Весной одна грязюка.

Не радует та грязь.

Стоит она, как бука,

В стекло окна смотрясь.

Под ручку ходят пары.

А та стоит одна.

Вновь в ванной много пара.

И плещется волна.

Какая в ванной нежность-

Не снилась и катам-

Потрет свою промежность.

И клитор, что уж там.

Опять на подоконник

Как кошка лезет та.

Ну, где ее поклонник!

Реальность не мечта.

Но днем как не бывало

Гламурного юнца.

Лишь та под одеяло-

Приманка на живца.

Точнее, на живцуху.

И страсть не расшибешь.

Вновь шепчет ей на ухо,

Но что – не разберешь.

И вот однажды ночью,

К ней кто-то прилетел.

Живут иные дрочью.

То не ее удел.

костюм свой быстро скинув,

Нырнул он к ней в постель.

И лишь наполовину

Впустил свою гантель.

Гантеля подлиннее

И дальше не идет.

Пылала та, хмелея.

И радовался тот.

Ногами обвивала.

Почуявши оргазм.

Вздымалось одеяло.

А утром был лишь спазм.

Разбросанные перья....

Закрытое окно...

И ждет она, хмелея,

Чтоб было вновь темно.

И вот, пером проводит

По вульве, где вихор.

И нравится е вроде.

А после смял бугор.

Тут заросли и сыро-

Опять в сыром бору.

А рядом жопа мира.

И свалит вновь к утру.

Быть может, то причуда.

Такой гламурный тип.

Откуда он, откуда.

И между ног ей влип.

Решила – это всплески

Ей дарит месяц Март.

Но перья довод резкий.

Что дан любовный старт.

А вот иная жидкость

Залила краснотой.

Не тянет эту живность

Сейчас к ней ни ногой.

Спугнул его тот ливень.

И он сейчас в дупле.

Сей «дождь» ему противен.

И хочет быть в тепле.

Но вот заморосило

В трусах и за окном.

А перья -это сила.

И снова под пером.

Лишь легкая прокладка.

Всё, как на каждый день.

А он так гладит сладко.

И жмяает мандень.

Был он осторожен,

Язык пуская в ход.

Та чует междуножьем,

Что оттепель идет.

Тягучее болото

за паводком пришло.

нет красного «компота».

Там все белым-бело.

Фасолину искал он,

Накрытый с головой.

Та зад ему сминала.

Он вроде парень свой.

С утра не верит разум-

Трусы его лежат.

узнаешь их по стразам.

Небось, кололи зад.

забрала под подушку,

Понюхав их вперва.

Ведь он такая душка,

Что кругом голова.

Тут вновь всё побелело.

А был приход воды.

Ждала та, то и дело,

Что фан примчит пизды.

Все люди к батарее.

Собаки – в конуре.

Все там, где им теплее.

А он сидел в дупле.

Но вот разбор полета

Он скоро завершит-

Маршрут его наметан.

То будет чудный спринт.

Летать у крон деревьев

Он может лишь один.

Он точно чудо в перьях-

Он бабы Ежки сын.