Душно. Воздух в кабине лифта стал густым и тяжёлым, как перед грозой. Пятый этаж, шестой... и резкий рывок, скрежет, темнота. Я вцепилась в поручень, сердце ухнуло в пятки. Рядом выдохнул сосед, Игорь — мы только кивали друг другу в коридоре, а теперь он стоял в полуметре, и в темноте пахло его одеколоном и ещё чем-то терпким.

— Твою мать... — он нажал кнопку вызова, но динамик молчал. — Застряли.

Я усмехнулась, хотя внутри всё дрожало. Жара стояла невыносимая — на мне был лёгкий сарафан, но ткань прилипла к спине. Игорь снял рубашку, остался в майке, и я поймала себя на том, что пялюсь на его руки. Он поймал мой взгляд, и в темноте блеснули зубы.

— Жарко, — сказал он, и это прозвучало как-то двусмысленно.

Я провела пальцем по воротнику блузки. Расстегнула верхнюю пуговицу. Потом вторую. Он смотрел, не отрываясь, на то, как открывается ключица, как появляется край кружевного бюстгальтера.

— Помочь? — голос его сел.

— Попробуй, — выдохнула я.

Его пальцы — горячие, чуть шершавые — справились с пуговицами быстрее, чем я ждала. Блузка упала на пол кабины. Он притянул меня к себе, впился в губы — жадно, как будто мы тонули и это был воздух. Мои руки уже тянули вниз его спортивные штаны, и когда член выскользнул наружу — тугой, горячий, с влажной головкой — я не выдержала.

Опустилась на колени прямо на грязный пол лифта. Провела языком по стволу снизу вверх, обвела головку, а потом взяла глубоко, до самого горла. Игорь застонал, запрокинув голову, и вцепился в мои волосы.

— Ох... да... — он толкнулся бёдрами навстречу. — Как же хорошо...

Я сосала жадно, с хлюпающими звуками, рукой сжимая основание. Он пах потом и возбуждением, и этот запах пьянил. Его срывало:

— Соси... сука, да, вот так...

Я подняла голову, облизнулась.

— Хочешь меня?

— Хочу, — он почти рычал. — Развернись.

Я упёрлась ладонями в холодную стену лифта, прогнулась в пояснице. Он стянул с меня трусики — тонкие, уже мокрые — и я услышала, как он выдохнул сквозь зубы.

— Какая ты... — его пальцы скользнули между ягодиц, раздвинули влажные складки. — Мокрая, как сука.

Я закусила губу. Он вошёл сразу, одним сильным толчком, и я вскрикнула — так глубоко, что искры из глаз. Кабина лифта качнулась, загудела. Игорь трахал меня жёстко, хлестко, вколачиваясь сзади, и я слышала, как шлёпается его живот о мои ягодицы.

— Еби меня... — выдохнула я, почти плача. — Сильнее. Хочу твой хуй в себе. Еби свою суку. Разъеби мою мокрую пизду.

Он схватил меня за бёдра, дёрнул на себя глубже, и я застонала в голос. В темноте было слышно, как влажно чавкает между нами, как он тяжело дышит.

— Нравится? — прохрипел он. — Да? Ты такая тесная...

— Не останавливайся... блядь...еби меня...еби как шлюху...о сука....бляяяядь...— я сама не узнавала свой голос.

Он наклонился, прижался грудью к моей спине, и его рука скользнула мне между ног. Пальцы нащупали клитор, начали давить, крутить, и я почувствовала, как внутри всё сжимается, как подкатывает волна.

— Я сейчас..кончу...ооо... — простонала я.

— Кончи, — он вдалбливался в меня, не сбавляя темпа. — Кончи на мой член, шлюха...

Оргазм ударил резко, как током. Я закричала, вцепившись в стену, и волны шли одна за другой, пока он продолжал двигаться во мне, теперь медленнее, чувствуя, как меня выкручивает. Потом он вышел, и я услышала его тяжёлое дыхание.

— Повернись.

Я развернулась, дрожащая, потная. Он встал передо мной, взял член в кулак, провёл пару раз, и горячая струя ударила мне в лицо — на щёки, на губы, на подбородок. Я приоткрыла рот, ловя последние капли.

Он усмехнулся, провёл пальцем по моей щеке и размазал белую густую сперму по коже, до самого виска.

Я облизнула губы. Где-то наверху загудел механизм, лифт дёрнулся и медленно поехал вверх. Мы смотрели друг на друга, и я не могла сдержать улыбку.