Детские забавы. Женские вещи я одевал когда никого не было дома, но интереснее всего было в них пройтись по улице. Для этого больше всего подходили осенние тёмные вечера. Родители много работали – и я был предоставлен сам себе. Дом наш – 13 квартирный полубарак находился на отшибе, и выйти из него, незаметно для соседей, было возможно через сад. Переодевшись в чулки, юбку короткое пальто, вечером, когда уже темнело, я незаметно выходил из подъезда сразу в сад, перелезал через забор и оказывался на тихой параллельной улице. Лазать в юбке по заборам было очень неудобно – приходилось пальто и юбку задирать кверху дабы не порвать вещи. Чтобы сойти за противоположный пол – я одевал вязаную шапочку – такие тогда носили все, подкрашивал лицо и губы. Впечатление сексуальной необычайности было особенно сильним, когда я выходил на оживлённые улицы, катался на трамвае или отъезжал подальше на электричке. При этом член стоял таким колом, что когда ходил без трусов, его желательно было подвязывать к чулочному поясу – дабы не выпирал.

Держался он хорошо на перевязи только, когда была напряжена перевязанная залупа, а если опадал и снова вставал, то освобождался от крепления и опять оттягивал юбку и пальто. Проблему я решил с помощью изоленты и резинки – изолента приклеивалась к члену у залупы, а резинка была привязана к ленте и другим концом к чулочному поясу и автоматически держала член в поднятом состоянии независимо от напряга последнего. Больно правда потом было отдирать изоленту от залупы. Через некоторое время я достал довольно длинную куртку, выпорол внутренности правого кармана и получил новые ощущения. Cтал одевать куртку, а снизу ничего – кроме пояса и чулок. Рука стала доставать в кармане до члена. Когда находился в людном месте возбуждался так сильно, что несколько незаметних движений в кармане приводили к спусканию. Большое значение имел фасон и цвет чулок – я чаще ходил в толстых чёрных – они не рвались хорошо возбуждали и сильно не выделяли, но более мне нравились из тех, что имел, светло – серые. В них я чувствовал себя настоящей блядью – правда ходить в них стеснялся. Иногда отъезжал подальше от дома – снимал и рвал неинтересные чулки и волей – неволей оставался в светло – светло серых, которые были снизу. Вначале было так не посебе, что член сразу опадал, деваться было некуда, возвращаться приходилось по людным улицам – волнение утихало, а чуство супербляди утраивалось. Позднее гардеробную я оборудовал в сарае, но это другая более захватывающая история.