Adam's Journey от stormdog

— Продолжай.

— Думаю, ты знаешь, я немного пососала его, просто наслаждаясь ощущениями. Это было так... ну, не знаю, чувственно, наверное, головка его члена на моем языке, и то, какой он был твердый, поэтому я водила языком по нему вот так...

Она внезапно и глубоко взяла мой член в рот, и я чувствовал, как ее язык двигается чуть позади головки моего члена, щекоча меня. Я застонал, и она смилостивилась, смеясь.

— Ого, ты действительно заводишься от этого! Кто бы мог подумать, что ты такой извращенец! Так ты хочешь услышать остальное?

Глупый вопрос, и я так и сказал:

— Ты не можешь останавливаться, давай, рассказывай.

— Ну, больше особо нечего рассказывать. Он почти всегда кончал довольно быстро, а на этот раз это произошло практически мгновенно. Он извергся мне в рот, и сначала я подумала, что меня сейчас вырвет, я не знала, что делать, а он продолжал кончать, толчок за толчком.

В ее глазах появилось мечтательное выражение, она погрузилась в воспоминания, снова переживая те чувства, когда впервые парень кончил ей в рот.

Я, конечно, понимал, насколько он, должно быть, был возбужден, и почему он так сильно кончил. Рассказывая эту историю она продолжала медленно поглаживать мой твердый и теперь уже влажный член.

— Я просто держала его во рту, принимая всю его сперму, и начала по-настоящему чувствовать её, тёплую и густую, и, наконец, испытала оргазм. Боже, я была такая мокрая и возбуждённая!

— Значит, ты реально получила удовольствие от своего первого минета, да?

— Ты даже не представляешь какое! Я до сих пор получаю, как ты прекрасно знаешь.

Затем она снова начала сосать меня, на этот раз всерьез, поглаживая мой член одной рукой и сжимая яйца другой. Не знаю, сколько времени это заняло, точно не больше минуты, когда я тоже извергнул внушительную порцию спермы ей в рот.

Она продолжала ласкать меня, пока у меня совсем не иссякла сперма, затем отстранилась, улыбнулась мне, и, закрыв глаза, сглотнула.

— М-м-м, я всё ещё люблю хорошую большую порцию свежей спермы.

— О боже, как же это было приятно! Ты в тот первый раз тоже проглотила?

— Ага, я это сделала. Это было немного рискованно, но я не знала, как сделать правильно, поэтому и сделала так. И с тех пор я всегда так поступаю, если только я не капризничаю, или мы не играем в игры, или еще по каким-нибудь иным причинам.

Я знал, что она имела ввиду. Иногда она давала сперме стечь из своего рта на грудь или нечто подобное, просто чтобы разыграть представление, или могла заставить меня кончать на ее лицо, а потом устраивать целое шоу, целуя меня и размазывая ее по моему лицу. Безобидная такая вязкая забава.

— Я все еще не могу поверить, что ты так завелся из-за меня и другого парня. Это довольно странно.

Я соврал:

— Нет, я просто думал о тебе, о той маленькой девочке-подростке, такой сексуальной штучке. У того парня не было ни единого шанса.

Она повернулась, вынула ключи из замка зажигания и встала, закрыв за собой дверцу.

— Не забудь, в следующий погожий день ты возьмешь меня покататься, только за рулём буду я.

— Без проблем.

Что я мог сказать, она только что подарила мне потрясающий оргазм, и я был полностью умиротворенным. Я начал натягивать брюки, но, видимо, мы еще не закончили.

Она схватила мой наполовину твердый член и, держа меня за эту удобную ручку, затащила в дом, в нашу спальню.

— Моя очередь, детка. Я возбуждена, и ты мне должен за то, что я тебе об этом рассказала. Ложись.

Сказав это, она толкнула меня назад, и я упал на кровать, штаны сползли до колен. Она сняла свои обтягивающие джинсы быстрее, чем я мог себе представить, и села на меня сверху, переступая коленями, пока не оказалась прямо над моим лицом. Я видел её возбуждение, её вагину, влажную и раскрытую, когда она опускалась ею навстречу моим ожидающим губам и языку.

Она подтрунивала на до мной из-за того, что ее рассказ меня возбудил, но сама была не менее страстной, мокрой и такой горячей. Медленно я начал лизать ее промежность в зад-вперед, наслаждаясь вкусом и запахом ее похоти, проникая языком как можно глубже и глотая ее сладкие соки.

Она кончила внезапно, сильно и быстро, прижимаясь лицом к моему телу. Я думал, что задохнусь, но это был бы прекрасный способ умереть! Мне нравятся звуки, которые она издает, и ощущения ее тела, ее реакции во время оргазма.

Думаю, мне просто очень нравится, что я способен доставлять ей такое удовольствие, а ее признательность за это настолько ярко выражена, что, возможно, я наслаждаюсь ее оргазмами больше, чем своими собственными. Я думаю, что многие парни чувствуют нечто подобное.

После первого прокатившегося оргазма она нашла свой темп и продолжила двигаться на моем лице, пока я доводил ее до еще одного, затем до другого и целой серии чуть меньших оргазмов в течение, наверное, пятнадцати или двадцати минут, а то и больше, а обнаружив, что у меня снова каменная эрекция, сдвинулась и приняла мой член в свою мокрую киску.

Удовлетворив насущную потребность мы занялись медленной и нежной любовью, ощущая наши тела, движущиеся друг об друга и внутри друг в друге, и каким-то образом закончили тем, что я оказался сверху, глядя на ее прекрасное лицо, а она, с закрытыми глазами, старалась заставить меня кончить, желая почувствовать каждый всплеск спермы, которую я изливал в ее тело.

За несколько следующих месяцев она рассказала еще несколько подобных историй и дразнила меня, зная, каким возбужденным я всегда становился. Мы уже не были детьми, у нас обоих было немало других любовников. Ради всего святого, у каждого из нас раньше были браки, так что никаких иллюзий насчет первых и единственных не было, но странно, что она никогда не просила меня рассказать о моем собственном опыте в этом отношении.

До этого я действительно не задумывался об этом до тех пор, пока не наступила та бесконечная ночь, когда она ушла, и мне не оставалось ничего, кроме как думать и вспоминать. Меня все еще переполняли гнев и чувство предательства, и некоторые сожаления, но больше всего – огромная пустота, глубокое чувство утраты.

К тому времени, как на восточном небе начало светать, я уже отбросил большинство своих опасений. Несомненно она не могла ошибочно истолковать мои интерес и возбуждение из-за её рассказов о сексуальных контактах в прошлом, за знак того, что сейчас, когда мы вместе, я не буду против, чтобы она трахалась с другими мужиками. Это было явно нелепо.

Измученный я немного задремал на рассвете, но около четверти седьмого меня разбудил звонок телефона. Я схватил трубку, не глядя на определитель номера, уверенный, что это Кристи. Не знаю почему. Оказалось, это Кори, которая хотела узнать, не хочу ли я позавтракать с ними. У нее в духовке поспевают клюквенные маффины, и она знает, что это мои любимые.

Мне не очень хотелось ни еды, ни компании, но я согласился и пошел в свою комнату за одеждой. Натянул футболку и хлопковые трикотажные спортивные шорты, завязал шнурки, умылся холодной водой и расчесал волосы.

Я брел по нашим дворам, а за мной по пятам следовал Ральф, и когда я открыл заднюю дверь, он сразу юркнул вперед. У них он чувствует себя, как дома, раньше они брали его к себе, пока я выезжал на рабочие площадки, до того, как появилась Кристи. Он тяжело вздохнул и плюхнулся перед камином.

Рон посмотрел на него.

— Я не знаю, кто сегодня утром больше несчастен, ты или этот комок шерсти.

— Да, он, несомненно, скучает по Кристи. Сегодня утром он обыскал весь дом в поисках её. Какой-то верный пёс, чёрт возьми, теперь он её собака больше, чем моя, но она всегда его баловала.

Кори вошла в кухню, обняла меня и быстро поцеловала:

— Доброе утро, Адам, хочешь кофе?

— Конечно, и апельсиновый сок, если у тебя есть.

Они всегда так делали. Это стало для нас своего рода ритуалом: всякий раз, когда кто-то из хозяев помимо обычных хлопьев или тостов готовили что-то еще на завтрак, то приглашали нас присоединиться к хозяевам, и мы с Кристи провели не одно приятное утро с Роном и Кори.

Это могли быть блины, вафли, бекон с яйцами, маффины, что угодно – мы обычно готовили это хотя бы раз в большинство выходных, но сегодня нам не хватало одного человека, и это заметили все, но сделали вид, что все в порядке. Когда я бывал дома, то в будни был совершенно свободен, но у остальных троих были работа, так что сегодняшний день был необычным и в этом отношении.

Сегодня, конечно же, был четверг, и на Роне были надеты выглаженные брюки цвета хаки и розовую (чего только не придумает!) рубашку-поло, так что я знал, что он либо едет в офис, либо на встречу по поводу приобретения или продаж. У него дома есть отличный кабинет, и на самом деле ему не нужен отдельный офис, но он держит его над зданием местного банка, для солидности, как он сам говорит.

На Кори был очень короткий шелковый халат, и, наблюдая за колыханиями ее грудей под ним, стало совершенно очевидно, что этот легкий халат – все, что на ней было надето. У Кори отличное тело и очень красивые груди, больше, чем у Кристи, но мягче, и я рассеянно наблюдал, как они покачиваются и подпрыгивают, когда она подошла, чтобы налить мне сока. Я повернулся, чтобы что-то сказать Рону, и обнаружил, что он смотрит, как я наблюдаю за его женой.

Я улыбнулся ему:

— Ой, поймал! Извини.

Он рассмеялся:

— Без проблем, чувак, ты ничего не можешь с этим поделать. Мы так устроены. Эй, милая, перестань трясти сиськами по всей кухне, ты сводишь с ума этого бедного раненого мальчика!

Она повернулась к нам и быстро покачала бедрами, отчего ее груди заметно подпрыгнули, и мы все рассмеялись. Смеяться было приятно, и я был рад, что пришел. У Кори всегда была развита интуиция, она просто знает, что нужно людям, даже когда они сами этого не понимают.

Она поставила мой сок на барную стойку передо мной и уже собиралась взять кофе, когда прозвучал таймер духовки.

Я направился было за своим кофе, но Рон схватил меня за руку и прошептал: — Подожди, посмотри на это.

Кори взяла прихватку, выключила духовку и открыла дверцу, чтобы достать кексы. Когда она наклонилась, чтобы взять их, полы ее халата раздвинулись, и мы увидели сбоку загорелую подтянутую обнаженную женщину от нижней части грудной клетки до ступней.

Мой взгляд скользнул по мягкому изгибу задней поверхности ее бедра, туда, где оно переходило в плавно округлую попку, и я представил, каково это - просунуть руку ей под ногу и позволить пальцам нащупать ее теплый, влажный пушок. Я почувствовал, как мой член оживает. Я никогда не мог контролировать эту чертову штуку.

Когда она подошла к столу с горячей формой для маффинов, я прошел мимо нее к кофейнику, стараясь занять такое положение, чтобы скрыть свою растущую проблему. Я пожалел о своем выборе тонких трикотажных шорт и немного задержался у кофейника, надеясь, что моя физическая проблема немного утихнет.

Признаюсь, я, немножко вуайерист и, как и большинство мужчин, очень восприимчив к визуальным эффектам. Рон прав, мы так устроены, и я нахожу вид женского тела неотразимым. Реакция моего тела была совершенно непроизвольной.

Вряд ли Кори не знала о том, что за штуку я таскаю с собой, я был уверен, что Рон ей рассказал, потому, что у них с Кристи было мало секретов друг от друга. Она также видела меня голым на озере Мид в прошлом году, хотя тогда мы все купались голышом в темноте, и у меня не было эрекции. К тому же, вода в озере была довольно холодная.

Проблема заключалась в том, что всякий раз, когда она замечала, что у меня заметно что-то выпирает, она начинала делать замечания, которые обычно немного смущали меня и казались обидными для Рона, хотя он никогда не подавал виду. Сегодняшний день не стал исключением.

Она отвернулась от стойки как раз в тот момент, когда я направился к ней обратно, с чашкой кофе в руке. Ее взгляд тут же упал на мою промежность, где мой почти эрегированный член вырисовывался сквозь тонкую ткань. Она смотрела несколько долгих секунд.

— Черт возьми, Адам! Кто тот шутник, который сказал, что все люди созданы равными?

Я смутился из-за ее подначки и покраснел, я почувствовал жар на лице, от чего мой член стал тверже. Так всегда бывало, когда я слышал насмешки в мою сторону из-за неспособности контролировать себя и, когда желал прекратить это, происходило с точностью до наоборот.

— Ну же, Кори, ты же знаешь, что я ничего не могу с собой поделать. Будто ты никогда раньше не видела пенис. Пожалуйста, можно нам просто поесть?

Тут уже, конечно, пришлось вмешаться Рону:

— Ладно, вы двое, если только вы не собираетесь трахаться прямо здесь на кухонном полу, давайте покончим с этим и съедим кексы, пока они горячие. Либо я кексы съем сам.

Как всегда, я понятия не имел, как на самом деле Рон относился к тому, что его жена сексуально провоцировала меня, чем она сейчас и занималась. Я считал, это должно его беспокоить, но он никогда не осуждал ее за это, и его ответы всегда были такими же уклончивыми, как этот, словно он подыгрывал ей. Я так и не придумал, как спросить его об этом, и стоит ли вообще, но иногда мне хотелось, чтобы он ее угомонил.

Его комментарий разрядил обстановку, но, проходя мимо меня, чтобы поставить пустую жестяную банку в раковину, Кори прошептала:

— Знаешь, тебе когда-нибудь придётся мне это показать.

Я не мог показать ей ничего, кроме того, что она только что увидела; думаю, эти шорты мало что скрывали. Мне следовало надеть под них боксеры, но я планировал после завтрака забежать домой и принять душ, поэтому не стал утруждать себя. Что ж, век живи – век учись.

Оставшаяся часть завтрака прошла без происшествий, мы немного поговорили о Кристи, и Кори попыталась уговорить меня позвонить ей. Я совершенно не воспринял эту идею, мне все еще было слишком больно. Рон держался в стороне от этой темы. Мне намекнули, что Кори вскоре нужно будет идти на свою волонтерскую работу.

Когда они убедились в достаточном доходе Рона, они решили, что Кори может уволиться с работы учительницей начальных классов и заняться волонтерской деятельностью. Она участвовала в нескольких проектах, а сегодня ей нужно быть в приюте для животных к десяти часам.

Мы закончили есть, и Рон уехал по делам, а я помог Кори убрать посуду и навести порядок на кухне. Я мучительно осознавал, как плохо этот маленький халатик скрывал ее соблазнительную фигуру.

— Спасибо за помощь, Адам. Мне нужно идти собираться. Ты сегодня справишься?

— Да, со мной всё будет в порядке, — соврал я. — Увидимся позже. Спасибо за завтрак и, знаешь, за звонок.

Она улыбнулась.

— Я просто подумала, что тебе не помешает компания, — она взъерошила мои волосы. — Эй, ты уже совсем зарос. Хочешь, я подстригу тебя позже, когда вернусь?

Я провела рукой по волосам.

— Конечно, это не помешает. Позвони мне, когда вернешься, и я приду.

Она начала стричь меня вскоре после того, как мы подружились, и с тех пор у меня ни разу не было плохой стрижки, и я ни разу не платил за нее.

— Хорошо, примерно в три часа. А, Адам? Позвони Кристи. Ты пожалеешь, если не позвонишь. Я знаю, что ты выше этого.

— Кей, — так иногда я называл её; мы легко познакомились, и наши беседы тет-а-тет были очень приятными и доверительными. — Я не знаю, смогу ли. Ещё слишком рано, но, честно говоря, не знаю, смогу ли я когда-нибудь. Возможно, я никогда этого не захочу. Давай, просто подождем немного, ладно?

В глубине я надеялся, что Кристи позвонит мне сама. Может, будет умолять меня. Я упрямый. Не только по единой причине меня прозвали Мулом.

Она быстро поцеловала меня еще раз и ушла одеваться, а я, свистнув Ральфу, направился домой.

Вернувшись домой я сполоснулся под душем, а затем, чтобы отвлечься, стал убирать кое-какие вещи Кристи. Из ванной она взяла самое необходимое: зубную щетку, дезодорант, расческу и гребень, несколько своих чудодейственных снадобий, но повсюду все еще оставалось много ее вещей, и я убрал их в ящик столика и в шкафчик, чтобы они не могли быть постоянным болезненным напоминанием. Она сказала, что заберет их позже.

Ранее у меня витала идея просто выбросить все её вещи или вынести их на лужайку перед домом, но теперь, когда гнев почти утих, сменившись тупой болью, огромной обидой глубоко внутри, я смог рассуждать яснее. Я просто дам ей забрать свои вещи, когда они ей понадобятся.

Я был уставшим и эмоционально истощенным, но нервное напряжение не покидало меня, не позволяя усидеть на месте. Осознав, что всё ещё голый, я надел шорты, в которых был раньше, кое какую обувь и вышел в гараж, чтобы чем-нибудь заняться.

Я нашел кое-какие детали, купленные для ремонта разбрызгивателя на переднем дворе, и принялся за работу. Дело было довольно простое, и все же я все откладывал его. Солнце приятно грело мне плечи, и я заметил, что газон выглядит примерно таким же заросший, как и я сам.

Я завел газонокосилку и принялся за работу, быстро толкая ее изо всех сил, израсходовав часть энергии и хорошенько вспотев. Надо было повременить с тем душем. В какой-то момент я остановился, тяжело дыша, и просто стоял и смотрел на красный пикап, все еще припаркованный на другой стороне улицы.

Я лениво размышлял о том, какой эффект может оказать большая бутылка очень соленой воды, залитая в бензобак, когда Сью, соседка напротив через улицу, окликнула меня:

— Привет, Адам! Ты уже дома? Ты же должен приехать только завтра?

Я немного удивился ее хорошей осведомленностью о моем графиком, но, вероятно, это из-за того, что она время от времени общалась с Кристи.

— Да нет, ты права, были проблемы, и пришлось остановиться на пару дней, так что у меня получился перерыв.

Время от времени мы общались и со Сью, и ее мужем Риком и двумя их маленькими дочерьми, но не были по-настоящему близки. Просто мы были как бы друзья «через забор», хотя никаких заборов у нас не было.

Она пропалывала сорняки у себя во дворе и заметила, что я смотрю на грузовик. Теперь она подошла ко мне.

— Так чей это стоит грузовик вон там? Он стоит там со вчерашнего дня, но я не думаю, что он принадлежит кому-то в округе.

Я ей, в общем-то, не солгал, просто опустил некоторые факты:

— Я видел, как вчера копы задержали парня, это был его пикап. Слышал, что его арестовали за хранение марихуаны.

Я был рад, что его задержали за это, а не за публичное обнажение и непристойное поведение, как я пытался представить, хотя было бы неплохо, если бы ему пришлось зарегистрироваться как сексуальному маньяку.

Его жена, несомненно, разозлилась бы из-за обвинения в хранении наркотиков, если уже не знала об этом, но, по крайней мере, это не принесло бы ей душевных страданий из-за известия, что он ей изменяет. В конце концов, она, возможно, в последствие узнает, что парень оказался полным говнюком, но моя совесть будет спокойной, потому что это будет, по крайней мере, не от меня.

— Что ж, так ему и надо. Им следовало бы отбуксировать и его грузовик, и конфисковать его, — продолжила Сью

— Возможно, они всё ещё смогут это сделать.

— Полагаю, да. По тебе ясно видно, что у тебя тяжелая работа. У меня есть холодный лимонад, если хочешь.

Я был немного удивлен. Это было не в ее характере – быть дружелюбной настолько.

— Э-э, конечно, Сью, это будет здорово, если я смогу попросить тебя принести мне стакан. Мне нужно кое-что закончить сегодня.

— Конечно, Адам, без проблем. Кристи сегодня на работе?

Я понял, что не знаю. Странно.

— Да, я уверен, что так и есть, ты же её знаешь.

Кристи – брокер по коммерческой недвижимости, и она любит свою работу. И, будучи по натуре конкурентоспособной, у нее это неплохо получается. Как и у большинства людей, работающих за комиссионные, у нее бывают длительные периоды простоя, которые прерываются крупными выплатами при заключении сделки, но она дисциплинированно распределяет свои средства и уже давно вышла за рамки стадии начинающего.

Сью ушла за лимонадом, а я снова принялся косить газон, изнуряя себя на пригорке. Ее не было некоторое время, и я закончил работу как раз в тот момент, когда Сью вернулась с двумя стаканами.

— Я решила составить тебе компанию. Давай посидим у тебя во внутреннем дворике, в тени.

Когда мы шли в мой внутренний дворик, я не мог не заметить, что Сью сменила свою повседневную одежду, в которой работала в саду, на короткую джинсовую юбку и облегающую розовую блузку, причесалась и слегка подкрасилась.

— Ты, должно быть, закончила со своим двором, да? Теперь я чувствую себя совсем грязным и вспотевшим, глядя на тебя, так хорошо принарядившуюся.

Она рассмеялась:

— Ну, потеть – это нормально для брутального красавца, это его не делает плохим, а, скорее, делает сексуальнее. Это нам, женщинам, приходится стараться больше.

Это должно было предупредить меня, к чему все идет, но иногда я бываю не самым умным человеком на свете, и я просто отшутился. Мы разместились в патио друг напротив друга: я на краешек шезлонга, а она на стул, так что она оказалась выше меня, и я сделал большой глоток лимонада.

— М-м-м, это как раз то, что нужно. Вкусно. Спасибо, Сью, ты меня спасла.

— Я рада, что тебе нравится. Знаешь, хорошо, что мужья в этом районе не знают, чем ты занимаешься.

Не понимая, о чём она говорит, я спросил:

— Чем именно я занимаюсь?

— Ну, разумеется, олицетворяешь все женские влажные фантазии. Ну, как же, полуголый потный садовник перед глазами соседки, у которой муженек ушел на работу, а она должна наблюдать, какой ты грязный и взмокший, как напрягаются твои упругие ягодицы, когда толкаешь газонокосилку в гору, и все такое прочее.

Она сказала это непринужденно, в шутку, но теперь, наконец, все мои тревожные звоночки сработали. Я постарался ответить ей тем же:

— Ну, знаешь, мне показалось, что в рабочем комбинезоне и парке было бы немного жарковато, но в следующий раз...

Я заметил, что она смотрит на мою промежность, и быстро опустил взгляд, чтобы убедиться, что у меня ничего не торчит наружу или еще что-то. Ничего не выпирало, но мои промокшие от пота шорты прилипли ко мне, как вторая кожа. Я совершил ту же ошибку, что и утром, но я не мог ожидать, что кто-нибудь будет рядом, пока я буду косить газон.

Она слегка подалась вперед на стуле, раздвинув ноги. Я невольно бросил быстрый взгляд и успел заметить небольшой завиток того же светло-рыжеватого оттенка, как у нее на голове. Очевидно, она специально устроила эту ловушку, сняв свои трусики.

— Знаешь, Адам, я давно думаю, что нам с тобой стоит поближе узнать друг друга.

Она раздвинула ноги шире, и я изо всех сил старался не смотреть. Сосредоточившись на ее лице, я краем глаза заметил как ее соски выпирают, большие и твердые. Она, очевидно, была очень сексуально возбуждена, и это становилось заразительным. Я почувствовал, как мой начинает набухать.

Сью была довольно привлекательна, фигуристая и немного полноватая, так что у нее есть все эти мягкие округлости, но она родила двоих детей и, несмотря на это, она выглядит довольно привлекательной. Не совсем в моем вкусе, мне никогда не нравились светлокожие девушки с веснушками и светло-рыжими волосами. Но сейчас, когда она изо всех сил пыталась показать мне свою вагину и торчащие большие соски, мое тело реагировало само по себе.

Можно было бы предположить, что большая голова может взять верх над маленькой, но в моем случае это случалось редко.

— Всё в порядке, Адам, можешь смотреть. Тебе же этого хочется. Я хочу, чтобы ты поглядел.

С этими словами она широко раздвинула ноги, задрав юбку на бёдра, и провела пальцами по грудям, между грудями, и медленно спустилась вниз к своей киске. Мой взгляд автоматически последовал за ней, и она дотронулась до себя, вынула блестящие пальцы, оставляя за собой длинную дорожку влаги.

— Я очень мокрая, Адам, ты должен это почувствовать

Её киска была прекрасной, мягкой и розовой, толстые влажные возбужденные губы были слегка раздвинуты, приоткрывая вход в ее влагалище. Её шелковистый рыжеватый пушок был намочен и слегка слипшимся по краям расщелины. Я не мог не увидеть её торчащий клитор, твёрдый и готовый к языку. Большой, очень похотливый клитор.

Я услышал свой протест:

— Сью, перестань, ты же знаешь, что мы не можем этого сделать, не сходи с ума.

Мне хотелось убежать, но мы были у меня дома! И я был уверен, что мои ноги меня не послушаются.

— Ты не находишь меня сексуальным? Похоже, что находишь.

Она снова уставилась на мою промежность, я знал, что мой член тверд и это было очевидно.

— Нет, Сью, конечно, я хочу, но ты замужем, у тебя есть Рик и девочки, ты не можешь так поступить. И я не собираюсь так поступать с Кристи, она слишком...

Я хотел сказать «слишком важна», но с болью вспомнил, что это уже неправда. Я мог бы трахнуть Сью, мой член был твёрд как камень, да и для кого это теперь важно, а? Почему бы просто не быть мудаком и принять то, что мне предложили? Вот только нужно было еще подумать об ее семье.

Пока эти мысли крутились у меня в голове, она встала и подошла, чтобы сесть рядом со мной на шезлонг, задрала юбку до талии, села и подняла блузку, обнажив грудь. Из моего двора был виден только дом Рона и Кори, и, как я знал, их нет дома.

Она прижалась ко мне, ее теплая и мягкая грудь прижалась к моей руке. Я почувствовал, как ее твердый сосок потерся о мою руку. Она положила руку мне на бедро и медленно провела ею вверх к яйцам, обхватывая их. Мое сердце бешено колотилось от волнения, желания и шока.

Она тяжело дышала:

— Боже, Адам, это же огромный комплект. На ощупь они полные и набухшие. Я могу помочь тебе с этим. Потрогай меня, пожалуйста.

Она потянула мою руку к своему бедру высоко вверх, и, когда я не сразу убрал ее, она потянула снова к своему влажному и горячему клитору. Я раздвинул ее губы пальцами и слегка потрогал ее. Влажную и обжигающую. Толстый твердый клитор. Она застонала и двинула бедрами, прижимаясь клитором к моей руке.

Она отчаянно дергала за застежку на моих шортах и вскоре сумела освободить мой член и яйца. Я был потный и липкий, вдобавок добавлялся сочившийся секрет. Мой член был твердым, как камень, и она ахнула, когда взяла его в руку.

— Боже, Адам, какой он большой! Я даже не могу обхватить его! Боже мой, какой красивый член! Я хочу почувствовать тебя внутри себя!

Когда я средним пальцем скользнул глубоко в нее, загнув внутри его к пупку, она вскрикнула и кончила, крепко зажав вагиной мой палец и сильно сжав мой член своей рукой. Она была скользкой и влажной, не такой тугой, как Кристи, но такой же горячей.

Она гладила мой член, и из меня сочилась прозрачная жидкость.

— О, твой член в два раза больше, чем у Рика, он бы так позавидовал! Посмотри, сколько из тебя выделяется, прямо льется.

Она собрала немного на пальцы и лизнула, но упоминание Рика и мои мысли о Кристи прочистили мне мозги, и я осознал, что делаю.

— Сью, прекрати. Я не собираюсь трахать тебя, я не хочу быть виноват в разрушении твоей семьи. Мы не будем этого делать.

Я оттолкнул ее, освободившись от ее хватки на моем члене, и встал, пытаясь снова натянуть шорты. Я был готов кончить, но не мог позволить ей об этом узнать. Она отстранилась, в её голубых глазах читались смущение и боль.

— Адам, я знаю, что не такая красивая, как Кристи, и я толстая, и у меня есть дети, но не мог бы ты найти меня достаточно привлекательной, хотя бы в этот раз?

Я не сказал ей, что Кристи больше не играет никакой роли, но я понимал, что дело было в чем-то большем, она искала утешение или подтверждение своей сексуальности, свою способность быть сексуально привлекательной для других мужчин. Она хотела быть желанной, но сейчас она выбрала не самое для нее удачное время, чтобы искать нужное ей у меня. И почему именно у меня? Тем не менее, я видел, что она ранена, а я и так уже за последние 24 часа сам испытал и причинил достаточно боли.

— Сью, ты же шутишь, правда? Посмотри на меня, — я стоял перед ней, а мой член торчал из штанов длинным и твердым. — Если бы ты не была привлекательной, разве у меня была бы самая сильная эрекция? Черт возьми, если бы ты погладила меня еще раз пять, я бы кончил на тебя. Конечно, ты красивая, сексуальная, привлекательная, возбужденная, похотливая, желанная но, независимо от этого, у тебя есть Рик, две красивые маленькие девочки и счастливый дом, и я не могу все это испортить. Не буду. Я не буду ублюдком, который разрушит твою жизнь и их жизнь в придачу.

Она заплакала, полная сожаления о том, что чуть не сделала, а я сел и обнял её, успокаивая, говоря, что всё в порядке, что мы остановились, прежде чем совершить что-то действительно ужасное. Мы застегнулись, она все еще была мокрая и готовая, а мой член был все еще почти твердый и готовый, прижатый к моим влажным шортам и истекающий жидкостью, которая сочилась через тонкую ткань, и когда она успокоилась, то рассказала мне что-то очень странное.

Она поведала мне, что Рик в течение некоторого времени пытался уговорить ее заняться сексом с другими мужчинами, что эта фантазия действительно возбуждала его, а в последнее время эта мысль начала возбуждать и ее, и что они использовали эту фантазию как неотъемлемую часть своих сексуальных игр.

Она утверждала, что он очень хотел бы посмотреть, как она это делает, и, судя по ее словам, он не был против, если она однажды пришла бы домой со свидания, вся всклокоченная и использованная, и рассказала ему обо всем до мельчайших подробностей. Эта идея была мне чужда, но я был заинтригован и, должен признаться, это меня немного возбудило. И, несмотря ни на что, я был польщен тем, что она выбрала именно меня, своего первого.

— Адам, он даже фантазирует о том, как будет заниматься со мной любовью после того, как другой мужчина, ну, знаешь, меня трахнет. Он полагает, что захочет сделать мне минет и слизать сперму другого парня. Отвратительно, да?

Да, это было невероятно мерзко, но это маленькая фантазия была ихней, и кто мне дал право судить? Все, что им подходит, это дозволено. И пока она рассказывала мне эту историю, мой член стоял как скала.