о том, как глупо было верить, что другая потеряет девственность, не предупредив её хотя бы. В конце концов, они обсудили, хотят ли они повторить это снова.

Боль утихла. Вся эта скользкая сперма приятно ощущалась на их половых губах. Им нравились мужчины, которые её туда влили.

«Можно я позволю ему сделать это снова?» — спросила Дениз, более возбужденная из двух.

«Думаю, да», — сказала Синди. «Ведь мы уже не девственницы».

«А ты хочешь повторить?» — спросила Дениз.

«Думаю, да», — сказала Синди. «Не уверена. Хочешь повторить?»

«Я просто спросила, можно ли!» — сказала Дениз.

«Знаю», — ответила Синди.

«Но я не хочу, если мы не будем делать это вместе», — добавила Дениз.

«Посмотрим», — сказала Синди.

Девушки снова надели платья. Мужчины надели брюки, в которых приехали в город и которые постирала горничная, которая на самом деле не была горничной. Рубашки они оставили снятыми из-за жары.

Пока мужчины убирались, девушки собрали оставшиеся продукты из магазина и приготовили ужин. Это была смесь чипсов, картофельного салата, риса и консервированной ветчины, запиваемая газировкой и молоком. Все они с нетерпением ждали скорого посещения ресторана.

В теории, машина будет готова на следующий день и они смогут уехать из Фланнери и вернуться домой к своей обычной жизни. С другой стороны, произошло так много всего, что никто из них больше не мог предвидеть, что значит «обычная» жизнь, или, по крайней мере, что она будет означать дома. Им оставалось лишь пережить ещё один вечер и ещё одну ночь, и, по крайней мере, они могли бы нормально поесть по дороге домой.

После ужина Дениз включила телевизор. Звук показал порно, затем на экране появилось изображение и она выключила его. Дэйв спросил, не хотят ли они поиграть в карты, и, за неимением другого занятия, они устроились на полу. На этот раз девочки играли против мальчиков. То ли из-за того, как выпали карты, то ли потому, что девочки гораздо лучше разбирались в игре, чем ожидали мужчины, девочки прекрасно провели время, разгромив своих отцов в пиках.

Именно поэтому Дик предложил им сыграть в покер.

«Мы не умеем в него играть», — сказала Дениз. «Ты просто хочешь увидеть нас голыми», — усмехнулась она.

«Я не говорил о стрип-покере», — сказал Дик. «Я просто сказал покер».

«Знаешь, стрип-покер гораздо проще научить играть, чем обычный покер», — сказал Дэйв с невозмутимым лицом.

«Мы не можем играть в стрип-покер», — сказала Синди. «На нас с Ниси только платья. Если мы проиграем одну раздачу, то будем голыми!»

«Ну, на нас только штаны», — сказал Дэйв.

Переговоры продолжались и девушки решили, что вместе с платьями они наденут и свои новые ковбойские шляпы. Если девушка проигрывала, она сначала расстегивала платье. Затем она могла сбросить платье с плеч, обнажив грудь, или поднять юбку, обнажив промежность. После всего этого платье нужно было снять. Мужчины должны были надеть рубашки, которые можно было снять таким же образом, а затем и штаны.

«Подожди минутку», — сказал Дик. «Это дает тебе четыре вещи, которые можно потерять, прежде чем ты будешь голым. Мы, парни, будем голыми после трех проигрышей».

«Ну...» — сказала Дениз, ямочки на щеках, глядя на отца. «Мы же новички». «А вы, похотливые старики, всё равно, вероятно, будете жульничать, поэтому нам нужно преимущество».

Ни один из мужчин не отметил, что во время переговоров предполагалось, что они будут играть.

Мужчины обучали игре, и девушки оказались правы — мужчины жульничали, — поэтому, конечно же, мужчины были намного впереди, когда произошёл инцидент.

Дейв был без рубашки. Дениз сидела на полу в шляпе. Она решила обнажить грудь, прежде чем проиграть шляпу. Верх её платья был спущен до талии, грудь полностью обнажена, а Синди, тоже в шляпе, задрала юбку, обнажив свои плоские светлые лобковые волосы и розовые половые губы, когда Джимми Джо открыл дверь и вошёл, как будто это была его собственная комната.

«Ваша машина готова», — объявил он, прежде чем буквально затормозить и уставиться на девушек. Он быстро пришёл в себя. «Добрый вечер, дамы», — сказал он с похотливой ухмылкой.

Синди попыталась опустить юбку обратно. Дениз прикрыла грудь одной рукой и картами.

«Есть ли шанс, что в этой игре найдётся место для кого-нибудь ещё?» — с надеждой спросил Джимми Джо.

«Никаких шансов», — прорычал Дик.

«Может, тебе удастся выгодно продать машину, если передумаешь», — озадаченно сказал Джимми Джо.

«Увидимся утром», — сказал Дэйв, вставая.

Джимми Джо протянул руки ладонями к Дэйву. «Ладно, ладно. Нельзя винить мужчину за попытку». Он медленно отступил назад, но не повернулся, его взгляд метался от Дэйва к Дениз.

Дениз наконец развернулась и принялась поправлять платье, чтобы прикрыть грудь. При этом она положила карты лицевой стороной вверх. Три туза лежали сверху.

Джимми Джо рассмеялся. «Хорошо», — сказал он, указывая на тузы. «Я бы с первой же раздачи был совершенно голым». Он повернулся и ушел, оставив дверь открытой.

Дэйв подошел, закрыл дверь и запер её.

Он обернулся, ожидая, что девушки расстроятся. Дениз расстроилась, но только потому, что её карты были видны.

«Нечестно!» — пожаловалась она. «Я собиралась выиграть!»

«Посмотрим», — сказал Дэйв, быстро сообразив. — «На чём мы остановились, прежде чем нас так грубо прервали?» Он снова сел. «Дениз, кажется, твоя очередь делать ставку».

Дениз посмотрела на него пустым взглядом.

«Давай», — сказал он. — «Ставь».

Наконец она поняла и улыбнулась. «Хорошо, я ставлю своё платье. Всё!»

Они разыграли карты, и, конечно же, все оказались голыми, кроме Дениз. Она радостно улыбнулась, а затем нахмурилась.

«Эй! Я единственная в одежде!» Она встала. Её платье всё ещё было расстёгнуто и она сбросила его с плеч. Оно зацепилось за её округлившиеся бёдра, и она, сползая вниз, вышла из платья. «Вот так лучше», — сияя, сказала она. — «Теперь я не чувствую себя совсем по-другому».

«Ты выиграла, детка», — сказал Дик.«Я так тобой горжусь».

Дениз подошла, села ему на колени и обхватила его талию ногами.

«Спасибо, папочка», — сказала она, целуя его.

«Мне так грустно, папа», — сказала Синди, явно надув губы. «Я неудачница!»

«Иди сюда, моя дорогая», — сказал отец. «Я тебя утешу».

Их поцелуи поначалу задумывались именно как поцелуи. Вероятно, именно Дениз подтолкнула их к этому. Когда она увидела, как Джимми Джо смотрит на её грудь... первый мужчина, кроме Дика и Дэйва, кто её увидел... она не почувствовала стыда или смущения. Она ожидала... но не почувствовала. Вместо этого она почувствовала жар в животе, увидев похоть в его глазах. Дело было не в том, что она хотела Джимми Джо — это было совершенно не так — но видеть похоть в глазах мужчины заставляло её чувствовать себя сексуальной. Сидя на члене своего отца, который затвердел, когда она целовала его, она чувствовала себя ещё сексуальнее. Когда она пошевелила своей вагиной и он задел её уже не девственные половые губы... это заставило её почувствовать себя еще сексуальнее.

«Детка», — предупреждающе сказал Дик между поцелуями, чувствуя, как головка его члена нагревается.

«Мммм», — сказала его дочь, еще больше извиваясь и целуя его с языком.

Дик оттолкнул её, в его глазах читалась тревога. «Он начинает входить в тебя, детка», — сказал он.

«Синди?» — позвала Дениз.

Синди и её отец переместились на кровать и лежали рядом, целуясь и лаская друг друга. «Что?» — ответила она между поцелуями.

«Можно я позволю папочке войти в меня?» — ясно спросила Дениз.

Синди приподнялась на локте и посмотрела на тело отца. Она видела, как Дениз извивается.

«Ты хочешь?» — спросила Синди.

«Да, конечно», — задыхаясь, проговорила Дениз, потирая грудь о грудь отца.

«Хорошо», — сказала Синди. «Но не вини меня, если будет больно».

«Не буду», — задыхаясь, ответила Дениз, подвигаясь вперед.

Головка члена Дика уперлась в её губы, которые захлопнулись вокруг шеи сзади. Она сидела так, потому что боль была, но потом она исчезла. Теперь ей просто было приятно, что её половые губы немного растянулись. Она вдруг обнаружила мышцы, о существовании которых даже не подозревала и использовала их, чтобы сжать головку члена во влагалище.

«Ууууу», — простонал Дик.

«Тебе нравится, папочка?» — спросила она, снова целуя его.

«Дорогая, это фантастика», — простонал он.

«Знаю», — вздохнула она, снова и снова напрягая эти мышцы. Дёргая его, она заставила головку двигаться внутри себя, хотя она не проникла намного глубже и не вышла наружу.

"Ооо", — простонал он. "О, детка, ты даже не представляешь... Ниси, милый, ты должен прекратить это!"

Она заставила его замолчать поцелуем и напрягла мышцы. Он застонал ей в рот и она почувствовала, как жар разливается по её влагалищу. Она знала, что он кончает в неё, и ей это нравилось. Она продолжала целовать его, пока не перестала чувствовать, как его член дергается внутри неё, а затем отстранилась.

"Синди?" — позвала она.

"Чтоооо?" — простонала Синди, лежа и выгибая бедра, пока отец исследовал её вагину длинным пальцем, долбясь в шейку матки.

"Он тоже может кончить в меня?"

"Я... думаю... да", — задыхаясь, ответила Синди.

"Хорошо", — засмеялась Дениз. "Потому что он только что это сделал!"

"Ох, черт", — тихо вздохнул Дэйв на ухо дочери.

Она повернула голову.

"Ты тоже хочешь сделать это со мной... не так ли?" — задыхаясь, спросила она.

Вместо ответа он поцеловал её и еще немного стукнувшись в её шейку матки.

Она оттолкнула его. "Хочешь, не так ли!" — настаивала она.

«Только если ты этого не хочешь!» — выдохнул он, когда она потянула его за член, двигая им взад и вперед.

"Будет больно?" — выдохнула она, когда его палец совсем немного проник в её шейку матки. Она не дала ему ответить. «Нис!» — громко выдохнула она.

«Что?» — раздался голос её подруги.

«Было больно?»

«Было классно!» — проворковала Дениз, член её отца все еще был зажат между её половыми губами. Он обмяк, но не настолько, чтобы его вытащить. Ей не пришло в голову упомянуть, что внутрь вошла только головка.

«Папочкааааа», — простонала Синди, сильнее толкаясь бедрами.

Он воспринял это как её просьбу об удовлетворении, единственным способом, которым женщина может быть по-настоящему удовлетворена. Он перевернулся и её дыхание вырвалось наружу, когда его вес обрушился на неё. Затем он опустился на колени между её бедер на кровати и надавил руками и она глубоко вздохнула. Она подняла голову и увидела его длинный, гладкий на вид член, кончик которого едва касался её половых губ. Она потянулась к нему и начала тереть, раздвигая губы и массируя клитор.

Дик понимал, что нужно быть осторожным, поэтому протянул руку, отводя её руку в сторону. Он сжал свой член так, чтобы наружу выступала только головка и наклонился к ней, наблюдая за её лицом. Она вздрогнула, когда головка протиснулась сквозь его крайнюю плоть растянула её и он отстранился. Затем он трахнул её придерживая рукой, заставляя головку проникнуть между её губ. Он не мог войти глубже, потому что его остановила рука.

Потребовалось всего три или четыре таких крошечных толчка, прежде чем её вздрогнула. Он немного отодвинул руку и продолжил. Её глаза широко раскрылись от шока и её бёдра слегка подёрнулись вверх, когда его рука сжала её клитор.

Минуту спустя он убрал руку. Он вводил и выводил половину своего члена из вагины дочери и ей это нравилось. Ещё через минуту он застонал, достигнув дна и её руки начали поглаживать его спину. Когда он вытащил член и её руки потянулись к его ягодицам, чтобы снова ввести его... он понял, что она готова.

Дэйв Томпсон трахал свою получившую права дочь так, как хотел бы, чтобы это был её первый раз. Он довёл её до трёх оргазмов, всё это время наблюдая за её лицом, наслаждаясь каждым широко раскрытым, но странно тихим криком, который она издавала, когда оргазм сотрясал её пах. Её губы между оргазмами были почти обезумевшими, когда она понимала, что впереди её ждёт ещё один оргазм и что она может до него дотянуться. Единственными звуками, которые она издавала, были повторяющиеся «О, папочка... о, папочка... о, папочка», а затем всё её тело снова напрягалось, когда она напрягалась, прижимаясь к нему. К тому времени, как она испытала три оргазма, он почти потерял сознание. Он даже не думал о том, чтобы вытащить член. Вместо этого он сосредоточился на том, чтобы ввести свой член в её шейку матки, где он замер и застонал, как будто умирал, когда его член извергал потоки опасной спермы в утробу его дочери.

Её последнее «Ооо, папочка», когда он медленно рухнул на неё сверху, было музыкой для его ушей.

==============================================

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Когда на кровати началось все и Дэйв заполз между бедрами Синди, Дениз увидела это через плечо. Затем она встала с колен отца и подошла к краю кровати, где наблюдала за происходящим с самого начала. Она почувствовала, как сперма Дика стекает по её ноге и неосознанно сжала свою истекающую вагинальную жидкость двумя пальцами, которые сжали её половые губы.

Сначала она ничего не видела, потому что рука дяди Дэйва мешала. Но когда он убрал её, там, во всей красе, предстал этот длинный, толстый член, растягивающий половые губы её лучшей подруги, пока они не стали белыми, а не розовыми. По мере того, как он входил все глубже и глубже, Дениз наблюдала за этим с благоговением. Это было невозможно, но все происходило прямо у неё на глазах. Он входил в её подругу и единственные звуки, которые издавала Синди, были явно радостными.

Она почувствовала, как руки отца обхватили её грудь, сжимая соски и почувствовала, как его член прижался между её ягодицами. Она обернулась и посмотрела.

«Он все еще твердый!» — простонала она.

«Не до конца», — сказал отец.

«Он действительно войдет в меня?» — спросила она. «Вот так?» Она оглянулась через плечо. Дейв теперь двигался полностью внутрь и полностью наружу, и Синди, казалось, испытывала оргазм.

«О, да», — вздохнул Дик.

Он отвел её на другую кровать, лег на неё и потянул сверху. Он позволил ей потереть несколько секунд, а затем помог ей ввести его во влагалище. Он был поражен, почувствовав, как его член напрягся и понял, что возбужден как никогда в жизни. После предыдущей эякуляции её влагалище стало скользким и когда она надавила, чтобы снова ввести только головку, как и прежде, половина его члена аккуратно скользнула внутрь.

«Оооо», — простонала она. Её бедра судорожно двигались и ему пришлось схватить их, чтобы помочь ей освоить ритм, который заставит её член сильнее входить в себя и двигаться внутри.

Она быстро училась. К тому времени, как Синди испытала второй оргазм, Дениз была полностью пронзена, сидела прямо, её бедра дергались вперед и назад, как у танцовщицы живота. Когда отец потянулся, чтобы потянуть её за соски, оргазм, пронзивший её, лишил её всех сил и она обмякла. Затем желание почувствовать еще больше энергии наполнило её и она начала все сначала.

Только после второго оргазма Дениз вспомнила о своих вновь открытых мышцах и начала их использовать. Сделав это, она кончила на отце меньше чем за три минуты. Снова обмякнув, она получила вторую порцию папиной спермы, на этот раз прямо рядом с шейкой матки. Затем она легла на него, его член был крепко вставлен в её вагину, чтобы вздремнуть.

==================================

Синди проснулась около девяти, полная сил. Дэйв скатился с неё, но всё ещё касаясь её. Она высвободилась из его объятий и встала. Она потянулась, пытаясь почувствовать каждую мышцу своего тела.

Она чувствовала себя хорошо. На самом деле, она чувствовала себя великолепно. Ничего не болело. Она пыталась сосредоточиться на ощущении горячей жидкости, которую отец оставил в ней, но ничего не чувствовала, кроме чувства спокойной радости. Она не была девственницей. Она думала об этом совсем иначе, чем когда действительно потеряла девственность. Тогда её переполняла тревога. Это было совсем нехорошо. Но это... это было совсем другое. Она впервые в жизни почувствовала себя настоящей женщиной. Это то, что она могла делать три раза в день. Она поняла, что все те девушки, которые говорили, что секс – это нечто непреодолимое, если ты его уже попробовала, были правы. Однако она ни на йоту не чувствовала себя шлюхой. Она посмотрела на своего отца, лежащего там, с умиротворённым лицом, спящего. Она почувствовала прилив любви в груди.

Она посмотрела на другую кровать, где лежали её лучшая подруга и её первый любовник. Там она тоже почувствовала прилив любви, но немного другой. К своей лучшей подруге она испытывала только радость, надеясь, что для Дениз это было хотя бы наполовину так же хорошо, как для неё. Образ Дика тоже что-то тронул в ней, но это было не то, что вызывал её отец. Этот мужчина, которого она считала вторым отцом, но который теперь навсегда останется в её памяти как тот, кому она отдала свою девственность, заставил её задуматься о другом. Эти мысли были туманными и неясными, но касались будущего. Она не могла представить свою жизнь без обоих этих мужчин.

Она надела платье, которое теперь было мятым, но ей было все равно. Затем, специально, она разбудила Дениз, подняла ее и протянула ей сине-белое платье.

"Что?" — прошептала Дениз, потирая глаза.

«Мы пойдем прогуляемся», — сказала Синди.

«Зачем?» — спросила Дениз, натягивая платье на голову.

«Поговорить конечно же», — ответила Синди.

Они пошли. Они гуляли почти в темноте и разговаривали. Конечно, они говорили о том, что только что произошло, но также говорили и о многом другом, как это обычно делают друзья. Они вернулись только когда совсем стемнело, в половине десятого.

====================================

Мужчины спали, обессиленные, оба из-за любовных игр, но больше всего из-за общего стресса от всего инцидента во Фланнери. Машина была готова к поездке. У них только что был один из лучших сексуальных опытов в жизни. Кровать была мягкой и удобной.

Когда девушки вернулись, они разделись. Они уже договорились, что переспят с отцами друг друга этой ночью. Оба знали, что в будущем будут спать со своими собственными отцами. Кто знает, какие у них будут шансы снова переспать со своими первыми любовниками после этого?

Они ничего не делали с мужчинами. Они тоже устали, но все еще были приятная усталость. Они прижались к выбранному мужчине и уснули.

=======================================

Дэйв ворочался во сне и его шершавый подбородок скользнул по плечу Дениз, разбудив её. Её глаза привыкли к темноте комнаты. Удивительно, как много света с улицы проникало сквозь шторы. Она посмотрела на спящего мужчину рядом с собой и провела рукой по его боку. Его глаза мгновенно открылись, почти напугав её.

«Привет», — тихо сказала она.

«Привет», — ответил он.

Она поцеловала его и потянулась к его члену. Он был мягким, но начал твердеть, как только она взяла его в руки и сжала.

Слова были не нужны. Они целовались, пока у него не встал член и она забралась сверху, когда он перевернулся на спину и подвинула его ягодицы к середине кровати. Она протянула руку и медленно опустилась на него. Она поняла, что он чуть длиннее, чем у её отца, потому что то, на что надавил отец, когда кончил в неё, немного поныло, когда член Дэйва надавил сильнее. Она заерзала, не понимая, что делает, а затем вздохнула, почувствовав, как боль утихает и он вошел чуть глубже.

Она медленно покачивалась, наслаждаясь ощущением наполненности и точками давления, на которые давило его тело. Его руки поднялись, чтобы погладить её грудь и она улыбнулась в темноте. Они оба, должно быть, хорошие любовники, потому что ей нравилось это с обоими.

Она вспомнила о своих мышцах и начала заставлять их напрягаться.

«О боже!» — тихо выдохнул он. «Когда ты научилась это делать?!»

«Не знаю», — сказала она, крепче сжимая его. «Папе это нравится».

«Мне тоже, милая», — сказал он, тяжелее дыша.

====================================

Дик проснулся. В соседней кровати что-то шепталось и он понял, что именно это его разбудило. Его обоняние сразу подсказало, что с ним в постели Синди, а не его дочь. Эта информация не приходила ему в голову... он просто знал это. Она была к нему спиной, а ягодицы прижимались к его паху. Рука, охватывающая её, лежала на одеяле, но он подвинул её, чтобы убедиться, что это Синди, пощупав её плоскую, небольшую грудь. Вид толстого белого члена Дэйва, скользящего внутрь и наружу её влагалища, захлестнул его разум. Это был первый раз, когда он видел что-то подобное вживую. Это выглядело точно так же, как в порнофильмах. Он знал, что они с Дэйвом примерно одинакового размера... примерно среднего.

Он поднял голову и посмотрел через плечо Синди. Дениз сидела верхом на Дэйве. Было очевидно, что они делают. Он наблюдал, с любопытством желая узнать, что он почувствует. Впервые он задумался о том, что здесь не было никакого противозачаточного средства. Он не мог поверить, что раньше ему это не приходило в голову. Её вагина была полна члена, который загонял сперму, которую он в неё ввел, ещё глубже, судя по звукам, которые издавал его друг.

А что, если она забеременеет? Без ДНК-теста они даже не узнают, чей это ребенок. Он подумал, что странно, что его больше волнует, чей ребенок может родиться у его дочери, чем то, что она может забеременеть прямо сейчас. Он услышал, как Дениз сказала: «Мне это нравится... Я люблю тебя».

Внезапно ему стало все равно, забеременеет она или нет. Он знал, что Дэйв чувствует к ней и Дэйв её не подведет. И он тоже, если до этого дойдет. Если она забеременеет... значит, забеременеет. Все как-нибудь уладится. Он её вырастил. Он сможет вырастить своего внука... или ребенка. Она все еще сможет поступить в колледж.

Он почувствовал грудь Синди под своей рукой. Он скользнул рукой с её груди вниз по плоскому животу, полному спермы её отца и она зашевелилась во сне. Он продолжал, его пальцы скользили прямо по её лобку, а не запутывались в нём, как это было с более пушистыми лобковыми волосами Дениз. Там, внизу, было тепло, влажно и скользко. Он перевернул её на спину и она проснулась.

«Что случилось?» — сонно спросила она.

«Ничего», — прошептал он, подползая и садясь ей на колени, которые были сомкнуты. Он наклонился, чтобы лизнуть и пососать её соски.

«О», — сказала она, потянувшись руками к затылку, чтобы взъерошить его волосы. Она раздвинула ноги.

Он подвинул колени между её ног и она раздвинула их ещё шире. Он потянулся, чтобы схватить свой член и её рука оказалась между ними. Он понял, что она прикрывает рукой свои половые губы.

«Ты меня любишь?» — спросила она.

«Ты же знаешь, что люблю», — ответил он, нежно целуя её.

«Ты мог бы меня оплодотворить», — сказала она, поразив его той же мыслью, которая пришла ему в голову, когда он решил овладеть ею и добавить свою сперму к сперме её отца. На самом деле он не пытался её оплодотворить, но мысль о растущем животе Дениз завела его. «Ты меня так сильно любишь?» — спросила она.

Мысли пронеслись в голове Дика. Мысль о том, что у его дочери будет ребенок, его не беспокоила. Легко было добавить её лучшую подругу в ту же категорию. О них позаботятся. Всё было так просто.

«Я тебя так сильно люблю», — сказал он.

Она отдернула руку и потянулась к его голове, когда он медленно вошел в неё, не зная, будет ли ей больно или нет. Она ответила на этот невысказанный вопрос, резко подняв бедра, чтобы поглотить его член и крепко поцеловала его.

====================================

Дениз оглянулась и увидела, как её отец набрасывается на её лучшую подругу. Они что-то шептали друг другу и тут она увидела, как Синди вздрогнула, когда ягодицы отца опустились.

Она наклонилась, чтобы прошептать своему любовнику, который задыхался и тяжело дышал:

«Мой папаша прямо сейчас трахает твою дочь», — сказала она, лизнув его ухо.

Это, а также её накачанные мышцы влагалища, помешали Дэйву сдержать оргазм. Он застонал и его член подпрыгнул, чтобы доставить драгоценный груз спермы в утробу этой прекрасной девушки.

Дениз вздохнула, почувствовав тёплое, влажное подношение.

«Я так рада, что мы здесь остановились», — сказала она, целуя своего любовника.

==================================

Дик использовал все известные ему уловки, чтобы свести Синди с ума. Синди смирилась с тем, что произошедшее может привести к беременности и решила, что с ней может случиться, и худшее, её волновало только одно: ограничить общение только с отцом, который, как она знала, любил её больше жизни, или позволить дяде Дику тоже попытать счастья. Она знала, что дядя Дик любит её, но если эта любовь не включает в себя детей. Как только этот вопрос был решён, Синди Томпсон перестала беспокоиться о детях и сосредоточилась на том, как чудесно ей ощущать твёрдый член Дика в своей вагине.

Если бы он предложил вытащить член, ей было бы всё равно. Возможно, она бы захотела попробовать, какой у него вкус... похож ли он на вкус её папочки.

Он не предложил ничего, оставаясь глубоко внутри неё, пока его яички вливали нектар в её молодую матку. Наслаждаясь этим ощущением, она решила, что у неё есть всё время на свете, чтобы узнать, каков на вкус член Дика.

====================================

Когда они проснулись утром, никаких интимных ласк не было. Все они хотели сесть в машину, найти хорошее место, где можно нормально поесть, а затем добраться домой.

Девушки снова надели футбольную форму, во-первых, потому что она теперь была чистой, а во-вторых, потому что именно так они начали это путешествие и казалось вполне уместным закончить его таким же образом, хотя всё остальное уже не было прежним. Мужчины тоже оделись в ту же одежду, в которой пришли в город.

Джимми Джо ухмыльнулся девушкам, но они проигнорировали его, по привычке сев вместе на заднее сиденье машины. Они оставили двери открытыми, чтобы выпустить жар. Джимми Джо предпринял последнюю попытку.

«Обычно я не беру кредитные карты», — спокойно сказал он, предъявляя им счёт. Он прекрасно знал, что у них нет наличных. «Но меня можно было бы уговорить, хотя бы на несколько минут, с этими милыми молодыми девушками». Он сказал это достаточно громко, чтобы девушки услышали. Они посмотрели друг на друга.

«Обычно я не выбиваю мужчинам зубы», — спокойно сказал Дэйв. «Но при определённых обстоятельствах меня можно было бы уговорить сделать именно это».

Джимми Джо отступил назад. «Не волнуйся. Я оказал тебе услугу. Вот и всё».

«Ты поработал на нас, — сказал Дэйв, — и за это тебе щедро платят».

«Ну да ладно, парни, — уговаривал отвратительный мужчина. — Эти девушки явно несовершеннолетние. Я не знаю, где вы их нашли, и мне, честно говоря, всё равно, но было бы очень жаль, если бы дорожная полиция заинтересовалась вашей машиной и начала задавать вопросы. Я не хочу с ними переспать или что-то в этом роде. Я просто хочу увидеть их голыми ещё раз, прежде чем вы все уедете отсюда».

Почему Дик это сказал, он никогда не узнает. Он был в ярости. Может, в этом и дело.

«Это наши жёны чёртов ты извращенец!» — прорычал он, делая шаг к мужчине и сжимая правый кулак.

«В таких нарядах?» — рассмеялся Джимми Джо.

Синди вышла из машины. Никто не знал, что она собирается сделать или сказать. Её двум любовникам следовало бы больше ей доверять. Она подошла к Дику.

«Дик, этот мужик просто извращенец с хорошим вкусом. Не стоит из-за него ввязываться в неприятности». Она повернулась к Дэйву. «Заплати этому мужику, Дэйв. Я, может и сестра твоей жены, но с меня хватит этого дерьма! Благодаря тебе и твоей чертовой сломанной машине Дик уже пропустил три дня работы. Мы, наверное, уже посмешище всего Риджвью».

Дениз вылезла из машины и без проблем присоединилась к этой игре.

«Верно, Дэвид!» — сказала она, хмурясь на него. «Эта свинья явно никогда не слышала о Лиге футбольных мамочек. Все остальные жены в команде сейчас сидят дома, потягивают мартини и смеются над нами, думая о том, как ты и твоя чертова короткая дорога завели нас на целых три дня! Я устала, я ненавижу эту помойку», а я хочу домой, Дэйв! Если он не возьмет карту, то пошли он нахуй! Ты же сам предложил оплату. Узнай его чертов адрес и отправь ему банковский чек, когда мы вернемся домой!

Обе девушки развернулись и направились обратно к машине.

«Почему мы не послушали маму и не поступили в колледж, я никогда не пойму!» — прорычала Синди.

Лицо Дэйва оставалось совершенно невозмутимым, когда он повернулся к Джимми Джо.

«Сестры, — сказал он. — Мы познакомились с ними в интернете. Думали, что молодые будут лучше, чем те, с которыми мы развелись».

«Дэйв!» — крикнула Дениз. — «Если ты когда-нибудь надеешься снова получить удар по этой заднице, тебе лучше не заставлять меня выходить из машины!»

«Я возьму карточку!» — сказал Джимми Джо.

Он выхватил её из рук Дэйва и поспешил в свой кабинет. Дэйв последовал за ним, а Дик пошёл садиться в машину. Он сидел напряжённо, опасаясь, что всё как-нибудь развалится. Он никак не мог знать, что, когда Джимми Джо выглянул и увидел его сидящим там, явно ведущего себя так, будто у него большие проблемы, это лишь подтвердило наспех разработанный девушками план.

«Я бы и их на заднее сиденье посадил», — сказал Джимми Джо, за полминуты перейдя от похоти к сочувствию.

Дэйв тоже с тревогой посмотрел на машину, вышел, помахал рукой и крикнул: «Иду, дорогая!» Он повернулся, сорвал свою подпись внизу чека и побежал к машине.

«Дурак», — проворчал Джимми Джо себе, кладя чек в кассу. «Вот почему я никогда не женюсь!»

====================================

К тому времени, как они проехали мимо магазина, где Мейбл как раз выходила, вероятно, направляясь к папе, девушки были так взволнованы, что помахали и закричали на прощание женщине, которая выглядела испуганной и помахала в ответ, поддавшись чистому импульсу.

«Извращенка с хорошим вкусом?!» — рассмеялся Дэйв.

«Ну, мы же симпатичные!»

«Ты просто чертовски красивая», — взвизгнула Синди. Водитель рассмеялся.

Они смеялись и разговаривали еще тридцать минут, когда раздался громкий «БАХ», и машина начала дрожать.

«Спущено!» — простонал Дэйв, направляя машину на обочину.

«Что может случиться дальше?» — простонала Дениз с заднего сиденья.

«Запасное колесо в порядке», — сказал Дэйв. «Я сказал Джимми Джо накачать его. Мы поменяем его и быстро вернемся на дорогу».

Так бы и случилось, если бы Джимми Джо помнил о своем обещании накачать запасное колесо. Но он не вспомнил. И они уехали в такой спешке, что Дэйв даже не подумал проверить его. Машину подняли на домкрате, а поврежденное колесо сняли, когда они обнаружили, что запасное колесо такое же спущенное, как и в прошлый раз, когда они его видели.

Они стояли и жалели себя, когда девятиосный грузовик с громким вздохом остановился, двигаясь в противоположном направлении. Пневматические тормоза свистнули. Но двигатель продолжал работать. Из машины вышел худощавый мужчина в ковбойской шляпе и перешёл дорогу.

«Вы в порядке?» — спросил он.

«Запасное колесо спущено. Я сказал механику в прошлом городе, чтобы он накачал его, пока ремонтирует нашу машину, но он этого не сделал», — вздохнул Дэйв.

«Подождите минутку», — сказал мужчина и вернулся к своему грузовику. Он залез в боковой отсек и вытащил синий шланг. «Принесите сюда запасное колесо!» — крикнул он.

Дэйв поднял руль. Водитель грузовика опустился на колени и воткнул один конец синего шланга во что-то под грузовиком. Он был поражен, увидев на другом конце шланга воздушный штуцер.

«Приходится иногда самому накачивать шины», — сказал мужчина, надевая штуцер на конец ниппеля. Дэйв увидел, как шина мгновенно накачалась, и почувствовал облегчение.

Менее чем через пять минут поврежденное колесо было в багажнике, а машина стояла на запасном колесе.

«Мы очень благодарны», — сказал Дэйв, пожимая руку мужчине.

«Без проблем», — сказал водитель грузовика. «Я и так уже засыпал. Три недели в дороге».

«Чёрт!» — воскликнул Дик. «Должно быть, тяжело так долго быть вдали от дома».

«Не так уж и сильно», — сказал дальнобойщик. «Жена бросила меня много лет назад. Если у меня и есть какие-то чувства, то в дороге». Он подмигнул, ничуть не смущаясь, что девушки его слушают. «Примерно в пятнадцати милях отсюда есть городок с придорожным кафе для грузовиков под названием «Сэди». Остановись там и спроси Нельсона. Скажи ему, что тебя послал Серебряный Вжух. Он позаботится о твоей шине».

«Серебряный Вжух?» — спросила Синди, которая все это время висела на плечах отца, пока он говорил.

«Мой позывной», — сказал дальнобойщик. «Для рации. Практически все знают меня как Серебряного Вжуха».

«Ну, мистер Серебряный Вжух», — кокетливо сказала Синди. «Я правильно понял, вы сказали, что вам одиноко и хочется секса?»

Дальнобойщик усмехнулся. «Дорогая, как бы мне ни хотелось воспользоваться таким предложением, я сразу узнаю несовершеннолетних».

«О!» — сказала Синди, краснея. «Я имела в виду не себя. Но я знаю, где можно найти одинокую, похотливую женщину, которая точно не несовершеннолетняя».

«Что?» — Дэйв выглядел растерянным.

«Мейбл!» — хихикнула Синди.

У Дэйва от удивления отвисла челюсть. Потом она закрылась, и он ухмыльнулся. «Знаешь что? Она права. Мы встретили Мейбл во Фланнери, совсем рядом. Вы с Мейбл прекрасно поладите. Вы часто ездите по этой дороге?»

Водитель грузовика теперь настороженно смотрел на группу, не зная, играют они с ним или нет. «Примерно раз или два в месяц», — осторожно ответил он.

Дик тоже ухмылялся. «Вот в чем дело. Мейбл немного... скажем так... рьяная. Она флиртовала с нами... с женщинами прямо здесь!» Она не так уж и плоха на вид, но, честно говоря, чтобы её удовлетворить, потребуется немало усилий.

— Нетерпеливая, да? — задумчиво произнес Серебряный Вжух. — И не уродина?

«Вовсе нет», — сказал Дэйв. «Она управляет универсальным магазином. Живёт наверху. Она закроет магазин в мгновение ока, чтобы заняться... э-э... другими делами».

«Вы же не собираетесь меня подставлять, правда?» — спросил мужчина. «После того, как я остановился, чтобы вам помочь?»

Дэйв достал бумажник и вытащил одну из своих визитных карточек. Он протянул её дальнобойщику.

«Вот мой рабочий адрес. Если вы думаете, что мне нужно надрать задницу за то, что я познакомил вас с Мейбл, то можете приезжать в любое время. Я и пальцем не пошевелю в свою защиту».

«Мейбл», — сказал Серебристый Вжух. «Я, пожалуй, заеду в магазин и куплю себе что-нибудь выпить».

«Сделай мне одну услугу», — сказал Дэйв. «Скажи ей, что тебя послали „папики“».

«Папики?» — спросил дальнобойщик.

«Это, по сути, наше прозвище, насколько ей известно», — сказал Дэйв. «Просто скажи ей, что мы тебя послали, а потом держись изо всех сил».

========================================

Они поужинали в ресторане у Сэди, пока Нельсон занимался их шиной. Все сделали заказ и съели слишком много. Еда была невероятно вкусной после их странной диеты.

Три часа спустя они въехали в гараж Дэйва. Девушки даже немного потанцевали, выходя из машины и бегая в комнату Синди.

«Хочешь пива?» — спросил Дэйв, протягивая другу бутылку.

Дик взял её и открутил крышку.

«Неужели всё это действительно произошло?» — спросил Дик. «Сейчас это кажется сном».

«Это случилось», — сказал Дэйв. «Что мы теперь будем делать?»

«Это моя фраза», — сказал Дик, улыбаясь.

Они слышали, как девушки болтают наверху.

«Должен сказать вот что», — сказал Дэйв, искоса глядя на друга. «Я не хочу, чтобы это вызвало проблемы... но я захочу... э-э... снова быть с Дениз».

«А как насчет Синди?» — спросил Дик.

«Ты имеешь в виду, что насчет Синди и тебя?» — спросил Дэйв.

«Нет, я просто подумал, что ты знаешь, что я чувствую к ней то же самое, что и ты к Дениз. Я спрашиваю... ты тоже захочешь... снова быть с... Синди?»

Дэйв сделал большой глоток своего пива.

«Да», — вздохнул он. «Какой же я, блядь, извращенец». Он нахмурился. «Люди так не живут!»

«А мы, да», — сказал Дик.

«Нормальные люди», — добавил Дэйв.

«Я чувствую себя нормальным», — сказал Дик.

Дэйв уставился на него. «Правда? Я имею в виду, честно? Ты можешь жить с тем фактом, что переспал с двумя девочками-подростками и хочешь переспать с ними снова...» «Даже несмотря на то, что одна из них — твоя собственная дочь?»

— Дик пожал плечами. — «Я знаю, что люблю их обеих. Я не пытался этого добиться. Так получилось. Я ничего не могу поделать со своими чувствами к ним».

Дэйв поник. Затем выпрямился. «А что, если они больше не хотят... быть с нами? Что, если всё это было просто какой-то странной суетой?»

«Тогда нет», — просто сказал Дик. «Как я уже говорил, мы их любим. Мы не собираемся делать то, чего они не хотят. Мы не хотим причинить им боль».

«Да, но что, если мы уже причинили боль?» — простонал Дэйв. «Мне приходит в голову, что мы только что занимались диким страстным сексом с нашими дочерьми и ни разу не использовали контрацепцию!»

«О», — сказал Дик. «Чтож... наверное, в этом заключается небольшая проблема».

«Небольшая проблема?!» — ахнул Дэйв. «Мы, возможно, их оплодотворили!»

«Если тебе от этого станет легче, я бы женился на Синди, если бы мог», — сказал Дик, не в силах придумать ничего другого.

«А на Дениз женился бы я!» — тихо крикнул Дэйв. «Но этого не произойдет. В конце концов, они же подростки! Они вообще не хотят жениться прямо сейчас. В конце концов, они старшеклассники! И даже если бы они хотели пожениться, они бы точно не захотели выйти замуж за двух неудачников вроде нас!»

«Мы не неудачники», — сказал Дик с тихим нытьем в голосе. «Мы просто попали в ситуацию, которая немного вышла из-под контроля».

«Немного вышла из-под контроля», — вздохнул Дэйв. «Я чувствую себя как в каком-то научно-фантастическом фильме!»

«Почему бы нам не позволить им самим решать», — сказал Дик. «Если они забеременеют, мы с этим разберемся. Мы позаботимся о них. Ты же знаешь. Это всё наша вина и мы встанем и разберемся с этим. Мы оба воспитывали дочерей в одиночку. Если придется, мы воспитаем ещё ребёнка».

«Пусть сами решают», — повторил Дэйв. «Да. Ты прав. Мы должны брать с них пример. Может, это был просто какой-то странный разовый случай. Наверное, они там наверху занимаются тем, чем всегда занимались. Наверное, они совсем забыли о нас. Наверное, они там наверху обсуждают своих парней».

===============================================

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Девушки действительно говорили о своих парнях, но не так, как думал Дэйв.

«Что будем теперь делать?» — спросила Дениз, когда они пришли в комнату Синди. Синди проверяла электронную почту, с нетерпением ожидая, не пропустила ли она что-нибудь во время их незапланированного и непреднамеренного отпуска.

«Ты о чём?» — спросила Синди, отвлечённая накопившимся списком сообщений.

«О них, тупица!» — взвизгнула Дениз. «О наших папах!»

— «Они же наши отцы», — сказала Синди. «Что мы можем с ними сделать?» Она пыталась прочитать электронное письмо от Сьюзан Уоттс, которая спросила, может ли она пойти на свидание с Рэнди после того, как Синди его отчитала.

«Синди!» — прошипела Дениз. Она потянулась к монитору и выключила его.

«Привет!» — сказала Синди, глядя на свою подругу.

«Они нас поимели!» — прошипела Дениз. «Что мы будем с этим делать?»

Синди уставилась на подругу. Дениз демонстрировала те же самые признаки и сигналы, что и обычно, когда хотела поговорить с Синди о парне, который ей особенно нравился.

«У тебя три парня», — сказала Синди, скрывая улыбку. Она знала, что дразнит Дениз. «Тебе действительно нужно больше?»

Дениз посмотрела на Синди в ответ потрясённой.

Синди наконец не смогла сдержать смех, и он вырвался наружу.

«Слушай, — сказала она. — Мы больше не девственницы. У тебя есть три парня. Теперь ты можешь делать все, что хочешь».

Дениз выглядела шокированной. «Если ты думаешь, что я просто позволю этим парням ползать по мне, как будто я какая-то шлюха...» Она напряглась и её хмурый взгляд заставил все её лицо сморщиться. «Я думала, ты моя подруга!»

«Я и есть твоя подруга!» — сказала Синди. «Что ты хочешь, чтобы я сказала? Ты хочешь, чтобы я сказала, что ты можешь приходить сюда и трахать моего папочку, когда тебе вздумается?»

«Да!» — закричала Дениз. Затем её рот захлопнулся, а глаза задергались, словно внутри неё произошло землетрясение, и пострадали только глазные яблоки. Она села на кровать. «Я шлюха», — простонала она.

«Ты не шлюха», — сказала Синди. «Ты любишь моего папочку и тебе нравится заниматься с ним сексом. Мне тоже нравится заниматься сексом с твоим папочкой. Проблема в том, что мне нравится заниматься сексом с обоими».

«Мне тоже!» — простонала Дениз. «Понимаешь, о чем я? Что мы будем делать?»

«Мы не можем просто продолжать спать с ними?» — спросила Синди.

«Можем?» — простонала Дениз. «Мы же дома. Это все так нормально», — сказала она, размахивая рукой по комнате. «Ненормально, что мы просто трахаем их, когда захотим?»

— Почему нет? — спросила Синди. — Люди постоянно так делают со своими любовниками.

— Не с отцами и дочерьми! — сказала Дениз.

— Дядя Дик — не мой отец, — заметила Синди.

— Да, но ты же не можешь спать с ним каждую ночь! — взвизгнула Дениз.

— Я могу приходить на ночь, — сказала Синди.

Дениз встала. — Хорошо, значит, с этого момента мы будем ночевать у меня дома одну ночь, а на следующую — у тебя. — Ага, — саркастически сказала она, — это отлично подойдёт!

— Тебе не обязательно заниматься сексом каждую ночь, — так же саркастически сказала Синди. — Ты же не шлюха... помнишь?

— Ну тогда зачем мне это сейчас?! — парировала Дениз. — Разве нет?

Синди моргнула. Она могла бы заняться сексом прямо сейчас, если бы она захотела! Такого точно никогда раньше не случалось. Все, что ей нужно было сделать, это спуститься вниз и выбрать мужчину, которого она хотела, и...

— Эй, — сказала она с сомнением. — А что, если они больше не захотят с нами этого делать?

— Что ты имеешь в виду? — спросила Дениз.

«Ну, подумай об этом!» — сказала Синди. «Мы застряли там и по телевизору показывали только порно. Нам обязательно нужно было спать вместе. А что, если они не захотят этого делать, когда мы дома?»

«Они не смогут!» — простонала Дениз. «Мне это слишком нравится! Я больше не могу просто так это не делать!» Она уставилась на подругу. «И я не собираюсь делать это с каким-то парнем из школы, так что даже не думай об этом!»

«Знаю, знаю», — сказала Синди. «Я тоже и не только потому, что сейчас у меня нет парня. Я не могу представить, чтобы делать это с кем-то, кого я не люблю».

«Верно!» — сказала Дениз. «Немного поиграть — это одно. А это совсем другое».

«Ну, тогда», — сказала Синди. «Нам просто нужно убедить их, что они не могут остановиться».

«Как нам это сделать?» — спросила Дениз.

«Поговорить с ними?» — предложила Синди.

«Мы можем это сделать?» — спросила Дениз.

«Если ты не можешь поговорить с мужчиной, который лишил тебя девственности, значит, что-то не так», — заметила Синди.

«Знаю», — простонала Дениз. «Я просто боюсь, что они скажут „нет“ и начнут вести себя как родители».

«Может быть, если мы подождем до сегодняшнего вечера, знаешь ли, мы сможем попробовать спать с ними сегодня ночью и пока будем это делать, мы сможем поговорить с ними об этом».

«А что, если одна из нас не сможет спать с ними сегодня ночью?» — спросила Дениз.

«Это не сработает», — тут же ответила Синди. «Мы должны сделать это одновременно».

«Я могу позвонить тебе на мобильный», — сказала Дениз.

«Пока ты будешь заниматься сексом с дядей Диком?» — недоверчиво спросила Синди.

«Ну, может быть, когда мы будем к этому готовиться, или что-то в этом роде. Я могла бы позвонить тебе и сказать, что это произойдет, а потом, если ты подумаешь, что у тебя дома это не получится, я могла бы остановиться, или что-то в этом роде. И ты могла бы сделать то же самое, и тогда это будет либо и то, и другое, либо ничего».

«Хорошо!» — взволнованно сказала Синди. «Звучит как план».

=======================================

Так кончается попытка подростка заняться рациональным мышлением, прежде чем та часть мозга, которая отвечает за рациональное мышление, полностью разовьется. Это наводит на мысль, что восемнадцать лет — это, пожалуй, немного рановато для того, чтобы давать им право голоса... и помогать определять судьбу нации... не так ли?

=========================================

Для мужчин сигналы, которые они получали, когда девушки спускались с башни замка, где находилась Синди, были несколько неоднозначными. Девушки вели себя нормально, в том смысле, что они вели себя как девочки-подростки, расхаживая по дому, выбирая что-нибудь перекусить, время от времени разговаривая с мужчинами и переключая каналы на телевизоре, чтобы посмотреть, нет ли чего-нибудь интересного.

Когда Дик предположил, что они не были дома с момента приезда... домой..., реакция Дениз была типичной для обычной ситуации.

«Но мы только что приехали, папа», — сказала она сначала. «Синди даже не успела проверить всю свою почту!» Затем, через несколько секунд, добавила: «Мне нужно принять душ и подготовиться ко сну. Как сочтешь нужным, папа».

Дик посмотрел на часы. Было чуть меньше пяти вечера. Он посмотрел на Дэйва, который пожал плечами.

«Уже почти время ужина», — предположил Дик.

«Я не очень голодна», — сказала Дениз, жуя одну из нескольких морковных палочек, которые она взяла из холодильника Дэйва. «Обед был просто огромный!»

«Наверное, мне нужно проверить свою почту», — сказал Дик. «Я пропустил много работы. Надеюсь, у меня еще есть работа. На этой неделе у меня не было показов, но я пропустил сделку. Я знаю, что один из других брокеров этим занялся, но мне нужно сообщить им, что я вернулся, и узнать что случилось. Хочешь остаться здесь на некоторое время, детка?»

«Нет!» — слишком быстро и с чрезмерным акцентом ответила Дениз. «Думаю, ты права. Мне тоже нужно проверить электронную почту. Мы так долго отсутствовали!»

Обе девушки вели себя так, будто внезапная перемена в поведении Дениз была совершенно нормальной и Синди обняла подругу на прощание. Она подошла к Дику и обняла его, очевидно, как обычно, поцеловав в щеку. До поездки это было бы вполне обычным делом. Дик посмотрел на Дэйва, который пожал плечами.

====================================

В обоих домах, когда Дик и Дениз перешли в соседний, картина была пугающе похожа. Разговоров было очень мало, отец и дочь ждали, что скажет другой. Девочкам было еще рано говорить, что пора спать, а потом предлагать снова поспать с отцом, как будто это стало нормой. Оба мужчины нервничали. Обе девочки слонялись по дому, то развалившись, то шатаясь, выглядя соблазнительно в глазах своих отцов. Оба мужчины пытались наверстать упущенное на работе. Дик получил несколько писем с вопросами о том, где он, чёрт возьми находится и ответил на них. Дейв получил письма от своих сотрудников, в которых сообщалось о выполненных и находящихся в процессе работах и в гораздо более деликатной форме, спрашивалось, где он, чёрт возьми, находится. Он ответил и на них.

Девочки просмотрели свою почту, что заняло больше времени. Все бросились к холодильнику в поисках чего-нибудь быстрого и простого.

В большинстве случаев всё было очень обыденно. И, как оказалось, именно эта обыденность и приводила к событиям.

==================================

"Что показывают?" — спросила Синди, спускаясь вниз и застав отца за просмотром телевизора.

"О, это просто старый повтор сериала про Дика Ван Дайка", — сказал Дэйв. "Наверное, это вызывает старые воспоминания. Я обожал этот сериал в детстве, хотя тогда бы никогда в этом не признался". Я учился в старшей школе — примерно в твоем возрасте — когда сериал подходил к концу и его отменили. Тогда нельзя было признаться, что тебя это смешило.

Синди опустилась на диван рядом с ним, как обычно, как это бывало тысячу раз. Она прислонилась к нему, а он обнял её, как обычно, как это бывало тысячу раз. Это даже казалось обычным и привычным им обоим, когда она устроилась поудобнее, чтобы посмотреть вместе с ним.

На экране худой, гиперактивный мужчина лежал в постели и спорил с привлекательной темноволосой женщиной, прическа которой показалась Синди забавной. Женщина лежала в другой кровати, в двух футах от той, в которой лежал мужчина. Это напомнило Синди номер в мотеле.

«Они женаты, верно?» — спросила она.

«Да», — ответил Дэйв, сосредоточившись на юморе спора.

«Так почему они в разных кроватях?» — спросила дочь.

Дэйв посмотрел на дочь. Её лицо было в нескольких сантиметрах от него, но она смотрела на экран.

«Тогда нельзя было показывать женатых людей на одной постели», — сказал он.

«Ты шутишь!» — сказала Синди, явно пораженная.

— Нет. Цензоры этого не позволили.

— Тогда были цензоры для телешоу? — спросила Синди, изумленная. — Это же Америка! В Америке цензоров не было!

— У них до сих пор есть цензоры для телешоу, — сказал Дэйв. — По крайней мере, на бесплатных каналах. Как ты думаешь, почему кабельное телевидение так быстро стало популярным?

— Но кабельное телевидение существует вечно! — сказала девушка.

— Нет, не существует. Все началось с того, что люди хотели снимать программы, которые национальные сети не показывали.

— Но это... — сказала Синди, указывая на экран. — Если они не показывали женатых людей в постели... откуда, по-вашему, берутся дети?

— Все знали, откуда берутся дети, — сказал Дэйв, пытаясь объяснить что-то совершенно бессмысленное. — Но об этом нельзя было говорить или показывать. Не на национальном канале.

— Это довольно глупо, — сказала Синди.

— Знаю, — согласился Дэйв. «Но тогда так и было. Для всех знаменитых супружеских пар на телевидении были отдельные кровати».

Наступила тишина на несколько секунд.

«Папа?»

«Что?»

«Нам до сих пор нужны отдельные кровати?»

=====================================

В доме Дика и Дениз все было немного по-другому. Дениз поела, хотя и не была голодна(!) и они оба проверили электронную почту, прежде чем принять душ. За эти годы, в основном потому, что это означало уборку одной душевой кабины вместо двух, они оба привыкли пользоваться той, что в коридоре, напротив спальни Дениз. В главной ванной комнате спальни Дика была еще одна душевая кабина, но у него просто не было привычки им пользоваться.

В тот момент ни один из них не обращал особого внимания на другого, потому что было всего около семи. Дениз пошла в ванную принять душ, прежде чем Дик вышел из своей спальни, чтобы сделать то же самое. Дениз сняла одежду и рассматривала себя в зеркале, пытаясь понять, не проявляется ли это как-то в том, что она больше не девственница, когда Дик открыл дверь и вошел, одетый только в трусы.

Дениз обернулась.

«О, привет, папочка», — автоматически сказала она.

Дик замер, завороженный. Она была так красива. Его член напрягся не только из-за её наготы, но и из-за тембра её голоса.

«Прости, кошечка», — автоматически сказал он.

«Папочка!» — сказала она, нахмурившись. «Ты же видел меня такой раньше».

«Знаю, дорогая», — сказал он. «Я просто не знал, как ты отнесешься к этому... теперь, когда мы дома».

Дениз опустила взгляд на выпуклость, отчетливо видневшуюся в его трусах.

«Можешь принять душ, если хочешь», — сказала она.

«Всё в порядке», — ответил он, его дыхание участилось. «Ты была здесь первой».

«Ну, учитывая всё, что произошло... не могли бы мы... э-э... поделиться?» — спросила дочь. «В любом случае, я хочу тебя кое о чём спросить».

==================================

Синди и её отец шли к его спальне, когда в коридоре раздался музыкальный звук.

«Чёрт!» — взвизгнула Синди и вырвалась из рук отца, побежав в свою комнату. На экране телефона отображались имя и номер Дениз. Она открыла его и побежала обратно в коридор, где всё ещё стоял Дэйв.

«Я... не могла... дождаться», — раздался задыхающийся голос Дениз по телефону.

«Что?» — спросила Синди, схватив отца за руку и потянув его в спальню.

«Мы... уже... Оооо, папочкааааа», — фраза закончилась стоном.

«Ты делаешь это прямо сейчас?!» — взвизгнула Синди.

«Даааааа», — заныла её подруга.

«Всё в порядке», — задыхаясь, проговорила Синди, толкая отца к кровати. «Пока!»

Она закрыла телефон и положила его на тумбочку. Она сняла футболку, которая была на ней, через голову. Она была так возбуждена, что засунула руку между ног.

«Поторопись, папочка!» — простонала она.

=====================================

После того, как отношения дома были улажены к удовлетворению всех заинтересованных сторон — в буквальном смысле — следующим делом девочки обсуждали, как распространить это удовлетворение на дома друг друга, хотя разговор с отцами о ситуации дома оказался очень эффективным, они все еще немного сомневались в себе. Поэтому они разработали другой план.

Синди позвонила Дениз и спросила, может ли она прийти. Это дало Дениз понять, что Дэйв дома, ничего не делает. Когда Дениз попросила принести определенный диск, это означало, что Дик тоже дома, ничего не делает. Синди объявила, что идет к Дениз по соседству. Придя туда, она «вспомнила», что забыла взять диск, и попросила Дениз сходить за ним. Затем, после ухода Дениз, она завязала разговор с Диком.

Обе девушки думали, что действуют умно и хитро. Оба мужчины сразу раскусили её, увидев горячую, возбужденную, готовую девушку, которая была в состоянии полового возбуждения. Через десять минут обе девушки лежали на спине, их вагины были полны твердого, извергающего сперму члена. Как только это закончилось, Синди попробовала на вкус член дяди Дика, а Дениз, собравшись с духом, попробовала сделать то, что Синди ей описала, с дядей Дэйвом. Она обнаружила, что Синди была права. Пенис действительно доставлял чудесные ощущения во рту.

К тому времени, как оба отца догадались упомянуть, что уже поздно и что их дочери, возможно, гадают, где каждый из них, для девочек не составило труда объявить, что они останутся ночевать... друг у друга дома.

Оба мужчины рассмеялись, а затем они позвонили друг другу, чтобы официально спросить, можно ли их дочерям остаться ночевать друг у друга.

=====================================

Эйфория от нового положения дел практически полностью вытеснила здравое, рациональное мышление почти всех участников событий на первый месяц. К тому времени, как мужчины поговорили со своими любовницами (сначала) и с дочерьми (второстепенно) о возможных последствиях всей этой любви и секса... и записали их на прием в клинику, услугами которой пользовались обе семьи... последствия уже три недели развивались... в утробе каждой девочки.

В обоих случаях именно визит к врачу определил, что противозачаточные таблетки больше не подходят. По крайней мере, в течение девяти месяцев.

Первой пошла Синди. Осмотр, казалось, длился очень долго, пока Дениз и её отец листали журналы в зале ожидания. Когда Дэйв и Синди наконец вышли, у обоих были напряженные и серьезные лица.

«Что?» — спросила Дениз, заметив напряжение на лице Синди.

«Просто иди», — сказала Синди, тяжело садясь.

Этот осмотр тоже занял много времени.

Доктор вернулся вместе с ними и встал у стойки регистрации, когда Дик и Дениз присоединились к Дэйву и Синди. Он был их врачом много лет и хорошо их знал. Не казалось странным, что эти отцы, которые, как он знал, были одинокими родителями, привели своих дочерей с той же проблемой. Он знал, что девочки были лучшими подругами. Удивительно было то, что ни один из отцов не кричал ни на одну из девочек, когда ему пришлось сообщить им результаты анализов. Когда они все встали и ушли вместе, не поговорив ни с кем, кроме того, что девочки несколько секунд склонили головы друг к другу, он пожал плечами. Возможно, они этого ожидали. Почти каждый второй подросток, которого он видел в последнее время, вёл половую жизнь. Он был лишь слегка удивлен, что эти две девушки беременны и то только потому, что раньше у него никогда не было никаких признаков того, что они ведут половую жизнь. Обычно он мог составить довольно хорошее представление об этом, основываясь на поведении девушек. С другой стороны, большинство из них лгали, когда он спрашивал их прямо.

====================================

Мужчины были вполне обоснованно и искренне обеспокоены, хотя для этого тоже было уже немного поздно.

Девушки, которые вот-вот должны были начать последний год в старшей школе, теперь должны были быть гораздо менее восторженны по поводу своих новых отношений. Мужчины ожидали слез, ярости и обвинений. Они были к этому готовы по дороге домой из кабинета врача. Поездка будет либо очень тихой, либо очень шумной, оба мужчины это понимали.

Чего они не были готовы, так это того, что девушки потребуют ключи от машины Дэйва, а затем скажут мужчинам воспользоваться машиной Дика.

Дик следовал за машиной своего друга по городским улицам. Она не виляла и не гоняла. Просто выглядело так, будто две девушки едут в машине и разговаривают. Разговора было много, но его звук никогда не доносился до открытых окон машины мужчин. К тому моменту, когда они подъехали к дому Дика и девушки закрывали гаражные ворота Дэйва, они всё ещё понятия не имели, что их ждёт. К их чести, они сразу же прошли по траве к дому Дика. Там они обнаружили девушек, сидящих рядом на диване и ожидающих их.

=================================

Мужчины стояли, нервно переминаясь с ноги на ногу, лицом к своим дочерям.

Девушки сидели, глядя на своих отцов.

Никто ничего не говорил. На самом деле, никто не говорил целую минуту. Всем им казалось, что прошли часы.

Дик сломался первым.

«Прости, детка», — выпалил он. Было непонятно, к кому он обращался.

«Прости, что ты переспал со мной, или прости, что ты меня оплодотворил?» — спросила Синди.

«Прости, что ты несчастна», — простонал мужчина, не в силах ответить ни на один из её вопросов, он не стал бы лгать. И он не думал, что она оценит правду.

Дениз продолжала смотреть на Дэйва, который пытался отвести взгляд, но стеснялся это делать, в конце концов встретившись с ней взглядом.

«Мы не говорили, что несчастливы», — сказала Синди. «Но я могу стать несчастливой». Она моргнула. «И племянница тоже», — добавила она.

Хотя оба мужчины были готовы к крикам недовольных женщин, к этому они не были готовы. Оба издали звуки, похожие на вопросительные знаки в конце.

«Дядя Дик», — наконец сказала Дениз. «Ты недоволен тем, что сделал меня беременной?» Её голос сильно дрожал и уголок её губы тоже задрожал.

Дэйв, который, как и Дик, считал идею о том, что его ребенок растет внутри лучшей подруги его дочери, настолько возбуждающей, что это почти приводило его в возбуждение, также не думал, что ей понравится, если он будет прыгать от радости.

«Думаю, мы сможем это преодолеть», — сказал он дрожащим голосом.

Лицо Синди начало двигаться. Казалось, что что-то проникло ей в череп, под кожу, мышцы напрягались то тут, то там, вызванные эмоциями, которые только начинали давать о себе знать.

«Вы хотите, чтобы мы сделали аборт?» — её голос прозвучал пискляво, настолько сдержанно, что он был подавлен.

«Нет!» — одновременно закричали оба мужчины. Дик был так потрясен, что его рот застыл в форме буквы «О». Дик был лучше подготовлен к тому, чтобы справиться с этой ужасной мыслью.

«Нет, дорогая, пожалуйста, не думай об этом. Возможно, ты не хочешь этого ребенка прямо сейчас, но, пожалуйста, не думай об этом. Мы можем это уладить. Я помогу тебе, дорогая. Дик поможет и Дениз. Пожалуйста». Его голос был полон мольбы и тоски.

«Мы можем родить детей?» — голос Дениз прописывал, как у Синди и её лицо тоже всё в эмоциях.

«Да, пожалуйста, не думай об аборте», — умолял Дэйв.

«Мы не хотим абортов», — сказала Синди, её голос звучал более естественно. «Мы боялись, что вы заставите нас это сделать».

Последовал общий взрыв слез, стонов, рыданий и тому подобного, который перерос (или возможно разросся) в то, что можно было бы принять за групповое объятие, когда мужчины опустились на колени, а дочери попытались обнять их обоих одновременно.

Когда все наконец успокоилось, а мужчины пытались сделать вид, что совсем не плакали, разговор немного успокоился, прежде чем снова накалиться до предела.

«Мы хотим этих детей», — сказала Дениз. «Мы даже не знаем, кто из вас нас оплодотворил, но мы хотим их иметь».

«Я люблю вас», — сказали оба мужчины обеим девушкам. «Мы поможем вам и позаботимся о вас», — сказал Дэйв.

«Нам придется идти в школу беременными», — простонала Синди.

«Над нами будут смеяться», — воскликнула Дениз.

«Как бы я хотел на тебе жениться», — простонал Дик, целуя руку Синди.

«Почему ты не можешь?» — крикнула она в ответ. Казалось, она была совершенно готова задать этот вопрос, но ни один из мужчин этого не заметил.

В комнате внезапно воцарилась тишина, все затаили дыхание, а последний вопрос Синди повис в воздухе, словно дорогая ваза, готовая упасть на пол и разбиться в миллион осколков.

Дик повернулся к Дэйву. «Могу ли я жениться на твоей дочери?»

Дэйв моргнул. Он посмотрел на Синди. «Ты совсем не готова к замужеству».

«Я совсем не готова стать матерью, но это обязательно случится!» — сказала Синди.

«Но ты не можешь выйти замуж!» — настаивал Дэйв. «Это запрещено! Нужно...» Он замолчал, задумчиво глядя на неё.

«Согласие родителей». Дениз закончила за него. Она смотрела на него, её взгляд был прикован к его глазам.

Дэйв потер волосы рукой.

«Думаю, она могла бы выйти замуж, если бы я подписал документы».

«Я могу выйти замуж, когда ты подпишешь документы», — сказала Синди, в её голосе появилась резкость. «И папа, если ты не попросишь Дениз выйти за тебя замуж в следующие десять секунд, я больше никогда с тобой не заговорю... никогда!» — выкрикнула она последнее слово.

Дэйв снова моргнул и сосредоточился на лице Дениз. В её глазах наворачивались слёзы.

«Конечно, я женюсь на тебе», — сказал он, как будто его попросили. Он повернулся к Дику. «Могу я жениться на твоей дочери?»

Именно Дениз разоблачила их. Она сделала это, прошипев «да!» и сжав кулак, вытянув руку, а затем резко прижав его к себе. Выражение восторга на её лице после того, как она была так близка к слезам, казалось невозможным.

Дэйв откинулся назад, прищурив глаза.

«Вы двое только что заставили нас сделать предложение... то есть вы планировали заставить нас сделать предложение... не так ли?» Это был не вопрос.

«Папочка!» — сказала Синди, пытаясь изобразить обиду. Вместо этого в её голосе звучала тревога. «Мы только что узнали, что беременны! Мы опустошены! Мы едва можем об этом думать!»

«Чёрт возьми!» — сказал Дик, тоже откидываясь назад. «Ты права! Я вижу это по их лицам. Они всё это спланировали!»

«Мы не планировали забеременеть!» — горячо сказала Дениз. «Не так скоро и мы не планировали, чтобы ты так скоро женился на мне!» Она закрыла глаза, ссутулилась и откинулась назад. «Я всё испортила, не так ли?»

Синди тоже откинулась назад. «Да, ты глупая...»

«Довольно!» — сказал Дэйв. «Когда всё это случилось?»

«Папочка», — взмолилась Синди.

«Не смей меня папочкой...» «Ты коварная шлюха», — сказал он почти, но не совсем сердито. — «Вы двое плели интриги и я хочу знать, как долго! Это было до поездки?» У него в животе защемило от предчувствия, что его и его лучшего друга обманули и что ими манипулировали с самого начала.

«Нет, папа!» — закричала Синди, пытаясь встать. Однако она была слишком близко к Дику, и когда он ей не помог, она упала назад. «Это всё было случайностью! Пожалуйста, поверь мне! Мы довольны тем, как всё сложилось, но мы ничего из этого не делали специально!»

«Когда всё это началось?» — более спокойно спросил Дик.

«Не знаю», — простонала Синди. «Пару недель назад, наверное».

Дениз наконец снова заговорила. «Мы просто говорили о том, как это похоже на супружескую жизнь — спать с тобой и это было очень приятно. А потом, когда мы узнали, что беременны, мы боялись, что ты нас возненавидишь и всё остановится, а мы не хотим, чтобы это останавливалось, и мы любим тебя, и...» Она начала всхлипывать, готовясь к очередному приступу плача.

«Вы не знаете, что такое брак», — сказал Дэйв не без доброты. «Вы такие молодые».

«Мы не слишком молоды, чтобы вы могли оплодотворили нас!» — фыркнула Синди.

Дэйв проигнорировал гнев в её голосе. — Дорогая, я не это имел в виду. Мы сказали, что поможем тебе с детьми и это правда. Но тебе не обязательно выходить за нас замуж, чтобы получить эту помощь. Вы двое всё ещё можете поступить в колледж, познакомиться с хорошими молодыми людьми, влюбиться. Ты же не хочешь связывать себя узами брака со стариками вроде нас. Мы будем любить тебя вечно, независимо от того, женаты мы или нет.

— Но я люблю тебя сейчас! — завыла Дениз. — Я хочу родить от тебя ребёнка! Я хочу спать с тобой каждую ночь! Я хочу быть миссис Томпсон!

— И я чувствую то же самое по отношению к тебе, — спокойно сказала Синди Дику. — Я даже тренировалась писать своё имя... Синди Уильямс.

Мужчины были ошеломлены. Они также поддались искушению. В то же время, они, возможно, были способны мыслить немного рациональнее, чем их дочери.

«Нам нужно подумать об этом», — сказал Дик Дэйву, который кивнул.

«Ты не поженишься?» — завыла Дениз.

«Нам нужно поговорить об этом!» — сказал Дэйв, наклоняясь к ней. «Мы не говорили ни о чем другом, что мы сделали. Мы только что это сделали! Если ты собираешься стать моей женой, нам придется поговорить о многих вещах и первое— стоит ли нам вообще жениться!»

«Хорошо», — кротко сказала она. «Не нужно на меня кричать».

Дик посмотрел на Синди, которая смотрела на своего отца с каким-то странным выражением лица. Она перевела взгляд с него на Дика.

«Ты женишься на мне, дружок», — сказала она. «И у нас будет четверо или пятеро детей».

«Я хочу, чтобы ты поступила в колледж», — сказал он.

«В этом году я буду тренироваться идти в колледж беременной», — сказала Синди, мило улыбаясь. «А потом, когда я буду в колледже...» «Я к этому привыкну». Она встала, схватив Дика за плечо, чтобы помочь ему подняться, а затем помогла ему подняться. «Нам тоже есть о чём поговорить», — сказала она. «О нашем доме... или об этом?» — спросила она, всё ещё улыбаясь.

Дик посмотрел на Дэйва. Он не мог сдержать лёгкую улыбку. «Думаю, у нас тут серьёзные проблемы», — сказал он.

Дэйв не улыбнулся в ответ. «Она узнает, в какие неприятности она попала, когда я посажу её к себе на колени и отшлепаю за то, что она просто не рассказала мне обо всем этом». Было непонятно, о какой девушке он говорил. Он потянулся к руке Дениз.

Когда она подняла руку, это было для того, чтобы крепко обнять его. «Мне нужно только двоих, или, может быть, троих», — сказала она, уткнувшись ему в грудь.

===============================================

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Дик, возможно, потому что мать Дениз всё ещё приезжала в гости примерно раз в полгода, немного лучше осознавал тот факт, что, если эти два брака состоятся, они вызовут не просто удивление. По этой причине и только по этой причине, он размышлял об этом гораздо больше, чем Дэйв.

Для Дэйва, после того как он узнал, что она хочет выйти за него замуж, в третий раз, проснувшись с Дениз, обнимающей его, он посмотрел на неё и понял, что так или иначе это произойдёт. Он чувствовал, что мир наконец-то исполнил некоторые из его самых заветных надежд и он найдёт способ всё устроить. Он немного волновался, что, когда она уедет учиться в колледж, она найдёт какого-нибудь молодого человека, который будет выглядеть гораздо привлекательнее, чем он, но даже в этом случае он будет с ней год или два, и даже это короткое время будет наполнено радостью.

Девушки не настаивали, вероятно, потому что у них ещё не было видно живота. Но когда начался учебный год, они забеспокоились. Казалось невозможным, пока они переходили из класса в класс, чтобы их мечта сбылась.

И снова именно Дениз завязала разговор. Это было субботнее утро, после первой полной учебной недели. В пятницу вечером она вернулась домой, добросовестно сделала домашнее задание, а затем пошла к соседям, чтобы провести время со своей лучшей подругой и переспать с любовником. Синди пошла к соседям около девяти, чтобы посидеть с Диком, а затем забраться к нему в постель. Ни одна из девушек не спала со своим отцом с тех пор, как узнала о беременности.

В то субботнее утро Дениз проснулась и обнаружила, что Дэйв смотрит на неё. Ему не нужно было говорить ни слова. Все было в его глазах.

«Я тоже тебя люблю», — сказала она, целуя его. «Поэтому я хочу выйти за тебя замуж». Она поморщилась. Обе девушки договорились не поднимать эту тему. Это была задача мужчин — поднять её в следующий раз, когда она возникнет. «Синди тоже вышла бы за тебя замуж, но она не может».

«Я думал, она все еще злится на меня», — сказал Дэйв, поглаживая её бок.

«Мы решили, что вы и так достаточно взволнованы, когда одна девушка ползает по вам. Было бы несправедливо перегружать вас работой». Дениз усмехнулась.

«Ты имеешь в виду, что она всё ещё будет так поступать со мной?» — Дэйв обхватил её грудь и сжал её.

«Она любит тебя, даже больше, чем я», — сказала Дениз. «Я работаю над тем, чтобы догнать её». Было бы здорово, если бы я могла здесь жить.

— А что, если мы поженимся? — спросил Дэйв. — Я не говорю, что поженимся. Нам с Диком еще нужно это обсудить. Но что, если? — Если ты спрашиваешь, сможет ли Синди иногда делать это с тобой, — сказала Дениз, проведя рукой по его паху и обнаружив, что он напрягся, — мы делим всё. — Всё? — спросил он, широко раскрыв глаза. — Даже после свадьбы?

— Если мы поженимся на тебе и папочке... да, — сказала Дениз. — Почему ты так удивлен? Мы уже делили тебя. — Это и так уже достаточно странно, наверное, — сказал мужчина, чувствуя желание заняться с ней сексом.

— Мужчины постоянно женятся на девушках получивших права, — сказала Дениз. — Ну, может быть, не постоянно, но это странно только потому, что ты знаешь меня всю жизнь. Ты любишь меня?

— Ты же знаешь, что люблю.

— Тогда я не понимаю, почему ты так не решаешься. Тебе стыдно за меня?

«Нет, дело не в этом, и ты это знаешь».

«Наверное, — сказал Дэйв, — мне больше стыдно за себя. Через десять лет ты всё ещё будешь сногсшибательной красоткой. А у меня будут седые волосы. Возможно, мне даже понадобится ходунок или что-то подобное!»

Её смех звенел. «Может быть. Хотя я планирую сохранить тебя довольно молодой. В смысле, ты уже немолод и всё такое, но я не позволю тебе скатиться вниз».

Она снова рассмеялась и этого было достаточно, чтобы он показал ей, насколько он не немолод. Когда они закончили, оба задыхались.

«Вот с таким мужчиной я хочу просыпаться всю жизнь», — вздохнула она.

===================================

Дик наконец доверился Синди, которая тоже лежала в постели. Она лежала сверху на нём, доведя его до оргазма. Она целовала его подбородок, когда он положил руку между ними.

«Я люблю тебя», — тихо сказал он.

«Знаю», — ответила она. «Думаю, это отчасти причина, почему я тоже тебя люблю».

«Просто отчасти?»

«Я знаю, что я молода, но я также знаю, что видела много мужчин. Кроме папочки, ты единственный мужчина, которому я позволяю прикасаться ко мне так».

«Ты тоже с ним спишь?» — спросил Дик. Дениз не спала с ним.

«Нет», — сказала она, отталкивая его руку, чтобы снова поцеловать его подбородок. «Мы ждём».

«Чего ждёте?» — спросил он.

«Я не могу тебе сказать», — ответила она. «Ты должен первым поднять эту тему».

Он не был глуп. «Брака», — сказал он.

«О! Посмотри! Ты сам заговорил об этом!» — сказала она, улыбаясь.

«Её мать будет в ярости», — сказал Дик.

«Её матери всё равно». «По словам Ниси», — сказала она.

«Это неправда и если бы Дениз подумала об этом, она бы признала это».

«Её мать бросила её», — сказала Синди. «Да, она все еще присылает открытки и приезжает в гости очень редко, но она отказалась от своих прав. Дениз никогда не позволит её мнению встать на пути».

«Она могла доставить неприятности», — сказал Дик.

«Как?» Синди села. Она потерла свою влажную вагину о его грязный пенис. «Если вы с папой дадите согласие, никто ничего не сможет с этим поделать. Это необычно. Мы оба это знаем. Люди будут говорить. Мы это тоже знаем. Люди все равно начнут говорить, как только это, — она погладила живот, — начнет расти». Она покачивалась, словно её это не волновало. «Если люди будут говорить, так или иначе, почему бы нам не радоваться, пока они это делают?»

«Откуда ты знаешь, что мы будем счастливы?» — спросил он.

«Я знаю тебя всю свою жизнь, — сказала Синди. — Единственный мужчина, которого я знаю лучше, — это мой отец. Мне не хочется искать себе парня. Зачем, когда у меня уже есть лучший мужчина в мире прямо здесь».

«А как насчёт Ниси?» — спросил он.

«В смысле насчёт чего?»

«А что, если мы поженимся, а она все еще захочет... это делать?»

«Мы это тоже уже продумали», — сказала Синди.

«О, правда?»

— «Да, правда», — сказала девушка-подросток, которая только что измотала его и вот-вот должна была снова довести до эрекции. — «Мы не знаем, кто из вас нас оплодотворил на этот раз. В следующий раз узнаем. Каждая из нас хочет ребенка от мужчины, за которого хочет выйти замуж. После этого нам уже всё равно. Любой из вас может снова нас оплодотворить и мы будем безумно счастливы».

— «Вы шутите!» — выдохнул он.

— «Попробуйте», — сказала Синди, снова протягивая руку, чтобы ввести его в себя. — «Но прямо сейчас попробуйте меня».

=======================================

После этого события развивались быстрее. Когда девушки были на восьмой неделе беременности, они стояли перед столом в мэрии. Ни у одной из них не было видно живота, но обе выглядели именно так, как и должны были выглядеть — старшеклассницы.

— «Давайте разберемся», — сказала клерк. — «Вы её отец». Она указала на Синди, которая стояла с Диком, и на Дика, который стоял с Дениз. Дэйв кивнул. «А вы, — сказала она, указывая на Дика, — Её отец». Она указала на Дениз.

«Верно, — сказал Дик.

— И вы двое хотите выдать своих дочерей замуж за... другого из вас двоих».

— «Верно, — снова сказал Дик.

— Это крайне ненормально, — фыркнула женщина.

— Возможно, это крайне ненормально, — сказал Дэйв. — Вопрос в том, законно ли это?»

«Да, законно, — сказала клерк, покачав головой. Она посмотрела на девушек. — И вы двое тоже этого хотите?»

«Больше всего на свете, — сказала Синди.

— Да, мэм, — сказала Дениз, обнимая Дэйва.

— Судья, возможно, захочет задать вам несколько вопросов, — предупредила женщина.

«Всё в порядке», — сказал Дэйв.

«Он захочет поговорить с девочками наедине», — предупредила она.

«И это тоже в порядке», — сказал Дик.

===================================

Судья действительно хотел поговорить с девушками наедине. Он имел в виду по отдельности, но когда назвали имя Синди, обе встали и вошли.

«Кто из вас Синди Лу Томпсон?» — спросил мужчина лет шестидесяти.

«Я, сэр», — ответила Синди, поднимая руку.

«И позвольте мне угадать», — сказал судья, глядя на Дениз поверх очков для чтения. «Вы, должно быть, Дениз Джин Уильямс».

«Да, сэр», — сказала Дениз. «Мы лучшие подруги».

«Лучшие подруги», — задумчиво произнес судья. «Лучшие подруги, которые хотят выйти замуж за отцов друг друга».

«Да, сэр», — ответили они в унисон.

«Расскажите», — сказал судья, улыбаясь. «И зачем, собственно, двум прекрасным молодым леди, таким как вы, хотеть выйти замуж за двух стариков?»

Синди подняла руку. Судья посмотрел на неё и откинулся на спинку стула.

«Я знаю Дика Уильямса всю свою жизнь», — сказала она. «У меня был парень, который лгал обо мне и пытался склонить меня к сексу. Мне не нравилось ни то, ни другое». Она вздохнула, но судья поднял руку.

«А как насчет Дика Уильямса?» — спросил он. «Он пытался склонить вас к сексу?»

Синди выпрямилась. «Он никогда не делал со мной ничего такого и не просил меня делать ничего такого, с чем бы я не чувствовала себя полностью комфортно», — сказала она. «Он никогда не лгал мне или обо мне и никогда не будет лгать». «Я люблю его, ваше величество».

— «Ваша честь», — поправил судья, слабо улыбаясь. — «Ваша честь, а не ваше величество».

—«Извините», — сказала Синди, опустив голову. — «Я немного нервничаю».

— «Вы нервничаете из-за замужества с этим человеком?»

Она подняла голову и посмотрела прямо на судью. — «Нет, ваша честь, не нервничаю».

Судья перевел взгляд на Дениз, которая выглядела напряженной.

— «А вы, юная леди? Вы делаете это только потому, что этого хочет ваша лучшая подруга?»

— «Нет, сэр», — сказала Дениз, почти вставая. — «Как и Синди, я знаю его всю свою жизнь. Я не могу представить себе другого мужчину, за которого я хотела бы выйти замуж больше, чем за него. Я люблю его всем сердцем».

— «А как насчет школы?» — спросил судья. — «Я полагаю, вы собираетесь бросить учебу?»

— «Нет, сэр», — сказала Дениз. — «Мы собираемся закончить школу». «У нас тоже есть планы на поступление в колледж».

— «В какой колледж?» — спросил судья.

— «Наверное, в государственный», — ответила Дениз. — «Там дешевле и первые два года не имеет значения, куда ты пойдешь».

— «Эти мужчины... ваши отцы... собираются на вас жениться». «И отправить вас учиться в колледж в другом городе?» — спросил судья, скептически глядя на них.

«Почему бы и нет?» — спросила Синди. «Женатые люди постоянно учатся в колледже».

«Верно, — задумчиво произнес судья, — но большинство женатых мужчин не отправляют своих жен учиться в колледж куда-нибудь, где им не за чем присматривать».

«Это не... большинство мужчин», — беспомощно сказала Синди.

«Ну, посмотрим», — сказал судья. «Можете идти. Впустите... да пошлите их обоих!» — сказал он раздраженным тоном.

Девочки ушли, их встретили отцы. Мужчинам было ясно, что девочки были взволнованы.

«Он злой», — тихо сказала Дениз. «Он мне не нравится».

«Он хочет видеть вас сейчас», — сказала Синди. «Вас обеих».

=====================================

Дейв и Дик почтительно стояли, пока судья перебирал бумаги на своем столе. Он поднял на них взгляд, ничего не сказал, а затем снова опустил его. Он ещё перетасовал бумаги.

«Вы хотите рассказать мне, что здесь происходит?» — наконец спросил он. «Садитесь», — добавил он, махнув им рукой.

Они сели. Дик откашлялся.

«Мы хотим пожениться, сэр», — сказал он, надеясь, что этого будет достаточно.

Но этого оказалось недостаточно.

«Почему?» — спросил судья. «Эти девочки того же возраста, что и ваши дочери. Черт возьми, они и есть ваши дочери. Зачем, черт возьми, вы хотите выдать их замуж друг за друга в таком нежном возрасте?»

«Послушайте, ваша честь, — сказал Дэйв. — Я знаю Дика семнадцать лет. Нет человека, которому я бы доверил свою дочь больше, чем ему. Я знаю его дочь всю её жизнь. Я знаю, это выглядит странно, но я люблю её и я думаю, что она любит меня. Я знаю, что моя дочь любит Дика. Мы не делаем ничего нечестного. Я не вижу, в чем проблема».

Судья несколько секунд размышлял над этим.

«Девочки говорят мне, что собираются закончить среднюю школу и что вы отправляете их в колледж».

«Да, — сказал Дик.

— Вас не беспокоит, что в колледже они встретят мужчин своего возраста?»

«Да», — снова сказал Дик.

«Я полагаю, у этих девочек есть матери?» — спросил судья. «Где они?»

Первым заговорил Дэйв. «Мать Синди зовут Труди. Она сбежала со своим начальником, когда Синди было три года и с тех пор мы её не видели и ничего о ней не слышали. Она не оспаривала развод, потому что, вероятно, никогда о нём и не знала».

Дик продолжил: «Мать Дениз не хотела выходить за меня замуж, но позволила мне удочерить Дениз. Она приезжает пару раз в год из Нью-Йорка и каждый год присылает несколько открыток. Дениз о ней невысокого мнения».

«Если бы я её нашел, стала бы она оспаривать этот брак?» — спросил судья. «Я имею в виду брак с вашей дочерью... а не с вашей собственной».

«Вероятно», — сказал Дик, его сердце сжалось.

«Идите за девочками и приведите их сюда», — сказал судья.

========================================

«Моя работа — заботиться о благополучии тех, кто слишком молод, чтобы заботиться о собственном благополучии», — сказал судья. «В таких ситуациях я должен решить, отвечают ли эти браки наилучшим интересам вас, юные леди». Он пристально посмотрел на девушек. «Мне плевать на мужчин. Они взрослые и должны знать, что делают».

Синди подняла руку. Судья посмотрел на неё.

«У вас был шанс высказаться. Теперь мой. Просто стойте и слушайте, потому что я собираюсь дать вам совет». Он переложил несколько бумаг на своем столе. «Все совершают ошибки в жизни», — сказал он. «Мера человека — это то, делает ли он что-то, чтобы превратить эти ошибки во что-то хорошее или хотя бы извлечь из них урок. Хотя у меня есть некоторые опасения по этому поводу, я позволю вам пожениться».

Он подождал, пока девушки завизжали и схватили за руки своих женихов. Затем он продолжил.

«Проповедник, если он чего-то стоит, поговорит с вами о серьезности того, что вы, дамы, делаете, прежде чем согласится провести церемонию. На случай, если он этого не сделает, я скажу вот что. Вы берёте этих мужчин в мужья. Не думайте, что это временно. Если вы это сделаете, вы лишитесь возможности заводить романы и делать всё то, что молодые девушки любят делать с молодыми мужчинами. Понятно?»

—«Да, сэр», — сказала Синди, а Дениз бешено закивала головой.

— «Хорошо», — сказал судья. — «Теперь, дамы, идите и припудрите носы или что-нибудь еще. Мне нужно сказать последнее слово мужчинам».

Девушки ушли и судья вручил каждому мужчине бумагу. «Это ваши свидетельства о браке. Я их подписал, но я был бы признателен, если бы вы заключили эти браки до того, как начнут появляться признаки беременности. Люди и так будут достаточно об этом говорить». «Я не хочу, чтобы они спрашивали меня, почему я позволил двум отцам выдать замуж своих беременных дочерей за своих лучших друзей... понятно?»

— «Откуда ты знаешь?» — спросил Дик, широко раскрыв глаза.

— «Я из Западной Вирджинии», — сказал судья, подмигнув. — «Я видел это сотни раз. Вы, парни, хорошо заботитесь об этих девушках и они, возможно, не изменят вам». «Всё в порядке?»

—«Да, сэр... спасибо, сэр», — сказал Дэйв, чувствуя слабость.

==========================================

Две недели спустя, на очень скромной, почти частной церемонии, двое мужчин вели своих дочерей к алтарю церкви, расположенной в торговом помещении, в то время как Майор Армии спасения******* ждал их у алтаря. Когда они подошли к майору, каждый из мужчин повернулся и протянул руку другому. Девушки сделали один шаг в противоположных направлениях и встали рядом с мужчиной, за которого выйдут замуж.

========================================

Единственной загвоздкой была старшая школа. Девочек вызвали в кабинет директора и сказали, что замужних учениц в школу не принимают. Когда девочки сказали, что уже зачислены, началась бюрократия и люди стали вести себя как придурки. В конце концов, девочек перевели на курсы подготовки к GED******** в местный профессионально-технический институт, где они посещали занятия с мужчинами и женщинами возраста их отцов.

Это было неловко, пока они не узнали, что Государственный университет, в интересах поощрения образования взрослых, выделил пять стипендий студентам этого курса. Только три студента хотели побороться за эти пять мест, но девочки знали, что им все равно нужно усердно учиться, чтобы быть готовыми к колледжу. Они закончили курс к Рождеству и сдали экзамен.

Синди и Дениз переехали в общежитие в качестве соседок по комнате, так как их друзья из старшей школы начинали последний, бесконечный, скучный семестр перед выпуском. Пока их школьные подруги пытались найти себе пару на выпускной бал, Синди и Дениз были в родильной палате, получая советы от своих мужей и рожали девочек, похожих на близнецов, хотя и родились в разных утробах. Два месяца спустя Дэйв и Дик заботились о своих младших дочерях, пока старшие сдавали выпускные экзамены.

Затем наступило лето и девочки могли отдохнуть.

=======================================

Синди сидела на диване. Паула, её дочь, крепко прижималась к её правому соску, страстно сося сосок, который был вдвое длиннее, чем был при зачатии Паулы. Дэйв менял подгузник другой малышке в доме, которую звали Люсинда. Люсинда улыбалась и разговаривала с Дэйвом, который улыбался и отвечал ей на столь же непонятном детском языке.

«Надеюсь, они скоро приедут», — сказала Синди. «Мне не хватит еды на Люсинду. Паула опять ведёт себя как маленькая обжора!»

«Они рядом», — сказал Дэйв, держа Люсинду на руках и укачивая её.

«Я думала, они куда-то идут», — сказала Синди.

«Она всегда похотлива, как коза», — сказал Дэйв, ухмыляясь. «Думаю, она наложила вето на его планы и отвела его домой».

«Я понимаю её», — сказала Синди, её глаза затуманились, когда она посмотрела на отца. «Это ещё одна причина, по которой я надеюсь, что они скоро приедут. Не могу дождаться, когда останусь с тобой наедине, без плачущих младенцев, требующих моего внимания».

«Терпение, доченька», — сказал Дэйв.

В этот момент дверь распахнулась и Дениз поспешила войти.

«Где Люсинда?» — простонала она. «Надеюсь, она голодна. Папа только снял напряжение, когда мы только начали, но я такая полная, что аж больно!»

«Паула с удовольствием поможет». «Она могла бы опустошить две меня», — сказала Синди, протягивая руку дочери.

Дениз расстегнула блузку и откинула её набок, обнажив грудь. Она обняла Паулу и погладила её соском. Малышка заворковала и страстно засосала, а Дениз достала из кармана прокладку для кормления и накрыла ею другую грудь, чтобы молоко не разбрызгалось, когда начнёт выделяться. Она вздрогнула, когда это произошло, а затем вздохнула с облегчением, когда дочь её лучшей подруги начала опорожнять одну грудь.

Словно они могли общаться, Паула выплюнула сосок через две-три минуты и Люсинда начала капризничать. Синди взяла дочь обратно и обняла её, а Люсинда заняла её место, опорожнив левую грудь Дениз, а затем перешла к правой.

Через несколько минут вошёл Дик.

«Извини за опоздание. На этот раз она была сверху и она кончила на меня во время нескольких оргазмов. Мне пришлось принять душ. Вы можете идти. Мы отвезём детей к нам домой».

«Мы никуда не пойдем», — сказала Синди, вставая и сбрасывая блузку, чтобы стоять в комнате полуголой.

«Не пойдем?» — невинно спросил Дэйв. «Я думал, мы сходим в боулинг или что-нибудь в этом роде. Я думал, мы проведем время вместе... ну, знаешь... сблизимся как отец и дочь?»

«Сейчас меня интересуют только шары, которые уже в этой комнате и один комплект уже изношен благодаря моей лучшей подруге», — сказала Синди, поправляя шорты, пока они не упали. Она стояла только в трусиках. «И мы обязательно проведем время вместе... в постели! Ты сможешь сблизиться со мной там. Я планирую провести много времени вместе».

Дик подошел к жене и поцеловал её.

«Веселись, дорогая», — сказал он, шлёпнув её по попе.

=======================================

Дэйв рухнул на Синди и она обняла его.

«Мне так нравится, когда ты кончаешь в меня», — прошептала она. «Мне понравилось в первый раз и мне нравится каждый раз с тех пор».

«Ты пытаешься снова забеременеть... не так ли?»

«Не совсем, но было бы замечательно, если бы это случилось снова».

«Я думал, ты очень хочешь, чтобы у тебя был ребёнок от Дика», — сказал её отец.

«Да. Мы оба хотим. У нас много времени. Знаешь, очень трудно устоять перед кем-либо из вас. Мы любим вас обоих».

«Я знал, когда ты родилась, что ты — лучшее, что могло со мной случиться», — вздохнул он. «Но я никогда не думал, что это будет так хорошо».

Синди рассмеялась, насколько могла, чувствуя себя подавленной из-за его внушительной комплекции. «Я не скажу Ниси, что ты это сказала».

«Она знает, что я к тебе чувствую», — сказал Дэйв. «Она чувствует то же самое к Дику».

«Знаю», — тихо ответила Синди. «Мы просматривали документы».

— Какое это имеет отношение к делу? — спросил Дэйв. — У нас обоих всё хорошо. Рынок недвижимости сильно вырос и Дик неплохо зарабатывает. Из-за всего нового строительства у меня больше заказов, чем я могу выполнить. В наше время всем нужен электрик.

— Мы это знаем, — сказала Синди. — Просто было бы намного удобнее, если бы мы все жили в одном большом доме.

Он приподнялся и уставился на свою прекрасную дочь.

— Вы хотите жить вместе?

— Нет? — спросила она. Она оттолкнула его от себя и попыталась взять его в рот.

Он задумался на минуту. Они всё равно большую часть времени были вместе. Они не могли постоянно выращивать траву на дорожке между домами.

Это не сильно изменило бы ситуацию и это было бы намного удобнее. Её ласки мешали ему думать, и это вызывало у него подозрения.

— Полагаю, вы уже выбрали место, — сказал он, глядя, как её рот скользит вверх и вниз по его вновь ожившему члену.

Она забралась на него и с удовлетворением опустилась на колени.

«Конечно», — вздохнула она.

Она начала раскачиваться.

«Здесь достаточно места для восьми детей. И это если мы не будем использовать двухъярусные кровати. Главная спальня огромная. Там более чем достаточно места для двух больших кроватей и очень много места в шкафах».

«Восемь детей?» — сказал он, напрягаясь, чтобы прижаться к дочери.

«Восемь», — сказала Синди. «Сейчас у нас только двое».

«Посмотрим», — проворчал Дик, переворачивая её.

Конец.

*Песня Роберта Палмера. «Пристрастие к любви»

В повседневном контексте выражение «addicted to love» иногда используется не только как отсылка к музыке, но и для описания психологической привязанности (также известной как зависимость от отношений или affective dependence), когда самооценка человека начинает полностью зависеть от партнера.

** Неинкорпорированная территория — это участок земли, который не управляется местной муниципальной корпорацией общего назначения. Они могут управляться или обслуживаться охватывающей их единицей (например, округом) или другим подразделением государства (например, вооруженными силами). В Соединенных Штатах и ​​Канаде существует множество неинкорпорированных населенных пунктов и территорий, в то время как во многих странах концепция неинкорпорированной территории не используется.

***В неформальной речи или поп-культуре (часто встречающейся в комедийных телешоу, таких как «Сверхъестественное ») выражение «чистка труб» может использоваться как сленговое обозначение мастурбации.*

****не переводимое слово: лицо, пережившее супруга (вдовство)

*****это подход к решению проблем, популяризированный Корпусом морской пехоты США.

******Классическую игру в словесные угадайки, где один человек задумывает, а другие пытаются его отгадать, задавая наводящие вопросы.

*******Майор в Армии Спасения — это рукоположенный священник и штатный офицер. Как правило, этот средний ранг достигается после 15 лет безупречной службы и дальнейшего обучения. Они служат пасторами, администраторами и социальными работниками, а также имеют право проводить свадебные церемонии, похороны и обряды посвящения младенцев.

********Это экзамен в США и Канаде, который проходят люди, не окончившие старшую школу. Успешная сдача 4 предметов дает сертификат, приравненный к диплому о среднем образовании.