Лена стояла полностью раздетой перед большим зеркалом в спальне и смотрела на своё отражение. Светлые волосы до лопаток были собраны в небрежный хвост, несколько прядей выбились и лежали на шее. Ей было тридцать два, рост чуть выше среднего. Грудь третьего размера с широкими тёмными ареолами чуть тяжело опустилась, когда она подняла руку, чтобы поправить волосы. Бёдра широкие, задница округлая и плотная, талия заметно уже. Кожа после душа ещё хранила тепло и свежесть. Она повернулась боком, провела ладонью по животу и по ягодице. Внутри уже было тихое, сосредоточенное напряжение — она знала, чем закончится этот вечер, и от этого тело отзывалось заранее.

— Какое лучше взять? — спросила она, не отходя от зеркала. Голос спокойный, но в нём слышалась внутренняя собранность.

Артём сидел на краю кровати уже в рубашке и джинсах, готовый к выходу, и смотрел на неё. От вида её голого тела внутри поднималось тяжёлое, давящее возбуждение, смешанное с ожиданием того, что сейчас начнётся их привычная игра.

— Чёрное. Оно выше и плотнее сидит на бёдрах. Тебе очень идёт, когда так обтягивает. В сером будет сложнее двигаться, если захочешь наклониться или сесть.

— В чёрном сразу видно, что я без белья, — сказала она, доставая платье и прикладывая его к себе перед зеркалом. Ткань легла на грудь и талию, подчёркивая, как широко расходятся бёдра. — Когда сяду или наклонюсь.

— Да. Но ты же так и хотела. И тебе это платье особенно хорошо — ноги и попка в нём смотрятся отлично. Если возьмёшь длиннее, уже немного не то...

Она кивнула. Внутри было приятное удовлетворение от того, что он понимает её без лишних слов. Сначала надела тонкий чёрный лифчик. Когда застёгивала его, грудь чуть поднялась и легла в чашечки. Потом натянула трусики.

— Зачем одела? – спросила саму себя Лена, - Всё равно сниму. Оно будет только мешать.

— Снимай сейчас, — ответил муж. Голос стал ниже, в нём уже было напряжение. — Чтобы не возиться потом. И без него тебе ещё лучше.

Она стянула тонкие трусики вниз по широким бёдрам и положила их на кровать. Лифчик сняла следом. Грудь снова опустилась под собственным весом, соски стали твёрдыми. Платье она натянула через голову. Оно плотно обхватило талию и легло на округлую задницу. Ей нравилось, как оно сидит, слегка просвечиваясь, и от этого предвкушение стало острее.

— Туфли те же, чёрные, с высоким каблуком? — спросила она. — Или взять пониже?

— Те же. Ты в них увереннее ходишь, и походка другая. На твоих ножках высокие каблуки смотрятся очень хорошо.

— Ладно.

Она села рядом, подняла правую ногу и поставила ступню ему на колено, начиная застёгивать ремешок. Когда наклонилась, платье задралось, ткань натянулась на ягодицах, и на левой лодыжке, чуть выше кости, стала хорошо видна небольшая чёрная татуировка — переплетённые буквы S и W. Артём смотрел на неё и чувствовал, как внутри сжимается сильнее. Вторую туфлю она застегнула так же неторопливо. Встала и прошлась. При каждом шаге бёдра двигались, платье чуть поднималось. Внутри у неё уже было спокойное, уверенное возбуждение, смешанное с контролем над тем, что будет дальше.

— Всё. Теперь твоя очередь наряжаться. – улыбнулась Лена, подмигивая мужу.

Она подошла к тумбочке, достала черный бархатный мешочек и небольшой тюбик смазки. Артём расстегнул джинсы и спустил их. Член уже начал набирать силу, кожа натянулась, головка потемнела. Он смотрел на её руки и чувствовал, как внутри поднимается нарастающее напряжение от того, что сейчас он окажется полностью в её власти.

Лена выдавила смазку на пальцы и провела ими по основному кольцу. Потом взяла член мужа в руку. Кожа была горячей. Она медленно провела смазанными пальцами от основания до головки. Член дёрнулся. Артём выдохнул, чуть сдвинул бёдра вперёд и почувствовал, как от её прикосновения всё внутри сжимается, возбуждение стало острым и почти невыносимым. Ему нравилось, как уверенно она это делает, и от этого напряжение только росло.

— Так лучше, — сказала она. Внутри у неё было тихое удовлетворение от его реакции. — Теперь ныряй в клеточку зверек.

Она надела смазанное кольцо на мошонку. Металл прошёл легко, холод сначала обжёг, потом смазка распределилась. Она просунула яйца и поправила. Надела на член блестящую хромом клетку. Член сразу упёрся в переднюю часть. Давление было плотным. Артём чувствовал, как металл держит его полностью, и от этого возбуждение стало ещё сильнее, смешанное с ощущением подчинения. Лена смотрела на результат и слегка улыбнулась — ей нравилось видеть его в таком состоянии и знать, что теперь всё зависит от неё.

— Нормально? — спросила она, глядя ему в лицо.

— Да. Холодный, но вошло хорошо. Давит сильно. Но так даже лучше.

Она закрыла замок. Щелчок был чётким. Внутри у Артёма было тяжёлое, сосредоточенное возбуждение, которое уже не отпускало.

— Сидит ровно.

Она повесила ключ на цепочку и повернулась спиной к мужу, давая понять, что надо помочь застегнуть. Артем послушно встал, не одевая джинсы, ловким движением застегнул замочек. Лена повернулась и поцеловала его. Поцелуй был медленным. Артём чувствовал, как от поцелуя член пытается набухнуть сильнее, но клетка не даёт, и это только усиливало ощущение принадлежности и напряжения. Она отстранилась и провела пальцем по его рту. Ей нравилось видеть, как он реагирует.

— Ты уже дрожишь. Мне нравится, —с хищной улыбкой тихо сказала жена.

Артём смотрел на неё и чувствовал постоянное давление металла. Возбуждение было сильным, ровным и напряжённым.

— А ты ничего не забыла, любимая? – с такой же улыбкой прошептал Артем, целуя шею жены.

Лена повернулась спиной, сама задрала платье до поясницы и опёрлась руками о край кровати.

Артем достал из тумбочки, со стороны, где спала Лена, похожий мешочек из черного бархата. Когда взял в руку, почувствовал вес. Развязав бантик на мешочке и достал увесистый плаг в форме капли с широким плоским основанием увенчанным ярко красным камушком. Плаг был длинным, около семи сантиметров, диаметр самой широкой части примерно четыре. Он выдавил много смазки и размазал по зеркальной поверхности. Присев у попы жены Артем раздвинул ей ягодицы. Кожа тёплая и мягкая. Он чувствовал сильное возбуждение и напряжение от того, что сейчас сделает, и от того, как она этого хочет.

— Медленно, — сказала она. Голос стал ниже, в нём было ожидание и удовольствие. — Не спеши.

Он приложил кончик к сморщенному колечку и начал давить. Сначала сильное сопротивление. Мышцы не пускали. Он держал давление ровным. Лена дышала глубоко, пальцы впились в кровать. Ей нравилось это ощущение, она любила, когда в попке что-то большое, и сейчас желание было острым, почти физически тянущим. Анус начал поддаваться. Она чуть подалась назад. Когда широкая часть прошла, кольцо попки сомкнулось, и круглое основание с красным камнем плотно легло между ягодицами. Вся игрушка оказалась внутри.

Лена протяжно выдохнула. Внутри было полное сильное заполнение. Она сжала и разжимала мышцы попки и чувствовала, как плаг плотно заполняет ее. Удовольствие было спокойным и напряжённым одновременно.

— Как? — спросил Артём, держа ладони на её ягодицах. Ему нравилось видеть красный камень и знать, что она это любит.

— Очень хорошо. Растянуло отлично. Чувствую его полностью, всю длину. Именно так, как я люблю в попке. Не выпадает за вечер.

Она ещё раз сжала и расслабила мышцы. Артём провёл ладонью по ягодице. Она выпрямилась медленно. Платье опустилось, но при движении она чувствовала заполнение. Внутри было удовлетворение, смешанное с предвкушением.

— Можно идти, — широко улыбаясь сказала она. — Теперь все готовы.

Они вышли из спальни и зашли в детскую. Никита, сидел на кровати с телефоном, Маша, уже лежала под одеялом и смотрела мультики на планшете. Оба были в пижамах.

— Мы уходим, — сказала Лена, подходя ближе. Она наклонилась, чтобы поправить одеяло у Маши, и в этот момент почувствовала, как большой плаг сильнее давит изнутри от наклона. Платье чуть задралось на бёдрах. Никита бросил короткий взгляд на её бёдра матери сразу вернулся к телефону.

— Не ждите нас. Ложитесь спать. Если что-то случится — звоните мне или папе.

— А вы до скольки? — спросил Никита, не отрываясь от телефона.

— Поздно, — ответил Артём. — Поэтому не сидите долго.

— Хорошо, — сказала Маша. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, доченька, — ответила Лена и поцеловала её в лоб. Потом посмотрела на сына. — И ты тоже. Не засиживайся.

— Ладно, — буркнул он.

— Спокойной ночи, — сказал Артём обоим.

Лена закрыла дверь детской.

На улице было прохладно. В такси она села осторожно, чувствуя, как плаг входит ещё чуть глубже. Положила руку мужу на бедро. Напряжение между ними было плотным и ровным.

Машина тронулась. Лена смотрела вперёд и иногда двигала бёдрами, каждый раз чувствуя, как внутри нее отзывается твердость метала. Артём видел, как меняется её дыхание, и сам ощущал давление клетки. Внутри у обоих было сосредоточенное, напряжённое возбуждение от того, что вечер только начинается и всё ещё впереди.

Они зашли в клуб, и сразу окунулись в плотный, тёплый воздух, который обволакивал кожу и пах смесью сладких духов, пота, алкоголя и ароматного дыма. Музыка била низко и тяжело, басы отдавались прямо в груди, в животе и в полу, заставляя пол слегка вибрировать под подошвами. Свет — приглушённый, красноватый с редкими синими вспышками — скользил по лицам и телам, то выхватывая их из полутьмы на секунду, то снова пряча в тень. Люди двигались плотно в центре зала, плечи касались плеч, кто-то стоял у стен с бокалами, кто-то уже прижимался ближе, дыша друг другу в шею. Лена сняла плащ у гардероба. Короткое чёрное платье с глубоким декольте плотно обхватило большую грудь и широкие бёдра, ткань натягивалась при каждом шаге, чуть задиралась и открывала бедра выше. Сквозь тонкую ткань просвечивали контуры тела и широкие тёмные ореолы, которые чуть выделялись при движении. Светлые волосы с мелированием были собраны сзади, несколько прядей непослушно выпали, яркий макияж и яркая помада ловили свет даже в полутьме. Несколько мужчин сразу повернули головы и задержали взгляд — кто-то смотрел прямо на грудь, кто-то медленно скользил глазами по бёдрам и ногам. У Лены от этого открытого внимания по коже пробежали мелкие мурашки, и от осознания, что муж идёт рядом и видит, как на неё смотрят. Артём шёл на пол шага сзади жены. Пояс под джинсами сидел плотно, металл не давал члену наливаться силос, каждый шаг отдавался лёгким давлением в паху. От вида жены в этом платье, от просвечивающих ореол и от чужих, задерживающихся взглядов пояс отозвался тугим сжатием, тепло разлилось внизу живота.

Они взяли напитки у бара и встали чуть в стороне, где было чуть свободнее. Лена держала холодный бокал в руке, иногда касалась тёплой цепочки на шее.

— Как думаешь, лучше знакомиться? — спросила она мужа, наклоняясь ближе, так что её тёплое дыхание коснулось его уха сквозь музыку. Голос спокойный, но в нём уже было напряжение и нарастающее возбуждение. — Здесь быть или на танц-пол выйти?

Артём смотрел на толпу и на жену. От разговора, от её близости и от вида платья пояс отозвался более жёстким прижатием металла к коже. Ему нравилось, что она спрашивает и сама размышляет, как лучше.

— На танцполе лучше, — ответил он чуть севшим голосом. — Там будешь в центре внимания. И я буду видеть тебя хорошо, если недалеко будешь.

— Согласна, — сказала она, плаг уже нагрелся от тела, разницы с телом не чувствовалось, оставалось только полное заполнение, которое отзывалось электрическими импульсами при каждом движении бёдер. — Тогда я пойду потанцую.

Она допила глоток, поставила холодный бокал и отошла на танцпол всего на несколько метров, так, чтобы муж хорошо её видел. Артем остался у бара и смотрел.

Сначала она двигалась просто свободно: бёдра покачивались в такт низкому басу, плечи расслаблены, руки иногда поднимались к волосам. Платье задиралось при каждом шаге, ткань на груди натягивалась, соски проступали чётче, и опять скрывались, ключ прыгал между тесных ложбинок груди. На шее и ключицах уже блестела тонкая плёнка пота.

Артём смотрел и чувствовал, как клетка начинает давить заметнее. Низ живота тяжелел ровным теплом. Дыхание стало глубже. Ему было приятно видеть жену такой — открытой и горячей в тонком платье, с ключом на шее.

Постепенно вокруг неё начали останавливаться взгляды. Сначала один мужчина чуть в стороне замедлил движение и повернул голову. Потом ещё двое, стоявшие ближе к танцполу, стали смотреть дольше, не отводя глаз от её бёдер и груди. Лена почувствовала это кожей: чужие взгляды скользили по ногам, по бедрам открытым поднявшимся в танце платьем, по просвечивающим соскам. Внутри стало теплее и чуть острее. Ей нравилось это внимание — не острое возбуждение, а тихое, уверенное удовольствие от того, что её видят, и от того, что Артём тоже это видит.

Она начала двигаться откровеннее. Бёдра стали раскачиваться шире и медленнее, она проводила руками по бокам, поднимая край платья выше. Иногда поворачивалась спиной к залу и прогибалась, так что ткань натягивалась на заднице. Татуировка на лодыжке мелькала чаще.

Артём наблюдал за этим нарастанием и чувствовал, как давление клетки усиливается шаг за шагом. Сначала было просто тяжело и тепло. Потом, когда мужчины вокруг начали смотреть открыто и дольше, член стал пульсировать ощутимее, низ живота потяжелел, Артем переминался с ноги на ногу, пытаясь найти удобное положение. Дыхание стало глубже и тяжелее. На лбу появилась легкая испарина и а руках мелкая дрожь. В эти моменты, когда она ловит чужие взгляды и отвечает на них своим телом, все внутри него сжималось сильнее — смесь привычного возбуждения и острого, нарастающего напряжения от того, что жена становится всё более провокационной на его глазах.

Лена чувствовала и его взгляд, и чужие одновременно. Движения стали ещё свободнее и наглее. Она поднимала руки, проводила ладонями по бёдрам снизу вверх, задерживая край платья высоко, поворачивала голову и ловила то взгляд одного из мужчин, то взгляд мужа у бара. Ей нравилось быть в центре внимания, нравилось, что муж стоит и смотрит, как на неё смотрят другие, и от этого сочетания всё тянуло глубже и приятнее. Ключ на шее напоминал о власти над мужем при каждом движении, и это придавало ей смелости и уверенности.

Артём стоял неподвижно. Пояс давил уже сильно и постоянно. Каждый раз, когда она прогибалась или поднимала платье выше, когда мужчина рядом делал шаг ближе и смотрел открыто, внутри него всё сжималось сильнее. Жар поднимался к лицу, дыхание становилось тяжёлым и глубоким, низ живота тянуло так, что трудно было стоять ровно. Ему было хорошо от того, какая она свободная и желанная, и мучительно от того, как сильно это видно и как сильно пояс его сковывает. Эмоции нарастали ровно и неотвратимо: от спокойного наблюдения к острому, тяжёлому возбуждению, в котором смешивались гордость, желание и привычная, уже многолетняя тяга смотреть и не вмешиваться.

Она продолжала танцевать так ещё несколько минут — открыто, провокационно, чувствуя на себе взгляды и отвечая на них телом, — а Артём смотрел и чувствовал, как каждое движение жены приближает то ради чего они приехали сегодня в этот клуб.

Артем не успел точно заметить когда они подошли к жене. Двое мужчин — один высокий, в тёмной рубашке с закатанными рукавами, второй чуть ниже ростом, в светлой рубашке. Начали танцевать рядом с ней, сначала на небольшом расстоянии, потом постепенно приближались, двигаясь в такт музыке. Он видел, как их взгляды скользят по телу жены. Артем сглотнул, чувствуя, как тепло собирается внизу живота от одного вида, как они смотрят на неё. Лена на секунду повернула голову и поймала его взгляд — спокойный, уверенный. Артём не отвёл глаз, и от этого взгляда жены жар в паху стал сильнее.

Лена продолжала вести бёдрами медленно и тяжело. Она заметила мужчин и улыбнулась коротко, широкой белозубой улыбкой, яркая красная помада на губах выделялась даже в полутьме клуба, не останавливаясь, потом снова бросила взгляд в сторону мужа. У Артёма от этой улыбки и взгляда внизу живота заныло сильнее.

Высокий наклонился к ней и что-то сказал на ухо. Артём не слышал слов, но видел, как она кивнула и ответила, губы шевельнулись, широкая улыбка осталась. Перед тем как ответить, она ещё раз посмотрела на Артёма, и их глаза встретились на несколько секунд. Второй тоже подошёл ближе, она снова широко улыбнулась и коротко ответила, продолжая двигаться, и снова нашла его глазами. Каждый её кивок, улыбка и взгляд в его сторону отдавались в Артеме волнами жара и дрожи во всем теле. Он крепче сжал бокал, не отводя глаз.

Они втроём начали танцевать плотнее. Лена повернулась и потёрлась бёдрами о высокого, платье задралось выше, ткань натянулась на заднице. В этот момент она снова обернулась через плечо и посмотрела прямо на Артёма, на губах была, та самая улыбка, после которой нет обратной дороги, и он из спутника превращается в незаметного наблюдателя. Улыбка хищницы напавшей на след жертвы.

Артём видел, как тело его жены прижимается к другому мужчине. Она развернулась и прижалась спиной к второму, ведя бёдрами так, что её тело касалось его. Руки мужчин легли ей на талию, пальцы сжались. Она повернула голову и снова поймала взгляд мужа, удерживая его несколько секунд. У Артёма всё сжалось, пояс держал плотно, член не мог сдвинуться, жар внизу живота нарастал с каждой секундой и становился почти невыносимым. Он чувствовал себя полностью в её власти, каждый её взгляд и каждое прикосновение мужчин к его жене отдавались у него тугим давлением металла и острым, тянущим жаром. Он сглотнул снова, бокал в руке стал тяжёлым. Артём не отводил глаз, следя за каждым её движением, за каждым прикосновением чужих рук к её талии и за тем, как она продолжает смотреть в его сторону, зная, что он видит всё.

Ещё несколько минут назад она заметила двоих мужчин, которые танцевали недалеко и периодически смотрели в её сторону. Высокий в тёмной рубашке и второй, чуть ниже, в светлой, не подходили сразу, но их взгляды задерживались на ней. Лена ждала их инициативы, продолжая танцевать более откровенно.

Когда они наконец начали постепенно смещаться ближе, двигаясь в такт, Лена уже была готова. Высокий мужчина в тёмной рубашке с закатанными рукавами был лет двадцати шести–семи, с короткими тёмными волосами и спокойным лицом. Второй, в светлой рубашке, чуть ниже ростом, с лёгкой щетиной и открытым взглядом. Они не торопились, просто танцевали рядом и сокращали расстояние. У Лены от их приближения возбуждение усилилось, плаг отозвался приятной твердостью.

Высокий наклонился чуть ближе, чтобы его было слышно сквозь музыку. Его дыхание коснулось уха.

— Привет, красотка. Познакомимся? — спросил он с улыбкой.

Лена посмотрела на него, потом повернула голову и поймала взгляд Артёма — спокойный, напряжённый, не отпускающий. Она улыбнулась широко.

— Давай, — ответила она спокойно. — Я не против.

— Меня Дима зовут, — добавил он, продолжая двигаться рядом.

— Лена, — ответила она, не прекращая вести бёдрами и снова находя глазами мужа.

Второй подошёл с другой стороны, чуть ближе.

— А я Серёжа. — спросил он с лёгкой улыбкой.

— Лена, — сказала она и снова улыбнулась широко, бросив ещё один взгляд на Артёма.

Они начали двигаться ближе, почти вплотную, и тела касались при каждом шаге в такт низкой музыке. Лена повернулась и медленно потёрлась бёдрами о Диму, чувствуя тепло его тела сквозь тонкую ткань платья. Платье задралось выше, открывая края ягодиц. Когда она повела бёдрами, игрушка в ней стала ощущаться сильнее, и возбуждение вспыхнуло ярче, разливаясь по животу тёплой, тягучей волной. Желание провоцировать стало сильнее, в животе заныло глубоко и напряжённо, кожа стала чувствительнее к каждому движению. Она повела бёдрами кругом, прижимаясь сильнее, и поймала взгляд Артёма — он смотрел не отрываясь.

Она развернулась и прижалась спиной к Серёже, ведя бёдрами так, что её тело касалось его груди и бёдер. Его руки легли ей на талию, тёплые и уверенные, пальцы чуть сжали ткань. От этого прикосновения по коже пробежало тепло, и когда она снова повела бёдрами, основание плага задело бедро мужчины, жар хлынул в лицо, дыхание сбилось. Возбуждение нарастало и становилось тяжёлым, почти осязаемым. Лена не отстранилась, сделала движения еще теснее, чувствуя, как напряжение разливается по бёдрам и становится глубже. В этот момент она повернула голову и снова поймала взгляд Артёма, стоящего через несколько метров — прямой, напряжённый, возбужденный.

В такте танца она несколько раз поворачивала голову и ловила взгляд мужа, удерживая его дольше, на сколько могла, чтобы не вызвать у новых спутников подозрения.

Ей нравилось это сочетание: его напряжённое, неподвижное наблюдение, их внимание, которого она ждала, и то, как ее маленький секрет заполняет её полностью и отзывается импульсами при каждом движении бёдер. Желание провоцировать дальше росло и крепло, кожа отзывалась на каждое прикосновение.

Лена, закончив танцевать, вместе с Димой и Серёжей отошла от танцпола и направилась к свободному столику недалеко. Артем наблюдал, как она идёт между ними, платье задралось на бёдрах Лена не поправила.

Он знал, что будет дальше. От этого осознания и от атмосферы вокруг, возбуждение зашкаливало и смешивалось с напряжением ожидания и вибрацией басов. Он чуть сдвинулся, пальцы крепче сжали бокал, дыхание стало глубже.

Его жена села между ними. Артём видел, как она жестикулирует рукой, как платье сидит на груди, декольте чуть сдвигается при движении, как мужчины, не стесняясь пяляться в него, оценивающими и изучающими взглядами, а Лена делает вид, что не замечает этого. Несколько раз она поворачивала голову и ловила взгляд мужа, улыбалась ему коротко и продолжала разговаривать с мужчинами.

Каждый такой взгляд и осознание, что она остаётся с ними и всё идёт дальше, по плану, усиливали возбуждение ещё сильнее, делая его тяжёлым и тянущим. Он сглотнул, крепче сжал бокал в руке, пальцы побелели, не отводя глаз от жены, Артем сделал глоток.

Пока они разговаривали и смеялись как то само собой, высокий Дима положил руку ей на бедро. Артём все видел. Лена не убрала руку мужчины, продолжила улыбаться и разговаривать, иногда кивая, и бросая взгляды на мужа, улыбнувшись. Артем чуть подался вперёд, дыхание стало глубже, пальцы сильнее сжали бокал, руки тряслись сильнее. Потом она наклонилась к Диме и что-то сказала ему на ухо, губы почти коснулись его. Перед этим она ещё раз посмотрела на Артёма, удерживая взгляд на несколько секунд, и в этом взгляде была спокойная решимость. Мужчина внимательно выслушал ее, удивился, брови чуть поднялись, глаза расширились на секунду, потом улыбнулся и кивнул. Он наклонился к другу и что-то коротко сказал ему на ухо. Все трое рассмеялись — Лена громче всех, откинув голову назад, волосы качнулись, открывая шею. Артём сделал глоток, не почувствовав вкуса коктейля.

Они посидели ещё минуту, продолжая разговаривать и потом высокий мужчина что-то сказал, они кивнули друг другу и одновременно встали. Лена поправила платье, разгладив его по бёдрам. Она посмотрела на Артёма, подмигнула, и пошла с ними в сторону выхода с танц-пола.

Артём смотрел им вслед, не отводя глаз. Музыка и свет продолжали давить вокруг, воздух был тяжёлым, густым.

Лена шла по узкому коридору, Дима и Серёжа шли рядом, их ладони иногда скользили по её талии. У неё уже было густое, тяжёлое возбуждение от танца и от того, что муж остался у бара и точно видел, как они уходят втроём и для чего уходят.

Она знала их меньше десяти минут, и от этой мысли в груди стало горячо и свободно. Мысль, что она сейчас встанет перед ними на колени, как шлюха, была острой и приятной.

В мужском туалете никого не оказалось, пахло дешёвым освежителем и немного сыростью. Они зашли в самую дальнюю кабинку, закрыли дверь на защёлку. Лена опустилась на колени на прохладный кафель. Холод кафеля сразу прошёл через кожу коленей, и от этого контраста в теле стало ещё жарче. Платье задралось до пояса, и она чувствовала, как тонкая ткань натягивается и трётся о кожу бёдер и живота. Когда она села игрушка слегка растянула стенки заставляя низ живота сжиматься короткими волнами. Она подумала, что муж сейчас стоит у бара в поясе и знает, что она здесь, с двумя почти незнакомыми мужчинами, как обычная шлюха. Эта мысль ускорила ее движения.

Она расстегнула Диме брюки, вытащила член — уже твёрдый, тёплый, с пульсирующей венкой. облизнула головку медленным языком, чувствуя её гладкость и лёгкий солёный привкус. Потом опустилась ниже и провела языком по яйцам, ощущая их тепло, мягкость и лёгкую шершавость кожи. Дима тихо выдохнул, положил руку ей на голову. Только после этого она обхватила член губами и взяла в рот почти до основания, чувствуя, как губы растягиваются, а головка упирается в горло, слегка его расширяя. Вкус стал сильнее, слюна сразу набралась во рту. Ей нравилось это ощущение — быть такой доступной, такой шлюхой для незнакомых мужчин, пока муж ждёт ее. Она поймала себя на мысли, что именно так и должна себя вести шлюха — без разговоров, сразу на колени.

— Да, вот так, — сказал он низко.

Она сосала медленно и глубоко, проводя языком по головке круговыми движениями, собирая слюну, потом снова заглатывала полностью, чувствуя, как челюсть напрягается, а слюна стекает по подбородку. В животе разливалось тягучее тепло, плаг отзывался каждый раз, когда она наклонялась вперёд, и это делало ощущение плотнее и острее. Ей нравилось это — твёрдый член во рту, его тепло, пульсация на языке, и знание, что муж где-то там, за дверью, в поясе, и видит, как она ушла с незнакомцами.

Серёжа стоял рядом. Он уже расстегнул брюки и несколько раз провёл рукой по своему члену, слегка подрочив, пока Лена работала с его товарищем. Его член был чуть толще, с более крупной головкой. Когда она переключилась, он убрал руку. Лена сначала облизала головку, чувствуя её более плотную текстуру, потом опустилась ниже и медленно провела языком по яйцам, ощущая, как они слегка подтягиваются под языком. Только после этого взяла член в рот, чувствуя, как головка упирается в нёбо. Ощущение шлюхи было острым и приятным. Ей нравилось, что она сама выбрала быть такой.

Она чередовала — сосала Диме глубоко и медленно, иногда снова облизывая яйца и чувствуя их тепло на языке, потом Серёжу, иногда держала оба члена в руках и попеременно брала их в рот, ощущая разницу в толщине, температуре и вкусе. Слюна стекала по подбородку, яркая красная помада размазалась. Дима стонал тише, пальцы слегка сжимали её волосы. Серёжа дышал громче, когда она брала его до горла и задерживалась там, чувствуя, как горло слегка сжимается вокруг головки.

— Бля, как глубоко, — выдохнул Серёжа.

Лена посмотрела вверх, улыбнулась с членом во рту, двигая головой быстрее, чувствуя, как теплый метал заполняет её полностью и от каждого наклона ощущения становятся резче, а в бёдрах нарастает плотная, горячая тяжесть

Дима кончил первым: он слегка придержал её за волосы и излился ей в рот горячими толчками. Лена чувствовала, как сперма наполняет рот, тёплая и густая, с легким металлическим послевкусием. Она проглотила всё, потом облизала губы и головку, собирая остатки языком. Серёжа не выдержал долго: когда она снова взяла его глубоко и начала работать активнее языком по головке, он кончил ей на язык и губы. Часть спермы попала на подбородок, щёку и даже на платье — тёплая, вязкая. Она собрала её пальцем с подбородка и облизала, чувствуя тот же слоновато мучной вкус, потом встала, поправила платье, ощущая, как ткань липнет к горячим бёдрам. Плаг всё ещё отзывался короткими ударами в такт сердцу, в животе оставалась густая, тягучая тяжесть и лёгкая усталость в челюсти и губах. Ощущение шлюхи не отпускало, мысль об этом была острой и приятной.

— Спасибо, — сказала она, блестя улыбкой, глядя на мужчин. — Мне понравилось.

Они кивнули, тяжело дыша. Лена поправила волосы, провела пальцем по губам, стирая следы помады, и вышла из кабинки. В теле было удовлетворение и жар. Она знала, что сейчас вернётся к мужу и расскажет всё.

Лена вышла из туалета и пошла через зал к бару. На подбородке и щеке оставались тонкие следы спермы, яркая красная помада размазалась по губам, а на платье в районе груди было несколько мокрых пятен. Она не стала их вытирать полностью. Факт, что она идёт через клуб со следами чужой спермы на лице и платье, зная их всего десять минут, была острой и приятной. Она чувствовала себя шлюхой — открыто, свободно, и от этого в груди становилось горячо. Несколько мужчин посмотрели на неё, когда она проходила мимо танцпола. Один задержал взгляд на её лице и платье. Лена улыбнулась широко, белозубо, и пошла дальше, не торопясь, наслаждаясь моментом. Музыка была громкой, люди танцевали рядом, но она шла спокойно, зная, что муж видит её от бара. Ей было приятно, что он увидит её такой — с чужой спермой на лице и платье.

Она подошла к стойке, где стоял Артём. Он смотрел на неё внимательно. Лена встала рядом, поправила платье и улыбнулась ему. В теле было удовлетворение и остаточный жар. Платье липло к горячим бёдрам, плаг создавал плотное давление и ощущение полного заполнения, когда она садилась.

Артём сидел у бара и видел, как жена выходит из коридора, где размещались туалеты. На её лице и платье были заметны следы. Он сразу понял, что произошло. Пояс на нём отозвался привычной теснотой, член дёрнулся и упёрся в металл. Он смотрел, как она идёт через зал, улыбается кому-то на танцполе и не торопится. В груди сердце колотилось без остановки. Когда она подошла к нему широко улыбаясь. Размазанная помада и мокрые пятна на платье удалили в пах. Ему было одновременно тяжело и ярко от этого зрелища.

— Как дела? — спросила она с улыбкой, проводя пальцем по уголку губ.

— Хорошо, — ответил он сиплым голосом.

Лена наклонилась ближе к мужу, положила руку ему на шею и медленно коснулась его губ своими. Он сразу почувствовал на её губах знакомый вкус. Она слегка приоткрыла рот, и он ответил. Их языки встретились, и он почувствовал тот же вкус сильнее. Она не торопилась, держала поцелуй дольше и провела языком по его языку. Артём ответил жадно, чувствуя, как пояс становится теснее. Он положил руку ей на талию, притянул ближе. Их языки двигались быстрее, дыхание сбивалось. Его трясло от того, что он целует её с чужой спермой на губах и видит следы на лице и платье. Пояс сдавливал сильнее, член упирался в металл до боли. Это чужая сперма, и всё равно хотеть целовать её глубже. Руки дрожали, когда он держал её за талию, дыхание стало чаще. Она отстранилась медленно, тяжело дыша, и улыбнулась широко, белозубо.

— Они оба кончили мне в рот, — сказала она тихо, глядя на него. — Я проглотила.

Артём смотрел на неё, чувствуя, как металл пояса плотнее обхватывает член. Ему нравилось, как спокойно и прямо она говорит. В пальцах опять появилась дрожь, дыхание прерывистое.

— Оба? — спросил он.

— Да. Сначала Дима, это который высокий. Потом Серёжа. Хотя я не помню точно кто из них, кто. – засмеялась Лена, - Я не стала полностью вытирать. Хотела похвастаться перед тобой.

Она улыбнулась широко. Он кивнул, не отводя взгляда. Артему было приятно слышать эти слова и видеть следы на её платье.

— Тебе понравилось? — спросил он после паузы.

— Да, — сказала она. —Но мне мало. Поехали домой?

Он смотрел на неё не моргая, как загипнотизированный.

— Поехали, - тихо кивнул Артем.

Они вышли из клуба около часа ночи. На улице было прохладно, и Лена сразу почувствовала, как короткое платье почти не защищает от ветра. На лице и платье всё ещё оставались тонкие следы спермы на размазанной помаде. Она не стала их вытирать полностью. В теле было горячо и свободно. Ей было приятно, что она выходит из клуба именно такой — со следами на лице и платье, зная их всего десять минут.

Артём стоял рядом и смотрел, как она достаёт телефон. Когда он увидел, как она стоит на каблуках в коротком платье со следами на лице, в руках появилась лёгкая дрожь, дыхание стало глубже. Ему было ярко и плотно от этого зрелища. Он видел, как спокойно она стоит и не торопится вытирать следы. В этот момент она выглядела как настоящая блядь — с размазанной помадой, следами спермы на лице и платье, в коротком платье и на каблуках. Это усилило его возбуждение. В руках дрожь стала заметнее, он чаще сглатывал.

— Такси вызвать? — спросил он. Голос получился тише обычного.

— Да, — ответила она спокойно. — Я уже открыла приложение.

Она стояла, глядя в телефон, и слегка переминалась с ноги на ногу. Артём смотрел на неё и молчал. Ему было ярко от того, как спокойно она стоит со следами чужой спермы на лице и платье. В пальцах оставалась дрожь. Ему нравилось, что она не стесняется. То, как она выглядит сейчас — как настоящая блядь после двоих незнакомых мужчин, — делало возбуждение глубже и сильнее.

— Через пять минут будет, — сказала она, убирая телефон.

Машина подъехала через несколько минут. Лена открыла дверь и села первой. Артём сел рядом. Водитель, совсем молодой парень, посмотрел в зеркало на пассажиров.

— Поехали, — сказала Лена спокойно.

Машина тронулась. Артём смотрел в окно. Лена положила руку ему на пах и улыбнулась и слегка развела колени.

— -----

Друзья !!!

По техническим причинам я НЕ могу разместить тут ВИДЕО-ВСТАВКИ к рассказу, но 

продолжение этой истории и остальные мои рассказы,

вы можете прочитать на моем Телеграмм канале,

так же там вы сможете найти АУДИО-ВЕРСИИ

https://t.me/Anna_Kesova_stories

Буду очень благодарна вам за поддержу :)