Медаль

В субботу отпраздновали восемнадцатилетие племянницы на дачном участке у её родителей в Дортмунде, а в понедельник утром возвращаемся в Кёльн, где она учится.

А я сам с супругой живу в Кёльне.

И вот на моей машине летим по автобану.

Солнечно, но не жарко. В машине играет музыка, Аринка вся такая радостная:

— Я теперь взрослая.

— Да какая ты взрослая? Ты на себя посмотри.

В общем, разговоры ни о чём.

Вдруг напряглась:

— Дядечка Коля, я хочу в туалет, просто умираю.

— Надеюсь, не по-большому? — пошутил я.

— Вам смешно, а я сейчас всю вашу машину залью.

— Э, племяшка, ты это брось. Где я тебе сейчас туалет найду? Стеной забор огорожен, даже кустиков нет, а до ближайшей парковки двенадцать километров.

Она начала плакать.

— Дядечка, ну придумайте что-нибудь. Может, в канистру?

— Да ты что, она полная, да и вряд ли у тебя туда получится, даже если бы она была пустая. Канистры — только для мужчин.

— У меня сейчас мочевой пузырь лопнет, а вы меня ещё смешите.

Ну что делать? Не мог я любимую племянницу в беде бросить. Я её ещё сам, малышкой, в ванной мыл, когда родители оба в больницу попали и она у нас жила.

С тех пор у нас любовь такая. Ну, как любовь? Родственная. Она мне детские секреты рассказывала, я ей подарки дарил и дарю. Вот на восемнадцатилетие золотую цепочку подарил.

— Ну что, — говорю, — приступаю к спасению твоего мочевого пузыря.

Съехал на полосу замедления, включил мигающие огни, выставил треугольник вынужденной остановки и вернулся в машину.

Откинул своё сиденье так, чтобы можно было лечь, и говорю:

— Снимай трусики и садись мне на лицо.

— Дядечка, да вы что? Я вас стесняюсь.

— Я тебя во всех видах видел и попу твою вытирал. Давай, или за машиной делай.

— Так машины едут, и всё видно.

— Вот и не перечь мне. Не дам машину залить.

— Закройте глаза.

Закрыл и слышу шелест одежды.

Я ей говорю:

— Только не быстро это делай, по порциям. Дядю любимого не затопи.

В общем, спас я племянницу и свою машину. Девчонка ещё на моём лице сидит.

И тут полицейский контроль. Хотели они узнать, что у нас, то есть у меня, случилось, может, помощь нужна.

У нас в Германии полиция такая.

Короче, не вовремя они помощь предлагать подъехали.

Ну и приказали за ними ехать.

Привезли в участок. Две полицейские такие, стервозные.

И стали протокол составлять о нарушении общественного порядка.

— Какой общественный? Я в своей машине был.

— Под самой камерой встали.

— Человеку плохо было, я помог. Мне медаль положена за спасение мочевого пузыря.

Разжалобил я их, в общем, и Аринка слезу пустила.

Порвали они протокол, и мы поехали дальше.