Быть сладкой девочкой в его плену,

Хоть и не звали дочкой раньше.

С желанием большим – создать семью,

И чтоб любил меня он чаще.

Я бы послушною всегда была ему.

Покорна и безвольна, и красива.

Вся жизнь посвящена лишь одному.

И власть его – самца прерогатива.

Ему сварить и постирать, прибрать жильё.

Накрыть на стол, накраситься к приходу.

Сверх – сексуальное одеть бельё,

И за ошейник приковать себя ко входу.

И дверь открыть, и на колени встать.

Прислуживать ему беспрекословно.

Красиво прогибаться, соблазнять,

Но, тонко, символично, безусловно.

И, в виде горничной,

за ужин приглашать.

Накрыв красиво стол,

и спрятав сзади руки.

И взгляды томные ему кидать,

С лицом просящей

и потёкшей суки.

Немного флирта и хозяин мой,

Он возжелал, он возбуждён, он страстен.

Берёт меня он твердую рукой.

Теперь я вся его, он так прекрасен!

И ртом, и задом, вся его, дрожу,

Но кончить он... не позволяет,

И на лицо моё – кончает!

И, я, счастливая у ног его лежу.

Пинком ноги, послал меня он в ванну,

А сам уж спит, он УДОВЛЕТВОРЁН.

Я же подмывшись, снова в кухню,

снова к крану.

Ведь я – жена, рабыня, шёлк и лён.