Рассказ является переводом истории из серии Alex & Alexa автора BiscuitHammer.

Джини и Фрейя собирались пожениться. Поэтому то, что Алекса осталась той ночью дома, пошло помолвленной парочке только на пользу. Мы с Алексой сидели на кровати и бок о бок смотрели на наших ноутбуках, как Джини и Фрея доводят друг друга до безумия. Голая Алекса гладила мой член, а голый я ласкал ее киску. Мамы с папой не было дома, так что мы чувствовали себя в безопасности.

Джини лежала на спине, громко стонала и извивалась, в то время как Фрейя, с ухмылкой, двигала большой палец в киске, а средний палец в заднице своей невесты.

— Вау, посмотри на Джини, - я смотрел не отрываясь. - Она пискнула. Ее палец поцарапал внутри?

— Нет, - сказала Алекса. - Прямо сейчас подушечки пальцев касаются друг друга через тонкую перегородку, которая разделяет киску и задницу Джини. Они нежно труться.

— Черт, - пробормотал я. - Не уверен, как это может быть приятно.

— О, поверь мне, - ответила она. - По крайней мере, если все сделано правильно - а Фрея в этом джедай.

Джини внезапно начала дрожать и задыхаться. Видимо Фрея сделала с ней что-то еще.

— Теперь, хочешь верь, хочешь нет, она щелкает пальцами внутри Джини, - продолжила моя тетя. - Это либо заставит ее кончить, либо убьет.

— Вставьте шутку про мертвую шлюху в гостиничном номере, - вздохнул я, заставив Алексу засмеяться.

К счастью, для Джини выпал первый вариант. Она тряслась и громко стонала, корчась от мастерских ласк своей любовницы. Ее потное тело сияло в тусклом свете. Наконец, задыхаясь, она упала в обморок, ее кудрявые каштановые волосы рассыпались в стороны. Фрея вытащила пальцы, легла на нее, и начала целовать. Джини ответила на поцелуй, обхватив любовницу руками и ногами.

Алекса застыла и вздохнула, ее пальцы удвоили старания. Через несколько секунд я простонал, и мой член начал пульсировать. Алекса быстро наклонилась и подставила под струи свои прекрасные сиськи. Пережив момент наслаждения, мы наблюдали, как наши друзья целуются, позабыв обо всем.

Наконец они прервали поцелуй, повернули лица к веб-камере и улыбнувшись нам.

— Итак? Сколько вы заплатите за просмотр? – спросила Фрейя.

— С каких пор требуется заплатить, чтобы посмотреть, как ты трахаешься? - рассмеялась Алекса.

— Ну, тебе не нужно, - поморщилась Фрейя. – Но, иногда, я зарабатывала приличные деньги, взимая плату со студентов и преподавателей, когда они наблюдали за мной.

— О, так мой билет на бесплатный просмотр – это благотворительность? – Алекса решила их дразнить.

— Благотворительность большая, чем та, которой занимается королевская семья, — ответила датчанка. Она наклонилась и ласкала грудь Джини своей собственной. Их бедра прижались, их киски были сдавлены вместе. - Мы всегда готовы выступить для вас.

— Хорошо, - сказала Алекса. – вы думали о путешествии?

— Пока нет, — ответила Фрея, качая головой, в то время как Джини наклонилась и сосала одну из ее грудей. – С женитьбой не все просто, ваша страна не является частью ЕС.

— Я знаю, - суховато сказала Алекса. - Возможно, вы еще подумаете.

— Есть лишь одна вещь, которая имеет значение в данный момент, — сказала Джини приглушенным голосом, ее рот полон плоти. - Кроме того, ей еще предстоит встретиться с папой и мамой.

— А что насчет тех, кто далеко? – спросила Алекса, вытирая грудь, замазанную моей спермой. - Уверена, что родители Фрейи тоже захотят узнать, что их маленькая девочка выходит замуж.

Фрея хихикнула.

— Они всегда были уверены, что это будешь ты. Они удивились, но когда я рассказала им об Алексе, то порадовались за тебя. И да, они понимают, что Майкл и Карен не должны ничего знать.

— Верно, - вздохнула Алекса. - Я рассказала им о вас двоих.

— О? - Джини задалась вопросом, сделав паузу в посасывании груди Фрейи, чтобы посмотреть на нас. - Что сказали по этому поводу профессора?

Я пожал плечами. - Полагаю, они поспорили, потому что мой отец просто вздохнул и протянул моей маме пятьдесят баксов.

Джини вздохнула. - Было бы неплохо удивить их больше, но, по крайней мере, кто-то выиграл спор у всезнающего профессора. В любом случае, я все еще должна показать ее своим родителям, но я думаю, что они будут в восторге.

— Будут, - сказала Алекса. - Фрейя - самый удивительный человек, которого я когда-либо знала, и я люблю ее до смерти. Согласиться на вечный бешенный трах было самым умным решением, которое ты когда-либо принимала, Джини.

— Спасибо, - сказала брюнетка, довольная собой. - Мы должны отпраздновать.

— Мои родители тоже так думают, — ответил я. - Они хотят отвезти нас всех в караоке завтра вечером.

— Я люблю караоке! - Фрейя и Джини воскликнули одновременно.

— Вау, шлюшье стерео-согласие, - засмеялась Алекса. - Это же свидание, мы собираемся отправиться туда, где они впервые встретились.

— О, дерьмо... – пробормотал я.

— Убедитесь, что вы носите что-то в стиле семидесятых, — сказала Алекса, подняв палец. - Джини, ты можешь смотреть в интернете, если не знаешь, что это такое.

Джини пожала плечами. - На самом деле у меня уже есть несколько нарядов диско-шлюх, которые я могла бы надеть. Но мы сходим за покупками.

— Боже, я люблю тебя! - Фрея прижалась к Джини с голодным поцелуем. Их конечности начали переплетаться. Ноутбук, который они использовали, опрокинулся, оставив нас смотреть на потолок гостиничного номера, слушая целующихся лесбийских шлюх.

— Ну, это все на этот вечер, - объявила Алекса, закрывая свой ноутбук. С улыбкой, она повернулась, чтобы посмотреть на меня. - Я думаю, единственное, что беспокоит меня во всей этой ситуации, это то, как эти две поженятся, ведь Фрейя из другой страны. Нас это тоже касается.

Я вздохнул и аккуратно обнял ее. Не имело значения, что ее мягкая кожа ласкала мою, или что ее великолепная грудь была прижата ко мне, мне просто нужно было держать ее в объятьях. Я поцеловал ее в лоб, а она прижалась щекой к моему плечу.

— Мы... мы могли бы просто рассказать моим родителям, - предложил я, лаская пальцами ее пышные, золотые волосы.

— Нет, — тихо ответила она. - Мы оба знаем, что это не сработает, Алекс. Это слишком. Даже если они и одобрят, мы не имеем права ставить под угрозу их карьеру. И мы оба знаем, что у них будут проблемы. Это эгоистично с нашей стороны.

Я молчал, потому что знал, что она права. Каким аморальным, социопатическим ублюдком я был бы, если бы не мог понять, как это может повлиять на самых удивительных родителей, которых порождала вселенная?

Я просто держал ее в объятьях. Я ничего не мог поделать. Все это казалось слишком несправедливым. Я продолжал надеяться, что все получится, но я все еще не видел, как избежать незаслуженной боли.

Я молча держал тетю, пока она не уснула у меня на руках.

Мы смеялись и веселились, собравшись у стола, заставленного едой и пивом. Караоке-бар был заполнен людьми, большинство из которых болели за певцов на сцене, подпевая ужасному исполнению своих любимых песен. Прямо сейчас какая-то пьяная рыжая, сидя на шатающемся стуле, пыталась петь классику Тины Тернер.

Когда-то мама и папа рассказывали, что это тот самый бар, в котором они встретились во время учебы в университете. Видимо, мама увидела папу на сцене, поющего песню Bay City Rollers. К моему удивлению, она в тот момент не убежала. Любовь странная штука и может помочь простить непростительное.

Я сделал еще один глоток пива и осмотрелся – сегодня мы постарались возродить дух семидесятых. Папа был одет в тартановые штаны и черную рубашку Zeppelin. Мама была одета в джинсы с колокольчиками и футболкой с изображением вишневого рта с языком. Джини, как и обещала, нашла белый диско-боди, который так обнимал изгибы ее тела, как будто был нарисован, и с таким V-образным вырезом, который буквально доставал до ее пупка и обнажал внутреннюю сторону ее груди. Фрея была одета в безвкусные цветочные штаны, хиппи-сандалии, с венком из цветов на лбу. Ее рубашка была украшена вышивкой под коноплю.

Алекса выглядела потрясающе, и я сдерживался, чтобы не пялится. Она повязала тонкую конопляную повязку вокруг головы, ее золотые локоны, волнились по плечам и спине. Ее белая футболка обтягивала тело, на футболке было изображены черные буквы: «ЭТА ФУТБОЛКА ДЕЛАЕТ МОИ СИСЬКИ БОЛЬШИМИ?». Как и мама, Алекса надела джинсы с колокольчиками, только вишнево-красного цвета. Понятия не имею, где она их нашла, но на ней были кроссовки Roots с этим странным перевернутым каблуком.

Я же поленился и надел джинсы и футболку с маленьким мультипликационным персонажем на ней с надписью «Keep On Truckin». Думаю, этого было достаточно.

Похоже, что девочки решили, что любые калории, которые они съедят сегодня вечером, не считаются, поэтому они ели почти столько же, сколько папа и я. Не то, чтобы я возражал, просто было непривычно. Когда дело дошло до выпивки, Джини быстро превратилась в хихикающий хаос. В итоге Алексе пришлось сесть между ней и Фреей, потому что они начали баловаться, целуясь и ласкаясь на глазах у всех. Это привело к тому, что они без конца целовали ее в качестве ретранслятора, что заставило моих родителей хихикать. В то время Алекса раскраснелась от смущения, хотя я сомневался, что она на самом деле смущалась.

— Я одобряю это место, - объявила Фрейя, оглядываясь по сторонам и улыбаясь. Она выпила достаточно пива, чтобы начал проявляться ее датский акцент. - Хорошая еда, веселье с музыкой, и они подают датское пиво, а не Carlsberg или Tuborg. Что еще нужно?

— Как тебе город? - маме приходилось почти кричать, чтобы ее было.

— Я люблю город! - ответил сияющая Фрейя. - Гораздо больше, чем Росклиле или Копенгаген. Все гораздо новее.

— Здесь люди любят видеть старую архитектуру, потому что у нас ее нет, — сказал папа, втянув бокал одним глотком. Он мог перепить целую деревню викингов в одиночку.

— Некоторым самым старым зданиям сто пятьдесят или двести лет, но их мало, и они далеко друг от друга. Для нас старые города романтичны.

Фрейя кивнула.

— Я понимаю. Но когда вы окружены этим всю жизнь, все теряет часть своего очарования. Даже Алекса устала от Парижа.

— Не совсем, - поправила моя тетя. - Я могла бы остаться там, но карьера мамы привела нас в другое место. Была бы я старше и будь у меня деньги, я бы осталась.

— Номер Сорок Четыре! – в караоке позвали следующего певца.

— Хорошо, это я, - объявил папа и начал вставать из-за стола. - Дамы, мне нужна поддержка.

Мама и Фрейя встали и пошли за ним. Джини моргнула и покачнулась.

— Я слишком пьяна для всего этого.

— Двигай задницей, шлюха! - сказал папа командным голосом, и Джини практически вскочила на ноги.

— О, да, папочка – захихикав, она побежала к платформе. Я сидел за столом и смотрел, гадая, что же должно было произойти. Это был наш первый раз, так как список желающих петь был полон. Толпа стала шуметь потише, потому что четыре женщины, сопровождавшие папу, были очень горячими.

— Мне нужны еще два микрофона! - папа позвал официанта, который кивнул и передвинул еще два стоячих микрофона на сцену. Папа встал посередине, мама и Алекса стояли с одним микрофоном, Джини и Фрейя с другим.

— Что мы поем? – спросила Алекса, не заботясь о том, что люди могли слышать ее через микрофон.

— Ты узнаешь, - сказал папа, после чего кивнул диджею.

Песня началась, и все в баре начали громко аплодировать. Алекса и мама смеялись и обнимали друг друга, в то время как Фрея головокружительно подпрыгивала вверх и вниз. Я широко улыбался. Я не мог дождаться, чтобы увидеть это. Вступление закончилось, папа начал петь.

It was a hot summer night, and the beach was burning

There was fog crawling over the sand

Oh, when I listen to your heart, I hear the whole world turning

I see the shooting stars falling through your trembling hands

Это была жаркая летняя ночь и пляж горел.

Там был туман, стелящийся по песку.

Когда я слушаю твое сердце, я слышу, как меняется мир.

Я вижу, как звезды падают сквозь твои дрожащие руки.

Люди аплодировали, когда он пел, и я был в восторге, наблюдая, как моя семья, новая расширенная семья, развлекала всех. Когда началась следующая строфа, четыре девушки начали свою бэк-вокальную партию.

Ah, you were licking your lips, and your lipstick shining

I was dying just to ask for a taste

Oh, we were lying together in a silver lining

By the the light of the moon, you know there's not another moment

Not another moment, not another moment to waste

Ты облизала губы и твоя помада сияет.

Я умираю, просто чтобы попросить вкус.

Мы лежали вместе в серебряной простыне

С помощью света Луны, ты узнаешь, что не будет другого раза.

Не другого раза, ни мгновения потраченного впустую!

Oh, well you hold me so close that my knees grow weak

But my soul is flying high above the ground

I'm trying to speak but no matter what I do

I just can't seem to make any sound

Ты держишь меня так близко, что мои колени слабеют.

Но моя душа летит высоко над землей.

Я пытаюсь говорить, но чтобы я не делал

Я просто не могу издавать никаких звуков

Весь паб молчал, слушал музыку и ждал следующую часть песни. Я чувствовал, как мое сердце бьется в грудь. Я старался не смотреть на Алексу.

And then you took the words right out of my mouth

Oh it must have been while you were kissing me

You took the words right out of my mouth

Oh, and I swear it's true, I was just about to say I love you

И ты вынула слова прямо из моих уст.

Должно быть, это было, когда ты меня целовала.

Ты вынула слова из моих уст.

И я клянусь, что это правда, я как раз собирался сказать, что люблю тебя!

«ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!» Девушки пропели в микрофоны, глядя друг на друга.

And then you took the words right out of my mouth (aah)

Oh it must have been while you were kissing me

You took the words right out of my mouth (aah)

Oh, and I swear it's true, I was just about to say I love you

И ты вынула слова прямо из моих уст.

Должно быть, это было, когда ты меня целовала.

Ты вынула слова из моих уст.

И я клянусь, что это правда, я как раз собирался сказать, что люблю тебя!

«ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!»

Now my body is shaking like a wave on the water (aah)

And I guess that I'm beginning to grin (aah)

Oh, we're finally alone and we can do what we want to (aah)

Oh, the night is young (aah), and ain't no-one gonna know where you

No-one gonna know where you, no-one's gonna know

Where you've been

Теперь мое тело дрожит, как волна на воде

И я думаю, что я начинаю улыбаться.

О, мы наконец-то одни, и мы можем делать то, что хотим. А ночь молода

Никто не узнает, где

Никто не узнает, где

Никто не узнает, где ты была.

Ah, you were licking your lips (aah), and your lipstick shining (aah)

I was dying just to ask for a taste (aah)

Oh, we were lying together in a silver lining (aah)

By the the light of the moon (aah)

You know there's not another moment to waste

Ты облизала губы и твоя помада сияет.

Я умираю, просто чтобы попросить вкус.

Мы лежали вместе в серебряной простыне

С помощью света Луны, ты узнаешь, что не будет другого раза.

Не другого раза, ни мгновения потраченного впустую!

Я просто смотрел на сцену. Несмотря на наш с тетей секрет, несмотря на безнадежность нашего дела... в тот самый момент я чувствовал себя самым удачливым сукиным сыном на планете. Это была моя семья, и они превзошли всех. Я не хотел, чтобы этот момент закончился.

And then you took the words right out of my mouth

Oh, it must have been while you were kissing me

You took the words right out of my mouth

Oh, and I swear it's true, I was just about to say I love you

(Love you)

And then you took the words right out of my mouth (aah)

Oh it must have been while you were kissing me

You took the words right out of my mouth (aah)

Oh, and I swear it's true, I was just about to say I love you

И ты вынула слова прямо из моих уст.

Должно быть, это было, когда ты меня целовала.

Ты вынула слова из моих уст.

И я клянусь, что это правда, я как раз собирался сказать, что люблю тебя!

«ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!»

И ты вынула слова прямо из моих уст.

Должно быть, это было, когда ты меня целовала.

Ты вынула слова из моих уст.

И я клянусь, что это правда, я как раз собирался сказать, что люблю тебя!

Папа повторял «И ты вынула слова прямо из моих уст», девушки подпевали ему, а толпа радостно вторила. Девушки вертелись во время пения, а папа сделал этот абсурдный толчок тазом, заставив меня рассмеяться. Затем они подняли руки над головой и захлопали в ладоши, и зрители сделали то же самое. Песня закончилась, раздались громовые аплодисменты.

Папа позволил девушкам покинуть сцену, а затем пошел за ними, обратно к нашему столу. На стол стали ставить напитки, купленные нам людьми, которым понравилось выступление. Папа славно потрудился, мама прижималась к нему, благодаря за такой удивительный опыт.

Довольно скоро мне захотелось отлить. После бесконечно долгого времени потраченного на осушение мочевого пузыря, который, по-видимому, имел вместимость плотины Гувера, в крошечной ванную комнате, застегивая молнию я услышал разговор. Женский разговор двух знакомых голосов.

Я оглянулся в замешательстве, задаваясь вопросом, откуда исходит звук. Я разглядел вентиляционное отверстие над одной из кабинок. Музыка снаружи закончилась, и я мог слышать их немного яснее, но все еще неразборчиво. Я вошел в кабинку, осторожно встал на унитаз как можно ближе к вентиляционному отверстию и навострил уши.

— Ты уверена, что ты в порядке, дорогая?

— Серьезно, Карен, я в порядке. Я рада за них.

— Я просто хочу быть уверена, Элли. В конце концов, она приехала к тебе.

— Я знаю.

— Ты говорила, как вы много значили друг для друга, что вы думали, что любите друг друга.

— Может так и было. Я думаю, что мы родственные души. Со мной все в порядке. Ее любовь к Джини ничуть не влияет на мои отношения с ней.

— Вероятно, они просто включат тебя в их порочность.

— Будет здорово, если так и будет. Ты знаешь меня, я люблю секс. И да, она приехала ко мне в гости, но она бы не осталась здесь надолго, если бы не встретила Джини. Теперь она останется. Моя лучшая подруга переедет сюда, и я смогу видеть ее столько, сколько захочу. Я в восторге.

— Это замечательно, Элли. Я горжусь тобой. Но время от времени, их отношения могут вызвать у тебя боль, это естественно. В этом нет ничего плохого, если только ты не захочешь им навредить. Если тебе когда-нибудь понадобится поговорить, ты всегда можешь прийти ко мне или к Майклу. Я почти уверена, что даже Алекс был бы хорошим ухом и плечом для тебя.

— Да...

Я спустился с моего насеста, вымыл руками и вернулся за стол. Мама и Алекса еще не вернулись, так что я просто продолжил есть начос и крылышки.

— Твоя мама и Элли пошли в дамскую комнату, - упомянул папа. - Они скоро вернутся.

— Да, нас с Фреей не пускают в туалет без твоей мамы, - надулась Джини.

— Это потому, что мы хотим закончить наш вечер без публичных обвинений в непристойностях, - ответил папа.

— Вы и леди-профессор стали не так предприимчивы с тех пор, как появилась Элли, — вздохнула Джини. – Похоже, что вы окончательно выбрали респектабельность. Я запомню.

Фрейя хихикнула, в то время как папа просто проигнорировал это заявление и продолжил есть тарелку крылышек. Вскоре вернулись мама и Алекса, обе в хорошем настроении. Мы смеялись, ели и пили, пока папу снова не вызвали на сцену. Под наши аплодисменты, он начал петь «Saturday Night!» Bay City Rollers.

— Это была песня, которую твой отец пел в ночь, когда мы встретились, — сказала мама и наклонилась ко мне. – В ту ночь, он тоже был в клетчатых штанах.

— Почему я не удивлен? – вздохнул я, заставив ее смеяться.

— Я просто удивлена, что за пределами Шотландии достаточно клетчатого материала, чтобы сделать штаны для этого бегемота, - пробормотала Алекса.

Мама указала на дальний угол.

— Я сидела в том углу с тремя моими подругами, когда здоровяк встал и начал петь эту нелепую песню.

— Мне все еще странно, что он может брать такие высокие ноты, — размышляла Алекса, наблюдая за папой и хлопая в ладоши. – Обычно он баритон.

— Еще он удивительно поет «Old Man River», — сказала мама, оглядываясь вокруг. - Это место не сильно изменилось за последние несколько десятилетий с тех пор, как мы встретились.

— Ты должна рассказать мне об этом, - заявила Алекса. - Я бы хотела узнать, как вы с Гигантором познакомились.

Через несколько минут песня закончилась и папа, наконец вернулся. Следующей вызвали Алексу. Все смотрели, как великолепная блондинка вышла на сцену, встала перед микрофоном и закрыв глаза, запела гимн Эдит Пиаф.

Non, rien de rien

Non, je ne regrette rien

Ni le bien, qu'on m'a fait

Ni le mal, tout a m'est bien gal!

Нет, ничего из ничего

Нет, я ни о чем не жалею

Ни того хорошего, что мне сделали

Никакого зла, мне все равно!

Я зачаровано наблюдал за ней, но затем я оглянулся и увидел слезы в глазах Фрейи. Верно, знающие Алексу, все, кто слышал эти душевные слова, предполагали, что речь идет о датчанке, но я знал, что на самом деле они предназначены для меня.

Она ни о чем не жалела, ни о словах, ни о делах

Я с трудом не заплакал.

— Ну, я уверена, что этих троих ждет развратная ночь, — размышляла мама, пока мы сидели за столом, попивая турецкий кофе. Было поздно, но мы все нуждались в кофеине, чтобы протрезветь.

— Этот день просто нечто.

— Не знаю, - вдохнул я, покачивая головой. - Вся эта история с Джини-Фрейей до сих пор сбивает меня с толку. То, как вы угадали, это за пределами моего понимания. Даже Алекса не ожидала этого.

— Алекс, когда ты станешь старше, то ты просто начинаешь чувствовать, что будут делать люди, — сказал папа, снова наполняя чашку мамы. - Скоро ты разовьешь интуицию.

— Да, настоящий роман на века, - ухмыльнулась мама.

— Ты думаешь, у них это всерьез? – спросил я.

— О, я почти уверена, что да - ответила она, подумав. Фрейя может быть беспорядочной в отношениях, но в глубине души у нее любящее и моногамное сердце, Алекс. Удивительно, что она смогла отпустить Алексу. И Джини, ну... она кажется веселой и игривой, но это очень одинокая девушка. И я думаю, что она действительно боялась остаться одна на всю свою жизнь, дрейфовать от брака к браку, искать того единственного, кто увидит в ней ценность за пределами ее сексуальности и денег ее семьи.

— Тогда хорошо, что они нашли друг друга, — сказал я. - Они довольно идеально подходят друг другу.

Мама кивнула.

— Их отношения беспорядочными, но их сердца будут принадлежать друг другу, и это именно то, чего они обе жаждут. Алекса знает, что она молода и красива, она знает, что есть время найти подходящего человека. У Фрейи и Джини есть недостатки, но они смогут эти недостатки проигнорировать. Алекса же не сможет.

— Как скажешь – я нейтрально ответил.

— О, поверь мне, - упрекнула мама. - Алекс, даже ты должен быть в состоянии отложить в сторону тот факт, что она твоя тетя, чтобы точно увидеть, что там происходит — она абсолютно потрясающая, на нее можно смотреть вечно, она такая же умная, как и мы, и у нее есть страсть к жизни, с которой могут сравниться очень немногие люди. Не то, чтобы получилась Мэри Поппинс, но она практически идеал.

— Без сомнения, для кого-то, она будет отличной находкой, - я добавил. - Извини, если я не объективен.

Мама похлопала меня по руке.

— Не беспокойся, ты очень хорошо ладишь с ней, и это все, что я могу желать.

Мы разговаривали еще час или около того, пообещав, что мы начнем ходить в караоке, по крайней мере, один раз в месяц, так как мама и папа заново открыли, как им это нравится. В конце концов я сказал, что иду спать. Мама обняла меня и поцеловала, в то время как папа взъерошил мои волосы. По-видимому, у них для просмотра было много документальных фильмов, из серии видео о словенских фей мочи. Я покачал головой, изображая презрение, которое я на самом деле не чувствовал.

У себя внизу лежа на кровати я «случайно» открыл свой ноутбук и инициировал звонок по скайпу. Через несколько секунд появилась полностью обнаженная Алекса и с любовью улыбнулась мне.

— Здравствуй, любовь моя.

— Ну, здравствуй прекрасная, - сказал я. - Я ожидал, что не получу ответа, я думал, что вы можете быть заняты.

— Так и было, — вздохнула она, подняв ноутбук и повернув его в сторону кровати, где Фрейя и Джини спали, свернувшись в потный клубок. – У нас был хороший вечер.

— Я не сомневаюсь, - усмехнулся я. – Изюминки были?

— Ну, я думала, что мне придется ампутировать правую руку Фреи чуть ниже локтя, когда она застряла в заднице Джини, — начала она, вспоминая. Затем Фрейя попыталась утопить Джини, когда сквиртанула той в открытый рот, и влага попала не в то горло. Я буду поражена, если эти двое доживут до свадьбы на следующей неделе.

— О, они выбрали роспись?

Алекса кивнула.

— Просто быстрая регистрация брака, которая позволит Фрейе остаться. Джини на все согласна, оценки Фрейи в университете в Копенгагене оказались на удивление хорошими, поэтому проблем с видом на жительство быть не должно.

— Быстрая гражданская церемония звучит идеально, согласился я.

— Сначала они жаловались, что хотят найти красивое место, такое как наша поляна, которое имело бы эмоциональное значение», — добавила она. - Никто не был удивлен, когда я предложила комнату тренажерного зала, в которой мы все трахались.

— Не могу представить, почему, - засмеялся я. - Думаешь, что родители Джини одобрят?.

Моя тетя пожала плечами.

— Мы позвали их по скайпу.

— И?

Она сделала глубокий вдох.

— Вероятно, было бы лучше, если бы они обе не забыли надеть одежду до того, как они сделали звонок.

Я начал смеяться, а Алекса вежливо ждала, пока мне не удалось контролировать себя.

— По крайней мере, это был разговор, в котором видны только их сиськи, — добавила она, пытаясь найти что-то хорошее. - Учитывая, что во Фрейю все еще был воткнут ее конец массивного фиолетового двойного фаллоимитора.

— Ничего себе, - весело вздохнул я. - Разговор прошел хорошо?

Она снова кивнула.

— Как только они приняли тот факт, что их дочь нашла кого-то столь же развратного, как она, они начали задавать вопросы и остались совершенно довольны выбором и стремлениями Фреи. Когда они одобрили брак, я думала, что Джини упадет в обморок на месте. Когда звонок закончился, она схватила Фрейю, чтобы поцеловать и уронила ноутбук с кровати.

— Звучит знакомо, - я снова рассмеялся. - Вам удалось пройтись по минному полю.

— О, да, - сказала она серьезно. – Если бы у них не получилось, я бы, наверное, позвонила твоему отцу, чтобы он запугать родителей Джини, чтобы они сказали «да».

— Все хорошо, что хорошо кончается, - заключил я.

— Это еще не конец, - утомленно вздохнула она. - Затем мы вышли в интернет, чтобы посмотреть на кольца, так как они еще их не выбрали. Это заняло еще почти час.

— Но...

— Пока мы серфили интернет, они не могли удержать руки подальше друг от друга или от меня. В итоге мы оказались в потном сапфическом клубке. Мы потратили полчаса, пытаясь кончить одновременно – но не получилось. Поэтому мы просто стали трахать друг друга, пока они не потеряли сознание. Я вышла из душа за несколько минут до того, как ты позвонил.

— Я немного не нравится то, что они начали искать обручальные кольца, пока ты рядом, - пробормотал я. – Это неловко.

Она слегка улыбнулась и пожала плечами.

— Все в порядке, Алекс, Фрея - моя подруга и нуждается во мне. Это никоим образом, ни в какой форме, не ее вина, ни в том, что нам с Джини может быть неловко.

— Ну ладно, - согласился я. - Кроме того, есть ли у них такие сладкие обручальные кольца, как это?

Я поднял руку и показал ей леденец Ring-Pop, который я надел на безымянный пальец.

Она захихикала и тоже подняла руку, показывая, что на ней.

— Они никогда не найдут ничего столь же эпического, как это.

Затем она на мгновение посмотрела на пол, а затем повернулась ко мне.

— Ты... ты не злишься на меня из-за песни, которую я спела сегодня вечером, не так ли?

Я покачал головой.

— Я знаю, что все будут считать, что это предназначено для Фрейи, но я был чертовски уверен, что это было для меня, даже если ты смотрела на нее.

— Я не могла смотреть на тебя, пока пела, — сказала она с грустью. - Во-первых, потому что Карен и Майк могли догадаться, а во-вторых, так было бы слишком больно. Я могла начать плакать. Черт, все равно я почти заплакала.

— Я знаю, - тяжело сказал я. - Я видел. И это была грустная песня, но мне понравилось, что ты сделала это, Алекса. Потому что ты права. Никаких сожалений. Даже если мы не сможем быть вместе, наше время друг с другом всегда будет кульминацией моей жизни.

Она улыбнулась мне, на ее глазах были слезы.