«Обкатка» стала своего рода отправной точкой в карьере Артема. Через два дня после произошедшего, Василий Карлович еще один раз привлек его к работе в 61 палате. На этот раз Артем был один. Пациентка сильно изменилась: осунулась, замкнулась, и сильно сдала морально.

Только Артем зашел в палату, она моментально узнала его и забилась в угол. Артем задумался, глядя на ее реакцию и неожиданно для себя, выбрал очень удачную линию поведения: не сводя взгляда с пациентки, долго молчал, потом сел на кровать и пальцем поманил к себе. Женщина, после недолгой паузы, вздрагивая, на четвереньках подползла ближе.

Артем сказал только одну фразу:

– Ты не выйдешь отсюда. И никто тебе не поможет. Будешь сговорчивей – жить будет легче и ты не сойдешь с ума. Выбирай.

Сказал, почему то не сомневаясь результате. А результат был положителен: сначала робкий минет, а потом качественный и жаркий секс. В конце Артем был нежен и предупредителен. Хоть его и не покидало чувство, что он делает работу, наслаждение он получил достаточное.

На выходе из палаты, его встретил психолог.

– Молодец, мальчик! – Василий Карлович ободряюще похлопал его по плечу. – Ты меня не разочаровываешь!

И жизнь Артема завертелась ярким калейдоскопом: со следующего месяца значительно выросла зарплата. Увеличили количество «бонусов». Спустя немного времени психолог стал его привлекать и другой работе: Артем присутствовал при беседах с пациентами, наблюдал за «обкатками».

Первый раз Артему было весьма неуютно, стоя рядом с Василием Карловичем плечом к плечу, наблюдать через тонированное окошко за тем, как два санитара со смены слаженно насиловали новую пациентку, при этом слушая комментарии врача и отвечая на его вопросы. Постепенно неловкость прошла и Артем стал замечать все больше в поведении как санитаров так и пациентов. Василий Карлович был им очень доволен и предложил ему пройти курсы повышения квалификации по специализации психолога на что он, недолго думая, ответил согласием. Эта работа его стала привлекать.

Шесть месяцев учебы, щедро разбавленные практикой, пролетели незаметно. Артем ощутимо изменился, заматерел, стал более внимательным и уверенным в себе. И вот, долгожданный диплом о профессиональной подготовке. Прошла уверенная защита и Артем, с полученными документами, второй раз за все время работы, сидит в приемной главврача.

Василий Васильевич в этот раз занят был долго. Секретарша – Любочка, откровенно скучала, поглядывая в монитор, попутно кидая осторожные взгляды на посетителя. Артем с легкостью замечал невербальные признаки сильного любопытства к своей персоне, со смесью высокомерия. А еще, пару раз ловя Любочкин взгляд, он отчетливо видел, что секретарша внутренне напряжена и вроде как немного опасается его? От скуки, он проанализировал сидящую перед ним молодую девушку через призму профессии и пришел к банальным выводам: немного недалекая, с высокой самооценкой, ревнивая и частично зацикленная на своей внешности самочка. Очевидно без серьезных отношений, исполнительная, вплоть до полного удовлетворения прихотей начальства. Все банально и неинтересно. Не вполне ясна причина, по которой Любочка опасается его прямого внимания, но это с одного взгляда не узнать. Артем потерял к ней интерес и в следующую секунду открылась дверь кабинета. От главврача вышел комитетчик.

– Здравствуйте, Михаил Алексеевич. – Артем привстал и пожал предложенную ему руку.

– Здравствуй Артем. Проходи, тебя ждут. – Михаил Алексеевич, не задерживаясь, вышел из приемной.

– Разрешите? – Артем задержался на пороге кабинета и, дождавшись кивка, вошел.

– Садись.

Артем молча сел на предложенный стул и выжидательно посмотрел на начальника.

– Ну чтож... давай посмотрим. Давай документы. Угу... так... Ну в общем-то, ожидаемо, – Василий Васильевич отложил его диплом в стопку, где уже лежало его личное дело и стопка каких-то бумаг и уставился на Артема. – Как по работе? Нормально?

– Более чем.

– Всем доволен? Вопросы? Конфликты?

– Нет, все хорошо. Вопросов нет.

– Просьбы?

– Нет, все устраивает.

– Угу... – главврач задумчиво пожевал душку очков, не сводя с него взгляда. – Нареканий к тебе нет. Психолог доволен. Ну ты это и сам понимаешь.

Артем промолчал, поскольку подтверждения не требовалось.

– В общем, ты нам подходишь. Думаю перевести тебя в отдел к Василию Карловичу. Что думаешь?

– Буду рад.

– Угу... – Василий Васильевич кивнул. – Сначала мы планировали тебя старшим смены поставить. Но Василий Карлович считает, что это не твой уровень. И я склонен с ним согласиться.

Артем сдержанно кивнул.

– Хорошо! Это приемлемый вариант. Нового психолога готовить надо, – Василий Васильевич властно опустил ладонь на стол. – Больше не задерживаю. Иди в кадры.

– Всего доброго, – вежливо попрощался Артем и вышел из кабинета.

В кадрах уже все было готово: приказ, допуски и назначение. Не успел он все подписать, как Любочка забежала в кабинет кадровика с его документами, справками и личным делом, принесенными из кабинета главврача. Артем заметил, что теперь она смотрела на него с плохо скрываемой опаской. Любопытство и высокомерие пропали. В документы, видимо, заглянуть успела.

***

– Василий Карлович, скажите, а почему Вас все так бояться? – Артем отвлекся от изучения дел пациентов и посмотрел на своего нового непосредственного начальник.

– Ты хотел спросить, почему НАС так все бояться? – усмехнулся Василий Карлович.

– У меня недостаточный вес в коллективе, я думаю.

– Полноте, молодой человек. Не лукавьте.

– Нет, я, конечно, замечаю небольшую опаску, но Вас...

– Совсем скоро ты почувствуешь к себе тоже самое в полной мере. Пока еще люди присматриваются. Принимают твое назначение. Вопрос нескольких дней.

– И все-таки?

– Охотно объясню. Ты бы и сам понял после того, как ознакомился бы с полным списком наших обязанностей. Но раз ты спросил... давай рассудим. В чем заключается наша работа?

– Психологическая экспертиза, работа с пациентами, коррекция, работа с закрытыми блоками, психологическая помощь. И... думаю, отчасти работа с персоналом?

– Молодец. Твоя внимательность делает тебе честь! В целом, мне и добавить нечего, только дать развернутые характеристики. По работе с контингентом и так все понятно, тут подводных камней нет... А вот закрытые блоки и персонал - это требует пояснения.

Артем кивнул, показывая, что внимательно слушает.

– Атмосфера в закрытом блоке практически полностью находится под нашим контролем. Конечно, учитываются пожелания и интересы руководства и службы безопасности, но! – Василий Карлович поднял палец. – Мнение психолога в блоке Д – это закон.

– Логично, – согласился Артем, уже знавший специфику работы блока со всех сторон. – Но при чем тут страх? Зачем бояться?

– А страх... Я должен немного пояснить: ты правильно заметил, что психолог работает с персоналом. Ты и сам это ощущал, когда работал в блоке. Но задумывался ли ты, что кроме наблюдения есть и еще что-то?

Артем задумался. Василий Карлович не торопил его, лукаво поглядывая на молодого специалиста.

– Расстановка, допуск, работа персонала с пациентами, количество бонусов. Это понятно, но не особо страшно, – задумчиво рассуждал Артем. – Есть что-то еще.

– Так... – подбодрил его рассуждения наставник.

– Может, есть что-то, от чего зависит благополучие?

– Например?

– Ммм... например, что-то типа психологических портретов или характеристик...

– Отлично, коллега! – Василий Карлович довольно вскочил с кресла и принялся расхаживать по кабинету. – Блестящий анализ! И какой вывод?

– Очевидно, люди боятся получить плохую характеристику.

– Вот и вся причина, Артем!

– Это объясняет поведение работников блоков. Если от характеристики зависит их благополучие, например, – задумчиво продолжал рассуждать Артем. – Или наличие и количество посещений блока Д. Это для допущенных работников... Но почему подобные реакции я замечал у сотрудников в непрофильных отделах? Бухгалтерия, кадры... даже секретарша...

– О... секретарша... Я думаю, реакцию этой лисички ты заметил первой? – весело засмеялся Василий Карлович.

– Кстати, да, – кивнул Артем. – Еще в приемной, перед назначением.

– Да, Любочка имеет развитое чувство самосохранения и держит нос по ветру!

– И как ее касаются психологи?

– Все просто Артем. И Любочка, и бухгалтерия с кадровиками находятся под постоянным наблюдением. Это единственное, чего ты знать не мог. А остальные выводы в принципе верны.

– Теперь понятно, – кивнул Артем.

– Вот так обстоят дела. Получается, что психологи, наряду со службой безопасности, имеют огромное влияние, – Василий Карлович остановился напротив Артема и внимательно на него посмотрел. – И огромную ответственность!

– Я понимаю, – серьезно ответил Артем.

– Ну и хорошо, – психолог прошел к своему столу. – По ходу я все расскажу. А пока, раз уж мы затронули вопросы наших обязанностей, хочу добавить еще одно. Кроме того, что мы уже обсудили, психологи являются ответственными за специфичные задания. Особенные «обкатки», крайне важные поручения руководства, контакты с ВИП-посетителями. И тесная работа с безопасником. Остальное - рабочие нюансы. По ходу работы разберешься.

***

Вот так круто и интересно изменилась карьера Артема. Старая жизнь, медицинский институт и первая работа в пустом фельдшерском пункте остались далеко в прошлом. Психология, как профессия, всерьез захватила Артема и он посвящал ей много времени.

Клинические экспертизы, депрессивные состояния, фобии, преступники и маньяки. И, конечно же, блок Д. Работа была интересной, насыщенной и разной. Не давала застаиваться и скучать.

Наставник, перестал его хвалить вслух, но все чаще стал доверять сложные дела и на полном серьезе стал называть коллегой. Да и Артем перестал искать одобрения у Василия Карловича. Постепенно приобретаемый, богатый и чаще всего положительный опыт показывал, что он правильно выбрал профессию.

***

– Артем, подождите, коллега.

Артем остановился в коридоре и подождал спешащего к нему Василия Карловича.

– Как настрой? Как здоровье?

– Все хорошо, Василий Карлович. Как Вы?

– Ха... Не дождетесь, не дождетесь! – как обычно отшутился психолог. – Пойдемте голубчик, в кабинет.

Они неспешно зашагали по коридору, поднялись по лестнице и зашли в рабочий кабинет. По дороге, Василий Карлович успел бегло поинтересоваться текущими делами и остался удовлетворен – молодой коллега все успевал.

– Так, Артем, – Василий Карлович плотно закрыл дверь, – для тебя важное поручение.

– Слушаю. – Артем сел в кресло.

– Завтра утром на работу не выходи. Придешь к восьми вечера. В блоке Д встретишь посетителя. Зовут Иван Петрович. Охрана предупреждена. Проведешь его в палату 33.

– Мария Захарова? – вспомнил имя пациентки Артем.

– Она самая, – Василий Карлович сел в кресло и пожевал губами. – Мария, это последняя жена посетителя. Он же ее сюда и определил.

– Я помню. 23 года. У нас четвертый месяц. Здорова. В красной категории. «Обкатку» не проводили. Посетителей нет. В «бонусы» не выведена.

– Все верно.

– В чем моя задача?

– В том-то и дело. Никаких конкретных желаний ее бывший супруг не высказал. Но насколько я его помню, человек он... как бы это сформулировать, своеобразный. Есть у меня предчувствие, что все будет не просто. Если бы он просто пришел пообщаться, я бы тебя не привлекал. Но думаю, все не так просто. Поэтому нужен ты.

– Понятно. Что еще нужно знать?

– Иван Петрович – нужный нам человек. Влиятельный. Поэтому внимательнее к его просьбам. Получается, на все время посещения ты поступаешь в его распоряжение. А там смотри сам, главное осторожнее. Запись будем вести... все-таки «красная».

– У меня вопрос: почему ее определили в «красную» категорию? Без «обкатки»...

– На этом настоял ее муж. Он, кстати, был один раз у нас. Раньше, до последнего брака. Был здесь с... ну, это не важно. В компании с важными людьми. Поэтому о специфике категорий знал. Определил ее сюда за некий проступок. Спрятал от общества. Щедро оплачивает содержание с оговоренными условиями. И категорию сам присвоил. Я с ней, конечно, общался... но не могу с уверенностью сказать, что девушка была бы в этой категории, случись бы с ней процедура обкатки. Поэтому не смотри на ярлыки, полагайся на свой опыт.

– Все понятно. – кивнул Артем. – Что-то еще?

– Нет, Артем. Это все.