Сашка встретился со своей любимой у реки. В этот августовский вечер всё пошло непредвиденно и вместе с тем удивительно естественно, и они решили прогуляться вдоль берега и поболтать. Да, они были близки друг другу, можно сказать, родственны, и темы для разговора находились сами собой.

Он - из посёлка при железнодорожной станции неподалёку, она - из ближайшей деревни. Так случилось - познакомился парень с деревенской девчиной и разгорелась в нём народная душа. Щедрая на комплименты, нехитрые подарочки и романтику. Такой уж он был романтичный.

А вот другая его натура, телесно-мужская, всё не проявлялась. И это стало задевать Веронику. "Хоть бы раз предложил... Или мне самой? Не то что намекнуть, а активно, активно! Взять инициативу в свои руки?" - думала она, иной раз шевеля губами во время очередного свидания.

Вот и в этот раз всё было просто замечательно. Вечер обещал быть тихим и ясным. И они медленно всё шли и шли вперёд, и прохлада опускающейся ночи окутывали их тела. Казалось, не должно быть холодно, поскольку сердца бились горячо. Ярко и чисто. Им в самом деле было друг с другом интересно. Сердцам.

Они могли болтать о том-о сём бесконечно. Удивительно, как не иссякали точки пересечения. А вот поди ж ты, не иссякали.

И вот невысокий обрывистый утёс над рекой. Снизу доносится плеск воды, поодаль, на другом берегу, светятся огни. В той стороне же, куда они пришли, ни огонька, ни пылинки. Немного шелестящая, чуть журчащая, словно вылизанная тишина. И полумрак, который во всё сгущающихся сумерках неумолимо превращался в ночную темень.

На небе ясно проступили звёзды. Оставшиеся лишь где-то в стороне облака миловали взор, отступив и полностью открыв величественное зрелище над головой.

— Ой, смотри, ковш! - воскликнула Вероника, указав на всем известную фигуру в созвездии Большой Медведицы. А я знаю, как найти Полярную звезду! А ты знаешь? - и она принялась проводить пальцем по небу, прищурив один глаз.

— Конечно! - ответил Саша. А вот ты... знаешь... - он не успел задать встречный вопрос.

— Ой, смотри, смотри! - радостно заверещала Вероника, переводя жест в другое место. Звезда падает! А загадай желание! Ты же...

Да, Сашка был тот ещё. И это была та самая минута, которой он не мог не поддаться. Он обнял девушку, закрыл глаза и даже зажмурился. На секунду тёмный, а по силе такой яркий порыв его век, которые закрыли глаза а потом быстренько снова представили его взору ночной мир, был искренним и неизбежно сокровенным. Для романтика-то...

— Загадал-загадал, - сказал он и крепко обнял её, охватив сзади плечи... . - Так знаешь ли ты,. . . - начал он снова и ненадолго запнулся. В голове в рое мыслей и всяких сведений он выуживал подходящие для столь романтичного момента. - Знаешь, кто это? Кто нам послал звезду?

И парень вытянул уже свою руку перед девушкой, а сам взглядом будто притаился позади неё на одной линии, чтобы вместе с ней видеть по укающему персту один и тот же участок неба.

— Она прилетела вон оттуда, - показывал он. И эти звёзды - вон, вон, вон, вон та и та, и... знаешь, кого изображают? Персея.

И стал Сашка рассказывать о древних мифах, о том, что Персей - это герой, который уничтожил медузу Гаргону, о находящихся рядом Кассиопее и Андромеде. Вкратце, как просил момент и бьющееся сердце. И как знал сам. Всё он был не спец. Но интересовался - романтик же.

Толкуя о делах мифических, которые навеки запечатлелись на небе, Сашка коснулся волос любимой и его осенило. Он кое-что вспомнил, принялся искать в вышине и, окрылённый, прошептал:

— А ты тоже там есть! Понимаешь, твои волосы, они... неземные!

Они и в самом деле были неземные. Волосы любимой. На небе было их изображение - тусклое, но для умело рыщущего глаза нескрываемое отражение, как воплощение скромного, но величественного художника.

Саша снова протянул руку в сторону ковша и указал на едва приметную группу звёзд неподалёку. Эта тонкая кучка на небе ни для кого ничего не значила, но для него и для неё, особенно сейчас... Ведь это было созвездие Волосы Вероники.

Приглаженная и примасленная, погружённая в рассказы и романтичную болтовню, она вдруг снова воскликнула:

— А вон ещё звезда летит! И ещё, и ещё! Ух-х-х...

И её голос из мягкого стал каким-то дрожащим, будто от ветерка. Романтика в сердце девушки перетекла в тайное желание. То, нереализованное.

А метеоры шли и шли, и все из одного места. Из Персея. Августовский поток Персеид. "Ну т-ты, о-о... ну ты, Персей, даёшь..." - прошептала она отдалённо-восторженно, а её рука теперь держалась совсем в другом положении. Вероника согнула её и сама не заметила, как стала потихоньку эротично облизывать пальцы. Когда вылетала ещё одна звезда, и ещё, и ещё - все из одного места у Персея.

Наконец она отвела взгляд от потока. Он прекратился - видать, небесный герой на время кончил. Вероника опять посмотрела на ковш. Говорили же о нём, так может и там что-то найдётся... такое.

Она вглядывалась, и глаза её тонули в черноте ночи. Если бы увидеть со стороны - с хищным оттенком страсти. Она искала. Если не в жизни, не с ним, то хотя бы на небе. И всматривалась, а ночь открывала её пристальному взору каждую звёздочку.

И вот Веронике показалось... Девушка всплеснула руками. Различила ли она всю фигуру Большой Медведицы? Да, разыгравшееся воображение помогло. И вот, как в анекдоте, она увидела... Её на самом деле не было, но для Вероники она зажглась - ещё одна звёздочка. В том самом месте, которое превратит Большую Медведицу в Большого Медведя. И звезда, это место, стало раздуваться, вспыхивая Новой. Только для неё, в её неутомимых и жаждущих глазах.

Она обернулась к Сашке и вздохнула:

— Эх, милый... что ж от тебя добьёшься, - продолжила она шёпотом и тут же ясно, ласково, но с укоризной добавила: - Мой звёздный мальчик!