Матушка строго-настрого запретила портить девок, пообещав за это лишить меня моих фаберже. А на мой вопрос, что мне делать, если очень хочется, ответила, что есть голодные родственницы и соседки, её подруги по работе, все вполне взрослые женщины, которым будет в радость дать молодому и горячему. На крайний случай, если очень приспичит, она и сама поможет своему ребёнку, при условии его молчания. Тогда я спросил, а что делать, если девчонки сами хотят? Мама ответила, что у них есть рот и жопа. Туда можно толкать свой огурец. К вышесказанному добавила, что раз уж она будет помогать сыночку справляться с проблемами, то и сыночек не вправе отказывать ей ни в чём, буде у неё возникнет уже её проблема. А о наших отношениях, коли такие будут, а они обязательно будут, не обязательно знать никому, особенно сестрёнкам и отцу. А за моё молчание будут преференции в виде маминых подруг. И в качестве бонуса от мамы обучение всем премудростям. Чтобы так удовлетворял женщин, что они считали бы дни, часы и минуты до очередной встречи со мной.

А девчонкам, чтобы не обижались, могу писи лизать. Людкину черноволосую и беловолосую Нинушкину. И, кстати, если вдруг возникнет желание лизнуть мамину рыжеволосую, она не будет против, а лишь за.

Писи девочек и мамы видел перевидел. Дома насчёт одежды особо не заморачивались, в баню все вместе ходим, так что никакого простора фантазии, всё на виду. Пацаны подсматривают за девочками и женщинами, хвастаются кто что увидел, а мне и хвастать лень. Видел и ещё не раз увижу. А насчёт лизать мама просто не в курсе, что писи сестричек давно знакомы с моим языком и мне знаком их вкус. Это мамина пока что оказалась вне зоны моего внимания.

Короче говоря, не размазывая сперму по ляжкам и ягодицам, заключили договор и тут же скрепили его. Мама быстренько сняла юбку, а трусов на ней и так не было, расставила ляжки и подставила свою рыжеволосую писю под мой язык. Раздвинул пухлые валики губ. Половых, ессно. Подул на раскрытую писю и поцеловал. А потом пришёл черёд языка. Зря мама подсказывала, что и как надо делать при куни. Опыт имеется. Обе сестрички часто тычут меня носом в свои писи. МАло их, так ещё двух соседок притянули и лижу уже четыре писи. Правд и сосут четверо, и в попу тоже четверо дают.

Да ещё пообещали, что целки сохранят для меня. Я бы на них всех женился, только на сёстрах нельзя и многожёнство запрещено. А так у султана из песни три жены, а у меня было бы четыре. Правда головной боли в четыре раза больше, особенно если они будут дружить против мужа.

Старательно вылизывая мамину писю, довёл её до оргазма. Мне не надо рассказывать, что такое клитор, где расположен и как он реагирует на ласки. Я старался и довёл маму до оргазма, за что тут же, едва она отошла от этого, получил подзатыльник.

— Скотина! Я тут его собралась учить, а он сам кого хочешь научит. Колись, с кем так натренировался? С девчонками? Не вздумай совать свой конец в их писи. А в попу-то дают? И сосут? Что?! Какие ещё соседки? Ирка с Наташкой? Сын, да ты многостаночник. Ты ещё язык не стёр? Хотя да, письки же мокрые.

Мама переключила внимание на мой торчащий конец. Встала раком.

— Иди уж. Обещала же. Мне можно во все дырочки. Но сюда лучше. Стой! Лизни ещё немного. Оууу! Бляяя! Хорошо-то как! Можешь вставлять. Не так, деревня. Головкой между губ поводи, чтобы смазалась. Так. Теперь вставляй. Медленно. Не двери пинком открываешь. Пися у женщин нежная, чувствительная. Девчонкам тоже можно головкой водить между губок. Только не сорвись. Своим целки порвёшь ладно, а на соседских придётся жениться. Оно тебе надо? С мамой надёжнее. Оххх, сын! Отрастил дубину больше отцовской. Дааа, до упора вставляй. Теперь быстрее. Оооууу! Бляяя! Щас сдохну!

Мамина попа задвигалась, насаживаясь встречным движением на член. Мама не молчала, комментировала свои ощущения и чувства. Сравнивала происходящее между нами с тем, как она занимается сексом с отцом. Подсказывала что и как делать. Если в куни я кое-что умею, то в ебле женщин пока полный профан. Попа и пися всё же немного разные, хоть и та, и другая просто дырки. Соответственно и ебать их надо по-разному.

Нашим физическим закреплением договора остались довольны обе договаривающиеся стороны. Мною был получен карт-бланш на попы сестричек, на их использование в любое время, лишь бы отца дома не было. Неизвестно, как он это воспримет. Мамина пися и попа тоже готовы принять в себя мой отросток, опять же в отсутствии отца. Да, сестрицы тоже будут лишними н этом празднике жизни. А вот их можно дрючить и при маме. Не спрашивая их согласия. И ещё. Поскольку мама готова отдать своё тело сыну в любое время, он тоже должен быть готов удовлетворить маму хоть языком, хоть членом, в любое время. Баш на баш, так сказать.

Раз пошло такое дело, можно себя не сдерживать при общении с мамой. Я и не сдерживался. Какие попочки и писечки девочек, когда маму можно в писю ебать. Причём в любое время. Она сказала, что всегда хочет и её всегда можно. А поскольку дома мы носили лишь видимость одежды, а то и вовсе ходили голяком, нам даже раздеваться не надо было. У нас и папаня фестивалил без трусов, мотая из стороны в сторону своим хоботком. Щупал маму и голозадых девчонок. Я, как сын своего отца, тоже не оставлял сиськи, письки и попы девчонок без внимания. Маму, правда, щупать не рисковал.

Маме по какой-то лишь ей одной понятной причине больше всего нравилась поза собачки. И даже если мы лежали в кровати, на диване или на полу, она предпочитала, чтобы я был сзади. После долгих расспросов созналась, что ей слегка стыдно видеть перед собой сына при сексеё в миссионерской позе. А так вроде бы и не сыну даёт, раз его не видит. Это как детишки прикрою глаза ладонями и считают, что раз они не видят никого, никто их тоже не видит.

Я представил себя в вид нашего дворового кобеля, ебущего маму, стоящую в позе догги-стайл. Из меня бы получился нормальный кобель, только бы мама почаще на четвереньки вставала. Попросил как-то маминого разрешения вставить ей в попу. Она сказала, что для этого есть попы девчонок, а ей интереснее ебля в писю.

А больше всего мам нравились полизушки. Она от этого просто тащилась. И не просто подставляла свою писю под мой язык, делала это изобретательно, с элементами игры.

Сидим, завтракаем. Людка в свой пед умотала на занятия, НИнушка в свой мед ушла. У меня практика с обеда, мне спешить некуда, как маме. Сидим голые. Дома тепло, к чему одежда. Поели, мама берёт баночку со сгущённым молоком и макает в неё мой член. Макнула и взяла в рот, начала сосать. Если до того член был вялым, то во рту у мамы отвердел, напрягся. Она довольна результатом. Смеётся.

— Какой чувствительный, проказник. Мамину писю хочет? А обломится. Сначала поцеловать. Писю поцеловать. На стол ложись, насиловать тебя буду. Орально.

Почерпнула из баночки сгущёнки и размазала по своей писе. Влезла на стол и села мне на лицо. Начала елозить, размазывая липкую субстанцию по лицу. Приподнимала попу, давая возможность слизать с писи и ягодиц сгущёнку, снова садилась, прижимаясь попой.

Вдоволь натешившись, слезла со стола и легла на него грудь, выставил попу. Липкий от сгущёнки член в не менее липкую мамину писю, это было круто. Но это было не всё, что придумала мама. Дождавшись, пока я кончил, легла на стол и развела в стороны ноги. Добавив к сперме ещё сгущёнки, указала на свою писю пальчиком

— Попробуй - Макнула пальчик в писю и облизала его. - Мммм, вкусно. Пробуй, не стесняйся. Тебе понравится.

Мама всегда права. А если считаешь, что она не права, смотри пункт первый. И я слизывал смесь маминого сока, спермы и сгущёнки, глотал эу вкусняшку, набирал её в рот и целовал маму, делясь с ней этим кремом для тортиков. А когда вылизал мамину писю до состояния котовых яиц, мама встала со стола и начала облизывать и обсасывать член, освобождая его от липкой смеси.

— Вовка, если бы девчонки или отец увидели, чем мы занимаемся, они бы точно рты пораскрывали и охренели. Причём не слегка, а конкретно. Особенно отец.

— Мам, ты только меня не сдавай, но девчонки нас видели.

— Что?! - Мама от неожиданности едва не прикусила мне головку. - Откуда? Ты сказал?

— Мам, никто им ничего не говорил.

— Тогда откуда?

— Мы с тобой думали, что они спят, а они не спали.

— Вот сучки! Да я им жопы разрисую ремнём на британский флаг.

— А зачем? Они уж нас видели. Они думают, что ты ничего не знаешь, а если ты их пороть будешь...

Мама перебила

— Ты прав. Но наказать их надо. Придумала. А знают только наши? Или Ирка с НАташкой тоже знают?

— Мам, про такое не рассказывают.

— Слава богу. Ещё бы этого не хватало. А этих сучек всё равно наказать надо. И я придумал как. Они же думают, что я про вас ничего не знаю. А вот и нет, знаю. И ты накажешь их, выебешь их попки при мне.

— А они согласятся?

— А кто их спросит? Поставлю раком рядышком, сама смажу их попочки и сам направлю твой член в их дырочки.

Сдал сестричек и соседок

— Мам, они друг дружку тоже лижут.

— Точно?

— Точно.

— А меня будут лизать? Просто интересно.

— Будут. Ради интереса будут. И ради тайны. Вот мы какие, а папа и не знает.

— И пусть дольше не знает. Меньше будет знать, крепче будет спать.

Мама свою угрозу выполнила. Уложила Людку с Нинушкой этажеркой, смазала их попки гелем и направляла член в их дырочки по очереди. мне оставалось лишь дрючить сестричек. Поначалу-то девочки пытались что-то вякать, даже сопротивляться. Угу, так им бы кто-то позволил соскочить с такого наказания. А мама довольная происходящим смотрела на сна с дочками и натирала свою писю, надрачивала клитор. А потом лежала, расслабившись и полностью отдавшись нам троим, а мы ползали вокруг неё и ласкали, целовали, вылизывали, теребили титьки, совали пальцы в попу и в писю, вдобавок я ещё и ебал мамочку по просьбе девчонок. Им было интресесно посмотреть, как член входит в писю и выходит из неё, как это замечательно выходит. Помогали, заправляя член в мамину писю, сосали и облизывали его и снова помогали вставить в маму. И занимались мы этим часа три точно, пока не вымотались и не уснули вместе, одной кучей.

А про нас с мамой папа узнал совершенно случайно. Никто не предполагал, что он придёт домой в тот момент, когда мы с мамой сильно уставшие после ебли крепко спали. Причём в кои-то веки мама дала, лёжа на спине, так поеблись и так уснули. Мама снизу, а я на ней. Поза не допускающая никаких толкований. Папа не стал ничего говорить, ничего делать, молча развернулся и ушёл. И вернулся, когда мы проснулись и привели себя в порядок, словно ничего и не было. Папа к этому открытию отнёсся с долей пофигизма. Сын же выебал жену, не чужой мужик. Может это и к лучшему. Будет чем мотивировать в очередной ссоре с женой по поводу его походов налево. Сама-то вон чего, но я же молчу.

А как мы развлекаемся с девчонками: с черноволосой Людкой, с беленькой Нинушкой, с рыжеватой Иркой и просто светловолосой Наташкой, мама имела возможность посмотреть. Что у Ирки, что у Наташки не было возможности ходить дома голеньким и поэтому они, едва приходили к нам, тут же сбрасывали платья, трусы и давали волю телам. Свободу сиськам и писькам! Вот мама якобы нас и подловила. Хотя об этом с мамой договаривались мы трое. Стеснение девчонок мама быстро развеяла, сама разделась и приняла активное участие в сексуальных играх. Девчата поклялись молчать о том, что делаем мы все у нас дома. И это в их же интересах.

Со временем девчонки выполнили соё обещание и позволили сломать их целки. Правда жёнами не стала ни одна из них. Так уж сложилось. Юношеская влюблённость прошла, а взрослая жизнь несколько иная.