Прошло две недели после той новогодней ночи в кабинете. Андрей Соколов ходил по офису как в тумане. Днём он всё ещё пытался быть тем самым «хорошим мужем»: помогал Мише с математикой по вечерам, целовал Катю в щёку перед уходом на работу, улыбался за ужином. Но внутри него бушевал самый настоящий пожар, которого он никогда раньше не чувствовал. И это пугало. И возбуждало одновременно. И второе было куда сильнее. Каждый взгляд на телефон, каждое уведомление от Людмилы заставляло сердце биться чаще. Стыд жёг его по ночам, когда он лежал рядом с женой и вспоминал, как кончал в другую женщину на офисном столе. «Я изменник. У меня сын. Катя не заслуживает этого». Но именно этот стыд теперь превращался в самое острое, животное возбуждение. Член вставал от одной мысли о ней, и Андрей уже не мог себя контролировать.

Людмила это чувствовала. Она видела, как он краснеет, когда она проходила мимо его стола в облегающей юбке, и улыбалась той самой хищной улыбкой. Иногда в её глазах мелькало что-то странное, что-то, что Андрей не мог разгадать. Она не просто хотела секса. В её голосе иногда проскальзывала лёгкая нотка, словно она хотела сказать ему что-то еще, но пока была не готова. «Ты даже не представляешь, насколько это важно... пока», — обронила она однажды после очередного оргазма, и Андрей почувствовал лёгкий холодок по спине. Но желание было сильнее любопытства.

Первый раз после той ночи она назначила встречу на парковке у офиса в пятницу вечером. Андрей уже сидел в машине, когда пришло сообщение: «Парковка у главного здания. Жду». Сердце заколотилось. Он знал, что это опасно. Но поехал.

Людмила ждала его на заднем сиденье своей машины, припаркованной в тёмном, еле освещаемым светом фонаря, углу. Платье было задрано до талии, чёрные кружевные трусики лежали на соседнем сиденье. Она широко раздвинула ноги, показывая гладкую, уже мокрую киску, блестевшую в свете уличного фонаря.

— Ползи сюда, — прошептала она, когда он открыл дверь. — И лижи меня. Прямо сейчас. Медленно и глубоко.

Андрей оглянулся по сторонам — никого. Он забрался на заднее сиденье, опустился на колени между её бёдер, устроившись так, чтобы его лицо оказалось точно между её ног. Запах её возбуждения ударил в нос — сладкий, густой, знакомый. Он прижался лицом к её киске и начал лизать: сначала медленно, проводя языком от клитора вниз по пухлым губам, потом глубже, проникая внутрь, обхватывая клитор губами и посасывая. Людмила застонала, схватив его за волосы и прижимая сильнее.

— Да... вот так... глубже, мой хороший... не останавливайся, — выгнулась она, покачивая бёдрами ему в лицо.

В этот момент зазвонил телефон. Катя. Андрей замер на секунду, но Людмила только сильнее надавила ему на затылок, не давая оторваться.

— Ответь. На громкой. И продолжай лизать. Я хочу слышать, как ты говоришь с ней, пока твой язык во мне.

Он нажал кнопку дрожащей рукой, включил громкую связь и положил телефон на сиденье рядом. Язык продолжал работать — теперь он делал это куда осторожнее, но не менее жадно: круговыми движениями облизывал клитор, два пальца вошли в неё и начали медленно трахать, как будто в такт разговору с женой.

— Да, дорогая... — голос Андрея был хриплым, но он старался звучать ровно, почти буднично.

— Андрюш, ты скоро? Ужин уже стынет, — голос Кати был таким обыденным, таким домашним, что стыд кольнул его прямо в сердце.

— Уже еду... минут пятнадцать... может, чуть больше, — ответил он. В этот момент Людмила притянула его голову к себе, язык плотно прижался к клитору, посасывая его, пальцы двигались быстрее. Людмила кусала губу, чтобы не застонать вслух, но её бёдра дрожали, а киска обильно текла по его подбородку.

— Хорошо, я тебя жду. Целую, — сказала Катя.

— И я... тебя... — выдохнул Андрей, и в этот момент Людмила кончила резко и сильно — сжала его голову бёдрами, горячие соки хлынули ему в рот. Она дрожала всем телом, тихо шипя сквозь зубы, пока он продолжал лизать, выпивая каждую каплю. Телефон уже отключился, но Андрей ещё несколько секунд не отрывался, пока она не оттолкнула его голову.

— Хороший мальчик... — прошептала она, проводя пальцами по его мокрому подбородку. — Ты даже не знаешь, насколько это меня заводит...

Андрей вытер лицо рукавом, член стоял колом, но она не дала ему кончить.

— Домой. К жене. А завтра... Мы обязательно продолжим.

Он уехал домой с мокрым от её соков лицом и ощущением, что тонет всё глубже. Стыд жег, но желание только росло.

Через пару дней в конце недели Катя с Мишей уехали на выходные к бабушке на дачу. Андрей остался один, раздираемый противоречивыми чувствами. Он хотел использовать это время, чтобы подумать обо всем, что с ним случилось за последнее время. Но была не судьба. В два часа дня раздался короткий звук смс. Людмила. Сообщение звучало как приказ: «Я у твоего дома. Открывай. И покажи мне вашу спальню».

Он знал, что это уже слишком. Но открыл дверь.

Людмила вошла в квартиру как хозяйка — в коротком чёрном платье, без белья под ним. Она сразу потянула его за галстук в спальню. Кровать была заправлена тем самым покрывалом, которое Катя выбирала вместе с ним в магазине полгода назад — бежевое, с нежным узором.

— Здесь вы спите? — спросила она, проводя рукой по покрывалу. В её голосе снова мелькнуло что-то странное. — Ложись. Я хочу, чтобы ты трахал меня именно здесь. На её территории.

Андрей лёг. Она оседлала его лицо, опустившись мокрую киску прямо на рот.

— Лижи. Пока я не разрешу остановиться.

Он лизал жадно, глубоко, пока она расстёгивала ему брюки и вытаскивала уже твёрдый член. Потом она развернулась, села на него сверху и медленно опустилась — вся, до самого основания. Её киска была горячей, мокрой, сжимала его как в тисках.

— Ох... как ты меня заполняешь... — простонала она, начиная двигаться. Грудь четвёртого размера подпрыгивала под платьем, соски торчали. Андрей схватил её за бёдра, впиваясь пальцами в кожу, и начал толкаться вверх.

— Да... трахай меня в своей семейной кровати... — Она наклонилась, куснула его за ухо. — Ты теперь мой. Полностью.

Они трахались долго. Сначала она сверху — скакала жёстко, шлёпая ягодицами о его бёдра. Потом он поставил её раком, так, чтобы она уткнулась лицом в подушку Кати, и вошёл сзади одним толчком. Ягодицы шлёпали громко, она кричала в подушку:

— Сильнее! Еби меня, как свою шлюху!

Андрей долбил её, глядя, как его член исчезает в её киске. Стыд был невыносимым — это же их кровать, их дом, — но именно он заставлял его трахать её ещё жёстче. Он кончил первым — мощно, заливая её изнутри. Людмила кончила следом, сжимаясь вокруг него и дрожа всем телом.

Они лежали на смятом покрывале, потные, мокрые. Сперма вытекала из неё на простыню. Андрей смотрел в потолок и думал: «Я только что выебал любовницу в своей супружеской постели». А Людмила провела ногтем по его груди и шепнула едва слышно:

— Это было... идеально.

В понедельник в офисе ее не было, но она прислала видео на телефон. Андрей открыл его в наушниках за своим столом, сердце стучало. На видео Людмила лежала на своей кровати — полностью голая, ноги широко раздвинуты. Она мастурбировала двумя пальцами, громко стонала его имя:

— Андрей... да... трахай меня... я твоя... кончай в меня... — Камера приблизилась, показывая, как её киска блестит, как она вставляет в себя третий палец и кончает, выгибаясь и крича: «Андрей!!!»

Он смотрел, едва скрывая, как член натягивает брюки. Людмила написала сразу после: «Смотри ещё раз. И ещё. Я хочу, чтобы ты весь день ходил твёрдый и думал только обо мне».

Он смотрел. Три раза. Под столом. Пока коллеги обсуждали отчёты. Стыд и возбуждение смешивались в одно целое.

А потом наступила пятница. Та самая, когда у них с Катей был «обычный секс раз в две недели». Они уже лежали в постели, свет выключен, Катя повернулась к нему спиной в своей привычной позе. Андрей только пристроился, что войти в нее медленно и размеренно, как всегда, когда зазвонил телефон. Людмила. На виброзвонке.

Катя сонно и с неким неудовольствием пробормотала: «Кто там так поздно?»

Андрей быстро ответил:

— Работа. Важный звонок по проекту. Я сейчас.

Он встал с кровати, отошёл к окну, не забыв проверить, что громкая связь в телефоне была отключена.

— Да? — прошептал он.

— Привет, милый, — голос Людмилы был низким, бархатным. — Я просто хотела пожелать тебе спокойной ночи... и напомнить, как сильно я хочу тебя прямо сейчас. Представь, что ты сейчас не с ней, а со мной. Хочу, чтобы ты представлял меня на ее месте. Сейчас.

Андрей быстро сказал в трубку:

— Понял, завтра обсудим детали.

Он сбросил звонок, вернулся в постель и лёг за спиной у Кати. Теперь он входил в неё уже совсем по-другому — жёстче, глубже. Катя тихо застонала — для неё это было неожиданно страстно. А он трахал жену, мысленно трахая Людмилу: её большую грудь, её крики, чувствуя её власть над собой. Стыд был таким острым, что член стал ещё твёрже.

Он кончил — сильно, молча, заливая Катю своей спермой. Жена вздохнула удовлетворённо и почти сразу заснула, вытеревшись влажной салфеткой. А Андрей лежал в темноте, член всё ещё пульсировал. В голове эхом звучал голос Людмилы. Стыд накрывал волной, но желание не уходило. Он знал: он уже не сможет остановиться. Людмила держала его за самые сокровенные ниточки — и чем грязнее становились их игры, тем сильнее он хотел ещё.

Перед тем как уснуть, он снова вспомнил ее странную улыбку, как будто она знала то, чего Андрей пока не видел.

Но ему уже было всё равно.

Он был в её власти.

Полностью.