Лекса подошла к Чатте со спины. Будто бы любуясь механизмами, которых в избытке хватало в обители гоблинши. Конечно, та не слышала. Она была занята работой с бумагами и это позволило полудемонше подобраться близко и посмотреть из - за спины.

Чатта и правда записывала цифры одной рукой. Но другая рука её была между ног. Платье задрано, а кисть руки совершает движения, которые Лекса не могла не узнать. Гоблинша определённо доставляла себе удовольствие.

— Ты не слишком нервно дышишь для такой спокойной работы? - осведомилась Лекса, косясь на Чатту. Та дышала достаточно ровно. Однако, полудемоница была уверена, что при возбуждении гоблинша не знает точно, как тихо она вдыхает и насколько ровно выдыхает...

Чатта в ответ вздрогнула. Конечно же она не отслеживала дыхание и Лекса будто случайно нагнулась и увидела задранное платье и застывшую меж ног гоблинши руку.

Полудемоница мигом опустила собственную руку вниз. Чатта заёрзала, пытаясь противиться, но Лекса была более настойчивой и сопротивление казалось бесполезным. Она вынудила зеленокожую убрать руку, перехватив инициативу.

— Вот значит как! - рассмеялась Лекса, держа руку меж ног Чатты. Пальцы её нагло и похотливо массировали пульсирующее лоно. Половые губки гоблинши были распахнуты и пальчик легко и игриво двигался меж них. Ласкал. Трогал, исследовал, пытался проникнуть всё глубже внутрь...

— Прекрати! - почти пищит Чатта, - Это... Рабочее время! Ты не понимаешь что...

Лекса опускается ниже и груди её ложатся на голову гоблинши. Прямо на тщательно уложенную причёску. Чатта не говорит ничего. Она словно вибрирует. Дрожит под мягкими грудьми хозяйки борделя, ощущая их вес и не предпринимая ничего.Кажется, она обратилась в статую, способную лишь чувствовать. Не отвечать. Из рук её выпало автоматическое перо, оставив кляксу на какой то, быть может важной бумаге. После чего Чатта всхлипнула. Будто расстраиваясь.

Гоблинша медленно подалась назад и ухватила полными губами сосок полудемоницы. «Чмок - чмок» раздалось через некоторое время. Губы гоблинши настойчиво сосали затвердевший сосок. Она не отвлекалась, даже жадно потягивала, руками мяла груди, не желая отстраниться.

— Нравится, да? - млела Лекса, - Хорошие сиськи? Охх, вот так ммм!

— Ты - настоящий демон! - шептала Чатта в моменты, когда её губы не покрывали поцелуями мягкую плоть.

Меж тем, Лекса продолжала движения рукою меж ног счетоводки. Пальчики влажно чавкали. В лоно теперь погружались уже два. Они раскрывали влажную плоть гоблинши в то время, как ладонь охватывала лобок, двигаясь туда - сюда. Полудемоница явно ощущала клитор Чатты. Она стала настойчиво водить ладонью, массируя крупный бугорок. У гоблинши клитор был большим если сравнивать с телом, как и половые губы. Рука полудемоницы извивалась.

— НМММГ! - застонала Чатта ёрзая на кресле влага обильно текла наружу. Лекса двигала пальцами туда - сюда, заставляя лоно гоблинши жадно чавкать, будто в него и правда входил возбуждённый член! Стенки вагины сжимались на пальчиках. Судорожно. Похотливо, словно норовя втянуть глубже. Полудемоница сильнее свешалась вперёд и одной рукою рукою гладила лобок а второй входила.

— Как тебе это, а? Наверное с ума сходишь за бумагами, - напевно говорила Лекса, - Давно пора дать тебе разрядку, счетоводка! Прямо за этим столом! Струйно кончишь?

— Рас... - Чатта сбивается, - Раскрой меня прошу раздвинь губки ааа!

Пальцы полудемоницы раздвигают влажные половые губы. В это время, пальцы другой руки начинают увереннее долбить в глубину, в мясистое, пульсирующее отверстие! Влажные, чавкающие звуки разносятся по всей канцелярной комнате, дополняемые стонами Чатты и тяжёлым дыханием самой Лексы. Однако, скоро пальцы заставляют гоблиншу активно двигать бёдрами, подбрасываясь вверх она стонет:

— Не... Не надо или... Я прямо здесь... Прямо здесь..!

— Давай! С усмешкой продолжает свою сладкую пытку Лекса, - Хочу видеть, сколько страсти способно выдать это изящное тельце!

— Ты - монстр... Ахх... А! ААА..! - Чату трясёт, она изгибается... Лекса не прекращает движений. Гоблинша пытается вырваться и тогда пальцы полудемоницы резко вжимаются в мякоть, прижимаясь к стенке влагалища, вдавливая... - УУУ!

Чатта округляет губы, глаза её становятся бессмысленны. Бёдра подбрасываются высоко. Она замирает... А потом начинает испускать тёплую струю. Лекса - смеётся, а гоблинша дрожит, залив стол и продолжая мочиться пока в изнеможении не падает на стул. Тяжело дышит.

Лекса обходит её и без лишних слов прижимает лицо Чатты к своей промежности, прямо меж половых губ, носом в клитор!

— Ммммпхп! - успевает выдать гоблинша, до того, как Лекса начинает двигаться.

— Таак! - шипит полудемоница, - Лицом своим... Носом! Ртом! Давай, не прекращая! Лижи -ласкай меня, Чатта! Быстрее! Всю вульву вылижешь сучка! Всё! Весь сок мой выпьешь, как положено! Обоссаться решила при мне ммм! Грязная какая... Обожаю...

Чатта ничем не выказывает своего возражения. Напротив: быстро и покорно начинает лизать! Складочки языком, стеночки там в глубине, влажные и трепещущие, норовящие сжать язык. Ещё с привкусом густого семени того, кто недавно наполнял Лексу...

— Тааак! - стонет Лекса, - Приятно! Жадно! Продолжай!

— Чаввк! Чввак! Слюпп! - Чатта не прекращает. Язык её так и танцует по влажным половым губам, в мокрое лоно, вылизывает складки, снова ныряет... Потом она обнимает за бёдра и начинает всовывать глубоко, от чего Лекса издаёт долгий, протяжный стон, прижимая голову гоблинши к себе и начиная двигать бёдрами. Ноги её вытягиваются. Почти встаёт на цыпочки, только двигаться! Только вверх и вниз! Только ощущать жар от дыхания Чатты на интимной плоти!

— Хорошо лижешь! Ммм, даа так! - Лекса млеет от языка Чатты, - Выше охх там где кольцо в клиторе ммм! Дааа под капюшончик ааах... Ты знаешь как это делать, сучка! Даа вот так вылизывай всё... Блядь теку!

Чатта жадно чавкала и чуть не похрюкивала, добравшись до промежности Хозяйки Борделя. Она не просто с тщанием и прилежанием выполняла то, о чём просила Лекса. Она сама забиралась глубже во влагалище, щекотала уретру, обхватывала губами клитор.

Руки гоблинши обнимали ягодицы полудемоницы, гладя и прижимая её к себе, как самое дорогое, что у неё есть. Кажется, Чатта разошлась в своём похотливом желании, покорно испивая влагу из женского лона. Лекса даже губу закусила от такого жаркого орального соития!

Терпеть не хватает сил!

Приближается нечто жаркое...

Нечто, что грозит переполнить её...

— Пиздолизка ты какая! - Лекса начинает бёдрами двигать, точно при соитии, - Любишь это дело! Да... да так! Хлюпай во мне! Хлюпай, точно не можешь жить без этого! Точно любишь меня! Так! Так... Так...

Она мелко трясётся, испытывая жар, желание и... Освобождение? Влаги будто стало больше. Чатта фыркает, потом замолкает. Лекса некоторое время ещё держит её там, сокращаясь интимными мышцами, внутри... Затем отстраняет. Она с некоторым удивлением смотрит на закатившую было глаза Чатту. Чуть не придушила! А та... Хоть пищала бы иль даже кусалась! Но нет, лишь чавкала, как так и нужно...

Полудемоница отстранилась, удовлетворив свою плоть. Со стола стекала - капала влага Чатты. С наверное важных, а теперь - влажных бумаг...

— Может... Тебя и правда... Любят? - слышит полудемоница в спину тихий голос. Но выходит.

Она выходит из комнаты Чатты, оставив счетовода приходить в себя. В коридор долетают пьяные голоса из основных комнат борделя. Проникает запах табака, пива, духов. А ещё, у стены стоит Эланна, облачённая в лёгкие эльфийские одеяния, будто колышущиеся вокруг её фигуры и иногда, ласкающе прикасающиеся к ней, подчёркивающие силуэт полуэльфийки. Девушка глядит на Лексу своими пронзительными глазами, в самой глубине которых угадывается жажда.

— Ты оставила меня в своей спальне, - произнесла полуэльфийка. В голосе её не было обвинения. Скорее - укор, - Разве не могла подождать?

— Прости, - Лекса подошла к ней, ощущая исходящее от Эланны затаённое желание, - Мне не хотелось будить тебя. Ты так преданно ждала, когда я проснусь... Ты заслужила отдых.

— Мы все заслужили отдых, - отвечала полуэльфийка, грустно улыбаясь, - Но реалии не спрашивают нас. Страх... Вот, что мне неприятно. Неясный страх за тебя. Где ты? Что с тобою? Не стоило тебе идти к этой безумной чародейке! Грезетта рассказывает настоящие ужасы!

— Да? - Лекса вскинула бровь, - И что говорит?

— Что... Что... - полуэльфка замялась, - Что вас там подвергали не однократному насилию. Разделили... Закрыли в отдельных помещениях и рабы шли к вам, кончая так, будто справляя нужду прямо на ваши тела...

Лекса отметила, что Эланна трёт бедро о бедро, явно испытывая эрекцию.

Это наблюдение заставило полудемоницу усмехнуться.

— О! - Лекса рассмеялась, - Да ты видела далеко не всё! Там было куда жёстче! Они начинали с изнасилования. Потом я смогла вырваться из цепей магии безумной волшебницы... Кстати, её платье было выполнено из мужского семени!

— Мужского... - член полуэльфки начал набухать сильнее, становясь уж слишком заметным.

— Ага! - Лекса продолжала искушать, - Лишь представь себе, сколько раз нужно было кончить, чтобы хватило на целое платье? А она удерживала то семя на своём теле, сохраняя его свежесть и консистенцию... Ну безумная! Явно же понятно!

Орган полуэльфки крепко стоял. Его очертания не скрадывались её одеянием. Он выпирал готовый к соитию, возбуждённый той похотью, что вливалась в её заострённые ушки голосом прельстительницы - полудемоницы!