Первая часть приквела к рассказам Испытание моей добродетели или карма для женщин моего мужа. и Выбор Легионера.

События одного жаркого лета из молодости Юры Грома. Фанатам данной не однозначной личности велком в комменты!)

Ахтунг! Описанные события кому-то могут показаться неприемлемыми, так что, "моралистам" настоятельная рекомендация поберечь своё ранимое восприятие и воздержаться от прочтения.

Ахтунг цвай! Все персонажи в данной истории задуманы автором совершеннолетними.

ТАКИЕ ИГРЫ

Тем летом я не был ещё студентом.

Не отгулявший своё, голодный до девок «дембель», с подачи такого же как я уволенного в запас сержанта Егизаряна, решил поехать на работу в летний "пионерский" лагерь.

Вожатыми быть нам было не положено, но методистами, двух спортивных молодцев после армии взяли с удовольствием.

Сильные, позитивные и в меру озабоченные, мы с моим другом Артуром собирались всё лето озвучивать отрядные и обще лагерные мероприятия, каждое утро   с голым торсом и музыкальной колонкой на плече, выбегать с личным составом на зарядку, организовывать игры, праздники и дискотеки.

Мы, так же, как и инструктора отрядов, несли дежурство по столовой, помогая будущим педагогам и соцработникам, по-отечески напутствовать девиантных детишек.

Платили за такую работу гроши, но поверьте, не в этом было дело и полученные бонусы, того стоили.

Начальник лагеря, на пару с психологиней, разумеется, довели до нашего с Артуром сведения информацию о целостности личного состава и на сочных воспитанниц мы с ним почти не заглядывались, да и зачем?

Тут и без них было с кем утолить свой голод.

Ведь инструктора отрядов, (так теперь назывались вожатые) на две трети были приятными в общении девушками, красивыми и не очень, доступными и не совсем, в отношениях и свободными как ветер.

В общем в отряде «Товарищ» царило великое разнообразие, сулившее двум отвязным дембелям весёлое и щедрое на любовь лето, полное интрижек, забав и как ни удивительно, вполне себе искренней, незабываемой романтики.

Думал ли я тогда об отношениях?

Какое там?!

Я собирался переебать всех, кого не придётся насиловать, пока не познакомился с нашей замужней психологиней. Увидел её и потерял сон.

По началу не понимая, что это со мной, я просто желал любым способом ей вдуть.

Надо ли говорить, что это было для диковатого и не особо образованного солдатика, той ещё, мало вероятной лотереей?

Шансы, что Алёна мне даст, по мнению моего другана, составляли один к пяти. И не то, чтобы Алёна была монашкой, не выпивала вместе со всеми после отбоя в методической или была пиздец как верна мужу.

Просто она сохла по молодому аспиранту, полупидорского, на мой взгляд вида.

В те не частые дни, когда им удавалось потрахаться, Алёнушка ходила счастливая, повсюду таскаясь в его рубашке, даже когда в лагерь приезжал её старый муж, на минуточку, целый профессор психологии.

Странной, конечно, они были парочкой, но кто я такой, чтобы поучать таких образованных людей?

Методист, как и я, ко всему ещё и куратор инструкторов, аспирант Гриша жил в одной комнате с сыном начальника лагеря, модным мажором Толиком и похоже запускал того под хвост, но нам с Артурчиком, пока не удавалось по-хорошему нахватить их за еблей.

Отсос с проглотом, который Григорий исполнял Толику, наверное, через день, был не в счёт.

Бывало, я еле сдерживал своего горячего кавказского сослуживца, чтобы он не поразбивал "петушарам" носы, ведь смена только начиналась и впереди было ещё так много интересного.

Жуть конечно, что понравившаяся мне девушка,  спуталась с этим жалким бисексуалом, но я и не думал унывать и на первой же попойке в Октагоне,  (собрание на восьмиугольной веранде, с разбором полётов, чаем, пьянством и сексом по согласию) подкатил свои тяжёлые яйца к Полине, инструктору отряда «Смурфики», длинноногой, жопастой брюнетке, помешанной на картах Таро и фитнесе.

После не долгих уговоров я всё же увёл её на территорию, где и попытался с ходу, дать Полине за щеку, за что, неожиданно, получил по щам.

— Гром! Ну ты охуел?!... Нельзя вот так сразу, без поцелуев и приятных слов, девушке хуй в рот пихать! Даже если он такой красивый. Нежнее надо быть, мягче.

Нарочито меня отсчитывая, Полина, всё же опустилась на колени и смачно харкнув на головку, сама принялась мне надрачивать.

— Повезло же тебе засранец, что я уже три месяца одна.

— Что, не ёбаной ходить плохо для кармы?

— С кармой то ладно, решаемо, а вот для здоровья женского такое не очень, это да.

Закатывая Полинину юбку на живот, я усаживаю её жопой на стол и отгибаю в сторону ластовицу трусов.

— Могу ещё Артурчика позвать. Вдвоём, мы тебе чакры то прочистим.

Полина, улыбаясь, в шутку шлёпает мне ладошкой по щеке.

— Наглый, что танк. .. и зачем я такому даю?

— Ну тебе ведь такое нравиться.

Пару раз вожу головкой по раскрывшейся, мокрой вагине, и чуть притапливая внутрь, под тихий Полинин стон, надеваю её пиздёнку до основания.

— Ох, ты ж блядь!. .. ммм. .. Как же мне этого не хватало.

— Артура то свиснуть?

— Успокойся уже, мне и тебя одного достаточно. Не сдерживаться, показывай на что способен.

Нужно ли было просить меня дважды?

Я пятнадцать минут с оттягом драл Полину на этом столе и чуть было его не сломал. Пытаясь сдержать свои вопли, бедняжка искусала себе все руки, три раза кончила и под конец, стоя на подгибающихся коленках, распластанная на столешнице вожатая, жалобно поскуливая, умоляла меня поскорее заканчивать.

— Юрочка, ну хватит. .. пожалуйста. Я ножек не чувствую.

— В задницу то даёшь?

— Бо-оже, давай только уже не сейчас. Может получиться не хорошо - уделаем всё тут.

— Ну ОК? Тогда на спину, или может проглотишь?

— Проглотила бы, но сил уже нет вставать. .. давай на попу.

Вовремя вынимая извергающийся отросток из жадно хлюпающего Полининого лона, я несколькими порциями, слился на её вертлявую задницу.

— Отличная, узкая у тебя дырка и сиськи супер.

— (устало усмехается). Божички, что за комплименты!

— Зато честно. - одобрительно шлёпаю обспусканную мной задницу ладонью.

— Ну спасибо Юрочка, что как бывший, сучкой не назвал.

— А ты не сучка?

— Сучка. - Полина прикрыла от удовольствия глазки, - Меня три месяца не трахали и не грубили, на душе такая тоска была.

— Теперь то норм?

Полина поднялась наконец со стола, заправила сиськи в топ, вытерла трусами задницу и оправила юбку.

— Да, теперь порядок. Я бы и ещё повторила.

(ухмыляюсь)

— Это обязательно, жопу только подготовь – хочу попробовать.

(нарочито возмущается, делая вид что осуждает)

— Мерзкий ты содомит! Женская попа не для этого. Мой мальчик, на первом курсе, между прочим, ей стихи посвящал.

(смеюсь)

— Ха! Дурачок наверное был. Почистись, будет хорошо, обещаю.

— Я подумаю. - похотливо улыбается.

***

Фитоняшка Полинка стала моей первой и самой безотказной девчулей на этой лагерной смене. Для секса мне достаточно было ей только свистнуть.

Честно, вы не поверите, кто мог бы стать второй.

В один из пятничных вечеров в Октагоне, Алёнушке в очередной раз предпочли умелый рот друга, и она с горя накидалась, да так, что пошла пописать и лишилась чувств, прямо рядом со своей лужицей.

Так я её и нашёл, мирно сопящей на боку с приспущенными до колен простыми белыми трусиками, просто чумовой, голой попочкой и гладко выбритой, пряной киской.

Ох, как же сладко выглядело это милое создание. Много наверно кто, в том числе мой армянский товарищ, не стали долго думать и присунули бы прелестнице прямо там, на полянке. Я же посчитал не достойным поступком, глумится над бесчувственным телом, вытер платком её милую киску, натянул обратно трусики и заботливо отнёс её в комнату на кровать.

Наверное, с пару минут, я смотрел на девушку своей мечты, лежащую передо мной, с пошло вывалившимися из расстёгнутой рубашки сиськами, бесстыдно развалившимися ляжками и влекуще сочным, голеньким клитором, выглядывавшим из-под сбившихся на бок трусов.

Алёнушка манила меня всем своим видом, но я не стал и более того даже постеснялся сделать для себя фото, такой милой и естественной красоты.

Поправив Алёнины трусы, я укрыл девушку простынёй и вышел из комнаты вон.

Надо, конечно, было представить себе напряжение в моих штанах.

Моё состояние требовало срочного, умелого вмешательства и благо Артур, только что соблазнил и хорошо так попользовал в нашем домике Надежду, инструктора отряда «Африканда», девочку в отношениях и, кстати, без пяти минут невесту.

Рассудить трезво, конечно, Наденька не могла и на наше с другом удивление не отказалась от добавки.

Я дважды взял эту чернявую бестию на столе, а чуть позже, ушлый Артурчик развёл невесту на тройничок.

В задницу, к сожалению, Наденька нам не дала, потому как ни разу не пробовала, но в два смычка мы на этой юной «скрипочке» всё же сыграли.

Девочка нам досталась очень даже смелая и темпераментная. Надя не только легко кончила с двумя новыми партнёрами, но и, по её словам, впервые в жизни приняла мужское семя в ротик и ей это понравилось.

Да, представьте себе, распутная невеста всё проглотила и попросила ещё.

На подгибающихся от усталости ножках, мы отпустили девчулю только под утро, натрахавшуюся, довольную и обильно помеченную.

Нам обоим определённо нравилось такое начало смены. Артур уже чётко себе наметил кто будет дальше, а я ни о ком кроме своей Алёнушки пока и думать не хотел.

Разумеется, Алёнушка не помнила о моём полуночном джентльменстве и все мои знаки внимания обращала в шутку, неизменно уворачиваясь от заигрываний и обнимашек.

Я уже дважды видел, как Гриша берёт Алёну стоя. Один раз, смущённую и раскрасневшуюся, прямо в присутствии своего партнёра в их домике, а второй на виду почти у всего отряда Товарищ, за Октагоном, после пьянки.

Конечно, Гриша не один там этим занимался и когда выключили свет, кому-то отсасывали прямо в беседке, но ебали так открыто только Алёнушку.

И знаете что?

Она оба раза кончила.

После увиденного я ходил взведённый как ружьё и никакой секс с двумя, уже хорошо освоенными партнёршами, не приносил мне желаемой разрядки.

Естественно, фитнес Полина постоянно готовила для меня свою спортивную попочку, чистилась, смазывала перед сексом кремом и подворачивая мне по первому требованию. Я не один раз на дню ебал Полину в лесу, в душевой или просто бесстыдно выгоняя её соседок из домика.

Они, угрюмо вздыхая, сидели на крыльце слушая как я жёстко и с оттягом деру эту сучку в задницу, а после вместе с ней сушили простыни или вытирали с пола её струйную кончу.

Если отвязную Шарьинскую невесту Наденьку, мы с Артурчиком продолжали пользовать вдвоём или по очереди, то Полинкой я с другом так и не поделился, употребляя её уютные влажные дырочки только сам.

Не удивительно, что скоро бедняжка стала от меня прятаться.

Ей повезло, что на второй неделе смены, я, почти отчаявшись добиться хоть чего ни будь с Алёной, внезапно спутался с девчулей из её отряда.

Вполне себе взрослая, на первый взгляд, соблазнительная сисястая блонда, уже достигшая возраста согласия, выглядела безусловно старше своих лет. Она как-то стала свидетельницей нашего с Полиной дикого анального соития, и после этого случая, буквально прилепилась ко мне как хвостик.

Я уже не знал, куда мне блядь от неё деться. Несмотря на свою почти взрослую красоту и раскрепощённость Катерина, к моему сожалению, оказалось ещё девочкой. Хотя маленькая белобрысая бестия многое знала о сексе и совершенно не стеснялась это демонстрировать, я держался как мог, избегая её дефлорации.

Эта нимфетка, конечно, дразнила меня отвязно, заголяясь и ёрзая на мне в радиорубке, она бесстыдно мастурбировала прямо у меня на глазах, совсем не выбирая для этого места.

Наряд по столовой, импровизированная диджейка на вечерних танцах или крыльцо нашего с Артуром домика, маленькой, вечно мокрой, сучке было по фиг, где кончать. Катенька настойчиво и планомерно добивалась что бы я, если не распечатал её, то хотя бы, как вожатую Полину, трахнул в попочку.

Не знаю, чего мне хотелось больше, выпороть бесстыдницу ремнём и выставить вон, или надеть её бесстыдную пиздёнку на член прямо на столе.

Вот, как-то раз мы с Катей снова зажимались в радиорубке. Малая уже второй раз кончила и ёрзая на моей коленке намочила мне своими соками брюки. Молоденькие упругие сисечки водили мне сосками по лицу, а своей умелой ручонкой Катенька, через ткань, сжимала мой член. Девочка снова убалтывала его хозяина на потрахушки.

— Ну Юрочка, чего тебе стоит?... Не хочешь делать меня женщиной, так я приготовила для тебя попку... Не ужинала, не завтракала, уже сделала клизму и вот что принесла. (в ладони у Катерины была зажата баночка вазелина «Норка»)

— Да ты прикалываешься дитя?!... Да твоя норка просто на нём порвётся, я уже молчу, что я вообще не должен тебя трогать, а моему члену в тебе не место.

— Ой, да перестань! Ты уже всюду меня потрогал и судя по тому, что я держу в руках, тебе понравилось. (Катя не останавливалась, продолжая терзать мой член через брюки) Ты, Юрочка, кстати, можешь выбирать, взять меня как Полину или воспользоваться дырочкой и поуютнее,.. . только с ней придётся чуть подольше повозиться и немного испачкаться.

— Слезь уже с меня не нормальная!

— Юр, можно я хотя бы его поцелую?

— Нет.

— Ладно... тогда просто подержу... в руках?

— Да бля-адь! (мне стыдно рассказывать какие грязные варианты развития событий крутились в моей голове, когда я решился на манёвр). Отстанешь, если подержишься?

— Клянусь! (обманщица без промедления, давая клятву, подняла руку вверх)

— Хорошо, делай тогда.

Катюша, наконец с меня слезла, опустилась передо мной на коленки и облизываясь, расстегнула молнию на моих брюках. Член, естественно, стоял колом, но был всё ещё спрятан в трусах.

План манёвра был прост и на моё счастье сработал, пока девчуля возилась с молнией, я просто взял её за плечи, выставил в коридор и запер дверь на щеколду.

От возмущения у малышки перехватило дыхание.

— А-ах! Как подленько!.. . Гром, ну ка открой, сейчас же! Мы ведь договорились!

— Иди в отряд, найди ровесника и делай с ним это сколько захочешь!

— Я не хочу с ровесниками! Они все дураки!

— А со мной тебе нельзя! Чего тут не ясного?

— Во сне тогда к тебе проберусь, как Фредди, и высосу всё до капли!... Я умею... и мне сказали, что хорошо!

— Катерина, слушать ничего не хочу, пиздуй в отряд!

Хоть и на время, я всё же отделался от этой назойливой пиявки, но радоваться, как выяснилось, мне было рано. Так что через день, Катенька, как и обещала, пробралась ночью в наш домик, разделась и залезла ко мне под простыню.

Короче, я проснулся от того, что кончаю в чей-то маленький и довольно умелый ротик. И пока я возмущался происходившим, словно её глупый ровесник,  Катенька всё до капельки проглотила, оделась и смачно чмокнув меня натруженными губками в щёчку выскользнула вон.

— Держи теперь глаза открытыми Юрочка!... В следующий раз, если тебе ссыкотно, я усядусь на него сама и решу вопрос.

Артурчик смеялся до слёз, когда я примастыривал и к нашей двери щеколду, искренне не понимая почему я отказываюсь присунуть этой давно созревшей девке во все возможные места.

— Дурак ты Юрец! У девчули уже фляга свистит от гормонов. Разведку боем для тебя устроила. (смеётся) Хватит её уже обламывать...

— Была бы чуть по старше.

— Э-э... да у меня дома и младше за муж берут. Хочет она тебя, сделай, не мучай...

— Ты бы мне лучше по-братски помог с психологиней порешать.

— А чего тут порешаешь. Ей вроде нравиться за этим «полупокером» таскаться, да и муж её наверняка в курсе. Тебе надо снова ловить её пьяной и в этот раз уже сиськи не мять. Хотя есть у меня одна мысль правильная, как тебя порадовать.

— И что это за мысль стратег? (улыбаюсь)

— Чего сегодня за день?

— Ну четверг и чего?

— Банный... . У психологини твоей время 22:30, так что вот тебе возможность её там подстеречь.

— Херовый план, Артур. Она наверняка станет орать как потерпевшая.

— Ну что за человек? Нет чтоб спасибо сказать!... Посмотришь и подрочишь тогда.. . хоть так.

— На улице что ли?

— Зачем на улице. (друг расплылся в довольной улыбке) Я тебе прямо внутри комнатушку освободил, от тазов и веников. С отличным, скажу тебе, видом. Захочешь там останешься, ну или выйдешь и выебешь свою Алёнку пока голову будет мыть.

— А не спалюсь я там стратег?

— Не должен. Дрочи главное молча и будет норм.

***

Стыдоба, конечно, но я не отказался и пошёл. Во время пересменки, голый, как настоящий маньяк, я проник в пред банный чулан, с намерением там спрятаться и онанировать на понравившуюся мне, обнажённую женщину.

На самом деле, всё случилось совсем не так и тогда мне, стоящему у своего смотрового окошка с надроченным членом в руках, было просто очень стыдно.

Ослепительно красивая Алёна, была так прекрасна нагой, что я почувствовал, как от напряжения звенят мои яйца. Забыв обо всём, я смотрел как эта молодая рыжая нимфа намыливает свое красивое тело, подбривает пиздёнку и закатывая глазки увлечённо себе теребонькает.

Да, я всё видел и бодро себе надрачивал, но для необходимой разрядки, чего-то всё же не доставало.

А теперь представьте себе моё состояние, когда посреди этого напряжения, на мой снующий в руке член, вдруг внезапно наделся уже мне знакомый маленький ротик. Меня прошиб холодный пот и мурашки покрыли всё тело, я было попытался оттянуть малую от её лакомства, но это было совсем не просто.

Катя заглатывала мой член глубоко, с каждым новым движением стараясь пропихнуть его себе в глотку, её коготки впивались в мои ягодицы.

— Сучка маленькая. Что.. . что блядь ты тут делаешь?

Катя, буквально на секунду извлекла из своего ротика мой блестящий от обилия густой горловой слюны хуй и больно ущипнула меня за задницу.

— Замолчи, уже пилять.. . Ты нас спалишь.

— Прекрати это.

— У-У.

Катя отрицательно помотала своей милой головой и продолжила мне насасывать. И это было действительно хорошо. Сто процентов, это был далеко не первый её «чупа-чупс». Катя двигалась размеренно и умело, совершенно не касаясь нежной кожи зубками, облизывала ствол, играла с головкой язычком – такое вряд ли можно было просто подсмотреть в порно.

Мог ли я ей не позволить?

Не мог, да и не захотел уже.

В общем Алёнушка себя ласкала, Катюха мне сосала, и я уже почти дозрел снова спустить этой девочке в рот, когда неожиданно в помывочную зашёл Алёнин субтильный любовничек, аспирант Гриша.

«Да блядь, тебя ещё не хватало!»

Окончание в юный ротик откладывалось, я, наслаждаясь ласками молодой нимфы, продолжал наблюдать за происходящим.

Алена, словом, ничуть не испугалась и не удивилась. Она прекратила мастурбировать и без лишних слов, обхватила полу вялый хуй любовника своими пухлыми губками.

Следующее моё действие было чисто инстинктивным, но решительным и бесповоротным. Я, одним движением поднял Катеньку на ножки и развернул к себе попочкой. Девочка, сладко причмокивая, облизнула губки, вытерла перепачканные щёчки, подбородок и услужливо прогнулась, выпячивая мне на встречу свою аппетитную круглую попочку.

Решение «куда?», принималось так же спонтанно и машинально. Смазки, разумеется, у меня с собой не было, а Катина маленькая пиздёнка утопала в любовных соках, которые уже буквально текли по ляжкам.

Я приставил головку ко входу и чуть поводил ей по губкам, смазывая, притапливая и чуть растягивая преграду, отделяющую меня от её молодого, горячего нутра.

Катя выгнулась, расслабилась и прикрыла в предвкушении глазки:

— Ну чего ты ждёшь, давай.. . я готова.

Честно, стоя, подсев под Катин не высокий рост, мне было не то, чтобы удобно и я не рассчитывал, что это будет так просто. Первым движением, я упёрся и растянул, а вторым, чуть меняя угол атаки, ворвался, предусмотрительно прикрыв ладонью широко раскрывшийся ротик, теряющей свою девственность малышки.

— Мм... блядь... а-ах, Юрочка.... ммм... ты уже внутри.... Какой бо-ль-шой!

Я не долго подождал, позволяя неопытной вагине освоиться с новыми ощущениями и начал по чуть двигаться, обнимая Катину попочку и покрывая поцелуями её узкие плечики и шею. Девочка, для удобства, чуть шире расставила ножки и почти сразу стала подавать бёдрами мне на встречу, вцепившись левой ручонкой в мою руку, а правой наглаживая себя между ног.

— Больно?

— Не-нет.. . почти.

Катя, не желая меня обламывать, разумеется, мне соврала, ведь её неопытная вульвочка, впервые принимала в себе довольно большой хуй и как же это могло быть не больно?

Она стоически терпела, а я, как мог деликатно, её ебал. Пока не глубоко и без экспрессии.

Внутри дрожащей белобрысой бестии было жарко, скользко и очень, пока ещё, тесно. Мне приходилось сдерживаться, чтобы не слиться в милашку сразу.

Гришаня, от вылизывания Алёниной промежности, наконец перешёл-таки к ебле. Он брал мою влажную мечту, стоящей на коленках на лавке, тиская левой ладонью её грудь, а пальцами правой руки, несмотря на протесты партнёрши, растягивая Алёнину попочку.

Увиденное, естественно, меня подстегнуло, и я уже пришпорил «коней» с Катей, загоняя в поддающееся лоно свой хуй уже до основания, я обнимал ладонями упругую девичью грудь, перебирая между пальцами её сосочки.

— Бля-адь!: Катя, до синевы прикусила себе руку.

— Больно?... Мне прекратить?

— У-у.: (отрицательно мотает головой)

Выгибаясь и мастурбируя, Катерина продолжала героически принимать таранящий её член до основания. Её первые вагинальный оргазм был уже совсем рядом и пришёл к ней очень ярко, через боль, стыд и радость от добытого в упорной борьбе соития, с желанным взрослым парнем.

Катенька вся задрожала, сжалась и конвульсивно сокращаясь своей юной вагиной на моём члене, кончила, тихо пища как мышка. Обессиленная, она бы рухнула на пол, если бы я её не держал. Мы, с моей юной любовницей пришли к финишу практически одновременно. Удерживая малышку от падения и прижимая её дрожащее тело к себе, у меня не нашлось времени чтобы вынуть, и я чувствовал, как её покоренная мной прелесть, впервые наполняется спермой, жадно чавкая и сокращаясь.

Далее, события развивались стремительно и совсем для меня неожиданно.

В помывочной появился друг и любовник горе аспиранта Гриши, с надроченным и вполне себе крупным, в отличии от Гришиного, хуем. И тот, безропотно уступил ему Алёну, которая, естественно, этого не видела и была уже на пол пути к пику своего удовольствия.

Не почувствовать разницу в размерах красавица, конечно, не могла.

Ахнув от боли и неожиданности, Алёна в ужасе обернулась.

— А-ах! Гриша! Что происходит?!... О-ох, Анатолий прекратите это,.. . так нельзя!

Толик держал Алёну крепко и прижимая рукой её шею к деревянному столу, он вошёл в неё снова, теперь уже до основания. Как мне показалось девушка буквально взвыла от боли и унижения.

Защитить бедняжку было не кому, ведь её мужчина уже обошёл девушку спереди, поднял её голову и намеревался пристроить свой маленький писюн к её раскрытому от возмущения рту.

Отчаявшаяся Алёна, уже не надеялась на чудо, когда к ней внезапно пришла абсолютно голая помощь, в моём лице.

Аккуратно положив свою, всё ещё чилящую от удовольствия, юную прелестницу на скамейку в углу, я ворвался в помывочную, оттянул Толика от жертвы и разящей двойкой в челюсть уронил первого насильничка через лавку на пол. Второй попытался что-то там промычать, но ни сделать, ни сказать ничего так и не успел, так же дважды получив по лицу Гриша отправился следом за своим дружочком.

Разумеется, это не было дракой, и супостаты были мной повержены совершенно легко, но мог ли я стоять и продолжать смотреть как насилуют даму?

И к кому вы думаете, ломанулась спасённая принцесса? Ко мне?

Вот уж хуй!.. . Не угадали!

Алёнушка, по-педагогически изысканно, обкладывая меня отборным русским матом, поспешила на помощь к своим «насильникам».

— Ебучий ты тупица! Тебя кто просил вмешиваться?... Дрочил бы себе дальше в чулане!

— Так тебя не насиловали?

— Конечно блядь нет! Мы играли,.. . идиот!... Гриша,.. . Толя! Мальчики,.. . как вы?

Но мальчики вяло лежали в складчину друг на друге и до пробуждения им было ещё далеко.

— А что это за игры у вас такие?

— Не твоего тупого ума дело!

Алёна шагнула к моему укрытию, где увидела Катю.

— Краевская! Твою мать!... Ты что это с ней сделал, уёбок?

— Ничего, там всё было по согласию.

Раздраконенная Алёнушка подошла вплотную и прошипела мне в лицо:

— Пиздец тебе Гром!

И что скажите мне было ещё делать?

Абсолютно голая и страстно желанная мной женщина, бесстыдно прижимается ко мне своим телом, мои поверженные соперники лежат друг на друге за лавкой, а хуй стоит так, что хрен его согнёшь.

Должно быть не удивительно, что я решился усугубить и обнимая на секунду растерявшуюся красавицу за бёдра, усадил её на стол, протиснулся между ляжек, пристроился к потёкшей, жаркой вагине хуем и заглядывая изумлённой психологине прямо в её похотливые, яростные глазки, проник в её рот языком, а в податливое, горячее лоно членом.

Алёнины глазки, весьма характерно расширились, она отчаянно хлестала ладошками меня по бокам и что-то там пыталась мычать сквозь поцелуй, чувствуя, конечно, как мой хуй заходя, неумолимо и довольно легко растягивает её милую уютную вульвочку под себя.

— Что ты блядь себе позволяешь, тупое животное?!

— Делаю с тобой то, что давно уже хотел.

Целуя трясущуюся от гнева и возбуждения фурию в шею и тиская ладонями её приятную грудь, я протиснулся в Алёнушку уже больше чем на половину и если честно чувствовал, что не так уж она и против.

— Вытащи его немедленно скотина!

— Извини, но играть тут больше не с кем. Только со мной.

— Я буду кричать.

— Хотела, давно бы уже заорала.

Я вновь присосался к аппетитным Алёниным губкам и наконец уже вошёл в неё полностью.

— Ммм.. . мерзавец,... любишь насиловать женщин и девочек?

— Я-то – нет.... а ты вот, я вижу, от такого обращения сильно заводишься.

— Что смотришь извращенец?... нравится тебе такое?

Алёна расслабилась и откинулась назад на локтях, позволяя мне двигаться.

— Я и не думал, что ты такая.

— Какая?

— Красивая и дикая.

(Алёна усмехнулась)

— Насильник - романтик?

Обнимая ладонями Алёнину грудь я деликатно продолжал наполнять её собой, рассчитывая на взаимность. Минуты тянулись невыносимо долго, девушка позволяла себя ебать, молча глядя мне в глаза. Она мне не подмахивала, не стонала, но дышала уже тяжело, а смотрела всё ещё зло.

— И долго мне это терпеть?... Разве так насилуют?... Если начал, так делай уже!

И только тут я наконец понял правила её любимой игры в изнасилование. Прихватил Алёну за горло и только начав ебать её жёстко и глубоко, сразу получил обратную связь.

Стоны, рычание и яростное движение бёдрами навстречу.

Меняя позы, я бодро драл Алёну, наверное, уже с полчаса, её разгорячённая мокрая пиздёнка громко хлюпала, лоснящаяся от пота Алёна рычала и стонала, но, по какой-то причине, никак не могла кончить.

И что же ей для этого не доставало?

Ответ все эти полчаса был на поверхности. Алёна всячески меня провоцировала и обзывала, стараясь по больнее задеть. Но я не вёлся и невозмутимо всё это хавал, пока наконец Алёна не добралась оскорблениями до моей матери.

Я всыпал сучке, пообещав вымыть её грязный рот с мылом, и Алёнушка сразу же кончила. Её секрет стал мне совершенно понятен, больше я Алёнушку не щадил и в следующие полчаса, изъебал и нахлестал её уже от души.

Изощрённая в своих сексуальных играх психологиня, кончила ещё трижды и любезно приняла в себя моё семя, стоя к верху задницей, с моей ступнёй на своей щеке.

Только после этого, мне, можно сказать, удалось вытрахать из неё «злобных бесов», и Алёнушка снова стала милой и кроткой, обняла и поцеловала меня в губы, оделась и довольно потягиваясь собралась уходить.

— Задорно вышло,.. .  если мальчики не будут против – позовём тебя на наши игры. Придёшь?

— Меня интересуешь только ты.

— Ох не врал бы мне Гром. (смеётся) Полинка, блаженная Наденька, а теперь ещё и Краевская из «Смурфиков». Ты к третьей смене тут всех перетрахаешь.

— Была бы со мной и мне хватило бы только тебя.

— Мне бы не хватило. (улыбается)... Юрочка, меня и муж то отпустил, тебе и подавно не удержать.

— Да уж, была бы ты моей, делить ни с кем бы тебя не стал. Убил бы лучше.

— (смеётся) Не по Хуану тебе такое сомбреро, Гром.. . Ребятам пожалуйста помоги, а сучку маленькую помой и в отряд доставь. Понял ли?

— Будет исполнено, Белая Госпожа.